Глаза больше души.

Джереми откровенно плавится, под горячим взглядом. Глаза у Жана прекрасные. Его радужку стоит разделить на три адских кольца. Самый темный — это крайний. Гранитный, заставляющий вечно теряться, мечась под чужим взором. Это кольцо Сатурна, что обвивает Джереми в плотный круг чужих омутов. Мокрый асфальт, запах которого забивается в ноздри, заставляя с улыбкой припасть на землю, и позволить себе просто лежать несколько долгих минут так, пока одежду пробирает вода, наплевав на здоровье. Следующий круг цвета переливающегося серебра, что блестит на пальце у Джереми. Изящное кольцо, не обручальное конечно, но не менее ценное для Нокса. Он смотрит в этот круг, наслаждаясь лучами Луны, что отливается в этих глазах холодным светом. Глаза блестят легким наслаждением, наблюдая за каждым движением Джереми, и круг наливается свинцом, открывая несколько химических элементов в этом взгляде. А самый близкий к зрачку легкий, словно никотиновая дымка от сигарет. Нокс помнил ночь, когда застал Жана за курением. Он был зол. На себя. За то, что не увидел всей тяжести ситуации и позволил ему заняться самоуспокоением. Моро бросил. Быстро, кажется, не успев даже привыкнуть к сигаретной горечи. Но возвращался. Сам нарушил запрет установленный в голове еще от Воронов. Джереми просто был рядом, глядя как губы кривятся, выдыхая неровные колечки дыма, в которых его глаза находят отклик. Зрачок сейчас — туннель в бездну, откуда француз протягивал руку Ноксу, ожидая, как тот пригнет в эту негу страхов. И Джереми послушной собачкой идет за ним, но встречает не ужас кошмаров, а легкость любви, когда руки мягко скользят в бедрам, пока губы шепчет что-то, что угодно, на сладострастном французском. Он призывно расширяется, будто в крови Жана намешано что-то запрещенное, но Нокс знает, что это далеко не так. Он глубоко опьянен воцарившему меж них шторму чувств, а не далекой гармонией, что обычно описывают в любовных стихах, балладах и романах. Ладони Моро теплые, знающие Джереми будто путешественник моря. Он — капитан Джек воробей, что безумен до легкой качки, имея при себе лишь верную саблю, новую карту и ром. А Нокс — безграничный океан, в котором капитан готов раз за разом тонуть, будто это не обрекает его на мучения, что ни к чему не приведут. Море, которое на один раз не оплыть, а руки Жана — весла, что с удовольствием окунаются в соленную воду. Джереми податливый, ласковый до легких стонов, что волей не волей срываются с губ тихим щебетанием, глушимым влажным поцелуем. Жан до жадной силы сжимает бедра, стоя перед ним. Нокс успевает лишь резко охнуть, ожидая лишь пылких касаний, когда Моро припадает на колени. И это Джереми в глазах Жана любил больше всего — томную невинность, что стынет в серых кольцах, которые обвивают Нокса змеями искусителями, порывая его зарыться пальцами в черную муть чужих волос и направить развязный рот в нужное русло. Он гортанно стонет, забывая, где это происходит и слышит, как Жан неслышно хмыкает, вынося слабую дрожь по Ноксу, что всем телом вздрагивает на это. Моро откровенно тешится над ним, заставляя извиваться под напором собственного языка, что выводит сумасшедшие узоры на Джереми, пока он сжимает губы до неприятного жжения на них. Жан не останавливается даже когда пальцы Нокс дергают его, намекая на скоропостижный и в какой-то мере от этого конец, апофеоз чувств, которые взрывались в голове обещанными фейерверками. Нокс ждет, когда Моро отстранится, позволяя закончить Джереми не в него, но темнота гранита в глаз не обещает ему ничегошеньки хорошего. Карие глаза до ужаса картинно закатываются, облачая всю его слабую натуру, которая дана полным аспектом лишь Жану и остальным эфемерным отрывком. Моро смотрит, пока с губ его катятся светлые капли, что Джереми замечает не сразу, лишь когда эйфоричная пелена мути сходит с него и остаётся приятное послевкусие. А Моро ждал, будто с набитым конфетами ртом ребенок, глядя своим имеющим тысячу граней взглядом. Они покидают туалет университета под смущенное ворчание Джереми, что выходя из кабинки видит двух сокурсников и кого-то из знакомых, пока Жан игриво сверкает довольными глазами. Джереми Нокс непосильно глубоко влюблён в эти глаза, и это он очень давно не отрицает.