Эхо в Сети

Сырой воздух после дождя пробирал до костей, но блондин уверенно двигался узкими улицами Хейвуда. Несмотря на позднее время, улочка сияла ярче, чем днём: неоновые таблички и сверкающие афиши со всех сторон освещали дорогу и их свет отбивался в маслянистых лужах, режущие глаз отражениями. Где-то вдали слышалась сирена законников, между кучами мусора валялись киберторчки, у стен стояли шлюхи, и между всеми ими находился один - два поехавших после войн корпораций, орущих, что Бог отвернулся от человечества. Краем глаза Кавех заметил проходящего мимо буддиста. Чокнутые святоши всегда пичкали себя имплантами и отказывались платить, ссылаясь на то, что евродоллары не понадобятся на том свете. Кутаясь в мешковатую толстовку, Кавех старался придать себе как можно более беззаботный вид, скрывая волнение и не давая отбросам Найт-Сити докопаться до него. Делая последнюю затяжку дешёвой сигареты, он пытался успокоить собственные мысли. Бестия пригласила его в «Посмертие». Эти слова набатом звучали в его голове, вызывая смесь гордости и нервозности, ведь просто так в «Посмертие» не приглашают. Туда приходят либо дать баснословные деньги, либо получить задание, с которого, в лучшем случае, можно вернуться без ноги или руки, либо — оказаться в чёрном пакете. Но если задание и смерть были достаточно выдающимися, есть вероятность, что в твою честь назовут коктейль, как это было с Джонни Сильверхендом. В общем, место замечательное, и попасть туда было стремлением всех соло города без исключения. Ведь если тебя приглашают в «Посмертие», ты автоматически становишься игроком высшей лиги. В юные годы Кавех постоянно грезил о том, чтобы попасть в «Посмертие» и получить возможность брать задания от топовых фиксеров Найт-Сити. Романтичные истории о наёмниках, сопротивлении и самой Бестии немало подогревали юношеский интерес, но Кавех так и ни разу не был удостоен этой чести. И вот, спустя годы, он, обычный рипер, ни с того ни с сего получает приглашение. От самой Бестии. «Наслышана о тебе, Кавех. Приходи в «Посмертие». Напитки за счёт заведения». Три предложения, а внутри мужчины всё перевернулось вверх дном, возвращая в молодые годы и зажигая в нём огонь азарта, который, казалось, давно потух. Получи он приглашение, когда ему было шестнадцать, он бы скакал от радости, но в двадцать восемь у него появились сомнения. И всё же они были недостаточны, чтобы заставить его и дальше сидеть в своей клинике, не высовываясь. Чего бы от него хотела Бестия — этот шанс он не был намерен упускать. — Эй, парень, — Кавех остановился и поднял рубиновые глаза на рослого мужчину с уродливым лицом, верхняя часть которого была из проржавевших пластин и дешёвых глазных имплантов, — сигаретка найдётся? За спиной мужика остановились ещё двое, показательно держа в руках пушки. Неподалёку от них недовольно притопнула ножкой девушка и на высоких каблуках принялась искать другое место, чтобы подцепить клиентов. Кавех вздохнул. Больше всего ему не хотелось ввязываться в разборки с кучкой отбросов. Он ещё от прошлого столкновения не отошёл, когда двое вворвались в его клинику в попытке нажиться на хирурге. По неудачной случайности мимо как раз патрулировали копы и вбежали в тот момент, когда Кавех разбивал нос одному из злодеев. Вместо того чтобы арестовать бандитов, законники прикрыли его клинику на несколько дней, лишив дохода. В общем, новые проблемы были ни к чему, и, вытащив из кармана начатую пачку сигарет, он бросил её в мужчину. — Забирай всю, — хмыкнул блондин и пошёл дальше, но крепкая хватка уродца заставила его остановиться. — У вас и зажигалки не осталось? — съязвил он. — Эй, ребята, а блондиночка с зубками, — Кавех закатил глаза на высказывание и постарался вырваться из чужого захвата, но он стал сильнее. Мужчина склонился к уху блондина и противно гыкнул: — А может, ты и не пацан вовсе, а? Давай проверим. Знаю неплохой переулок. Кавех не хотел проблем. Ни создавать, ни ввязываться. Но, похоже, ему не оставляли выбора. Свободной, механической рукой он ухватился за руку, что держала его, и несильно сжал пальцы. Мужчина тут же вскрикнул от боли и выпустил рипера из захвата. — Ха, думаешь, поставил себе железный хром и можешь нарываться? Сука, ты сейчас получишь, — он вытащил из кармана брюк ствол и направил его на Кавеха. Остальные двое последовали его примеру. Кавех только усмехнулся и, сунув руки обратно в толстовку, нащупал рукоятку револьвера, что когда-то получил в подарок. Несмотря на свой возраст и размеры, рипер отлично его модифицировал, чтобы добиться точности и быстрой перезарядки, не сделав вдвое больше, как это обычно бывает. Он снял предохранитель и готов был похвастаться малышкой перед неоттёсанными бандитами, но неподалёку прозвучала сирена, а за ней послышался низкий голос: — Я вызвал копов. У вас десять секунд, чтобы убраться. Рипер вздрогнул от знакомого голоса и повернул голову, чтобы в следующий миг столкнуться с бирюзовыми, как чистое море, глазами. Аль-Хайтам. — Какого хуя ты ввязываешься? Думаешь напугать нас законниками?! Аль-Хайтам был беспрестрастен и продолжал неспешно двигаться в их сторону, ровным голосом ведя обратный отсчёт: — Десять. Девять. Восемь… Вой сирены вновь разнёсся по улице, на этот раз ближе. — Эй, брат, — один из бандитов обратился к главарю, — это же тот псих. Ну… с бара. Мужчина зло зыркнул на приближающегося мужчину, и его губы перекосились в недовольстве. Он определённо узнал, кто был перед ним. — Хорошо, — ог сплюнул под ноги и не забыл обдать Кавеха угрожающим взглядом напоследок. — Уходим. От бандитов и след простыл. Рипер облегчённо выдохнул и повернулся к старому другу. — Я бы и сам справился, — сложил он руки на груди, вздёрнув носом. По главной улице проехала машина законников, и, заинтересованно высунув голову в ту сторону, Кавех спросил: — Ты правда вызвал копов? — Нет, конечно, — хмыкнул аль-Хайтам, подходя ближе. — Ты в «Посмертие»? Блондин с подозрением сощурил глаза. — С чего ты взял? — всполошился рипер. Выходя из клиники, последнее, о чём он подумал, так это о возможной встрече с аль-Хайтамом, который несколько долгих лет работал в «Посмертии» барменом и, насколько мог догадываться Кавех, часто помогал Бестии добывать полезные данные. Налетел порыв ветра, и Кавех недовольно поёжился, обхватив себя руками. Он заметил, как аль-Хайтам устало вздохнул и, подойдя ближе, снял свою куртку и, не говоря ни слова, бросил её риперу. — Ты так и не научился одеваться по погоде, — хмыкнул он. — Не хочу возиться с законниками, если ты умрёшь от простуды. — Не отходи от темы, — раздражённо буркнул в ответ Кавех, просовывая руки в широкие рукава. — Откуда ты знаешь о «Посмертии»? — Я там работаю, — криво усмехнулся аль-Хайтам, на что Кавех лишь закатил глаза. Не сговариваясь, они медленно двинулись в сторону клуба. Аль-Хайтам продолжал: — Это я посоветовал тебя Бестии. — Ты? Посоветовал? — искренне удивился блондин, а затем кивнул сам себе. — Так значит, я не ошибся, она зовёт по делу. — Ты же не думал, будто она позвала тебя из-за твоих хирургических навыков? Ранее Кавех подумал, что слишком уж гладко складывается их с аль-Хайтамом разговор. Около двадцати минут спокойного диалога, без надменности бармена, без споров и криков… Кажется, это был их личный рекорд, но аль-Хайтам оставался прежним и, найдя повод, не упустил возможности напомнить Кавеху о его манере постоянно докапываться. — Да пошёл ты, — отмахнулся блондин. — Даже если и думал так? Тебе-то какая разница? — Разница есть, — спокойно ответил мужчина и замолчал. Кавех вопросительно посмотрел на него, надеясь, что привычка замалчивать информацию на середине испарилась с годами. — И? Ты собираешься продолжать? — Нет. Узнаешь всё на месте. Рипер недовольно цокнул языком и сунул руки в карманы чужой куртки, уставившись себе под ноги. К волнениям от предстоящей встречи с Бестией добавилось волнение от встречи с Аль-Хайтамом. Сквозь челку, что завалилась на глаза, Кавех зыркнул на мужчину и попытался вспомнить, когда они виделись в последний раз. Лет десять назад? Чуть меньше? Или, наоборот, — больше? Попытки вычислить точное количество были тщетны — это было слишком давно, но в разговоре с ним и не чувствовались прошедшие годы. Будто вот только вчера они вместе выбирались на совместное задание. И всё же глупо было не заметить изменения, что произошли. Внешне, по крайней мере, хоть в целом аль-Хайтам выглядел как прежде, разве, что стал чуточку выше, опередив Кавеха на полголовы, и тело было куда накачаннее, чем когда они были школьниками. И железом он был больше напичкам чем сам рипер из того, что он видел внешне и не сомневался, что внутри имплантов было столько же. Он всё так же держался уверенно, как и раньше, передавая всем своим видом незаинтересованность другими людьми. Многие могли спутать это с высокомерием, но Кавех лучше всех знал, что тот просто любил, когда его оставляют в покое, не возлагают ожиданий и не требуют многого. Он носил неизменную стрижку, и в свете неона в его пепельных волосах отражались все возможные оттенки. — Почему ты ни разу не пришёл в «Посмертие»? — спустя несколько минут тишины отозвался аль-Хайтам, заставив Кавеха вздрогнуть от неожиданности и оторваться от рассматривания старого друга. — Служебный вход всегда был открыт в мою смену. Кавех криво усмехнулся. — Я знаю. Каждую неделю по четвергам. — И ты ни разу не воспользовался им, а постоянно направлял соло. — Надеюсь, ты получал достаточно взбучки за это. — Изредка, — честно признался аль-Хайтам, проведя рукой по волосам. — Но благодаря им я приносил больше выручки домой. Коктейли по двойному тарифу, — едва заметно усмехнулся мужчина. Кавех ошеломленно уставился на старого друга. Похоже он все же изменился. — Ха-ха, когда ты стал таким жадным, аль-Хайтам? — Бармен не ответил, а Кавех вновь опустил взгляд к ногам. Немного помолчав, он всё же ответил на первый вопрос, смущенно почесав нос: — Мы ведь когда-то обещали получить приглашение в «Посмертие». Мне казалось неправильным, что ты предлагал провести меня туда за ручку. — Ты придаёшь слишком большое значение подростковым клятвам, — вздохнул аль-Хайтам. Его слова больно укололи Кавеха. Даже не укололи, а прошлись ножом, вырезали кусок плоти и оставили пустоту. Снова. Хуже всего было то, что в глубине души Кавех думал так же, но считал своим долгом быть единственным, кто придаёт этому значение. Если даже он наплюёт на всё, разве это не будет предательством? Кавех считал именно так. Он остановился и зло зыркнул на аль-Хайтама. — Но, похоже, ты позабыл всё, да? Тебе напомнить, из-за кого все эти клятвы перестали иметь смысл? — выплюнул он со всей имеющейся желчью. — Нилу была нашей подругой, а ты… ТЫ! Ах, забудь, тебе никогда не понять, что я чувствую. Аль-Хайтам обернулся и посмотрел на блондина. О чём он думал после этих слов, Кавех не мог сказать: лицо мужчины никогда не выражало ярких эмоций. На миг он мог заметить в бирюзовых омутах что-то похожее на укол вины, но эта эмоция исчезла так быстро, что точно сказать, что это была она, невозможно. В конце концов мужчина не нашёл должного ответа, развернулся спиной и бросил: — Нам нужно поспешить. Бестия не любит опозданий. Весь оставшийся путь к клубу они прошли молча. Возле нужного места Кавех удивлённо присвистнул, заметив толпу у «Посмертия». — Сегодня день открытых дверей, или что? Почему столько народу? — Блондин насмешливо посмотрел на Аль-Хайтама: — Неужели приглашения сейчас рассылаются спамом? — Не говори ерунды. Они подошли ближе к клубу. Над серыми, обшарпанными стенами здания, чей фасад был покрыт слоями граффити и рекламных постеров, висела массивная неоновая вывеска. Её свет пробивался сквозь густую, наэлектризованную дымку, окутывающую весь квартал. Знак в виде зигзагообразной молнии был ярко освещён резким зелёным светом и, казалось, прорезал темноту, освещая путь, словно маяк, приманивая к себе соло. Несмотря на то, что неон был повсюду, именно этот заставил дрожать Кавеха. Он стиснул руки в кулаки, стараясь не дать волнению охватить его полностью. Спустившись по скрипучим металлическим ступенькам, Кавех и fль-Хайтам оказались перед входом, где тоже собралась немалая толпа. Мужчины пробрались сквозь молодых наёмников и оказались у главной двери. — О, Хайтам, — шмыгнул носом один из охранников, чьё лицо удивлённо вытянулось при виде бармена, — разве сегодня твоя смена? — Встреча с Бестией. — Вот как, тогда проходи, — он толкнул дверь внутрь, и из-за неё тут послышалась громкая музыка. Когда Кавех двинулся следом, охранник вытянул перед ним руку и грубо спросил: — А ты кто такой? Решил проскользнуть на мышу? Кавех недовольно засопел, раскрасневшись. Он был готов закатить скандал, как всё его негодование сошло на нет, стоило аль-Хайтаму мягко взять его за запястье. — Он тоже к Бестии, — кивнул мужчина и, когда охранник убрал руку, затащил Кавеха внутрь клуба и сразу отпустил его. — Прости за это. Рипер ничего не ответил и только кивнул. Пройдя немного внутрь и минуя ещё одни двери, они оказались в главном зале «Посмертия». Кавех жадно вертел головой, стараясь рассмотреть всё вокруг. Интерьер «Посмертия» успешно совмещал в себе атмосферу техно-утопии с декадентской безысходностью. Музыка громкими басами разносилась вокруг, но сегодня танцпол не утопал в неоновых лучах, а всё пространство было залито холодным светом. Внутри тоже было менее людно, чем обычно. Вдоль одной из стен тянулась длинная металлическая барная стойка. Лениво протирая бокалы, за ней трудилась девушка-бармен с короткими волосами, выбритыми с одной стороны. Когда аль-Хайтам и Кавех подошли ближе, она тут же встретила их приятной улыбкой. — Решил поработать сверхурочно? — подмигнула девушка аль-Хайтаму, но, получив отрицательный ответ и услышав причину прихода, она понимающе кивнула. — Думаю, стоит подождать, тот рыжий парень снова создал проблемы, и в этот раз Бестии пришлось вмешаться. Она как раз пытается вразумить его, можешь посмотреть, если хочешь, — кивком головы барменша указала куда-то в сторону служебной двери. В унисон мужчины посмотрели в ту сторону. Дверь была немного приоткрыта, и Кавех смог заметить всплеск чего-то металлического, скорее всего кастета, что стремительно полетел вниз. Больше инстинктивно, нежели осознанно, блондин скривился, ощутив фантомную боль в районе челюсти. — Подожди здесь, — аль-Хайтам аккуратно прикоснулся к плечу Кавеха. Кивнув в ответ, рипер стал наблюдать, как бармен медленно пошёл к служебной двери. В приоткрывшейся на секунду щёлочке Кавех заметил распластавшееся тело, над которым стояли две фигуры. — Весело у вас, — вздохнул рипер, повернувшись к девушке, когда дверь закрылась и рассмотреть больше уже было нельзя. — Ха-ха, не то слово. Первый раз в «Посмертии»? — мужчина кивнул. — Я Клэр. — Кавех. Барменша отложила тряпку и принялась копошиться под барной стойкой. Через несколько секунд перед Кавехом появилась стопка, а ещё через несколько в ней плескалась зеленоватая жидкость, которую барменша сделала, смешав два алкоголя. — Попробуй, сегодня придумала, — гордовито заявила она. — Именная выпивка? — рипер покрутил стопку в руках и залпом выпил. Горло тут же обожгло, и он закашлялся. — Слишком горячо, — охрип мужчина. — Ну-ну, не может же быть так плохо, — девушка похлопала его по спине. — Вот, запей водой. Может, мяты добавить для смягчения вкуса? — Что это вообще было? — поинтересовался Кавех, опустошив стакан с водой. — Я словно хлебнул огня. — А, забей. Я экспериментирую над шотом в честь Аль-Хайтама. На коктейль он явно не заслужил, но вот маленький шот на память будет кстати. Что-то внутри рипера похолодело, и он быстро забыл об обжигающей выпивке, поддавшись тревоге. Немного нервно он спросил: — Разве в «Посмертии» делают именную выпивку не для тех, кто окочурился? — Ага, — лениво ответила Клэр, не заметив чужого беспокойства, вернувшись к протиранию стаканов. — В последнее время Хайтам часто лезет на рожон и заводит много неприятелей среди посетителей клуба. Кто знает, когда один из этих психованных уёбков попробует проткнуть его ножом после смены. Кавех не нашёлся, как это прокомментировать. Раньше он бы сказал, что это какой-то бред, но теперь… Не может же человек остаться во всём прежним. Ведь аль-Хайтам, которого он знал по отголоску прошлого, был всегда осторожен. И с недоброжелателей завёл себе разве что Кавеха. Рипер махнул головой, отгоняя мысли о старом друге. У него были дела поважнее, за которые следовало бы поволноваться больше: ему предстоит встреча с Бестией, а аль-Хайтам давно не маленький, и если он заводит себе врагов, значит уверен, что может справиться с ними. Служебная дверь была всё ещё закрыта, и, чтобы скоротать время, Кавех вернулся к разговору с барменшей. — Почему тут так пусто? На улице куча народу стоит. — Так это из-за того ублюдка, — девушка кивнула в сторону служебной двери. — Мелкий поганец думает, что «Посмертие» — бойцовский клуб, и постоянно приходит доебаться до кого-то, ввязываясь в драку. Сегодня вот пробил череп одному фиксеру. Конечно же буянить он приходит только в мою смену, зная, что я его не остановлю. — Он какая-то важная шишка или что? Почему просто не пускать? Клэр устало вздохнула. — Ты слышал о Фатуи? — Кавех махнул головой. Скорее всего, это была бандитская группировка, а он принципиально не водился с бандитами, зная, что законники любят прикрывать клиники таких риперов. Он же не мог потерять клинику из-за желания срубить больше денег. — Это русская шайка, обосновавшаяся в Найт-Сити четыре года назад. Рыскают повсюду, доставляя проблемы, но влиятельные, на уровне «Арасаки», — девушка отставила вычищенный бокал в сторону и склонилась ближе к Кавеху, понизив голос. — Даже Бестия присмыкается перед ними, хотя «Арасака» так и не прогнула её. Понимаешь уровень? — В неоне её карие глаза вспыхнули. Кавех удивлённо вскинул бровью. — Так тот парень… — Ага, — девушка весело кивнула, вернувшись к прежнему занятию, — он из Фатуи, и, как ты правильно заметил, — важная шишка среди них, вот Бестия и не может так просто вышвырнуть, хотя грозится каждый раз. Но сегодня, — она довольно хмыкнула, — довёл её. Сто лет не видела, чтобы она выбивала из кого-то дурь. Хорошее ты время выбрал для визита. Кавех подпер рукой щёку, устало вздохнув. Если бы он знал, что Бестия сегодня без настроения, пришёл бы завтра. Она ведь не указала точный день в сообщении, а значит, мог сделать это в любое время. Кавех верил слухам, особенно слухам от соло, особенно тех, кто посещал «Посмертие», поэтому он точно знал, что когда Бестия без настроения, она не разбирает свой-чужой, и каждый может попасть под руку. А рука, судя по всему, у неё была тяжёлая. Он мог только надеяться, что вызвала она его по какому-то действительно важному делу, и он не выйдет отсюда с побитым лицом. Словно прочитав его мысли, барменша звонко рассмеялась: — Не переживай, ты красавчик, Бестия любит таких. Может, попадёшь в фавориты, и она уложит тебя возле себя — будешь как за каменной стеной, — девушка поиграла бровями, а Кавеха бросило в дрожь от такой перспективы. — Перестань пугать новеньких, — за спиной раздался спокойный голос аль-Хайтама, и блондин резко обернулся к нему. Затем он бросил взгляд на служебную дверь. Она была настежь открыта, но внутри уже никого не было. Кавех с досадой покачал головой — он ведь надеялся рассмотреть бунтаря повнимательнее, чтобы отметить для себя, от кого ещё стоит держаться подальше в этом городе, но за разговором пропустил момент, как кто-то выпроводил его оттуда. — Я просто рассказываю о карьерных возможностях, — развела руками Клэр, подмигнув риперу. Аль-Хайтам только покачал головой в ответ, после чего его светлый взгляд обратился к Кавеху. Склонившись к нему чуть ближе, он сказал: — Пойдём, Бестия уже ждёт нас. — Нас? — удивился Кавех, будучи уверен, что говорить с королевой «Посмертия» он будет один. — Поймёшь на месте. Иди за мной. И, продвигаясь между людьми, аль-Хайтам пошёл вперёд. Вздохнув, Кавех попращался с барменшей и последовал за ним. Они двигались в противоположную от барной стойки и танцпола сторону. Дальше начиналась секция с переговорными зонами. Небольшие комнатки были отделены друг от друга звуконепроницаемыми дверями, не позволяя чужим ушам услышать то, что им не предназначалось. Минуя несколько таких комнаток, аль-Хайтам остановился у одной из них и, пару раз постучав, открыл дверь. — Проходи, — сказал он Кавеху. Блондин бросил на него осторожный взгляд и медленно вошёл в переговорную. Аль-Хайтам вошёл следом, плотно прикрыв за собой дверь и заняв место возле женщины, ждавшей их. Величаво расположившись на широком диване, в комнате сидела королева соло и фиксеров Найт-Сити — Бестия. Она тут же сверкнула своими серо-голубыми глазами на него, криво усмехнувшись тонкими губами. — Много наслышана о тебе, Кавех, — блондин, садясь напротив, стрельнул глазами в сторону старого друга, боясь, что именно он мог рассказать о нём. — Ты не похож на рипера. Кавех действительно отличался от других хирургов тем, что у самого него железа было минимум: глазные импланты, что позволяли считывать состояние пациента во время операций, и механическая ладонь, пальцы которой превращались в тонкие и нужные в работе инструменты. Когда-то он хотел укрепить кожу, но его благополучно отговорили. — Полагаюсь на собственную выдержку, — развёл Кавех руками, на что Бестия удовлетворённо ухмыльнулась. — Но мы же собрались здесь не для того, чтобы обмениваться мнением о том, как должен выглядеть рипер. — Переходишь сразу к делу, мне нравится. Хайтам отзывался о тебе как о надёжном напарнике. — Бывшем напарнике, — поспешил поправить её рипер. Глаза Бестии недобро сверкнули, и Кавех прикусил язык — похоже, королева наёмников не любила, когда её перебивают. Прокашлявшись, он пробубнил извинения. Взгляд фиксера немного смягчился. Несмотря на возраст — Кавех предполагал, что ей должно было быть около восьмидесяти — Бестия продолжала обладать яркой и выразительной внешностью, которая сразу привлекала внимание. Седые волосы были перекинуты на правую сторону, открывая вид на левую часть головы с кибернетическими имплантами. На ней были чёрные обтягивающие штаны и кожаная куртка поверх серой майки, которая открывала вид на все былые боевые раны и установленные импланты. На её шее Кавех заметил массивный ошейник с вшитым шифратором, что предотвращал любое дистанционное вмешательство в её сеть. — Ко мне обратился клиент, — перешла к делу Бестия, — который заинтересован в неком товаре, что «Арасака» собирается привести в Найт-Сити на днях и выставить на аукционе. Я считала, что аль-Хайтам сможет забрать его без лишнего шума во время торгов, но, собрав информацию, стало понятно, что не обойтись без небольшой команды. Но поскольку это аль-Хайтам, — Бестия устало прикрыла глаза, — найти для него напарников непросто. Кавеху пришлось прикусить губу, чтобы не рассмеяться с её слов. Он не понаслышке знал, как иногда с ним бывает трудно сработаться. Он бросил на бармена взгляд, который продолжал спокойно сидеть на своём месте, сложив руки на груди, словно не о нем шла речь. — Он заверил, что ты подходящий кандидат для его партнёра, и я не имею причин не доверять ему, — продолжала Бестия. — Поэтому предлагаю тебе работу: вы объединитесь с аль-Хайтамом и украдёте товар, а я не поскуплюсь на долю вознаграждения. — Что это за товар? — нахмурился рипер. Бестия хмыкнула в ответ. — Сначала согласие, а затем расспросы. В «Посмертии» попросту не раскидываются информацией. Кавех не расстроился от такого ответа. Он не был наивным дураком и хорошо знал, как ведут свои дела фиксеры и наёмники. Его вопрос не имел смысла сейчас, но попытаться следовало. Чтобы не продолжать дальнейшие ненужные вопросы, он задал тот, который действительно имел для него смысл сейчас. Прикусив губу, он поинтересовался: — А сумма вознаграждения…? — Достаточно, чтобы ты мог выплатить свои долги и остаться в плюсе, — сказала, как отрезала, Бестия. Лицо Кавеха тут же покрылось багровыми пятнами от смеси стыда и злости, что вспыхнули в нём. Его недовольный взгляд метнулся к аль-Хайтаму, который продолжал спокойно сидеть как ни в чём не бывало, без единой эмоции на лице. «Что он ещё рассказал ей?!» — зло подумал Кавех, ощущая, как волнение захватило его, и шея неприятно заныла, напоминая о долговом ярме, что возложили на неё Его долги начали накапливаться незадолго после того, как их с Аль-Хайтамом сотрудничество завершилось. Кавех осознал, что сбережений у него нет, работать соло в одиночку не получалось и, вспомнив корни, он, как и его покойный отец, решил стать рипером. Некоторые знания у него, несмотря на возраст, имелись, другие он получил позже. Но на то, чтобы открыть клинику, требовались деньги. Самым быстрым способом в Найт-Сити получить много денег было обращение к кредиторам. Всё вроде бы должно было быть гладко, но из-за неправильно прочитанного договора сумма его долгов с каждым годом увеличивалась, как бы он ни расплачивался. Коллекторы стабильно раз в месяц разносили ему клинику либо давили, чтобы он ставил им новые импланты себе в убыток. В общем, ростовщика он выбрал крайне неудачного и живучего, который требовал от него всё до копейки. В обычных обстоятельствах он бы ни за что не согласился работать с Аль-Хайтамом. Их последнее сотрудничество закончилось катастрофой и смертью, но и до конца жизни выплачивать долги и встречаться с коллекторами тоже не хотелось. В который раз Кавех поднял рубиновый взгляд на старого друга. Пускай он продолжал сидеть спокойно, глядя куда-то в сторону, Кавех видел, что тот нервничал. Это было видно по слегка прищуренных глазах и напряжённой челюсти. Мысленно рипер усмехнулся: наверняка руки в кулаки он тоже сжал, как делал раньше. Его молчание затянулось неприлично долго, но никто не давил с ответом, за что он уже был благодарен. Хотя, будучи откровенным, решение он принял сразу. Даже еще раньше, когда отправился в «Посмертие». Он не мог упускать шанс подзаработать на стороне и, возможно, увеличить свою славу как рипера. Даже если бы Бестия сказала ему сработаться с двумя аль-Хайтамами, он бы согласился. Это затянувшееся молчание было попыткой назначить цену самому себе. Будто он имеет выбор и это не серебряная ложка, которую ему всучили в рот. Незаметно для других Кавех вздохнул. Ему было противно от себя. От того, что он загнал себя в такую ситуацию, где не имел выбора. Какой позор. В конце концов Кавех просто посмотрел в упор на Бестию и улыбнулся: — Всё это слишком заманчиво, но мне хотелось бы больше деталей. Королева «Посмертия» удовлетворённо хмыкнула. Это было в стиле всех соло — дать косвенное согласие. Любой опытный фиксер сразу улавливал это. Краем глаза Кавех заметил, как расслабилась челюсть аль-Хайтама, и впервые за то время, как они вошли в эту комнату, он посмотрел на него. — Что ж, аукцион, который проводит «Арасака», пройдёт в следующую субботу, в одном из их лояльных клубов, — Бестия протянула руку в сторону аль-Хайтама. Тот достал из кармана брюк чип и уложил его на низкий столик перед Кавехом. Без лишних вопросов Кавех подобрал чип и сразу вставил в разъём на шее. Он ощутил лёгкое покалывание по телу, а затем перед глазами появилась строка загрузки. Секунда — и он видел ряды букв и изображения вещицы, о которой говорила Бестия. Судя по всему, это был какой-то робот. Довольно габаритный и непрактичный. — Вещица прибудет в порт Найт-Сити в ночь с пятницы на субботу, Хайтам считает, что это самое удачное время для её похищения. Продолжи, — Бестия обратилась к бармену, и тот покорно кивнул. Поддавшись вперёд, он сложил руки в замок, удобно устроив их на коленях, и продолжил: — Это прототип первого научного робота «Арасаки». Более улучшенные версии они используют в своих лабораториях при тестировке разных веществ, впрочем, это не имеет особого смысла — просто для понимания. Кавех кивнул. Эту же информацию он считывал с чипа. Он даже улыбнулся от того, какое название для аукциона выбрали корпораты: «Из прошлого в будущее». Это объясняло, почему подобный раритет был не утилизирован, а приволоченный через весь океан из Японии. — Заказчику этот робот нужен для исследований. Каких, он не сообщил, но нам без разницы. Он очень хочет заполучить его и готов заплатить любые деньги. — Почему же он сам не сходит на аукцион и не выкупит его? — усмехнулся рипер, вытаскивая из себя чип. Всё равно не было смысла вникать в текст. Раньше аль-Хайтам был тем, кто изучал всё до мелочей и придумывал планы, Кавех просто помогал в исполнении. Мужчина не сомневался, что в этот раз всё будет так же. — При обычных обстоятельствах он бы так и сделал. Но в этот раз на аукционе будет присутствовать делегация из правительства Японии, и гости на аукцион были специально отобраны, — вздохнул бармен. — Понятно. Вот почему ты не можешь забрать это во время торгов. — Да. Бестия пыталась добиться попадания в список, но… — …эти выблядки из «Арасаки» закрыли все щели, чтобы подкупить кого бы то ни было, — фыркнула Бестия. Пускай на уровне слухов, но, очевидно, королеву фиксеров и соло связывали довольно сложные отношения с корпоратами, и играть по правилам «Арасаки» её выводило из себя знатно. — Если коротко, то да, — улыбнулся аль-Хайтам, отбросив волосы назад, — ни заказчик изначально, ни мы после получения поручения не смогли попасть в список гостей. Поэтому единственный выход получить желаемое — украсть нужное перед самым аукционом. Кавех помнил, как работал аль-Хайтам в своё время. Он мог потратить недели, чтобы разузнать всё и придумать различные ситуации, как может пройти задание, просчитывая каждый шаг до мелочей. Напротив самому Кавеху, который любил действовать инстинктивно, учитывая ситуацию на месте. Поэтому, слушая, он не сомневался, что у аль-Хайтама уже есть план, как украсть нужное. Когда он сказал это, заметил, как Бестия улыбнулась, а на лице мужчины проскользнуло смущение. — Можно и так сказать, — уклончиво ответил аль-Хайтам, и Кавех понял, что плана нет. По крайней мере пока. — Мне нужно ещё немного информации, и тогда я смогу ответить наверняка. Внезапно Бестия подняла руку, и в эту же минуту в дверь постучали, и после разрешения дверь открылась, и в ней показалась голова одного из охранников, которые ранее были на входе. — Босс, — шмыгнул он носом. — Там проблема. Тот тип снова затеял драку. Мы пытаемся разборонить, но… — Сука, — выплюнула Бестия и стремительно поднялась со своего места. — Я переломаю кости этому рыжему ублюдку. — Прежде чем выйти, она обернулась и посмотрела на рипера: — Добро пожаловать в «Посмертие», Кавех. Развлекайся. Когда за Бестией закрылась дверь, Кавех облегчённо выдохнул. Всё это время с ней наедине он не мог до конца расслабиться, и как только женщина ушла, его тело словно расплылось по дивану. Остатки напряжения отдавались в солнечном сплетении, и он устало пожал переносицу, лишь бы отогнать её немного. — Она пугает, — честно признался Кавех, криво усмехнувшись. — Я часто представлял, каково это. И должен сказать — это ещё хуже. Аль-Хайтам с хрипотцой рассмеялся. Он всё ещё сидел, упершись руками в колени, и внимательно наблюдал за Кавехом. — Значит, твои долги… Они не уменьшились? Кавех закатил глаза и отмахнулся от старого друга, словно от назойливой мухи. — Заткнись. Это тебя не касается, — чтобы не развивать эту тему дальше и избавиться от ненужной неловкости, Кавех со вздохом выпрямился и вновь аккуратно сел. — Так что нужно знать ещё по этому делу? Насколько всё опасно, даже если плана нет? — По моим расчётам реальной опасности не может быть. Проблема, почему я не могу сделать это самостоятельно, — это гости аукциона, — Кавех с интересом склонил голову к плечу, и бармен объяснил: — Это пока предположение, но чтобы всё прошло гладко, «Арасака» может увеличить охрану не только на время аукциона, но и для того, чтобы принять и перевезти все лоты. Рипер усмехнулся: — Раньше наличие охраны тебя не волновало, когда ты пробирался через логово корпоратов. Стареешь, аль-Хайтам, — язвительно заметил блондин. В ответ мужчина только вздохнул на это замечание. Кавех увидел проблеск усталости, но когда тот заговорил, голос звучал как обычно. — Главный исполнитель — Бестия, а не я. И если что-то пойдёт не так, это будет удар по её репутации, а не моей. Вот в чём разница, — не давая времени Кавеху придумать какой-либо комментарий, Аль-Хайтам вернулся к делу: — Дома я подготовил схему причала и узнал, куда прибудет товар. Для надёжности нам не помешал бы ещё нетраннер. Я бы мог сам перепрограммировать свои импланты, чтобы не привлекать третьего, но адаптация и настройка займёт много времени, а у нас его нет, — он развёл руками. — У Бестии есть несколько надёжных, но они сейчас на заданиях, поэтому я подумал, возможно, из посетителей твоей клиники будет кто-то подходящий. — Кавех задумчиво слушал его, и, похоже, аль-Хайтам ошибочно считал выражение его лица, так как поспешно добавил: — Не волнуйся, твоё вознаграждение не уменьшится. Рипер на его слова только отмахнулся. Ещё когда аль-Хайтам только заикнулся о нетраннере, на ум ему пришёл конкретный человек. Даже два — идущие в комплекте. Как и Кавех, они нуждались в деньгах и, насколько понимал Кавех, не могли брать задания у фиксеров напрямую, работая только через посредников либо в компании с другими. К тому же рипер не сомневался, что сосредоточатся они исключительно на работе и скрытых мотивов иметь не будут, чего не скажешь о других, когда те узнают, что заправляет всем делом Бестия. Хоть и косвенно. — Знаешь, кажется, я знаю, кто нам может подойти. Аль-Хайтам поднял бровь, что на языке его тела значало высшую степень интереса. Но сразу же после своих слов Кавех немного замялся и, нервно хохотнув, продолжил: — Вот только чтобы связаться с ними, нужно перевернуть вверх дном всю Пасифику. — Кавех, — в который раз устало выдохнул бармен. — У нас нет времени… Договорить ему не дали. — Нет-нет, поверь, это того стоит. За годы работы я никогда не видел у обычного соло такой хром, как у одного из тех парней. Ладно, может, у каких-то корпоратов и есть такие, но среди обычных наёмников ты встречал хоть раз кого-то, у кого все импланты были соединены так, словно один организм? — Аль-Хайтам открыл рот, чтобы ответить, но Кавех выставил руку вперёд, даже не давая возможности возразить, а то, что это будет именно возражение, он не сомневался. — Молчи, точно не видел. Между ними словно стена опустилась — тишина. Бирюзовые глаза встретились с рубиновыми, и в немом противоборстве мнений Кавех первый отвёл взгляд. При этом он вскочил на месте и самым что ни на есть неожиданно мягким, почти примирительным тоном произнёс: — Два дня. Если я не отыщу их в Пасифике за два дня, мы быстро возьмём другого нетраннера. Договорились? — он снова поднял взгляд на лицо аль-Хайтама. Он видел, как тот всё ещё сомневается, но что-то рациональное в нём надтреснуло, и, признавая поражение, он поднял руки. — Хорошо. Надеюсь, это того стоит. — Даже не сомневайся, — усмехнулся рипер.

***

На следующий день после встречи с Бестией, Кавех и аль-Хайтам стояли неподалеку от границы Пасифики с Хэйвудом, перед перегороженной голографической лентой законников места преступления. Двое в полицейской форме копошились неподалёку и укладывали труп в чёрный пакет. Рядом с ними бегала молодая полицейская, зазывая коллег работать активнее, угрожая кулаком. — Ну… Пасифика — это Пасифика, — усмехнулся Кавех, процитировал типичную фразу из новостей, стараясь разрядить негодование аль-Хайтама. Несмотря на то, что изначально рипер хотел отправиться в самый беззаконный район Найт-Сити самостоятельно, уже перед выходом из дома он всё же решил взять с собой и бармена. Он не хотел признавать, что главной причиной было то, что в компании с ним Кавех будет чувствовать себя в безопасности. И поэтому убедил себя и аль-Хайтама (как он думал) в том, что так поиски будут быстрее, хотя разделяться в Пасифике они не намеревались. Каждый из них прекрасно понимал, что ничего быстрее не будет. Аль-Хайтам всё ещё считал, что нетраннеры не стоят того, чтобы без единой подсказки разыскивать их в трущобах, насколько бы талантливы те ни были. По дороге он ещё несколько раз пытался вразумить Кавеха, аргументируя, что для этой работы им не нужен мегаталантливый соло. Но Кавех был непреклонен, пропуская мимо ушей все доводы и заявляя, что он просто хочет дать возможность хорошим парням срубить побольше денег за непыльную работу. Когда законники унесли труп и скрылись за одним из зданий, рипер толкнул старого друга в плечо, и они проскользнули на территорию Пасифики, минуя ленту и раздражающий писк, который сопровождал её пересечение. Говоря о границе с Пасификой, единственным обозначением в этом месте был небольшой рекламный баннер, который оскорблял законников. Вообще по всей границе района была построена стена с колючей проволокой, но в этом месте её когда-то на время убрали, стараясь внести немного закона в бунтарное место, но ничего не вышло, а заново стену никто не строил. Тем не менее с обеих сторон чётко знали, где пролегала граница, которую нельзя пересекать, если не хочешь нарватся на проблемы. За всю жизнь в Найт-Сити Кавех лишь единожды был в Пасифике — сразу после того, как его карьера соло в паре с аль-Хайтамом и их подругой Нилу закончилась, — и он думал здесь обосноваться. Тогда он не особо понимал всю опасность этого района, считая, что слухи преувеличены, но оказалось, они таковыми не были и совсем не отображали реальное положение дел здесь. Он пробыл в Пасифике всего полдня, но был свидетелем поножовщины с летальным исходом для одного, перестрелки, которая началась из-за того, что один бандит хотел зажать его в углу, а второй был недоволен, что не он это сделал, а еще видел мусорщиков, оценивающих труп, чтобы разобрать его импланты. Но вишенкой на торте стала встреча с одним из вудуистов, которая окончательно убедила Кавеха, что здесь ему не место. Вновь вернувшись в Пасифику, рипер сразу вспомнил эту встречу. Ему не угрожали, не били и не пытались использовать — на самом деле тот гаитянин выглядел довольно дружелюбно и дал дельный совет: забрать свои манатки и сматываться отсюда, иначе до заката он не доживёт. И Кавех послушался. Он быстро оставил Пасифику, пообещав себе больше туда не соваться без надобности. Возможно, из-за той встречи Кавех и имел несколько расплывчатое мнение о вудуистах и, по сравнению с другими жителями Найт-Сити, не относился к ним с глубокой неприязнью. — Напомни мне ещё раз, почему ты просто не можешь связаться с одним из нетраннеров? — оторвал его от мыслей аль-Хайтам. Они миновали границу и шли в сторону смотровой площадки, с которой открывался прекрасный вид на океан. У них не было чёткого плана; когда Аль-Хайтам предложил разработать его перед тем, как идти в Пасифику, Кавех только отмахнулся: мол, на месте разберутся. — Ну-у… я не знаю всех подробностей, но он как бы официально мёртв. Каким-то образом ему удалось сменить свой ID, но всё равно опасается звонков и сообщений, предполагая, что времени прошло недостаточно, чтобы всё полностью улеглось. Бармен остановился, одаривая рипера тяжёлым взглядом. — Что такое? — возмутился Кавех, раскрасневшись. Да, ему следовало предупредить сразу, но тогда аль-Хайтам не согласился бы на эту идею. — Мы их уже ищем. Какая разница. — Бестия не оценит. — Бестия, Бестия, — перекривил его рипер, раздражаясь. — Она передала это дело тебе, значит, ты главный. А раз ты захотел в напарники меня, значит, должен доверять, не так ли? — Слушай, — спокойно начал аль-Хайтам, отчего Кавех начал раздражаться ещё больше. Он знал этот тон и знал, что сейчас ему предстоит выслушать лекцию о его беспечности. Но, к удивлению рипера, Аль-Хайтам был немногословен: — Я не отказываюсь от того, о чём мы договорились, но если у них проблемы — мы тоже сможем попасть под удар. Я не хочу, чтобы к твоим долгам прибавились ещё проблемы с законом. Кавех прикрыл глаза. Былое раздражение — ушло на нет. Вообще-то аль-Хайтам — как бы Кавеху не нравилось — был прав, и, возможно, не живи рипер с позицией, что на любую мысль Хайтама нужно отвечать противоположной, он бы согласился с ним, но… Мужчина открыл глаза и усмехнулся. Сжав руку в кулак, он подошёл к старому другу и несильно ударил того в район груди. — Не беспокойся, я уверен, всё пройдёт гладко. — Ты никогда не умел выбирать союзников, — покачал головой тот, когда они продолжили путь. Кавех широко усмехнулся, пожимая плечами: — Но мы до сих пор живы. Кстати ты знал, что мы преодалели порог среднестатистического возвраста смерти в Найт-Сити? — Тебе нужно продержатся еще два года, — мрачно ответил бармен. — Боже, ну что за зануда, — закатил глаза рипер. Идя дальше, они увидели группу подростков, смеющихся во весь голос и стреляющих по стеклянным бутылкам, что те расставили на перилах вдоль ступенек, которые вели к смотровой площадке. Скорее всего, они могли принадлежать к какой-то местной банде, ведь вряд ли бы школьники так беспечно забавлялись в оплоте беззакония. — Ладно, если ты не можешь позвонить никому, как мы будем искать их? — спросил аль-Хайтам, осматриваясь вокруг. Когда он обернулся к спутнику, того и след простыл: блондин уверенно направлялся к группе детей. — Эй, Кавех, ты же не будешь… — Привет! Привет! — радостно замахал рукой рипер подросткам. — …спрашивать всех подряд, — уже тише закончил Аль-Хайтам. На минуту, подростки оставили свое развлечение, обернувшись к риперу осмотрев его с ног до головы. Большинство из них сразу же потеряли интерес, вернушись к стрельбе и только один из них — низкий, с выбритой головой и серебряными зубами — грубо спросил: — Тебе чего, дядь, на проблемы нарываешься? — Следил бы за словами, говнюк, — насупился Кавех, к дяде ему было еще далеко, — вопрос есть. Я ищу двух нетраннеров, новеньких в трущобах. Знаете что-то? Лысый малец зло оскалился, но оскал пропал, когда за спиной рипера остановился аль-Хайтам. Подростку не понадобилось много времени, чтобы оценить, что поддержка у странного блондина более чем внушительная, и он легко мог бы разделаться с ним и глазом не моргнув. Поэтому, прочистив горло, он сложил руки на груди и вздёрнул носом, глядя в сторону: — Не знаю ничего. Да даже если бы и знал, у тебя бы не нашлось евродолларов, чтобы расплатиться. Или ты думаешь, я за бесплатно буду швыряться инфой? — Ах ты ж! — вспыхнул Кавех, готов дать пинка мелкому, но в последний момент сдержался. Смахнув с глаз чёлку, он, пытаясь скрыть недовольство в голосе, спросил мальца: — У кого, кроме тебя, я тут могу выторговать информацию? Кто из фиксеров тут всем заправляет? — Дурак, я же сказал, что… — аль-Хайтам тактично прокашлялся, и малец недовольно цокнул языком. — Ладно, может, и не дурак. Вообще всем заправляет мистер Хэндс, но он не будет с вами говорить. — И почему же это? — скривился Кавех, раздражаясь, что какой-то малец ни во что его не ставит. — У него дел по горло. Какой-то чокнутый режет всех направо и налево на границе. Законники уже недовольны и сунут сюда свой нос, разнюхивая. Мистер Хэндс поднял все местные банды, чтобы поймать его. — Это может быть один из твоих… — начал было аль-Хайтам, но Кавех отрицательно махнул головой: его нетраннеры точно бы не стали заниматься чем-то подобным. Бармен не стал спорить. — Пойдём отсюда, подумаем, где ещё мы сможем найти их. — Да-да, валите нахуй! — крикнул им вслед малец, когда они отошли достаточно далеко, чтобы не дать пару подзатыльников. Спустя несколько часов безуспешных расспросов Кавех устало сел на лавку, раскинувшись на ней, словно на кровати, и отбросив голову назад. День близился к закату. «Хорошо, что я взял с собой аль-Хайтама», — как-то уж слишком радостно подумал он и тут же скривился. Они натыкались на настолько отбитых здесь, что если бы он пошёл один, точно бы набрался проблем. Конечно, он уже не был подростком и смог бы постоять за себя, но не факт, что не получил пару кулаков. Несмотря на то, что он чинил других, себя даже от простуды спасти не мог, не говоря уже о более серьезных повреждениях. И всё же день близился к концу, и Кавех подумал о том, что им нужно возвращаться в Хейвуд. Несмотря на то, что днём всё прошло спокойно, вечером даже суровое лицо аль-Хайтама не будет надежным пугалом, для всяких ублюдков. Внезапно что-то холодное притронулось ко лбу рипера. Он испуганно дёрнулся, но это оказался бармен с банкой газировки из автомата неподалёку. Буркнув под нос что-то вроде благодарности, Кавех принял банку и со звонким «клац» потянул за ушко. Сделав несколько больших глотков, он снова откинулся на спинку лавки. — Может, всё же попытаемся отыскать того фиксера, о котором говорил малой днём? — спустя время спросил Кавех. Аль-Хайтам повёл плечами. — Не думаю, что будет толк, — он сделал глоток, и рипер, словно заколдованный, наблюдал за тем, как дёрнулся его кадык. — Ты расспросил довольно много людей, может кто-то да и передаст им. — Было бы хорошо, если бы они сами на меня вышел, конечно. Но характер у одного не сахар, вряд ли он поведётся на такое, — вздохнул Кавех, заставив себя отвести взгляд. Он пока не считал, что его мысль привлечь их к заданию плохая, но первые ростки этого уже пробивались в голове. Если бы аль-Хайтам сейчас снова начал бы разговор о глупости этой затеи, рипер не был уверен, что он бы так яро отбивался от его доводов. Похоже, им не оставалось ничего, кроме как следовать их стратегии и дальше — расспрашивать всех подряд и завтра. — Ладно, пойдём отсюда. Ночью здесь любят ошиваться мусорщики, — аль-Хайтам поднялся со своего места и протянул руку Кавеху, который её попросту проигнорировал, поднимаясь следом. Слишком взволновал его чужой кадык. Рипер сделал последние несколько глотков газировки, опустошая банку, и, сжав её механической рукой, выкинул жестянку в мусорник, стоявший неподалёку, и пошёл следом за аль-Хайтамом. Сидя на лавке, никто из них не заметил, как неподалёку стоял человек, внимательно наблюдавший за ними последнее время. Капюшон от чёрного худи хорошо скрывал его лицо в тени, и, не обладая врождённым чувством к преследованию, он так и остался незамеченным рипером и барменом «Посмертия». Когда те отошли достаточно далеко, человек достал из кармана телефон и, бегло пробежав пальцами по клавиатуре, отправил сообщение. «Они покидают Пасифику. Готов расправиться с ними».