Обычный день, обычная ночь

      Ацуши просто не знал, что ему делать. Его только что выгнали из приюта, в котором он прожил всю свою сознательную жизнь, без еды и каких-либо денег.       Он брёл по улицам Йокагамы, пытаясь что-нибудь придумать. Люди косились на него и обходили. Конечно, парень в растянутой, грязной и потёртой форме. Его лицо, наверное, было намного хуже одежды.       Так он шатался несколько часов. Несколько раз Накаджима пытался обратиться к прохожим, но те лишь отворачивались и уходили. Его настигло отчаяние, когда он заметил, что начало темнеть. Желудок всё ещё был пуст и жалко урчал.       Проходя мимо магазина с надписью "Булочная", рот сам собой наполнился слюной. Он остановился просто, чтобы посмотреть на всё это великолепие. Разглядывая различные пирожки, торты и другие десерты вместе со свежеиспечённым хлебом, его взгляд остановился на цене. Глаза вылезли из орбит. Ацуши не знал, что хлеб столько стоит. В приюте хлеб был одним из немногих продуктов, которые можно было получить фактически всегда. Иногда он питался исключительно хлебом целый месяц.       Но сейчас у него не было не гроша. Да даже если бы были, Ацуши почти ничего не смог бы купить. Даже если он найдёт что-то дешёвое, даже это не получится купить, ведь если что-то дешевле, оно всё равно требует денег.       Но он понял, что хотел не только есть. Лишь когда он подумал об этом, Ацуши понял, что его рот сухой и вязкий. Он не пил столько же, сколько не ел. Интересно, найдётся ли заведение, которое может бесплатно дать ему воду.       Накаджима был сильно воодушевлён этой идеей, но решил, что у него будет больше шансов в менее популярных местах. Он свернул, шагая в менее многолюдные переулки и улицы.       Ацуши рассматривал все магазины, что попадались ему на пути и остановился у небольшого закутка. Маленькая надпись "Кофейня" не была подсвечена, значит, и магазин подешевле. Толкнув дверь, Накаджима вошёл. Внутри был уютный интерьер, а продовщица улыбнулась и поприветствовала его:       — Здравствуйте, чего бы вы хотели?       Ацуши неловко улыбнулся в ответ:       — Я бы хотел воды, просто воды. Сколько она стоит.       Девушка задумчиво посмотрела на него и ответила:       — В бутылке сто двенадцать йен, в стакане бесплатно.       Как гора с плеч. Ацуши радостно улыбнулся:       — Можно в стакане.       Продовщица кивнула, взяла стакан и налила туда обычной воды.       — Хорошего дня! Приходите ещё.       — До свидания, — попрощался Ацуши и вышел и магазина.       Чуть отойдя он с жадностью выпил весь стакан, оставив его пустым. Некоторое насыщение наполнило его организм, и Накаджима улыбнулся.       Но радость была недолгой, ведь вскоре желудок заурчал с новой силой. Он снова поник и пошёл по улице. Первые фонари уже зажигались, а у Ацуши не было даже какой-нибудь крыши над головой. Посмотрев на небо и отметив, что не было видно ни единой тучки, парень решил, что можно переночевать на скамейке в парке.       Обходя торопящихся с работы людей, Накаджима держал, как он надеялся, курс на парк. Ночевать в парке было риском, что ночная палиция арестует его, но Ацуши решил понадеяться, чтобы не ночевать на голом асфальте.       Парк был небольшим, но кроны неплохо скрывали тропинки. Он выбрал непритязательную, достаточно длинную лавку и сел на неё. Это было странно — спать под открытым небом. Задумавшись, Ацуши не сразу заметил старую бабушку, которая подошла сзади. Он оглядел её. Старушка была просто... Обычной. Штаны и короткое потрёпанное пальто. В руках она сжимала авоську с продуктами.       Ацуши неловко заёрзал, когда заметил, что бабушка села рядом:       — Здравствуйте, — жалко пробормотал он.       — Здравствуй, внучок, — она посмотрела на него. — Чего сидишь тут, домой бы шёл, а то поздно.       Ацуши потупил взгляд и пробормотал:       — Я... здесь посижу немного...       Старушка искоса посмотрела на него, а затем зашуршала пакетом и достала оттуда целофановый пакетик с пирожком, протянув ему.       — Ой, вы что, не надо! — воскликнул он, в то время как его живот завыл свою голодную песнь.       — Надо-надо, я всё равно слишком много всегда пеку, по привычке, будет плохо если они испортятся, — с какой-то тоской произнесла старушка.       Ацуши посмотрел ей в глаза.       — Спасибо.       — Да не за что, — она улыбнулась, а затем с кряхтеньем поднялась. — Что ж, мне пора домой. И ты не задерживайся.       — До свидания, — крикнул вслед уходящей Накаджима.       Он перевёл взгляд на пирожок в своей руке и укусил. Божественное ощущение наполнило его тело.

***

      Ацуши бежал по тёмным переулкам, дахание было сбито, и он задыхался. Но Накаджима не мог остановиться, по пятам следовал тигр. Если Ацуши будет недостаточно быстр, большая кошка разорвёт его на куски. Поэтому он бежал и бежал, не останавливаясь.

***

      Ацуши осознал себя в какой-то грязной подворотне. Светало. Он стоял, пытаясь понять, что произошло. Воспоминания пришли быстро.       Чёрт возьми, тигр. Он опять следовал за ним. Только этого ему не хватало.       Лёгкая паника охватила его, но он быстро подавил её. Это не поможет. Ему нужно найти подработку, чтобы заработать денег и снять хоть какую-то койку. Спать на улице не лучший вариант.       Ацуши пошёл в сторону более бедных районов. Там наверняка будет кто-то, кто заплатит ему за какую-нибудь тяжёлую работу. После вчерашнего ужина сил у него было достаточно.

***

      — Иди отсюда!       Это было уже третье место, из которого Ацуши просто выгоняли. Очередной грузчик на его предложение помочь за маленькую (действительно, очень маленькую) оплату с руганью прогнал прочь. Всё его воодушевление разбилось вдребезги, осталось лишь принятие того, что заработать у него не получится.       И снова всё ужасно. Он зашёл в какую-то кофейню и опять взял бесплатной воды. Глядя на уже пустой стакан, Ацуши кое-что придумал. Щёки покрылись краской от стыда. Просить милостыню в восемнадцать лет. Нет, это слишком, он попробует ещё. Накаджима решил поискать в других местах работу. Может, какой-нибудь бар, мойка посуды или что-то такое.       Но ничего не было. Нигде его не брали, и так он оказался у какого-то торгового центра со стаканом в руках. Ацуши стоял так целый день, смотря на ноги и думая, чтобы сказал директор, если бы увидел его сейчас. Он бы разочаровался в нём ещё больше, чем до этого.       К вечеру Накаджима наконец решил посмотреть, сколько ему удалось заработать. Разочарование разлилось по всему телу. В стакане лежало всего пару монет, на которые невозможно было что-либо купить, и одна маленькая конфетка. Это было ожидаемо, но всё равно неприятно. Сегодня его ужином конфета. Он раскрыл фантик и боосил канфету в рот.       Ацуши снова побрёл в парк. Накаджима надеялся, что та старушка снова будет проходить мимо, но её не было видно. Он лёг, свернувшись и обхватив рукой живот. Вскоре Ацуши провалился в беспокойный сон.

***

      Ещё два дня он снова стоял со стаканом, но с каждым разом получал всё меньше и меньше. Ему не хватало даже на что-то самое примитивное, желудок переодически скручивало острой болью. После трёх дней фактической голодовки, Ацуши бросил это дело. Он начал ходить по паркам, искать кормушки для птиц. Пару раз у него даже получалось найти там что-то съестное, что не требовалось обработки. Но семечки не питали его, лишь ещё больше раззадоривали аппетит.       Стоя под мостом, Ацуши понял, что скоро просто упадёт и никогда больше не встанет. Тогда он и решил, что просто украдёт у кого-нибудь деньги или даже весь бумажник. Но даже так супер везучему ему попадались люди, которых... было сложно обворовать. Или даже смертельно опасно.       А затем Ацуши увидел торчащие из реки ноги. Он бросил ся на помощь. Это было лучшее действие в его жизни. Этот мужчина отвёл Ацуши в кафе. Он, наконец, поел.