Пуля безудержной войны

Белые, как дым, стены встречали шаловливыми узорами; они видели уже столько крови, что отстирать некоторые капли было уже невозможно. Для Балалайки был подготовлен свой котёл в аду, а назвался он — Роанапур. — Лейтенант, — строгий бас Бориса донёсся из щели в двери, оповещая о сделанном задании. — Хорошо, — тяжёлый, сильный и невнятный голос от папирос во рту пронзал стены, напоминая о вчерашнем открытии. Это была уже третья сигарета за один день, действительно выдающая состояние капитана.             На её длинном деревянном столе лежали множество листков, но один-единственный выделялся из них — подожжённый и смятый.

....По расследованию было выяснено лишь один неоспоримый факт Майкл умер 6 августа...

Всё внутри Балалайки сжималось сильным комком. Его убили на следующий день, когда Балалайка вытащила его из-под пуль, попавшись на камеры репортёров. Как оказалась бессильна в дальнейшем сопротивлении против своей же страны… Её выперли ту самую «восходящую звезду», что с грохотом упала на землю. Майкл — так звали того мальчишку, которого она спасла в Афгане. Его убили на следующий день после её изгнания, и вряд ли это было просто совпадение. Балалайка не верила в совпадения.             Ириновская уже давно не видела своего света или смысла. После того как она отомстила за своих товарищей, убив двух сумасшедших детей, Софья перестала верить в своё светлое будущее окончательно. Её руки были уже по локоть в крови тех, кого она хотела защитить. А вчерашний инцидент доказал её виновность в грехах, ведущих к погибели.

***

Один день назад.

Местонахождения окраины Роанапура и по совместительству владения мафии "Отеля Москва"

Тихий скрежет заржавевших петель дверей отдавался от массивных деревянных конструкций. Это было сумасшествием — пробираться на склад местной мафии в надежде найти кого-то и сторговаться на оружие. Но у неё не было выбора. Хоть это и город так называемых «отбросов», где вещества и пистолеты находятся легко, не каждый продаст их ребёнку. И это была основная проблема.             Девочка пыталась вскарабкаться на металлические вертикальные полки. На них находились деревянные коробки, в которых держали любой арсенал. Элис не хотела воровать, но, к сожалению, боялась беспокоить местный авторитет. Удивительно, как она вообще сюда пробралась, если учитывать, что хранилище хорошо охраняют. Рыжие волосы слегка растрепались при активном беге. Ребёнок забрался сюда из вентиляции, ломая все преграды на своём пути. А её голубые глаза пробежались по возможным опасностям. Местный склад был просто сборище всех нелегальных технологий. Ей казалось, что сейчас она обнаружит какую-то бомбу, на которой весело взорвётся. Да, разлетаться на куски ей бы не особо хотелось. Рыжая старалась ползать аккуратно, не желая привлекать внимание. Дёрнув ногой, она спровоцировала резкий звук порванной одежды. «Черт!» — подумала она, посмотрев вниз. И как она и думала, её штаны порвались, зацепившись ниткой за балку. — Я кого-то слышал, — громкий мужской голос ударялся о стены, нагоняя ужас на ребёнка. Ещё один шум — и последуют такие последствия, после которых, вероятнее, Элис больше не будет живой. Она прекрасно слышала звук рации, массивных шагов, а самое страшное — выстрелы. Каждый из них заставлял её вздрагивать. «Где это место?» — мысленно спрашивала она, пытаясь дальше карабкаться. Склад не был освещён из-за ночного времени, поэтому девочке приходилось подходить слишком близко, чтобы прочитать названия коробок. Дивно, но ей повезло: при первом же прочтении она нашла комнату для утилизации ненужного вооружения. Лучше чем ничего.                          Элис тихонько проскользнула в тёмную комнату, сразу же спотыкаясь о стоящие повсюду коробки. Её денег не хватило бы на полноценное оружие, но обрезы огнестрельного оружия стояли гораздо дешевле и были ей по карману. Как она и ожидала, это были охотничьи ружья с укороченными стволом и прикладом. Ей удалось найти переделанный МЦ-21 и даже патроны к нему, что было настоящей удачей. Радость продлилась недолго: вслед за ней прихватив её, раздался громкий звук сигнализации... Этот ребёнок попал прямо в эпицентр атомной бомбы в виде главы мафии. За оставшиеся время Элис успела только бросить рядом со стволом пару смятых купюр. У сироты вроде неё не было больших денег, поэтому сумма была неприлично маленькой для даже такого оружия.       Секунд хватило, чтобы дверь снаружи окружила толпа мужчин. — Ликвидировать — женский голос был страшнее любого баса. Он внушал тревогу, масштабы катастрофы становились ясны от понимания, кто стоит за дверью. Не открывая двери, пули прошили пространство прямо над головой девочки, заставляя её в отчаянии бить по металлической вентиляционной решётке. Громкий ослепительный крик девочки прозвучал из её уст. Металлический осколок попал ей прямо в плечо, заставляя её сжимать кровоточащую рану. Снаряды моментально прекратили движение; наступившая тишина была плотной, с оттенком настороженности. В этот момент дверь распахивается, и перед девочкой появляется женщина.             Уродливые шрамы, военный плащ и красный костюм, который выдавал ту власть, что имела именно она… Элис слышала, её называли разными оскорблениями, но рабочее прозвище было ей известно — «Балалайка». Свет от фонаря, направленный на ребёнка, быстро привёл его в чувства. Резким движением рыжая выбивает крышку вентиляции, хватает оружие и ныряет в глубину темноты…

***

На следующий день все в том же кабинете

После Гензеля и Гретель это был первый ребёнок, в которого Балалайка стреляла по собственной воле. Ириновская спасала детей на фронте, а здесь вынуждена была в них целиться — даже если те пытались купить списанные стволы. К всеобщему удивлению, эта девочка с голубыми глазами оставила пару купюр в обмен на брошенное оружие. Вступить на территорию отеля значило верную смерть, но только не для маленькой беглянки. Глава мафии попыталась найти её, разобрала все вентиляционные шахты, но всё, что ей удалось обнаружить, — это следы детской крови.       Ходоровский собрал остатки биоматериалов, пытаясь по анализу ДНК выяснить её личность. Но в базе данных Роанапура не было никаких записей о ней. Ничего словно её и не существовало. Борис пришёл, чтобы доложить обстановку. — Ничего, капитан. База данных была пуста. Ни отпечатков, ни следов. Она словно призрак, — нервно сглотнув, сказал он. Солдат, прошедший столько, не мог остаться равнодушным, зная, что ранен ребёнок. — Призраки не истекают кровью, а тем более не убегают, — голос был строг как никогда раньше. — Обыскать. Найти живой и привести ко мне – поклонившись, Борис ретировался от бомбы замедленного действия.             Медленные шаги, так не похожие на внутреннюю войну, приближали главу к окну. Несколько плавных движений — и папироса уже дала первые затяжки необходимого никотина. Непогода за окном не могла развеять вихрь её мыслей. Они разъедали её изнутри, оставляя гигантскую дыру пустоты в душе. «Откуда ты появилась… И почему забралась сюда? На мой склад. Зачем тебе пистолет?» — на последний вопрос Балалайка ужезнала ответ. В Роанапуре невозможно было выжить без пары взрывчаток в кармане. Такой уж сумасшедший городок – здесь не бывает крайностей в жестокости. И, к своей же ненависти она понимала: здесь не пощадят детей, тем более таких импульсивных, как эта девочка.. Она закрыла глаза, мысленно пытаясь вернуть себя в тот момент. Если уж придется перерыть полгорода, однако найти, глава «Отель Москва», именно это и сделает.