Падающая Звезда

27 лет до катаклизма

      Когда-то давно, существовала такая планета, которую можно было назвать настоящим зелёным раем. Живописные и величественные леса украшали рельеф грубой земли, вытесняя любой цвет кроме зелёного и его оттенков. Здесь не существовало зимы, да и вообще любого другого времени года кроме лета. Душистые растения заполняли каждый уголок этой земли, а морской бриз, которым постоянно наслаждались моряки, заполнял эту пустоту своим солёным привкусом. Могучие и прочные деревья укрывали землю своей густой кроной, словно гиганты-хранители.       Население планеты было небольшим, и все они поклонялись их лидеру и Президенту — женщине, которая являлась чем-то вроде бога для своих жителей. Назовём её Ф. Когда не было урожая, они просили её благословения, когда дети болели, они просили её излечить их. Всё легло на плечи бедной лидерши целой нации, и жизнь её была довольно скудной, пока она не стала мамой.

      У Ф был муж, которого она любила больше жизни, и он любил её, несмотря на отношение её родителей к нему. Они не особо были рады, что муж Ф напрашивался на трон вместе с Ф, чтобы помогать ей и облегчать ей работу. Однако с рождением их ребёнка у Ф появился тот, кого она любила и больше мужа, и жизни — их дочь, Ксифенг.

***

22 года до катаклизма

— Мам, ты сегодня какая-то уставшая. — своим высоким, детским голосом поинтересовалась Ксифенг, хватая маму за длинный рукав. Женщина устало улыбнулась и потрепала дочь по голове. — Вся в делах, родная. Но ты не волнуйся. — ответила она своим обычным нежным тоном и продолжила. Девочка расстроенно вздохнула. — Понимаю. Ты же Правительница, ты всегда занята. — сказала она немного грустно. Мама же опустилась к ней. — Не забивай голову. Сегодня как и обещала сходим к озеру. — от маминых слов Ксифенг радостно хлопнула в ладоши. Мама, последнее время, редко проводит с ней время, постоянно работает и оставляет её с отцом. Но она не чувствует обиды, она все понимает. Она достаточно умный для своего возраста ребёнок и понимает, что её мать —Правительница, благородная и сильная женщина, а также любимая мамочка. — Я тогда соберу корзинку! — отозвалась девочка и быстро скрылась в коридоре. Ф проводила дочь взглядом и устало потерла виски. Ради дочери она готова отбросить любую слабость.       

***

20 лет до катаклизма

             — Слушай, а почему ты с нами играешь? — спросил маленький мальчик, заинтересованно копающий лопаткой в песочнице. Ксифенг с недопониманием склонила голову набок. — В смысле почему? Вы мои друзья, мне с вами интересно. — ответила она без колебаний. Двое мальчишек сделали паузу, не зная, стоит ли ей говорить о том, что они хотели ей рассказать ещё давно. — Наши родители считают, что дети в твоей семье должны играть только с такими же детьми, как они. — сказал один из мальчиков, цитируя слова своих родителей. — Ага, а ещё что это не в твоём статусе водиться с обычными людьми! Скажи, что это бред, Ксифенг! — второй мальчик перевёл взгляд полный ожидания на Ксифенг. Девочка без замедления кивнула. — Конечно! Я с вами играю потому что вы хорошие друзья и придумываете интересные игры, зачем мне другие? — она улыбнулась совершенно по-детски, но искренне.

***

10 лет до катаклизма

      Ксифенг аккуратно приоткрыла дверь в комнату матери. Лежащая на кровати фигура немного пошевелилась. — Мам... Тебе лучше? — спросила девушка, зайдя полностью в комнату и открыв дверь чтобы свет проникал внутрь. Благодаря тусклым лучам фонаря она увидела состояние матери. Ф была совсем бледная и, казалось, от малейшего дуновения ветра просто развалится. Запах лекарств в комнате начинал душить Ксифенг. Ф присела в кровати и подозвала дочку рукой. — Ты не волнуйся так. Просто немного приболела. — пробормотала она слабым голосом. Её глаза были тусклые, словно затянуты плёнкой, а волосы словно потеряли свой цвет. Ксифенг села на край кровати, глядя на измученную мать. — Ты часто начала болеть. — заключила девушка, взяв маму за руки. Та лишь тяжело вздохнула. Они обе знали, что происходит. — Я сильная, я справлюсь, но... — Ф сделала паузу, как бы готовя дочь к следующей фразе. — Всегда будь готова ко всему.

***

5 лет до катаклизма.

      Мама постоянно говорила, что поправиться и все будет хорошо. Но внезапная весть о смерти Госпожи Ф заставила Королевский род встать вверх дном.       И вот, одетая в совершенно черную одежду, Ксифенг стояла у свежей могилы матери и не понимала, что ей делать дальше. — Мама. Ты говорила, что всё будет хорошо. — едва слышимо сказала девушка, сцепив руки в замок чтобы они не дрожали. — Но мам, как я смогу без тебя? — Ксифенг горевала не меньше народа и отца, ей было больно и одиноко, а также страшно от мысли о том, что она — следующая Королева. Ей всего 23 года. Никто не мог её поддержать. «Ты же женщина, ты должна уметь отпустить печали и быть сильной. Для себя. Для своей семьи и народа!» — так ей твердили родственники. Ей было горестно и обидно за то, что её судьба была предрешена с того момента, как её зачали. Увы, теперь ей придётся занять престол и рулить нацией, хочет она того или нет.

***

Несколько месяцев до катаклизма.

      — Госпожа, тут вновь народ собрался у Храма...— слуга взошел на веранду и приклонил голову. Ксифенг взглянула на мужчину через плечо и тяжёло вздохнула. Народ, в последнее время, часто собирался так в группы и чего-то требовал: излечите наших детей, повысьте зарплаты... Наверное, мама Ксифенг тоже боролась с этим, просто никогда не говорила об этом дочери.       — Хорошо, сейчас спущусь. — с кивком согласилась Правительница, засовывая руки в длинные рукава одеяния. Работа никогда не ждёт и, похоже, она поняла причину вечной усталости своей матери.       Ксифенг правит уже четыре года. В первое время, конечно, было тяжело, умение возглавить целую нацию — поистине тяжёлый навык. Но жизнь закалила её и, вырвав из мягкой и тёплой оболочки, в которой её держали родители всю жизнь, заставила её взять ответственность. Ответственность за свой народ.

      Годы шли, Правительница росла и вот, ей исполнилось 27, как люди внезапно начали жаловаться на подозрительные круги на небе. Жители были обеспокоенны внезапной сменой привычных белоснежных облаков на круги серого дыма. Народ и понятия не имел, что за пределами планеты что-то существует. Для них существовала лишь их земля и их Лидерша. Но Ксифенг, как Правитель, знала всё. Знала, что за этой крепкой стеной лжи её предков скрывается другой мир. Мир, в котором наверняка есть жизнь помимо её родной планеты. Королевский род столетиями врал своим людям, что за небом ничего не существует, что их планета — единственный объект, который способен поддерживать жизнь. Народ слепо верил, ведь как Правители могли сказать ложь? Впрочем, люди сами не особо рвались раскрывать правду. Здесь безопасно, везде зелень, здоровые дети и хороший урожай. Зачем куда-то ещё вылазить, когда все удобства есть?       Круги дыма в небе насторожили Ксифенг. Что это могло быть? В её голове крутились мысли, но самая верная и самая ужасная из них — кто-то обнаружил их планету и, судя по всему, уже летит сюда. С добрыми ли намерениями? Очень сомнительно. Но как Ксифенг могла предупредить свой народ об опасности, если буквально всю свою жизнь все население даже не думало о том, что жизнь за планетой существует? Это был бы полный кошмар. Её бы, наверное, подняли на смех, мол, молодая Правительница пытается над нами пошутить. Однако странные следы пугали людей и она не была уверена, смеялись ли бы они, услышав правду с её уст. Она ничего не знала. Не знала что будет дальше, когда незванные гости объявятся, какая реакция будет у людей, а главное, что ей делать?

***

      В это же время, на другой планете, свой юбилей праздновал сын семьи известных Пророков. Мальчик был рождён под полной луной, из-за чего получил говорящее имя Луннар. Родители, будучи Пророками, по каким-то причинам не могли разглядеть будущее сына. Странная пелена окутывала их глаза, когда они старались прочесть даже самое ближайшее событие в жизни отпрыска. Это насторожило их. Но они предположили, что это возможно из-за того, что Пророки не должны иметь детей, поэтому, нарушив правило, не могут прочитать будущее у того, кто является комбинацией двух Всевидящих.

      Родители логично предположили, что сын тоже обладает Пророческими способностями, а возможно, даже видит дальше, чем собственные родители. Но правда оказалась удивительной для родителей.

      Сын не видел будущего от слова совсем. Его глаза были слепы для того, чтобы прочесть события следующих лет. Однако поражением для Пророков стало то, что вместо будущего сын видел прошлое.

      Никогда такого не случалось за все века, что существуют Пророки, и это необычное событие стало потрясением. Было очевидно, что это произошло из-за сбитого генофонда, ведь как ранее было упомянуто — Пророки не должны иметь детей. Никогда. Они как монахи — отдают себя полностью своему делу и не имеют право на личную жизнь. Родителей Луннара это правило не остановило и так появился он — тот, кто видит прошлое в семье Пророков.

      — Слушай, Лун, а сколько тебе сегодня вообще? — спросил бодрый мужской голос, резко положив большую руку на плечо мужчины, который перебирал книги с полок. От удивления он вздрогнул, затем, выдохнул, устав от этого вопроса за день. Его знали все, но никто не знал по настоящему. Боже, у него сегодня юбилей, а никто даже не знает, сколько ему исполнилось. — Тридцать. — ответил ясновидец с усталой ноткой в голосе, закрывая пыльную книгу, на корешке которой уже стёрлись опознавательные знаки. Мужчина хмыкнул себе под нос, потрепав Луннара по плечу. — Почётный возраст. Поздравляю, — прокомментировал он робко, затем отпустил плечо библиотекаря и обошёл его чтобы пройти вдоль величественных книжных полок — Ты бы лучше дома с семьёй праздновал, чем тут пыль с книг вдыхал. — после чего он покинул ясновидца, бурча себе что-то под нос. Луннар даже не помнил, как зовут этого мужчину, и уж точно не собирался следовать его совету. Отмечать дома с семьёй? Как же. А семья ждёт его вообще? Нет, конечно, ради вида они скажут: поздравляю, сыночек! Какой большой вырос уже! Мы так любим тебя… И прочий бред, который он перестал выкупать ещё в детстве, когда вместо подарков родители ему говорили:

" Сынок, Монарх опять желает видеть тебя, ему важно обновить записи прошлых летописей. Собирайся. "

                   Для него было не сложно и даже приятно послужить своему Лидеру, но когда с него буквально доили способность видеть прошлое, не давая ничего взамен — он попросту устал. Устал от того, что на самом деле никому не нужен, всем нужна выгода с его способности. Поэтому он решил отдалиться от семьи и открыл свою библиотеку. Поистине огромную библиотеку. Людей здесь всегда было много, люди приходили почитать, а иногда Луннар проводил лекции о каких-то событиях из прошлого, которые интересовали людей. В отличие от Монарха и родителей, люди не доят с него выгоду, а лишь желают узнать из первых уст историю.

      Луннар, продолжая разбирать уже старые экземпляры, наткнулся на совсем пыльную книгу. Название было на каком-то странном языке, смесь латыни и ещё чего-то. Он даже не помнил, что это за книга и что он приносил её сюда. Конечно он знал латынь и, попытаясь перевести название, цокнул. — Белиберда какая-то. — пробормотал он себе под нос, затем открыл книгу ради интереса. Боже, сколько тут было пыли. Пройдя по заголовкам содержания, он нахмурился. Только здесь была чистая латынь, и он всё перевел. — Зелёная Планета. — вслух сказал он, пробуя название на вкус. Он никогда раньше не слышал о такой планете. Даже в воспоминаниях о прошлом он не слышал об этом странном объекте. Мужчина задумчиво сузил голубые глаза, пытаясь прочесть содержание книги. — Нет, не могу… — вновь вслух прошептал он, не имея понятия как переводить этот бессвязный текст. Такой язык вообще существует? Как это перевести, если тут латынь то ломаная? Что уж говорить о неизвестном ему языке. В общем, он бросил это дело, но книгу сохранил. Больно интересная она. — Что за Зелёная Планета? Впервые слышу. — подумал он, идя с книгой под рукой в сторону архива. Войдя в гигантский, пыльный архив, он некоторое время лазил там, не зная где лучше расположить книгу. В итоге выбрал отдел книг, которые сложно разобрать из-за древности надписей. Он ещё давно обещал себе переписать некоторые экземпляры и вновь положить на полки.

      Библиотекарь закрыл архив и тяжко выдохнул.

— Мой юбилей и хоть что-то интересное.

      На этом он молча покинул библиотеку, оставляя тайну не раскрытой. Пока что.