***
25 октября 2025 г., 12:00
Всё начинается с письма. Обычного такого письма в шершавом конверте и с восковой печатью Ордо Фавониус.
По-хорошему, там должен быть очередной отчёт об успехах экспедиции магистра Варки, но вместо этого Джинн читает целый трактат о каком-то ратнике из Нод-Края.
Его зовут Флинс Кирилл Чудомирович — к своему стыду, Джинн едва не ломает язык, когда пытается произнести это имя вслух, — и Варка в подробностях расписывает всю известную о нём информацию. Джинн внимательно вчитывается в написанное, предполагая, что должна быть веская причина, почему Варка столько внимания уделяет простому ратнику. А затем она натыкается на постскриптум: «Как мне с ним сблизиться?»
Проморгавшись, Джинн на всякий случай перечитывает последние строки письма, но нет, это не бред её уставшего мозга.
Магистр Варка в действительности просит у неё совета, и она чувствует некоторое смятение.
Странно, конечно, что он интересуется тем, как сблизиться с этим ратником — Джинн всегда казалось, что он может расположить к себе кого угодно. Видимо, магистру Варке попался крайне сложный человек, раз уж он решил обратиться за помощью к ней.
И у этого человека есть что-то, что ему необходимо.
Джинн бросает тоскливый взгляд в темноту за окном кабинета, затем на приличную кипу документов на столе, которую ей ещё предстоит разобрать, и с вымученным вздохом принимается писать ответ для Варки. Ночью, когда все порядочные люди давно видят десятый сон, Джинн вновь работает сверхурочно на благо Мондштадта.
***
Кажется, на этом всё и должно закончиться, но спустя время на её столе опять лежит письмо от Варки, посвящённое ратнику Флинсу — в мыслях Джинн позволяет себе звать его так, потому что её ресурсов едва ли хватит, чтобы каждый раз проговаривать его имя целиком. Так глупо, но иногда ей кажется, что даже имена снежнийцы себе выбирают такие, чтобы специально усложнить жизнь остальным. Джинн отгоняет ненужные мысли. Так вот, у неё на руках опять письмо от магистра Варки и опять посвящённое Флинсу. Джинн хочет верить, что в письме будет сказано, что у Варки всё получилось, и он просто хочет поблагодарить её за помощь. Но, увы, это вовсе не так. Она советовала Варке не быть слишком навязчивым, раз уж Флинс, по его словам, старается избегать лишнего общения с людьми, и сблизиться с ним в непринуждённой обстановке. Магистр Варка, как всегда, понял всё по-своему: он подловил Флинса во время патрулирования острова Лемпо, и вместе с ним дал бой внезапно появившейся Дикой Охоте. А ещё едва не схлопотал в глаз, отчего глаз самой Джинн, читающей об этом, начинает дёргаться. Каким местом это относится к непринуждённой обстановке, Джинн не может сказать. В письме Варка жалуется, что Флинс, хоть и поблагодарил его за помощь, но был крайне недоволен и отчитал его за беспечность. Джинн впадает в прострацию на несколько секунд, откинувшись на спинку кресла. Магистра Варку. Отчитали. За. Беспечность. Ей искренне хочется пожать Флинсу руку. Джинн всё ещё не знает, для чего магистру Варке требуется сближение с ним, но в следующем письме она терпеливо объясняет, что встреча во время патруля мало того, что выглядела очень подозрительно, так ещё и вызвала вполне справедливое недовольство у Флинса. Светоносцы в Нод-Крае следуют своему долгу защитников людей с тем же усердием, что и рыцари в Мондштадте, поэтому неудивительно, что он был обеспокоен. Из-за Варки ему пришлось отвлечься от работы, а в последствии и печься о его безопасности. Джинн хмыкает своим мыслям: понятное дело, магистр Варка сам кого хочешь защитит, но Флинсу-то об этом откуда знать? Она даже не замечает, как сама начинает поучать Варку, ведь обычно он куда более осмотрителен. Джинн заливается краской стыда, откладывает перо и прячет лицо в ладонях. Видела бы её сейчас Лиза! Тогда бы точно не обошлось без подколок.***
Должность временного магистра Ордо Фавониус научила Джинн надеяться на лучшее, а готовиться к худшему. Следовало догадаться, что так просто всё не закончится. Поэтому Джинн не удивлена, когда после второго письма приходит третье, за ним четвёртое, пятое и так далее. У неё попросту не остаётся сил на это. Магистр Варка много, очень много пишет о Флинсе, до такой степени, что вскоре строки о нём не оставляют места даже для рабочих заметок. Теперь отчёты поступают от других рыцарей из экспедиции, а его письма целиком и полностью занимает Флинс. Должно быть, Флинс располагает очень важной информацией, раз магистр Варка так старается, чтобы сблизиться с ним и заполучить его доверие. А может, он близок с верхушкой светоносцев, и через него Варка хочет подступиться к тем, кто находится выше? Джинн правда не знает. Магистр Варка ничего ей не объясняет, а она не привыкла лезть с расспросами, безоговорочно доверяя его решениям, какими бы экспрессивными те не были. Джинн продолжает отвечать на письма, хотя что-то навязчиво шепчет ей, что информация об увлечениях Флинса, его предпочтениях в еде и музыке никак не может поспособствовать тайной миссии Варки по расширению позиций Ордо Фавониус в Нод-Крае. Ей становится дурно от того, сколько ненужных мелочей приходится держать в голове, но Джинн успокаивает себя тем, что это на благо Мондштадта. К сожалению, не все её советы помогают в улучшении отношений магистра Варки и Флинса. Либо сам Варка трактует их не так, из-за чего маломальский прогресс откатывается до нуля. С тех пор, как это всё началось, Джинн задерживается на рабочем месте дольше обычного, чтобы разобраться со своими обязанностями, а также продумать новую стратегию для магистра Варки. О здоровом сне приходится лишь мечтать. Смотреть в зеркало нет никакого желания — она и так знает, что увидит: своё изнемождённое лицо и тёмные круги под глазами. Её состояние не ускользает от чересчур внимательной Лизы, и та, не дожидаясь, пока с ней поделятся проблемой, как обычно, приходит выяснять всё сама. — Давай, рассказывай. И даже не вздумай отнекиваться, — она садится в кресло напротив её рабочего стола, положив ногу на ногу. И в этот момент Джинн понимает, что больше не может молчать. Уж кому-кому, но Лизе можно довериться, а с учётом её знаний, она, возможно, подскажет что-то. Вникнув в ситуацию, Лиза просит у неё письма Варки. Джинн терпеливо ждёт вердикта, пока изо рта Лизы не вырывается звонкий и полный веселья смех. — Что такого забавного ты там нашла? — у неё не выходит подавить тяжёлый вздох. — Ты правда не понимаешь? — удивляется Лиза, прикрывая пергаментом изогнувшиеся в улыбке губы. — Ох, милая! Наш магистр, судя по всему, влюблён. Влюблён? Магистр Варка? Джинн почти слышит, как покрывается трещинами её картина мира, и только и может, что беспомощно хлопать ресницами. — Этого не может быть, — немного резче, чем хотела, отвечает Джинн, и берёт одно из писем в руки. — Тут нет ни намёка, что он… Джинн вчитывается в знакомые строки и замечает детали, на которые до сих пор не обращала внимания: то, как магистр Варка пишет о Флинсе, каждая его заметка, краткая, ясная и конкретная, содержит столько восхищения и обожания, что от смущения начинают пылать кончики ушей. — Джинн, дорогая, не хочу тебя обижать, но придётся, — накрывает Лиза её ладонь, лежащую на столе. — Ты никогда не была сильна в подобных вопросах. Вспомни нас. И не смотри на меня так оскорблённо, пожалуйста. — Не могу в это поверить. Магистр Варка не стал бы… Зачем ему вообще обращаться с этим ко мне? — Наверное, он посчитал, что раз у тебя есть отношения, то в их построении ты разбираешься лучше прочих, — похлопывает её по руке Лиза. — Да и тебе магистр доверяет больше, чем кому бы то ни было. Ох, знал бы он, как тяжело ты понимаешь намёки! — А если нам только кажется? Не может же он в самом деле просить у кого-то совета в любви? Ты же его видела, как у такого мужчины вообще могут быть хоть какие-то трудности с этим? Лиза неопределённо взмахивает рукой с письмом. — Ну, никто не может быть идеален во всём. — Это по-прежнему кажется нереальным, — качает она головой, представляя магистра Варку в слезах из-за неразделённой любви и с бутылкой одуванчикового вина под мышкой. Из всего этого не кажется странным только начилие бутылки с вином. Как у магистра Варки могут быть какие-то проблемы на любовном поприще? Он привлекателен и, несмотря на возраст, находится в прекрасной физической форме. К тому же может дать фору любому из рыцарей ордена. Что бы ни говорила Лиза об умении Джинн в намёки, она прекрасно знает, что многие мондштадтские барышни сходят по нему с ума. — За всё то время, что вы с ним знакомы, он хоть раз был замечен за ухаживанием за кем-то? — красноречиво намекает Лиза, на что Джинн нечего ответить. В самом деле, ни разу! Но она-то считала, что магистр Варка хорошо скрывается или просто не испытывает интереса к таким вещам. — Святой Барбатос, почему мы вообще обсуждаем личную жизнь магистра? — она сердито прикладывает ладонь ко лбу, а Лиза опять смеётся. — Потому что он доверил её нам? Точнее, тебе. Не волнуйся, я не буду сплетничать о таком. — И что мне теперь делать? — Что ж, если в это дело не вмешаться, магистр останется не у дел, а ты будешь костерить себя почём зря, — предсказывает Лиза наихудший расклад, лениво облокотившись на стол. — Я, так уж и быть, помогу.***
Джинн не может определиться, что испытывает: неловкость или разочарование, когда она с Лизой на пару пишет любовные советы для магистра Варки. Серьёзная миссия, благо Мондштадта… Какой же недалёкой она была, когда пыталась логически объяснить интерес Варки к Флинсу. А вот Лиза явно чувствует себя в своей тарелке, всякий раз располагаясь в кресле напротив и диктуя ей текст. Разве что пальцем не дирижирует, пока Джинн пытается поспевать за её голосом. — Магистр Варка прямолинеен и напорист, как митачурл, — усмехается Лиза над сравнением. В её словах есть доля правды. Джинн уже не поправляет её, лишь смягчает формулировку. — Ему нужно быть терпеливее, если он хочет заарканить своего ненаглядного. Переть напролом — не вариант, тот не оценит. — Я говорила ему то же самое, но разве он послушал? — сокрушается Джинн. — Послушает, если мы сыграем на его жадности, — подмигивает ей Лиза и как бы невзначай проводит рукой по своим ключицам, задевая цепочку с Глазом Бога. Кажется, Джинн начинает понимать. — Он же не хочет потратить годы, любуясь им лишь издалека. И это действительно работает, потому что магистр Варка всерьёз прислушивается, а его действия становятся более постепенными. В каждом новом письме он делится тем, как налаживаются их отношения с Флинсом, вызывая у Лизы типичное: «Я же говорила». Джинн в свою очередь не может отделаться от чувства, что Варка хвастается ей своими успехами, как ученик наставнику. Это до ужаса смущает, ещё и Лиза дразнится, называя Джинн мастером наедине. Её ни капли не волнует, что все лавры уходят Джинн, ей достаточно и того, что она может разбавить скуку, устраивая личную жизнь окружающих. Порою Джинн не знает, благодарить её или ругать, но то, что она ей благодарна — бесспорно. — Интересно, каков человек, сумевший завоевать бесстрашного Рыцаря Бореалиса, — задумчиво перебирает письма в кресле Лиза и зачитывает некоторые строки: — «Остёр на язык, обаятелен без меры, а перепить может троих меня». Ох, спорим, мы потеряли магистра из-за последнего? — Не паясничай, — зарывшись в бумаги, Джинн хочет хотя бы ненадолго отдохнуть от магистра Варки и его сердечных дел. Спасибо Лизе, с её помощью вернулся прежний объём работы, и Джинн уже не задерживается допоздна, как раньше. — Не хмурься, тебе не идёт. — Мне тяжело сосредоточиться, когда ты говоришь под руку. Ты можешь пойти отдохнуть, всё равно мы уже закончили, — говорит Джинн, машинально разглаживая лоб ладонью, но прежде, чем Лиза успевает ответить, раздаётся стук в дверь. — Войдите. — Магистр Джинн, — кивает вошедший Мика и слегка тушуется, заметив Лизу. — Вам письмо от Великого магистра Варки. Уже? Они ещё даже не отправили ответ на предыдущее. — Вот как чувствовала, что не следует уходить, — предвкушающе потягивается Лиза, когда Мика уходит, оставляя им письмо. Джинн забывает о прочих делах, разламывая красную печать и доставая пергамент из конверта, её глаза начинают нетерпеливо бегать по строкам. Закончив читать, Джинн опускает письмо на стол и неверяще смотрит перед собой. — Ну что там? — спрашивает Лиза и, не дождавшись ответа, протягивает руку к пергаменту. — Не пугай так, можно подумать, магистр зарёкся больше не пить. — Лиза, у него получилось. На лице расцветает облегчённая улыбка, и Джинн, забыв о приличиях, перегибается через стол и расцеловывает Лизу. Она уже и не помнит, когда в последний раз чувствовала себя так же легко. С тех пор, как магистр Варка начал всё это, она всё время была как на иголках, но теперь это наконец-то закончится. Он добился взаимности. — Это случилось раньше, чем я предполагала, — замечает Лиза, но ошибки в рассчётах её нисколько не расстраивают. — Быть может, мы отпразднуем это дело с чуть большим размахом? На сей раз Джинн уверена, что верно поняла намёк.***
Жизнь возвращается в прежнее русло: охотники Спрингвейла охотятся, торговцы обогащаются, а вино с винокурни «Рассвет» течёт к довольным жителям. Письма магистра Варки возвращаются к былой форме — теперь, когда его любовная дилемма разрешилась, он радует Джинн подробными отчётами о продвижении экспедиции. Флинса там, конечно, становится меньше, но упоминание о нём нет-нет да проскакивает. Джинн искренне рада за них и размышляет, что всё-таки то, что она, что они с Лизой сделали, так или иначе послужило на благо Мондштадта. Ведь, в конце концов, что для него может быть лучше, чем счастливый и полный сил лидер? Джинн продолжает работать не покладая рук, но она ждёт не дождётся, когда сможет вернуть город магистру Варке в том же виде, в каком он его и оставил. Ей не помешает отпуск, к тому же Лиза давно хочет навестить знакомых в Сумеру. Всё хорошо, радуется Джинн. Всё замечательно, думает она, принимая из рук Мики очередное письмо. Всё плохо, кричит внутренний голос, когда она читает содержимое. «Славный малый этот Путешественник, ты не соврала. Мы с ним выпили и вновь коснулись событий, которые произошли в Мондштадте в моё отсутствие. Я в который раз убедился, что сделал верный выбор, назначив тебя на своё место. Дорогая Джинн, нет, Рыцарь Львиный Клык, я искренне признателен тебе за оказанную тобой ранее помощь. Это много значит для меня. Флинс так же передаёт спасибо, я-таки сознался, что воспользовался твоими советами. Должен признаться, я уже давно думаю кое о чём. Видишь ли, Флинс не горит желанием покидать Нод-Край, а оставить его я вряд ли смогу. Но сейчас я уверен, что могу доверить Мондштадт тебе в качестве постоянного магистра. Сложу с себя полномочия по возвращению, и устроим пир. Варка, Великий магистр Ордо Фавониус и Рыцарь Бореалис» Джинн медленно оседает на кресло, с трудом различая сквозь шум в ушах обеспокоенный голос Мики и не понимая, за что.
