— прости, Макс.
послышался такой же потухший как он сам, голос Ильи. Тем временем самокрутка готова, и маленький огонек зажигалки создает единственное тепло на этой террасе. Макс не находит слов, он еще несколько секунд смотрит как тлеет единственное спасение его лучшего друга.— Илюх.. Макс теряется в словах не зная, какой вопрос задать первым. — и ты не можешь ни отказаться ни перенести? неужто все настолько хуево…
челюсть максима невольно сжимается, он понимает что илья не из тех людей что просто поделятся своим сокровенным, вряд ли Илья хоть что то из себя выдави-!— Да я еблан просто, перебивает чужие тернии Илья — контракт подписал ублюдский. делая затяг что в очередной раз разгружает уставшую голову темноволосый продолжает — Я даже не могу сказать что устал, мне уже похуй. Нихуя не чувствую
Макс видит этот безжизненный взгляд, они потушили его. Илья заметно сжимает челюсть и кусает губу. Не хочет говорить о чем-то— Я не хочу стримить, не хочу петь да уже и не хочу гореть. Эта хуйня жрет меня очень больно, чую и Ксюша с такими темпами уйдет от меня совсем скоро, а я даже не знаю что делать. Илья говорит это практически на одном дыхании, словно выбрасывая все мысли из головы когда чувствует на своем плече еще теплую руку
— брось. — что? — бросай все нахуй, Илья, прямо сейчас, больше нельзя откладывать