Не очень-то и страшное кино

      Ветки под ногами предательски хрустели, выдавали каждый шаг. Тонкая фигура в насквозь промокшем пальто спеша пробиралась сквозь лес. Шумное, сбитое дыхание порой прерывалось невнятным бормотанием. Поздний осенний вечер с каждой минутой становился всё неуютнее и неуютнее, а лес — всё гуще и гуще.       На очередном длинном корне фигура поскользнулась и с криком рухнула вниз, на влажную от дождя землю. Сзади послышались чьи-то грузные шаги, чавканье грязи и всплески воды из лужи. Тихо выругавшись себе под нос, фигура рывком поднялась, и, спотыкаясь, рванула вперёд. В тёмных глазах отражалась паника.       Поворот, поворот, ещё поворот — фигура петляла, как могла. Было заметно, что лес ей незнаком. В отличии от того, кто неумолимо шёл по её следам. Фигура пронеслась мимо большого дерева, чем-то напоминающего дуб. С верхней ветки, задетый движением ветра, медленно спорхнул вниз рыжий лист. Он грустно опустился на тёмную холодную землю, а мгновение спустя был втоптан в грязь массивным сапогом.       Преследуемая фигура замерла. Узкую звериную тропку преградил валун. Чертыхнувшись, она оперлась на скользкий булыжник, и, тяжело перевалившись через преграду, продолжила свой путь. Где-то вдалеке послышался шум машин. Мелькнула светлая надежда: вот, осталось ещё чуть-чуть, спасение уже близко!       Но острое лезвие топора оказалось ближе. Тихо качнувшись, фигура осела на землю. В двух шагах ярко светил придорожный фонарь. Проезжавшие мимо не заметили, как высокая, крупная тень одним лёгким движением вытащила топор, небрежно вытерла его о пальто несчастной жертвы, и, играя древком, исчезла в мрачном, холодном лесу.       — Время смерти — не более получаса назад, — вынес вердикт врач с тёмными синяками под глазами, хорошо заметными на бледной коже.       — Уже третья за месяц… — пробормотала высокая блондинка в полицейской форме, поправляя очки в строгой оправе. — Причина смерти?       — Всё та же, — устало вздохнул врач. — Топор, чтоб его.       — А я сразу говорила, что серия, — невесело улыбнулась ещё одна сотрудница полиции. — Кто она?       — Девушка, примерно двадцать пять лет, плюс-минус два года. Азиатка, скорее всего кореянка или тайка. К физической активности привыкла; продержалась явно дольше остальных. По приходе проверьте запросы о пропавших без вести.       — Обязательно, — собранно кивнула блондинка. — Найду это чудовище и своими руками вышибу ему мозг.       — Нет, ну кто так работает? — возмутилась Гита, в очередной раз останавливая фильм на паузу. — Чтобы медик, и учил ПА работе? Чтобы ПА угрожала преступнику самосудом? Они вообще хоть что-то о нас знают?       — Конечно, нет, — фыркнула Альба, отправляя в рот глазированный сырок. — Они вообще про существование реального мира не в курсе. Это ты ещё сериалы про школьников не видела.       — Это просто невозможно смотреть, — вынесла вердикт Гита, отодвигая ноутбук. — Прости, солнце, моя профессиональная деформация ставит на этом фильме крест.       — Ничего, — ничуть не расстроенная, положила девушке голову на плечо Альба. — Знаешь, чем обычно занимаются влюблённые парочки, когда фильм оказывается дрянью, м?       — Таким обычно занимаются только на задних рядах и только когда вокруг мало людей.       — Так и мы в каком-то смысле на заднем ряду, — кокетливо протянула Альба. — Первом и последнем. Да и не вижу я тут никого, кроме нас.       Вынужденная согласиться с такими доводами, Гита улыбнулась, наклонилась вниз, к лицу девушки, и оставила короткий поцелуй на аккуратном носике. Альба тут же потянулась за продолжением. Второй поцелуй вышел длиннее первого. Альба прижалась к телу Гиты, здоровой рукой нежно сжимая плечо. Гита откинулась к спинке дивана, всё больше и больше наслаждаясь теми красками, которыми расцветал изначально казавшийся ужасным вечер. Хотя… разве может быть вечер ужасным, когда рядом — лучшая девушка на свете?       — Та полицейская была чем-то на тебя похожа, — восторженно прошептала Альба, оторвавшись от красивого лица Гиты. — Но до тебя ей, конечно, далеко…       — А та жертва — на тебя, — в тон отозвалась Гита.       — Фу, Гита, — хихикнула Альба, пробираясь рукой под растянутый домашний свитер девушки. — Всю романтику портишь.       — Прости-прости, — в голубых глазах, однако, никакого раскаяния не было. — Чем я могу загладить свою вину?       — Ну, — притворно задумалась Альба, — как насчёт…       Раздался звонок в дверь. Девушки удивлённо переглянулись.       — А ты говорила, что мы здесь одни, — слегка разочарованно заметила Гита.       — Это, наверное, доставка, — смущённо пояснила Альба. — Я заказывала.       — И кто из нас ещё романтику портит? — Гита рассмеялась, поднимаясь с дивана. — Пойдём, заберём. Что там хоть? Сладость или гадость?       — Сладость, конечно, — улыбнулась Альба, вставая следом. — Потом обязательно продолжим. Я ведь теперь тоже должна извиниться.       — Обязательно.