Ненавижу этот мир

Красного глаза давно нет, как и воспоминаний о том времени. Сначала Шу не помнил ничего, абсолютно. Лишь мог узнавать себя по обрывкам на видео. Потом лишь через три года отрывки воспоминаний мелькали перед глазами в рандомной момент. Не было абсолютно никакой закономерности, так же как и желания видеть кого-либо. Осознавать, что он натворил было больно, но ещё больнее давалось не сходить с ума. Это было давно, безусловно. Но ощущение, что у него отобрали нечто важное не проходит ни на секунду. Оно всегда рядом, иногда кажется что бьется не сердце, а эта частичка внутри него. Он сомневается, есть ли у него вообще душа, сердце, любовь к этому миру. Звучит депрессивно, но ходить к психологу или к психиатру и мысли не было. А друзьям говорить и подавно. Шу хотелось бы вычеркнуть этот период из его жизни, из жизни других. Каждый раз когда он вроде бы забывает об этом событии, резкие и чуждые воспоминания накрывают с головой. Трудно делать вид, что все в порядке, особенно когда это рядом с учениками. Лейн и Фубуки всегда были проницательными, иногда Шу кажется что эту черту они переняли именно от него. Всегда внимательные, но импульсивные. Шу ненавидел это, ненавидел их внимательные взгляды, по которым он ясно понимал. Догадываются. Рано или поздно до них дойдет. И с этим надо было что-то делать. Надо было что-то делать с собой. И Шу делал. Раз за разом приходил к той реке, окунался с головой и сквозь пелену воды видел его. Теодор Гласс. При одном взгляде на него или хотя бы на его силуэт внутри просыпалась ненависть, которая бралась из ниоткуда и никуда не уходила. Была рядом, стала такой родной, что он не заметил, как она стала разрастаться дальше. Ненависть постепенно пожирала другие чувства, что когда то были очень дороги ему. Те же честность, сострадание, доброта исчезли первыми. И ему было легче без них, стало все равно на то, что будет с другими, больно им или нет. Наверное, с ним пытались говорить об этом. Он не слушал, не хотел и даже не пытался. —— Ты пугаешь меня, Шу. Ты знаешь, если что-то случилось,ты можешь мне рассказать, как обычно. Как обычно? Как обычно никогда не будет, Шу понимал это как никто другой, но лишь кивал. Он не хотел смотреть им в глаза, но даже когда смотрел, они стали отводить взгляд. Почему? В один из дней Шу, невзирая, всмотрелся в зеркало. Такие красные глаза, что когда-то были наполнены блеском, теперь стали всепоглощающей чёрной дырой, которая, казалось, могла поглотить все на своем пути. Это пугало окружающих, но не его самого. Глаза поменялись, но он остался прежним, верно? В одну из бессонных ночей он снова увидел воспоминание. Снова в этой дурачкой колбе, снова лёгкие наполнены водой. И этот кто-то пытался кричать, пытался вырываться и смотрел в самую душу, он не хотел исчезать, не хотел меняться, но пути назад не было и никогда не будет. И Шу смотрел на него, не отрывая глаз. Нет, у него была возможность отвернуться как в прошлые разы. Но зачем? Толку то нет. Когда в очередной раз они столкнулись друг с другом взглядами, почему то ненависть пробудилась ярче чем обычно. Если раньше она была где-то на фоне, то сейчас застилала разум, не давала мыслить спокойно. Она хотела мстить, но не знала кому. Если не знаешь кому мстить, мсти всем. Рано или поздно найдется тот, кто заслужил эту ненависть. Все люди на этом гнилом мире заслужили её сполна. Эта мысть стала такой родной, такой обычной в его жизни. Ненавижу этот мир. Ненавижу этот МИР НЕНАВИЖУ ЭТОТ МИР НЕ#@В_ЖУ &/ОТ М/! ∆\#@(_)# &/0/ ?/! Почему я? - — Потому что в этом мире кто-то должен страдать. Кто, если не ты? Шу наконец повернул голову. Опять эта нахальная морда. Но в этот раз он нравился ему намного больше, в этот раз Шу смог раскрасить Теодора. Он добавил ему яркой алой краски, которая текла по сосудам, венам, артериям, наполняла как плюшевую игрушку. Почему я? —— В этом мире лишь ты такой особенный, ты мне понравился больше, чем другие. Чем я это заслужил? — Заслужил? О, мой милый Шу, этот мир обладает ужасным качеством - несправедливостью, и ты, его последняя надежда. Сколько не выливай воды из озера, оно всегда будет грязным. Знаешь, как очистить его? Как? — Высушить полностью и начать заново. С чистого листа. Бросить их всех, бросить себя в конце концов. Ты ненавидишь этот мир больше всех, так почему ещё живешь? Я заслужил. - Заслужил чем? А? Ничем, вот именно. Ты никчемный кусок дерьма, всегда второе место, всегда где-то на скамейке запасных. Ты не нужен, никому и никогда не нужен. Даже твоим родителям, даже твоим друзьям. Или хочешь сказать, что я не прав? ... Теодор отвернулся, наверное, он считал, что уже выиграл. —В конечном счете ты не смог стать хорошим другом, сыном, учителем. Не смог помочь тем, кто в это нуждался. Не смог полюбить мир. Не смог вернуться себя и свои утраченные чувства. И в конце концов, ты ни к чему не стремился и ничего не достиг. Ты проиграл везде, где только можно и нельзя. Если жизнь после смерти существует, я надеюсь, ты не будешь в ней главным героем. Такой, как Вальт больше подходит для этой роли. ..... — Слова ранят сильнее, чем действия. Особенно если это правда, которую ты никогда не скажешь вслух. Спрайзен лучше бы смог реализовать достоинства этого тела. Жаль, что проиграл такому, как ты. Теодор обернулся, он ожидал увидеть что угодно, кроме того, что увидел. Такой пустой взгляд и полное безразличие. — Я даже рад, что ты лишил себя всех благ этого мира, чувств. Ты можешь считать, что это воспоминания на тебя так повлияли, но нет. Ты сам отрёкся от всего этого. Как был никчемным так им и остался. Ты хоть что-то чувствуешь? Ненависть. Я ненавижу этот мир, а тебя - в особенности. —Ну конечно, можешь винить меня сколько угодно, но я не ты — я не вижу в жизни только плохое. Моя жизнь наполнена смыслом, а твоя? Ненавистью. —Слабак. Даже и не думал, что мертвые настолько духом поникшие. ? - Ты выбрал хорошую тактику погружения в воду, только не учёл одного. ?? - Я мёртв, а ты... Сколько времени ты уже под водой, Шу? ??? - Ты дурень, раз не смог уследить даже за тем, чтобы сохранить себе жизнь. Надеюсь, хотя бы в загробной жизни ты найдешь достойный смысл, Шу Куренай. Отвратительный друг, бестолковый сын, жалкий учитель.