У корчмы

Иногда Морврану хотелось пережить относительную свободу своей юности — хотя это было не так уж и давно — особенно тот год, что ему довелось провести в Ковире в качестве шпиона. В такие дни Морвран надевал на себя одежи попроще и шляпу, способную закрыть большую часть его лица, брал коня пострашнее и разъезжал по округе. Вечером он выбирал корчму, где было побольше честного народа, и с удовольствием проводил вечер в компании жареной куриной ножки, россыпи свежих овощей и кружки реданского светлого. Конечно, такой ужин даже отчасти не напоминал паштет из зайчатины на тостах с зеленью, которые в его доме подавали ни много ни мало с бокалом какого-нибудь именитого туссентского вина, но в этой скромной еде была своя прелесть, которую Морвран ценил. Сегодня, правда, что-то пошло не так. До дна кружки оставалось еще пальца два, если не больше, а голова уже шла кругом. Он никогда не пьянел так быстро. Морвран огляделся. Вокруг было много людей, но на первый взгляд никто из них не казался подозрительным, что по-своему тоже было подозрительно. Нужно было уходить. Сейчас же. Он осторожно выскользнул через боковую дверь, что вела на узкую улочку. Ему удалось сделать двадцать шагов, а потом чей-то хриплый голос заставил его застыть на месте: — Почтенный Сиги Ройвен передает привет, милсдарь Воорхис. Морвран всегда держал два маленьких смазанных ядом метательных ножа в тайном кармане, и кинжал все еще висел у него на поясе, поэтому у него были бы шансы, если бы бандитов было двое или даже трое. Но их было шестеро. Морвран скользнул взглядом по проулку. Здесь не было ничего, что могло бы помочь ему отвлечь их и скрыться, дверь в корчму теперь преграждал на редкость неприятный бугай, да и опьянение не играло ему на руку. «Если выживу, — подумал он отстраненно, — надо будет узнать, какая связь между этими бандитами и корчмарем. Если найду хотя бы намек — сожгу и корчму, и корчмаря». — Не хотелось бы говорить скабрезностей в такой прекрасный вечер... — мягко начал Морвран. Даже перед лицом смерти он не мог стереть с лица полную презрения едкую ухмылку. — Но почтенный Сиги Ройвен может мне отсосать. Равно как и вы, господа. Ответа он ждать не стал, сразу бросил в лицо бугаю первый отравленный нож. Тот вошел ему в левый глаз; бугай качнулся и повалился назад, прямо на дверь, делая побег все менее и менее реалистичным исходом. Следующей жертвой Морвран выбрал того, кого счел наиболее умелым мечником. Этого яд взял не сразу, и он несколько секунд катался по земле, будто пытался сбить с себя невидимое пламя. — Ах ты ублюдок! — заорал коренастый реданец, у которого отсутствовала добрая половина зубов во рту. Он взмахнул своим мечом и бросился на Морврана. Тот легко ушел от удара просто сделав широкий шаг в сторону, пнул реданца в колено, чтобы он потерял баланс, и с размаху вонзил кинжал ему в шею, рассекая позвонки. Все начиналось неплохо, но потом оставшаяся троица бросилась на него разом. Высокий темериец, лысый полуэльф и одноглазый без иных запоминающихся черт лица — любой из них мог и наверняка убьет его. «Великое Солнце, освети мой путь», — подумал про себя Морвран и приготовился умереть достойно. И плевать, что последним, что он видел в этой жизни, мог стать зассанный и заблеванный проулок у корчмы так далеко от дома. Когда темериец уже почти до него добрался, Морвран заметил, как отставший от него полуэльф вдруг пропал. Услышал он и что-то еще среди криков и брани. Услышал и поверил. Морвран резко развернулся на каблуках, подставив тем самым спину темерийцу, и поприветствовал одноглазого ударом кулака в кадык и глубоким поцелуем кинжала в живот. Мстительно долгим поцелуем. Морвран не без удовольствия смотрел, как одноглазый задыхался от боли и отсутствия воздуха, и продолжал вести кинжал в сторону. Лезвие с влажным чавканьем выскользнуло из раны, потянув за собой ворох обжигающе горячей требухи. Морвран оттолкнул одноглазого ударом навершия в грудь, но внутренности уже выплеснулись уродливым комом ему под ноги, пачкая обувь и штаны. В воздухе запахло бойней, битвой в самом разгаре. Морвран не хотел признаваться себе, но порой ему недоставало этого запаха среди бесконечных интриг и политических игрищ. Когда он повернулся обратно к темерийцу, тот стоял к нему спиной и булькал. Из его шеи торчало острие стального меча. Секунду спустя оно исчезло, а Морврана оросило фонтаном крови. Над трупами темерийца и полуэльфа стоял Геральт из Ривии, ведьмак, которого Морвран встречал чаще, чем хотел бы император, но реже, чем ему бы хотелось самому. Их встреча должна была состояться через час в порту Оксенфурта, но Морвран был чрезвычайно рад, что они пересеклись раньше. — Кто это были? — спросил Геральт. В отличие от Морврана, на нем не было и капли крови. — Люди одного известного нам криминального авторитета. — Это можно будет доказать? Морвран рассмеялся. — Разумеется нет. — Тут он неожиданно для себя сделал низкий поклон. — Что же, не верил, не гадал, что меня как девицу в беде спасет ведьмак. Как только вернемся в Новиград, получишь за это награду. — Надеюсь, это будет невинность девицы, — с улыбкой ответил Геральт и тоже слегка поклонился. Морвран надеялся, что его раскрасневшееся лицо будет не сильно заметно на фоне крови. Одноглазый все еще корчился за его спиной, пытаясь собрать убежавшие от него кишки и запихнуть их обратно. Геральт нанес ему филигранно точный удар мечом в сердце. Геральт был само милосердие, особенно если сравнивать с Морвраном. *** — Что это за дым? — спросил Петр, мальчик-служка. Он едва ли не по пояс вылез в окно, чтобы получше рассмотреть черный столб дыма, что поднимался в яркое голубое небо где-то над Оксенфуртом. Петр был любопытным до одури, но на редкость сообразительным и забавным. — Должно быть, горит корчма, — просто ответил Морвран. И улыбнулся. Вечером у него должна была состояться новая встреча с Геральтом, и он с нетерпением ждал ее.