Не ходи в подвал

      — Миша, что я сейчас смотрела! Ты только представь «брежневка», вторичка, да, ремонт бабушкин… — Лена Аркадьевна замолчала, выслушивая собеседника. — Один взрослый собственник. Бабка мутноватая, но сама мне позвонила. Сказала номер в листовке увидела. Помнишь ты на меня за нецелевое на рекламу орал? А я знала, как чувствовала… Нет, в офис сегодня не вернусь. Чао!       Ногтем, окрашенным в строгий нюд, Елена Аркадьевна клацнула по иконке, сбрасывая вызов. Цифры на дисплее складывались в 19:45, но в её бизнесе не было точного графика. Слоган «то пусто, то густо», как можно лучше отражал реальное положение дел. Раз такая рыба сама плыла ей в руки, то сматывать удочки, было преступной халатностью. Телефон полетел на пассажирское кресло.       Прямая сделка. Зеленый район.       Мечта.       Следом за смартфоном, в пассажирский коврик отправились офисные туфли. Лена не была хорошим водителем, но была осторожным, поэтому за руль садилась только в кроссовках. Миша ржал, что за рулём она сидит в позе овчарки, чтобы понимал! А он по жизни в позе борова, рылом ищет желуди, как в басне.       Бабка ещё эта… старая ведьма с хорошей квартирой. Как только Леночка старательно не улыбалась, как не пыталась втереться в доверие, но калоша стояла на своём. «Счёт-эскроу» и точка. И кто только научил? Спасибо на оформление доверенности согласилась, старая кляча.       Лена не была злым человеком и старших, по пионерским заветам уважала, но с другой работой у неё не складывалось, а денег хотелось. И вообще, она лишь подыскивала клиентов. Невинный доверчивый исполнитель. Формулировка ей так понравилась, что рука сама потянулась к телефону, записать в заметки на всякий случай.       — Тьфу, тьфу, чтоб не накаркать! — ладонью она стукнула себя по губам за греховные мысли. — Никаких всяких случаев.       В задний бампер дышала малолитражка, а её хозяин махал руками, намекая, что сидеть в машине на чужом парковочном месте вечером, когда честные люди отстояв в пробках, хотят припарковаться и попасть наконец-таки домой — ужасный моветон. От демонстрации маникюра на среднем пальце, удерживала просмотренная накануне криминальная хроника. Попадать в сводки не хотелось и она примирительно мигнула ему аварийкой, мол «прости, сейчас уеду».       Лена повернула ключ, включила заднюю передачу и, глядя в зеркала, тихонько надавила подошвой на педаль. Машина плавно тронулась с места. Навигатор на приборной панели показывал расчетное время прибытия.       Ей было нужно посмотреть ещё один объект.       

~*~

      Чудо техники не обмануло. Ездить за город Лена ненавидела, каждый раз с суеверным ужасом ожидая лося, решившего покончить с жизнью под колесами автомобиля, прихватив с собой невезучего автомобилиста, либо раскурочить машину везучего.       С владельцем двухэтажного особняка они созванивались накануне. Адрес он отправил ей сообщением вместе с пин-кодом от калитки, а ключи обещал оставить в тайнике на участке. В случае удачи, комиссия по сделке обещала быть жирной, поэтому, вопреки своим принципам, Елена Аркадьевна согласилась.       Принципы у неё были железными, выстроенными на опыте старших коллег во времена стажировки, когда некоторым из них лишь чудом оставалось остаться не изнасилованными отморозками на показах.       Ещё и с адресом накладка вышла.       «Поселок Верный, ул. Светлая, д. 8. В подвал не заходите, там ремонт», — убеждало сообщение, но в приложении карт такого адреса не существовало. Собственник был вне сети. Даже Миша, работающий в основном в пригороде, о поселке Верном не знал. Зато улица Светлая дом восемь были в поселке Серном, названным так благодаря предприятию, чьи работники раньше его населяли. Предприятия не стало, а вот название осталось. После мозгового штурма, их небольшое, но процветающее агентство, решило, что она доедет на разведку, а там может и владелец выйдет на связь.       Шины ласково зашуршали по щебенке, покрытой белой пылью. Лена мысленно посочувствовала собственникам, чья жизнь теперь всегда будет припорошена. Уж Лена насмотрелась. Измельченный блок, становясь дорожным покрытием, крошиться не прекращал.       Остановившись напротив нужного дома, Лена погасила двигатель.       Давно стемнело. Вечер снаружи машины казался плотным, как патока. Фонари не горели, то ли в целях экономии, то ли из-за неисправности. Сумерки обволакивали кузов, делая атмосферу в нём уютной: теплым желтым цветом тускло горела потолочная лампа, мерно урчал моторчик печки нагоняя в салон теплый воздух, пахло выпечкой и духами.        — Ладно, Ленка. Давай сделаем это быстро. Вдруг код не подойдёт и ты вообще зря сюда приперлась? — маленький тренинг и последний жалобный взгляд на туфли. — Ну уж нет, мои хорошие, мне вас байер везла не для того, чтобы я вас по грязи гробила.       Ветер щедрой горстёй швырнул в лицо капли, стоило только открыть дверцу, выбираясь наружу. Большие темные сосны вдоль обочины зашелестели, выражая недовольство её визитом? Улица была новой и дома на ней стыдливо прятались за трехметровым забором из коричневого профнастила. Свет в окнах не горел. Лена поплотнее запахнулась в модное шерстяное пальто: красивое, но бесполезное — ничерта не грело. По коже замаршировали мурашки.       Тишина оглушала. Природа жила свою жизнь, складываясь в симфонию ночи, но привычного многоголосого гомана большого города не было, словно отключили радиоприёмник.       Только этот мир, ты и твои мысли.       Путь до калитки был отсыпан гравием, чьи острые грани чувствовались сквозь тонкую подошву.       — Да, твою ж! — Лена зашипела, когда особо проворный камешек воткнулся в пятку.       За кустом некогда красивой гортензии, смотревшей на мир плесневелыми шарами коричневых соцветей-шапок, настойчиво зашуршало.       Лена нащупала в кармане длинный тонкий ключ и перехватила его острым краем вперед.       «Только не собака! Только не собака! Сорок уколов от бешенства… И не змея… Пожалуйста!» — стараясь не шуметь, она медленно двинулась на шум. Оставлять за спиной неизвестность было куда страшнее, а бежать в машину и позорно возвращаться в офис ни с чем и до конца месяца выслушивать про собственную несостоятельность… Увольте.       Отчего-то вспомнилось, как бабка из «брежневки» хватала её за руку и приговаривала: «Вот продашь мою квартирку, доченька, сразу все дела у тебя на лад пойдут. Вот увидишь, еще придешь, спасибо мне скажешь…».       Не было у Ленки «разлада» с делами! Сглазила, ведьма языкатая.       Подсвечивая себе вспышкой смартфона, она с упорством ослицы лезла в кусты. Последний шаг в траву оказался фатальным. Пространство вокруг неё взорвалось фейерверком и шелестом. Что-то толкнуло её в грудь, дёрнуло за волосы, царапнуло когтями по руке.       Лена инстинктивно закрыла лицо руками и завизжала. Казалось, что её хватают десятки рук… Когда же она заставила себя разлепить глаза, то не сдержала крика.       — Грёбаные куропатки! Чтобы вас собаки зимой сожрали! — обиженный вопль в строну бодро улепетывающих мелких коричневых птиц, чью лежанку в пожухлой траве она умудрилась растормошить, был должен оскорбить последних, но с возложенной на него задачей не справился. Луна, выглянувшая из-за мокрых туч, больше похожих на графитовые разводы, чем на скопления воды, посмеялась над ней и спряталась обратно. Небесному светилу было неловко перед деревьями за агента по недвижимости.       Испанский стыд.       Погладив своё чувство тревоги, Лена подёргала вниз юбку, стряхнула с плеча налипшее на него перо, и, наконец-то, ввела заветные цифры в домофон, прикрученный саморезами к калитке.       — Надо будет в «Гумилёве» заказать на воскресный ужин куропатку, — мстительно пробормотала она, тем не менее, не отводя взгляда от мутно-зеленого экрана.       Лопатки жгло ощущение чужого взгляда, Елена Аркадьевна передернула плечами, пытаясь избавится от этого гнетущего чувства.       Просто особняк. Просто безлюдный посёлок.       Почему же так страшно? Звуковой сигнал и щелчок механизма, открывающего дверь сплелись в один стрекочущий рингтон, записанный словно для полифонии 2000-х.       Самой себе она напоминала воровку, крадущуюся в чужой дом в отсутствии хозяев…       Словно в ответ на эту мысль, ожил чат.       [Вы на месте?]

      [Да, но на меня напали ваши птицы]

      [Они общие. Там их никто не ест, расплодились.       Как закончите осмотр, напишите мне.       Ключи в кашпо, на крыльце]       Лена бегло прочитала сообщение, мелочно радуясь, что он не прислал голосовое.

[Ок]

             На этот раз дорожка «из желтого кирпича» была выложена тротуарной плиткой, а каждый её шаг сопровождался вспыхивающими фонарями. Профессиональным взглядом она оценила подъездную группу, и зеленый рулонный газон. Участок был не большой, около десяти соток, но насаженные по периметру крупномеры создавали впечатление домика заброшенного в лесу, особенно в темноте.       Выйди из-за дерева медведь или волк, то невольно сочтешь их частью ландшафтного дизайна.       «Сейф» с ключами Елена нашла с третьей попытки: в скрюченном спазмом переплетении веток-ребер с трудом угадывалась засохшая петунья, как раз в её корнях поблескивал металлическими гранями ключ.       Стебли хватали за пальцы, стоило только нагнуться и опустить в них руку.       — Ауч!       Тонкий порез пересекал запястье. Алые капли, гроздью рябины, покатились по пальцам, пачкая рукава и гладкие палубные доски террасы грязными бурыми кляксами.       Крови были слишком много, для такого пустякового пореза, и тихонько матерясь, Лена полезла в сумку за влажными салфетками, чтобы зажать рану.       «Аптечка, у них точно в доме должна быть аптечка», — от вида крови подташнивало и она старалась концентрироваться на простых целях.       Замок. Аптечка. Бинт. Прелесть краткосрочного планирования.       Оттянув и так грязный шерстяной рукав, практически до ногтей, кончиками пальцев она подхватила ключ.       Где-то над головой ухнула сова, полоснув по итак оголенным нервам.       [Не заходите в подвал. Помните?]       Очередное сообщение выбило из равновесия. От боли на глаза выступили слёзы, а мир размыло. Именно поэтому, а не потому что так захотелось, она отправила собственнику сообщение:

[Я не пойду в ваш подвал, даже если оттуда

вылезет леприкон с горшком золота! ]

      Как же достал он со своим подвалом! Лена мечтала пнуть эту дверь, но догадывалась о видео-домофоне с записью на облачный носитель, поэтому открывала бережно. Ещё не хватало что-то здесь сломать. Свет привычно включился стандартной голосовой командой. Она прошла внутрь, в ласковое сухое тепло, стащила грязные кросовки, оставшись в белых носках и, открыв камеру на смартфоне, начала работать. Порез, перетянутый салфеткой перестал кровоточить и сейчас её ничего не отвлекало от первичной съемки помещения.       Дом жил своей жизнью. Скрипел деревянными перекрытиями, шуршал элеткроприборами и гудел системой вентиляции. Кто-то может и боялся одиночества и шорохов, но Лене, чей социальный лифт поднимался с этажа «малосемейки» и за тридцать пять лет умудрился доскрипеть до «апартов в цертре», всё было не почём.       — Делаем дело и домой, — успокаивала она себя. Из-за высоких потолков собственный голос отражался эхом. — Дом конечно нафаршированный, если бы еще не на оленях добираться, зато район экологически чистый...       Пристальный взгляд жег лопатки. Камеры у них тут что-ли везде? По другому непроходящее ощущение чужого внимания обосновать было нельзя. Кроме неё людей здесь не было.       «Не заходи в подвал», — новых сообщений не было, но запрет свербил изнутри, словно его выцарапывали внутри черепной коробки. Буква за буквой.       Не заходи в подвал.       Идея, как проверить наблюдают ли за ней или нет, была проста, как день. Если собственник следит за румтуром, то когда она подойдет к подвальной двери совершенно точно позвонит.       Ноги сами несли её в сторону неприметной пластиковой двери. Такая стояла в каждом третьем каркаснике. В одной руке Елена Аркадьевнв сжала горячий от непрерывной работы смартфон, другой коснулась витой позолоченной ручки, надавливая.       С каждым градусом решительность испарялась, но спасовать перед какой-то дверью? Ну уж нет.       — Не убьёт же он меня... — неуверенность ядом расползалась по венам, ускоряя сердцебиение. Пульс стучал в висках: та-та-та. Лена сглотнула вязкую слюну и решительно толкнула дверь, против воли зажмурив глаза.       Ничего не происходило.       — Ну и дура! Видел бы меня сейчас Миша!       Типовая деревянная лестница спускалась вниз. Ровно горела лента диодной подсветки вдоль плинтуса. Никаких неожиданностей.       Выдохнув, Лена уже было хотела идти снимать второй этаж, когда сильный толчок в спину заставил её потерять равновесие.       Если бы на ней были кроссовки! Но сцепление носков с ламинатом оставляло желать лучшего. Гладкие стенные панели, по которым она мазнула пальцами, тоже не помогли.       Никто ей не помог.       Кубарем она катилась к подножию, как-то пытаясь сгруппироваться, а потом наступила темнота.       Перед тем, как мир схлопнулся исчезая, она услышала приглушенный мужской голос.             — Я же просил не заходить в подвал.

~*~

      Прямая трансляция с камер наблюдения прервалась, когда высокая женщина в брючном костюме свалилась с лестницы, а вот на сайте-однодневке в даркнете, под окошком с видеоплеером дебаты не стихали ещё долго. _@solnce_: какая же дура! Я думала с ней будет веселее... _@Tyman_: Не понимаю, зачем они все туда прутся! Мы же даём им выбор! _@Zaichik_: Ахахах, а мне понравилось, видели как она дергала руками?! хД _@Babl_: Бляяяя! А я на неё ставил :'( _@Admin_: Елена проиграла. О выборе следующего игрока будет сообщено дополнительно.

«404 Not Found»