Сон перед сном

–Доброго утра, Фута~! Твою ж на лево, на право, на юг, на север(мысленно подбирал, в каком направлении бы смыться). Признает, в этом мире было много вещей что вызывали в нем раздражение, откровенное негодование и желание полностью стереть это с Земли... Но было лишь одно явление, что пробуждало в нем эти две реакции как огонь и кислород, в результате чего у него всегда знатно подгорало. Это были–"Девочки-припевочки". А Махиру Шиина была практически эталонным представителем данного подвида людей с ХХ хромосомой. Наивная и до боли навязчивая девочка что, по какой-то неведомой причине, увязалась за ним с начала прошлого месяца: "Может, сядем вместе?" "Хочешь, вместе практику сделаем?" Заладила. У неё что, подруг не было? Футе не было интересно общение с ней, так как знал, что она не сможет поддержать уровень ведения диалога, к которому он привык. Ему со всеми девчёнками было банально скучно общаться. Зачем это, если можно нормально дружить с такими же пацанами, как он сам, что шарили за бейбол и всегда могли сходить с ним в аркаду? Да и вообще, ей ничем не обязан. Он–выше её во всем(в прямом и переносном смысле, но первое особенно радовало). Потому, не хотел, чтобы его воспринимали как "подружку"...разве он похож на парня, который был готов смотреть с ней сопливые дорамы про пресловутую любовь, обсуждать новинки моды и комментировать то, как она сделала стрелки? Тьфу! Спасибо, лучше уж сядет за кибербуллинг– справедливо и по понятиям. А, самое привлекательное–никто больше не будет вмешиваться в его жизнь. Румери, в своем духе, часто подшучивал над ним в такие моменты с Шииной: "Какой ты тугой, раз девушка обратила на тебя внимание–пользуйся этим". Хоть тот и знал, что к Махиру он влечения не испытывает...как это было и с другими его одногруппницами и однокурсницами. Его, в принципе, не особо-то интересовали отношения. И нет, дело не в том, что у него было не в норме с ориетацией...никогда не считал себя манерным гомиком, Боже упаси. Всего лишь, ещё не возникало желания вступать в серьёзную связь с кем-то и прямо посвещять себя кому-то(как же хорошо что у других людей было такое же обоюдное нежелание по отношению к нему). А судьба подкидывала карты, как на подбор: "Микото"–больной на всю голову ублюдок, уже изрядно успевший его утомить, даже учитывая то, что знакомы они были лишь заочно. И Махиру–до боли слащавая девчёнка, постоянно говорящая на своем языке девечьего лепета до неприятного на зубах сладким голосом, . Однако...ему ещё доучиваться с Шииной четыре года, а та, не будет отрицать, довольно выручала его с конспектам по китайскому(этот язык ему просто не давался, все же, не все азиаты–китайцы). Не будет ссориться с девчушкой и омрачать её открытый настрой к этому миру своими собственными "бедульками"–как она называет это: —Ээ...утра. Боковым зрением уже видел, как Румери усмехнулся завидив идущую к ним довольно спешным шагом Махиру, на "милый" манер махая рукой, вытянув её как дите малое. Господи...за что ему это все? Социальная жизнь–да пошла на хуй. Уже не хватало сил выдавать адекватные реакции. Он устал–не отвечал сестре на сообщение недельной давности и ему было изнурительно даже думать о том, что, в итоге, все же придется впервые за четыре недели как-то объяснить семье свои, пусть и редкие, но прогулы на пустом месте. А в добавок к этому, причину, почему звонки домой окончательно свелись к нулю. Считалось ли это все за один "прокол"? Заслужил ли он наказания? Сейчас был готов, как дрянный кот, просто скрутится калачиком уткнувшись носом в самый угол комнаты, где ему никто не помешает проходить период консервации до полного овоща–когда он и в свои "лучшие" дни не сможет выдавать ничего вразумительнее мычаний. Румери и Махиру были одинаковы в одном–они желали вмешаться. "Микото", в каком-то плане, всего-то содействовал. Он же не мог узнать о нем только пару дней назад, да? Было чувство, словно тот знал его с пеленок и мог в любой момент связать каждое его действие с какой-то "бедулькой" из детства... Хотя, с недавних пор, время тянулось до запретного медленно. День и ночь больше не различались–оба были временем тянущейся муки, что не окончить желанной отключкой. Думал, что чем больше измотает себя в этот раз–тем лучше выйдет пережить весь "сон" перед сном. Однако, так только больше утомлял и без этого уставшее тело, что итак работало на резерных запасах отложенные в более светлое здоровья время(вопрос лишь, когда этот период был в последний раз). Теперь было не ясно кто больше издевался над ним: судьба, "незнакомец" или он сам. Но бесспорно, каждый из троих забил по гвоздю ему в гроб... И не хочеться чтобы окончательно его добила именно до бесячего невинная душой девушка, что не знала в какой откровенной грязи он сам себя измазал и до которой, со временем, опустился. Его не стоило жалеть–это несправедливо. Но, справедливости ради для собственного втоптанного в землю самолюбия, в одном деле ему не было равных–быть полным бревном, и при этом, таким по живому уязвимым нужно было ещё уметь. Пока они втроем шли к корпусу, Махиру без умолку болтала с момента его неловкого приветствия, по видимому, увлеченно хотя поведать им о чем-то. А Румери, как его ученику младшего ранга–пню, иногда приходилось ей кивать, тогда как он уже мог позволить себе напрочь игнорировать все и всех как мастер(сразу видно, кто прокачал нужные навыки в свое время). Но тут упомянули кое-что, что не мог игнорировать даже настоящий профи их дела... Он снова услышал свое имя этим мягким голосом, отчего поморщился, словно ему крикнули его на ухо: —Фута...! Ты такой рассеяный в последнее время, ещё и в телефон таким взглядом смотришь...что, наконец появилась "та самая", колись~? Сама обколись, Шиина. Говорила она это с такой интонацией, будто смаковала каждой буквой слова во время произношения последнего предложения. Какая же наивная. Было бы весьма сказочно, если на паренька с особым умением отталкивать от себя людей, повелась бы хоть одна девушка, не имеющая проблем хуже него(а таких людей он, обычно, в первый и в последний видит по новостях когда речь заходит о ограждениях на любых удобных для прижков мест). Такое бывает лишь в сериалах которые так рекомендовала всем к просмотру Махиру...в реале же, внимание на него обратил лишь стремный гомик–уже не казавшийся столь манерным, а местами, скорее, даже открыто пришибленным с его неутолимой жаждой "расчленить" Футу изнутри. Конечно же, не буквально...все хорошо. Все же, будь он просто обычным педиком в поиске знакомства, не захотел бы тот найти кого-то по легче? Уж точно не олуха, которого нужно было силой заставлять отвечать на каждый жест. Но, "Микото" определенно знал как удержать чье-то внимание...и как, при этом, полностью поглотить свое собственное внимание мусором из чужой помойки, когда и своего, видимо, было более чем достаточно. Ему много раз говорили, что он блоха в школьные времена...но, теперь и правда чувствовал себя таковым, когда "человек сверху" словно рассматривал его под микроскопом, как насекомое, желая провести полный анализ его внутренностей и связать каждую вену ему в петлю. "Микото" отчаянно пытался найти в них хоть что-то похожее или связывающее, походу, воспринимая каждую поставленную или не поставленную им точку в предложении как практику в азбуке Морзе–в которой ему постоянно ошибочно читается "подзадолбай меня ещё". Футе же не обязан был даже отвечать на его сообщения... Разве ещё не достаточно? Не зря отец говорил "дашь палец–откусят руку"...походу, даже у того алкаша была своя мудрость взрослого. В какой-то степени...это он был виноват что позволил этому психу подступиться к себе ближе. Мог винить себя за то, что дал ему подумать что это вообще возможно. Во всяком случае, кто примет его просьбу о помощи всерьез? "Ты сам виноват" "Просто закрой компьютер" Никто ведь не задумывается о том, когда это выйдет за пределы цифрового пространство и с какой неожиданностью их обдаст кипятком от столкновения с этим уже в реальности. Интересно, родители той девочки тоже в самом начале также реагировали на его вмешательство? Надо бы поговорить с ними, все-таки...узнать где они алтарь заказывали, пока не поздно. Как говорил отец "хочешь сделать хорошо–сделай сам". Ещё ведь не поздно было брать все в свои руки? Поступить по-мужски, как говориться. Хотя, скорее, в этом ключе...слишком рано. —Мм...неа, все по старому. Все хорошо. Он ведь даже совсем не смотрел в телефон...с момента её прихода. Зачем тогда лезла не в свое дело? Ради сплетни девочкам? Ещё он не краснел кому-то на потеху...весело же было лезть в душу того, кто выглядел уязвимее всего? Но в лице Махиру не было и намека ни на коварное желание насмехнуться над ним, ни вскрыть его нежную плоть на у кое-кого. Она всего-то мягко улыбнулась, почти с пониманием кивнув ему, на этот раз, говоря не настолько писклявым тоном–его можно было даже назвать терпимым. А то, так та вновь произнесла его имя начало поднимать в нем давно забывшееся чувство сестринской заботы: —Ладно тебе, Фута, я понимаю...знаешь, у всех есть что-то на серце, я не исключение.