Туманность настоящего и ясность прошлого

Открыв глаза, Даламар вначале осторожно, на пробу, а затем уже сладко потягивается. Он чувствует себя прекрасно, выполняя рутинные ритуалы, приводя себя в порядок. Ему так много стоит обсудить с… Призрак появляется перед ним, передавая, что уроков сегодня не будет, а хозяин настоятельно советует Даламару провести ещё день в постели. Ох. Как досадно. Впрочем, читать-то ему не запрещают, чем Даламар и собирается заняться. Он привычно концентрируется, чтобы перенестись. И – остаётся, где стоял. Он пробует ещё раз, и ещё, хмурясь всё больше. В голову приходит безумная мысль, и, стремясь её опровергнуть, Даламар вызывает на ладони волшебный огонёк. Вернее, пробует вызвать. Слова, которые он произносит, звучат как просто слова, не обретая мощь и не наливаясь силой. Арджент бросается к сундуку, поспешно извлекая книгу заклинаний, пробуя подряд все чары, но бесполезно. Но он чувствует тепло магии в груди, как же так! Даламар почти бежит к кабинету шалафи, пропуская ступени. Двери закрыты, а на попытку постучать отзываются сильным разрядом в руку. Эльф устремляется к библиотеке, но там пусто. Бегать по многочисленным лестницам и коридорам наугад – неблагодарное и бесполезное дело. Шалафи может быть где угодно в Башне, а то и за её пределами. Арджент тяжело, загнанно дышит, пытаясь совладать с паникой. Стоило ли пережить эту ночь, если магия покинула его?.. - Эй! Эй, стражи! – он выбегает из библиотеки в коридор. Вдруг эти красноглазые знают, где Рейстлин. На его вопль предсказуемо никто не откликается. Даламар прислоняется спиной к каменной стене и сползает по ней на холодный пол. Обнимает колени руками и утыкается в них, прячась от мира. Сколько-то он сидит, не двигаясь. - Сказал же, отлежись, беспокойная ты душа! – вдруг слышит он над собой полный досады голос. – Вставай! – протягивает ему ладонь появившийся рядом Рейстлин. И переносит их обоих в свой кабинет. - Ну, где пожар? - Рейстлин, у меня..! – Арджент не замечает, как обращается к учителю просто по имени. - Пропала магия! – заканчивает он одновременно с Маджере. Даламар в отчаянии смотрит на мага. - Отставить панику, ученик. Я, конечно, надеялся, что обойдётся. Впрочем, когда хоть что-то, на что я надеялся, сбывалось?.. – Маджере устало потирает пальцами переносицу. - Давай считать. Ты подвергся воздействию потусторонней твари, которая, только коснувшись, попыталась поджарить тебе мозги. Я оторвал её грубо, потому что надо было действовать быстро, что потрепало тебе ауру, но без этого было б ещё хуже. Ты сутки провёл в собственных кошмарах, выжигая сам себя эмоциями изнутри. И пытаясь разорвать себе связки и сухожилия, кстати, то начиная отбиваться от своих видений, то выгибаясь в судорогах. Пришлось сидеть с тобой, ограничивая попытки нанести себе самому ещё больше травм. Твои силы сейчас в дисбалансе, хотя физически, возможно, уже неплохо себя чувствуешь, благодаря моим бальзамам. В отличие от меня, - печальный вздох. Даламар только сейчас обращает внимание на то, что учитель осунулся, а тени под глазами углубились. И общий вид он имеет нахохленный. В чуть разъехавшихся полах мантии виднеется ночная сорочка. Ох. - Ещё и магию творить пытался, я полагаю? – получив утвердительный кивок, Рейстлин вздыхает, качая головой: - Чем ещё усилил получившийся дисбаланс. Я уверен, ты чувствуешь, как пламя магии в тебе горит, - Маджере дожидается ещё одного согласия и продолжает, - так что это вопрос времени, когда естественный поток энергий восстановится. Ты молод и крепок телом, так что предполагаю, одного-двух дней на это хватит. Хотя теперь, скорее, двух, после сегодняшних-то попыток. Ладно, моя вина, я посылал стража с сообщением, пытаясь самому не отключиться на середине фразы. Вряд ли я мог в таком состоянии расщедриться на полноценное объяснение ситуации. Займи себя чем-нибудь не столь магическим на эти пару дней, будь добр, - Рейстлин заходится в кашле, прикрываясь рукавом. – В Башне ночью теперь безопасно, гуляй не хочу. Я буду у себя в спальне, - маг снова устало потирает переносицу. - Спать. Так что к ужину не жди. Да и к следующему завтраку, - Маджере снова кашляет и ещё сильнее сутулится, - подозреваю, тоже. - Шалафи, могу я?.. «Могу я тебе чем-то помочь?», хочет спросить Даламар, но вопрос повисает в воздухе, потому что Маджере рядом уже нет. Арджент тяжело вздыхает и разворачивается к двери, когда понимает, что он сейчас в кабинете мага, а тот ушёл отдыхать, настолько уставший, что ему не до привычной бдительности. Другого шанса заглянуть в его записи может ещё долго не представиться. Эльф смотрит на дверь, смотрит на свитки на столе. Думает о горячих пальцах, бережно наносивших целебные мази, и о жуткой хтони, которая могла бы запросто его прикончить. О своих моральных качествах Даламар не обманывается, в конце концов, и чёрную мантию не выдают магам с рыцарскими принципами. И разворачивается к столу, считая, что глупо не воспользоваться таким шансом. Ему удается ухватить лишь общую суть: все рукописные заметки касаются тех или иных проклятий. Отметки об эффектах, условия активации, способы отмены… Какие-то собственные расчеты с неясными до конца параметрами. Одна из строк многократно перечеркнута и рядом с ней поставлена жирная клякса. На другом листе «Фистандантилус» и дата, обведённая кружочком. Какие-то наброски схемы, дополненные положениями Лун… Такими прописывают алгоритмы ритуалов, припоминает Даламар. Да чем занимается всё-таки этот Маджере? Эльф решает, что достаточно испытывать судьбу, и покидает кабинет – изнутри дверь открывается без каких-либо подвохов. Магия возвращается на второй день, ближе к ночи. Эльф падает на кровать, раскидывая руки в стороны и смеясь самым счастливым и беззаботным смехом. И, конечно, шепчет Нуитари благодарность за милость. *** Долгое время в его жизни не происходит никаких качественно новых или значимых событий. Кроме того, что в какой-то момент шалафи решает разнообразить его учебную программу углублённым курсом анатомии. В качестве учебного пособия Рейстлин, не колеблясь, назначает самого Даламара. Полагаясь исключительно на собственную память, Маджере «разбирает» эльфа на мышцы, кости, органы и так далее, последовательно рассматривая тело перед ним сверху вниз, а затем слоями вглубь. Сухо извещает Даламара о зажатых мышцах шеи и левого плеча. Безо всякого стеснения двигает им, показывая, как можно снять зажимы и отчего они вообще возникли. Рассказывает про наиболее уязвимые точки на теле для боя ближнего и для боя магического. И тут же демонстрирует возможности этого знания на практике. Короткий пасс рукой – и Даламар едва успевает рукой смягчить свое падение: нога подгибается, пронзённая совершенно реальной судорогой. Пока он растирает мышцы, под прикрытием возможности отвернуться пряча обиду, Рейстлин продолжает описывать боевые приёмы более широкого поражения. К облегчению Даламара, не прибегая более к наглядной демонстрации. Отпускает ученика с миром, поясняя, что без этого материала эльфу сложнее будет понять суть происходящего, когда они перейдут к более сложным материям. Даламар просит разрешения посетить Палантас, объясняя это желанием проветрить голову. Интересуется у Маджере, не нужно ли ему чего-то в городе.. Маг смотрит на него резким, пронзающим взглядом, от которого Даламар неуютно поёживается. Впрочем, хищное и почти злое выражение с лица шалафи исчезает уже в следующий миг: - Кое-что пригодилось бы, да. Ещё не сейчас, но раз ты сам предложил побыть полезным, то зайди к кузнецу. Нужны металлические пластины не больше вот такого размера, - маг обозначает расстояние руками и называет количество, - форма не столь сейчас значима, но лучше, чтобы были и медные, железные, и если, найдутся, стальные. На оловянные соглашайся в крайнем случае, и бери не более пары штук. Подойдут остатки от каких-то изделий, нам это нужно тоже в качестве расходного материала, так что пусть не пытаются набить цену. Рейстлин ещё несколько указаний добавляет, и отпускает Даламара, не спросив даже, когда тот планирует вернуться. Арджент почему-то чувствует лёгкую досаду от подобного безразличия. Что ж, тогда у него точно найдется время на отправку следующего сообщения Пар-Салиану. К тому же в этот раз запрос Маджере ему приходится оплачивать из своего кармана.