Спорное желание

«Как оно?» Один и тот же блядский вопрос с сочувствующим выражением лица. И тоном таким же, будто бы от одного повторяющегося вопроса Рону станет легче. Или у него получится снова нормально дышать, вспоминая, что Гермиона третий месяц лечится в Мунго, а на похороны Гарри он даже прийти не смог. «Счастье можно найти даже в самые темные времена, если не забывать обращаться к свету» — повторял Дамблдор. Рон бы с удовольствием поверил в это утверждение и сейчас, но он уже не ребёнок. Когда взрослеешь, некоторое дерьмо становится невыносимым. Уизли ощущал себя потерянным и думал, что учеба затянет его, помогая отвлечься. Сентябрь начался не с того, погружая внешне равнодушного гриффиндорца в пиздец восстановленных стен замка, за которыми сквозило болью и отчаянием. Некоторые вещи никогда не забываются. И где искать этот дракклов свет, если самые близкие не могут быть с тобой?

***

Пэнси с трудом смогла натянуть на себя закрытое чёрное платье. Сегодня ей исполняется девятнадцать, а погода навевает только мрак. На скорую руку подведя глаза, девушка проводит расчёской по волосам. Зеркало показывает ей уставшее от прошлого лицо с пустыми глазами. Пэнси одинаковая и внутри, и снаружи. Пустая. — Паркинсон, ну чего ты шумишь! Закрой.. Брюнетка сцепила зубы и ничего не ответила подруге. Бывшей подруге. После наступление нового учебного года лучше не стало: безносый превратился в пыль, но некоторые вещи оставались неизменными — Пэнси не жаловали вернувшиеся на дополнительный курс студенты. Трейси Дэвис кинула презрительный взгляд на Паркинсон, а Миллисента закрыла голову подушкой. Пэнси покинула комнату, не одарив девушек взглядами. Она была виновата, она же пыталась сдать Поттера Лорду. А сейчас Поттер мёртв, герой, пожертвовал собой и стал святым в глазах окружающих. А те, кто просто пытался выжить, стали носить клеймо — очень блять жаль, что Драко не вернулся, предпочтя скрываться от всех подряд, а Нотт делал вид, что они не знакомы. Старые связи разваливались, погребая голову Паркинсон пеплом. И душу. Пэнси было невероятно больно, и только аристократическая маска мнимого равнодушия на лице спасала ситуацию. С трудом, пока Паркинсон, пытающаяся успеть на завтрак первой, не столкнулась с широкой спиной парня. Повернув, она не заметила его. — Блять, прости... — Пэнси не сдержалась, а парень обернулся. Голубые глаза изумлённо уставились на её, и Уизли неожиданно протянул руку, чтобы помочь брюнетке встать. — Уизли. — Смотри под ноги, Паркинсон. — Ага. Спасибо, — она постаралась вложить в голос как можно больше яда. Рон хмыкнул и удалился вперёд, убрав руки в карманы.