Хоррор истории

«Мы можем быть такими поэтичными и просто сойти с ума вместе»

- из игры «The Last Of Us: Left Behind»

      Привет, меня зовут Николай. История довольно необычная, но тогда я реально чуть ли не оьосрался от страха. Как солдат хочу сказать другим военнослужащим, что стоят в нарядах и в карауле. Бдите в оба.       Я вырос в семье военного, и с детства слушал бесчисленные армейские рассказы. Иногда доводилось слышать о призраках на посту от сонных часовых, но сам я никогда не сталкивался с подобным и считал это просто выдумками. Ну, если и не выдумки, то просто сонному солдату могло что-то померещиться в темноте — такое часто бывает; кто служил в армии и нёс ночные дежурства, тот поймёт. Именно такой позиции я и придерживался до одного из моих дежурств на контрольно-пропускном пункте.       В ту ночь, около трёх часов, я был дежурным на КПП. Сидел один у задних ворот небольшого поста военной части в глуши Рязанских лесов, ближайшая деревня в десятке километров. Это было одно из моих многочисленных дежурств на этом посту, ничего особенного и примечательного. Самый спокойный, я бы даже сказал скучный, пост. На улице было холодно, поэтому я сидел внутри своего сторожевого бокса с небольшим обогревателем и чашкой кофе. Моей единственной обязанностью было раз в час сообщать, что всё в порядке и никаких происшествий нет.       Сидя в одиночестве и читая книгу, я вдруг услышал нечеловеческий вой, доносящийся с дороги в паре сотен метров от меня. Было слишком темно, чтобы что-то разглядеть через окно, поэтому, отложив чашку кофе, я вышел на улицу. Чтобы вы лучше понимали, в тот момент я был сильно напуган, потому что крик звучал как из фильма ужасов — глубокий и отчаянный. Вглядевшись в темноту, я различил силуэт молодой женщины. Она была залита кровью и хромала по дороге.       Отчаянно крича, она приближалась ко мне всё ближе и ближе, а я стоял растерянный. Сообщил по рации, что к КПП приближается раненая гражданка, и я должен покинуть пост, чтобы оказать ей помощь. Ко мне отправили дежурное подразделение, а я, не раздумывая, побежал навстречу девушке. В тот момент у меня уже исчезли все ассоциации с фильмами ужасов; я видел перед собой лишь отчаянную раненую девушку, с которой могло произойти что угодно.       Как только я к ней подбежал, она начала кричать, что перевернулась на машине и там остался её ребёнок. Я попросил её успокоиться, сказать, где находится автомобиль, и мы немедленно окажем помощь. Она словно не слышала меня, продолжая кричать только одно. - Спасите моего ребёнка!       На улице было очень холодно, я накинул на неё свою куртку и стал отводить в сторону сторожевого бокса. Единственное, что она повторяла, это спасти её ребёнка; куртка, накинутая на неё, уже вся пропиталась её кровью. Я усадил её на своё кресло, сказав, что сейчас прибудет дежурное подразделение, там будет медик, который окажет ей помощь. Я не собирался дожидаться дежурного подразделения; как под гипнозом, я быстро помчался по дороге, в ту сторону, откуда она пришла.       Пробежав метров пятьсот, я увидел белый перевёрнутый «Мерседес» на обочине, из машины доносился детский плач. Ребёнок был на заднем сиденье, окно разбито; я открыл дверь изнутри. Двухлетний мальчик в детском кресле был невредим, лишь слегка поцарапан осколками. Я вытащил ребёнка на улицу, как вдруг меня вызвали по рации. - Сержант, я оставил на посту раненую молодую женщину. Я сейчас нахожусь в пятистах метрах от поста, возле перевёрнутой белой машины марки «Мерседес». Тут ребёнок. - Какая ещё молодая женщина? Здесь никого нет. Жди на месте, сейчас прибудет машина.       У меня тряслись руки, я ничего не мог понять. Как это возможно? Ведь девушка была ранена, неужели она в шоковом состоянии сбежала? Я решил осмотреть машину внимательнее. Когда я подошёл к водительскому сиденью, я не мог поверить своим глазам. Девушка, которая кричала о помощи, которую я сам проводил в сторожевой бокс, вся в крови, сидела за рулём. Я проверил её пульс, но его не было.       Прибыло дежурное подразделение. Сержант, сидевший на пассажирском сиденье УАЗа, уже связывался с полицией. Сержант приказал мне возвращаться в расположение, меня заменят на посту.       Я был в полном замешательстве. Я ведь лично проводил окровавленную девушку, она говорила со мной, я оставил её в сторожевом боксе, и вот теперь она сидит мёртвая в машине, рядом с её плачущим ребёнком, которого она умоляла спасти. Моя куртка лежала рядом со входом в сторожевой бокс, прямо на земле, без каких-либо следов крови.       Я вырос в семье военного и с детства слушал бесчисленные армейские рассказы. Иногда доводилось слышать о призраках на посту от сонных часовых, но сам я никогда с подобным не сталкивался и считал это просто выдумками. Ну, если и не выдумки, то просто сонному солдату могло что-то померещиться в темноте — такое часто бывает; кто служил в армии и нёс ночные дежурства, тот поймёт. Именно так я и думал до этого момента.