Ты не один

Его звали Дима. Мир начал убивать его медленно, с самого детства. Сначала – равнодушием родителей, для которых он был досадной помехой. Потом – насмешками в школе, где его тихость приняли за слабость. Каждый день был похож на предыдущий: серая мука, тихий плач в подушку и леденящее душу одиночество. Но Дима никогда не был по-настоящему одинок. Рядом с ним всегда был Роман. Роман появился в тот день, когда трёхлетнего Диму впервые оставили одного в тёмной комнате, и он зашёлся в истерическом плаче. Роман присел на корточки, протянул руку, которую не мог потрогать никто, кроме него самого, и прошептал: «Не бойся, я с тобой. Я всегда буду с тобой». Он был его ангелом-хранителем. Светлым парнем с добрыми глазами и улыбкой, способной растопить лёд. Он подбадривал Диму перед каждой контрольной, шептал ему на ухо, какой он молодец, когда тот находил в себе силы сделать домашнее задание. Когда Диму били во дворе, Роман вставал между ним и обидчиками, крича: «Дай сдачи! Я научу тебя, просто дай сдачи!». Но Дима не слышал. Он только чувствовал холодный асфальт затылком и вкус крови на губах. С годами желание Димы исчезнуть стало единственным, что согревало его изнутри. Оно горело в нем тлеющим углем. Он писал в дневнике: «Я – пустое место. Я – ошибка, которую все хотят исправить, стереть». А Роман не сдавался. Он сидел на краешке кровати, когда Дима рыдал, и говорил самые тёплые, самые пронзительные слова, какие только можно придумать. «Ты так силён,ты просто не представляешь, сколько всего вынес. Ты – мой герой. Посмотри в окно, видишь ту звезду? Она горит только для тебя. Этот мир был бы темнее без твоего света. Я люблю тебя, как брата. Держись, просто держись, ради меня». Но Дима не видел сидящего на кровати света. Не слышал слов, способных остановить падение. Он был глух и слеп для своего единственного друга. В тот роковой день Дима пришёл из школы, заливаясь внутренними слезами. Очередное унижение, очередной камень в его и без того разбитую душу. Он поднялся на крышу девятиэтажки. Ветер трепал его волосы, и впервые за долгие годы он почувствовал некое подобие покоя. Конец. Скоро всё закончится. Роман был рядом. Он метался, его светлое существо мерцало от ужаса. «Дима, нет! Пожалуйста, посмотри на меня! Просто обернись! Я тут! Жизнь, она же есть, она впереди, я обещаю!» Он пытался обнять его, но его руки проходили насквозь. Он был бессилен. Дима шагнул вперёд. И в этот миг Роман, не раздумывая, ринулся за ним. Он летел следом, в пике, растягивая секунды в вечность. Он знал, что не может поймать его, не может изменить законы физики, но он не мог позволить ему упасть в одиночестве. И тогда случилось чудо. По мере того, как земля стремительно приближалась, пелена начала спадать с глаз Димы. Возможно, это был порог между мирами, возможно – последний дар уходящей души. Он увидел. Увидел светящуюся фигуру, летящую рядом с ним. Увидел это красивое, искажённое болью лицо, полное такой бесконечной любви, какой он не видел никогда в жизни. Ему стало страшно. Страшно от осознания того, что он был не один. Что он что-то упустил. Что-то очень важное. —Помоги! — вырвался у него прерывивый, полный слёз крик, который унёс с собой ветер. — Помоги мне! Роман протянул к нему руки, его глаза тоже были полны слёз. Он был так близко. —Я с тобой, — прошептал он. — Я всегда с тобой. Он не успел. Тишину утра разорвал глухой, костный хруст. Роман стоял на коленях на асфальте рядом с бездыханным телом, его светящаяся форма колебалась от беззвучных рыданий. Он был ангелом, и он не сберёг своего дитя. Позже, в пустой комнате Димы, на столе лежал листок. Предсмертная записка, написанная кривым почерком. «Мне жаль.Я просто лишний. Никому не нужный. Слабый. Бесполезный. Простите, что я вообще родился». Роман прочёл её, и его сердце, которого не должно было быть, разорвалось на тысячи осколков. Он положил свою невесомую руку на исписанный листок и произнёс в полную тишину, обращаясь к никому: «Даже если ты считаешь, что брошен всем миром, даже если ты бессилен и видишь только тьму, знай – для кого-то ты был самым дорогим, что существовало на этой земле. Его дитя. Его друг. Его единственная и неповторимая опора. Прости, что я не смог тебе это показать». А в углу комнаты, навсегда оставшись невидимым, стоял светлый парень с глазами, полными вечной боли, и ждал своего мальчика в месте, где больше не будет ни страданий, ни разлук.