Можно пососать?

      Познакомились они не самым лучшим способом.       Аркаша на свою дурную голову решил средь бела дня прибраться на балконе. Уставшее осеннее солнце грело, но не согревало достаточно, чтобы не замёрзнуть, поэтому Аркаша активно выносил мятые коробки в кухню. Сдул пыль с одной и с удивлением заприметил выглядывавший из-под картонки целый набор столового серебра, взявшийся неизвестно откуда. Пылесосом прошёлся по полу, а затем открыл одну из тумбочек, чтобы протереть солидный слой пыли со всех поверхностей тряпками, лежавшими там.       Какого же было его удивление, когда между старыми наволочками и полотенцами мирно посапывала крохотная угольно-чёрная летучая мышь. Не подумав, он осторожно коснулся пальцем её макушки — и это было главной ошибкой. Казалось, спокойная мышка начала носиться по балкону в поисках выхода и, избегая солнечных лучей, случайно залетела в кухню. Ошарашенный Аркаша даже сообразить не успел, когда мышь села на ту коробку с серебром и тут же со взвизгом отлетела назад. Аркаша только моргнул, как перед глазами оказался державшийся за затылок злой сонный парень. — Да ёбанный ты в рот! — недовольно прошипел он и чихнул. — Откуда у тебя серебро-то?.. — Что за… — Ёб твою…! — Не матерись! — Чё ты тут забыл?! — Это моя квартира! Ты что тут забыл?! — Тебя ж тут никогда не бывает… — Ты кто такой?! — Ты не поверишь. — А ты попробуй, — предложил Аркаша, скрестив руки на груди. Парень, только что бывший летучей мешью, неловко протирал носком пол и кусал губу, явно пытавшись подобрать слова. — Я… ну, вампир, типа. Мне надо было поспать, день же, — пристыженно произнёс он. — Вампир, — кивает Аркаша, осознавая произошедшее. — Ага. — Каким это, блять, образом ты вампир? Типа, из «Сумерек» вышел? Хоа-хоа-хоа и все дела? — Очень смешно, — хмыкнул тот, но предательская улыбка всё же коснулась губ.

***

      С момента странного знакомства прошло уже несколько месяцев. Теперь их отношения переросли то ли в дружеские, то ли в соседские. Аркаша, интроверт, у которого друзей можно пересчитать по пальцам одной руки, в целом был не против нового соседа, работавшего в ночную смену и спавшего на диване днём, когда он сам был на работе. Конечно, Марин иногда подбешивал ленью и вечным нытьём о вкусном запахе Аркаши, но убирался, не мешал и иногда даже составлял приятную компанию за просмотром фильмов. Про вампиров, конечно. — Вот ты меня совсем не любишь. — Это правда, — усмехнулся Аркаша, пережёвывая запечёную картошку. — Нахуй тебе в картошке и мясе чеснок? Вот вообще тебе меня не жалко? Я же буду голодным всю ночь, а мне ещё работать! — скрестив руки на груди, жаловался Марин. — Я купил тебе несколько пакетов четвёртой группы, чтобы ты не грустил. Всё на твоей полочке, не хочешь перекусить перед долгой сменой? — подколол его Аркаша, прекрасно зная ответ. — А тебя мне можно? — и начал строить глазки, как и всегда. Аркаша молча ел, делая вид, что просмотр фильма, игравшего на фоне, был гораздо интереснее. — Ну пожа-а-алуйста-а! — Ты и так прекрасно знаешь мой ответ. — Вот ты ж, бля… ин, — нахмурился он. — Сидишь такой вкусный и недоступный. Как, знаешь… вот на картинках у женщин на входе в стриптиз-клубы соски заклеены, хочется отодрать, только вот ты ещё ближе и заманчивее. — Не знаю, меня женщины не интересуют, — с улыбкой ответил Аркаша, отставив пустую тарелку. — Точно, ты ж этот… — Но это не влияет на то, можно ли тебе пить мою кровь. — А просто тогда покусать хотя бы? — попросил Марин. Аркаша только скептически приподнял бровь. — Ну правда, оху… очень сильно хочется, — Аркаша делал вид, что задумался, хотя было очевидно, что уже принял решение. — Там ещё и полнолуние скоро… — Ну покусай, — усмехнулся Аркаша и, сев пониже, склонил голову так, чтобы Марину было удобно «покусать» всю шею.       На самом деле, это был единственный способ, чтобы Марин перестал ныть хотя бы на следующие полчаса. А потом уже и на работу, так что Аркаша не видел смысла отказывать.       Марин даже не притормозил, не промямлил «Хорошо», только тут же прижался губами к бледной коже. Ну ничего, у Аркаши ещё будет возможность научить его приличию. Жадный, просивший поцелуй за поцелуем, скольжение острых клыков слишком близко к бившейся жилке у ключицы, длинный влажный язык — всё это заставило Аркашу прикрыть глаза и тихо выдохнуть. Научившаяся ладонь Марина плавным движением прижалась к низу живота, закатала футболку. Острые плотные ногти, какими они не должны были быть у человека, процарапали в тот же миг поджавшийся живот и вдруг нырнули вниз, под резинку растянутых домашних шорт. — Нельзя, — выдохнул Аркаша, и Марин замер. Рукой замер, губами продолжил. Аркаша обхватил пальцами его плечо, зажмурился, пытавшись сдержать стоны от приятных поцелуев-покусываний, но всё же не смог. Конечно, хотелось дать Марину попробовать его на вкус, но… ну, страшно. Он же прокусил бы ему кожу, убить мог бы. Но это же Марин? За всё это время так ни разу и не подверг сомнению проявленное со стороны Аркаши доверие, так почему это должно было произойти сейчас? — Можно пососать? — хрипло, с диким желанием попросил Марин. И сколько же было мольбы в сдавшемся голосе. Только ответ Аркаши отделял его от того, чтобы впиться клыками в девственную кожу. — Так уж и быть, — сипло согласился Аркаша, а в голосе звучала улыбка.       Добро. Аркаша дал добро.       И Марина уже ничего не могло остановить перед тем, чтобы попробовать такую вкусно пахнущую кровь.       Аркаша резко вдохнул, когда острые клыки вонзились в место у плеча, а затем присосались губы. И в этот же момент нечто странное, непривычное начало происходить с телом: медленная волна мурашек по коже, жар на лице и внизу живота, необычно пошлые мысли и слабость. Приятная слабость. Марин выбрался из-под резинки шорт и теперь вырисовывал фигуры указательным пальцем на животе под мятой футболкой.       Мягкая боль преследовала его до самого конца, пока Марин не отстранился с мокрым хлюпом и абсолютно довольным лицом. И только сейчас Аркаша заметил, как сбилось дыхание и покраснели щёки. — Пиздец ты вкусный, — прошептал Марин и снова примагнитился к шее, чтобы влажным касанием зализать рану. — Не матерись… — вдох, — идиот. — Голова не кружится? — по-странному заботливо поинтересовался Марин и продолжил целовать припухшее место около укуса. — Кружится, — ответил, покачав головой из стороны в сторону. — Прости, больше не буду так много, — улыбнулся он, накрыв горячей ладонью подрагивавший живот. — Но не говори, что тебе не понравилось.       Аркаша молча цыкнул и закатил глаза. Не понравилось, ага, как же. Вместо ответа вновь склонил голову и подставился под каждое последовавшее прикосновение. Видимо, теперь Марин стал кем-то большим, нежели простым вампиром-сожителем.