Я хочу с тобой.

Жан долго привыкал к своему новому мотоциклу. Когда он только получил его, долго отказывался пользоваться и кататься. Жан не привык, что у него есть что-то свое, чем он может спокойно пользоваться, не опасаясь наказания. Но постепенно он смог с этим смириться и начать иногда выезжать. Сначала он садился за руль, только если срочно нужно было куда-то добраться, а идти пешком времени не было. Вскоре к этому добавились простые поездки, даже если совсем недалеко. И только спустя несколько месяцев он понял весь кайф езды на мотоцикле и начал кататься куда чаще. Сначала это были небольшие дневные катания по городу, но вскоре Моро решил уехать посреди ночи. Первая поездка не запомнилась ему какими-то яркими и хорошими эмоциями. Уехал он не потому, что ему этого хотелось, а чтобы избавиться от липких мыслей, которые внезапно охватили его среди ночи. Мотоцикл был хорошим способом заглушить эту бурю. Во второй раз Моро действительно захотел выехать сам. Он по-тихому собрался посреди ночи, пока Джереми спал, и ушел, захватив с собой шлем. Разгоняясь по пустой трассе, Жан ощущал восторг. Он чувствовал свободу, которой был лишен в Гнезде. Но вместе с тем страх, но не перед грядущим ударом, а страх скорости – опьяняющий, заставляющий жить здесь и сейчас. Ветер обжигал его открытые руки, а тело, от кончиков пальцев на руле до пяток на подножках, пронизывала дрожь. Приятная дрожь. Но Жан старался ее унять, ведь нужно было держать руль крепко, иначе одна ошибка – и игре конец. Когда Жан остановился, тело гудело. Но в голове было пусто, а в груди разливалось облегчение. На это мгновение он забыл о всех ужасах своей жизни, позволяя этому чувству растечься по телу, словно мед. Было хорошо. После этого ночные поездки стали почти ежедневными. Жан ничего не говорил Джереми. Ни утром, ни перед уходом. Нокс спал, зачем его будить? Но и утром Жан ничего не упоминал. Даже не думал об этом. Моро не считал эту информацию настолько важной, чтобы рассказывать о ней Джереми. Но в одну ночь, когда Жан провалялся в кровати уже около часа и решил снова уехать, Джереми неожиданно схватил его за руку. Моро вздрогнул, не ожидая, что Джереми не спит. – Куда ты уходишь? – сонно пробормотал Нокс, приоткрывая один глаз. Второй был скрыт подушкой. Жан замер, уставившись на парня. Он поджал губы, раздумывая над ответом. Но Джереми его опередил. Теперь он полностью сел на кровать и все еще держал Жана за запястье. – Ты уходишь каждую ночь и возвращаешься через несколько часов, Жан, – Джереми старался говорить ровно, но в его голосе проскользнула тень обиды и тревоги. – Успокойся, я просто... катаюсь. – выдохнул Жан, решив, что нет смысла скрываться и зря нагнетать. Очевидно, Джереми заметил его отсутствие и подумал о том, что Жан сбегает от себя, от него, что его снова беспокоит прошлое. Но это было не так. Теперь была очередь Джереми уставиться на него. – Катаешься? По ночам? Жан тяжело вздохнул. – Боже, Джереми. Да. Прекрати. Освободив свою руку, Жан встал с кровати и начал переодеваться. – С каких пор? – не унимался Джереми. – Месяц назад. – ответил Жан, натягивая кофту. Повисло молчание. Джереми, кажется, о чем-то задумался, но Жан не обращал внимания, поглощенный переодеванием. Он закончил надевать штаны и потянулся за своей сумкой, когда услышал позади себя шуршание одеяла, а после – тихие шаги, приглушенные мягким ковром. Джереми аккуратно коснулся его плеча, разворачивая к себе. Жан вопросительно выгнул бровь. – Я хочу с тобой. Жан только неопределенно пожал плечами, перекидывая лямку сумки через голову. Джереми широко улыбнулся и, обогнув Моро, начал переодеваться. Жан вышел из комнаты, забрал в прихожей два шлема и вышел на улицу, где на парковке стоял его мотоцикл. Надев шлем, Жан оставил второй на сиденье и сел за руль, проворачивая ключ зажигания. Уже через пару минут из здания выбежал Джереми, который, не теряя времени, надел шлем и уселся сзади, положив ладони на бак. Жан знал, что это только ради приличия, ведь через несколько минут езды эти руки все равно окажутся на его торсе, обвивая, словно коала. Так и случилось. Едва Жан выехал со двора и оказался на пустой дороге, руки Джереми тут же скользнули на его талию, слегка сжимая. Жан не возражал, да и не особо обращал внимания. Куда важнее была дорога и ощущения, которые дарила нарастающая скорость. Свобода. Страх. Адреналин. Все это смешалось в непонятную густоту, плавно растекающуюся по телу, давая насладиться поездкой. Но появилось что-то новое. Близкое. Почти родное. Жан чувствовал тепло чужого тела у себя за спиной. Джереми прижимался к нему, крепко стискивая в своих объятиях. Кажется, такая скорость была ему не привычна. Жан понял это и постарался сбавить обороты. Руки Джереми расслабились, но не разомкнулись. Спустя пару километров Жан решил остановиться. Он свернул на обочину и заглушил мотор. Джереми тут же спрыгнул с мотоцикла, снял шлем, и едва Жан успел сделать то же самое, как он захватил его губы своими, вовлекая в резкий, полный адреналина поцелуй. Жан замер. Он не ожидал этого, но и не оттолкнул. Только ему понадобилось пару секунд на осознание. Покрепче взявшись за шлем в руке, Жан второй, свободной рукой коснулся талии Джереми, прижимая его ближе к себе. Нокс не унимался. Он льнул ближе, целуя так, словно в последний раз, и не забывал пускать вход язык, проникая им в рот Жана и зализывая легкие укусы. – Идиот... – пробормотал Жан, отрываясь, чтобы перевести дыхание. – Тебе понравилось. – ничуть не смутившись, хмыкнул Джереми. Жан отвернулся, уставившись на пустую дорогу. – Заткнись, – буркнул он. Джереми широко улыбнулся, его руки оказались на плечах Моро, обнимая. – Поехали дальше? Жан кивнул, натягивая шлем обратно на голову.