Между нами

Между нами... ...расстояние, холод и недопонимание? Лэйн чувствует: что-то не так. Они улыбаются, старательно делая вид, что все хорошо, спрашивают о ее состоянии, помогают преодолевать первые трудности после возвращения, но Лэйн не покидает ощущение тревоги и пустоты. Лучше бы она их тогда возненавидела. Так было бы проще всем. И ей в первую очередь. Вернувшиеся чувства кажутся такими обостренными, что каждый косой взгляд вызывает в ней бурю эмоций: от тоски до незримой надежды, что вот сейчас, еще немного, и все наладится. Но ничего не налаживается. Анна и Дмитрий отводят взгляды, Грег дежурно отшучивается, а Ян... Он подаёт ей руку, чтобы не упала, но при этом держится отстраненно, словно бездушный солдат на задании. Он пробивается к ней сквозь толпу культистов, чтобы закрыть собой, но тут же отходит, стоит им остаться наедине. А Лэйн душит слезы каждый чертов раз, когда Ян улыбается не ей. Лэйн знает: им нужно поговорить. Лишь так ей удастся докопаться до правды и понять, почему все так изменилось. Но оказаться с Яном наедине оказывается не так-то просто. То поблизости отряд, то Донован со своей феноменальной идеей сделать из Лэйн святую. Хочется послать всех к черту, но без их помощи она не справится. Раньше в ее голове был шепот Баала, теперь же - голоса грешников и адская головная боль. Долго ли она протянет без капельниц Анны? В этот вечер Лэйн приходит в купальни, и сидит в них так долго, что все выжившие жители Роткова успевают вернуться домой к своим семьям, лечь в относительно тёплые постели и даже увидеть парочку снов. Она думает, думает и снова думает. Прокручивает в воспоминаниях убийство Баала, звездопад из людей, пронизывающий до костей холод и смертельную усталость. Лэйн не выходит из воды, даже когда свечи окончательно догорают и оставляют ее в полной темноте. - Лэйн? - раздается у неё за спиной знакомый голос, но от неожиданности она все равно чертыхается и соскальзывает со ступеньки, погружаясь в воду с головой. На мгновение Лэйн чувствует себя дезориентированной. Бассейн не глубокий, и нужно очень постараться, чтобы утонуть в нем, но она все равно беспомощно машет руками, чувствуя, как грудь сдавливают тиски паники. Но уже в следующую секунду ее обхватывают крепкие мужские руки и тянут на поверхность. Ян вглядывается в ее лицо и, удостоверившись, что обошлось лишь лёгким испугом, прижимает Лэйн к себе. От этой внезапной близости у нее начинается быстро биться сердце, а пустота в груди заполняться чем-то до боли знакомым и тёплым. - Прости, - шепчет Ян ей куда-то в макушку. - Ты так долго неподвижно сидела, что я испугался, а в итоге напугал еще и тебя. Он гладит ее по волосам, и Лэйн понимает, что сил сдерживать слезы больше нет. Ее плечи едва заметно сотрясаются, а из груди вырывается всхлип. Рука Яна от этого звука застывает, а сам он словно превращается в каменное изваяние. Он ни разу за все время их знакомства не видел ее слез и не слышал рыданий. Но заминка длится недолго, и вот Ян снова обнимает ее, желая утешить и подарить спокойствие. - Прости-прости-прости, - повторяет он, как мантру. - Почему? - глухо спрашивает Лэйн. - Почему ты избегал меня? Неужели все, что было между нами - ничего не значит? - То, что было между нами, значит для меня слишком много, - тихо отвечает Ян. - Я не понимаю. Лэйн отстраняется, и в ее покрасневших глазах Ян видит отчаяние. Неужели, это из-за него? Столько раз он ошивался возле ее палаты, желая зайти и увести ее подальше от всего этого. Столько раз он с надеждой интересовался у Анны, спрашивала ли о нем Лэйн, и каждый раз получал отрицательный ответ. И теперь... Ян убежден: им нужно все друг другу объяснить. Он помогает Лэйн насухо вытереться и одеться в чистую одежду, сушит ей полотенцем волосы, чтобы не простудилась по дороге до особняка, а затем протягивает новые ботинки. - Я увидел, что ты еле передвигаешь ноги в нынешних, - почти смущённо отвечает Ян на немой вопрос. - Эти должны быть как раз. - Я не хотела жаловаться. Знаю, что проблемы с одеждой сейчас у всех. Она уже почти успокоилась, лишь слегка подрагивающие руки выдают, что недавно у неё была самая настоящая истерика. Пальцы не слушаются, пока Лэйн пытается справиться со шнуровкой, и тогда Ян опускается перед ней на колени и помогает. Его забинтованные руки двигаются куда увереннее, и от этой заботы Лэйн не знает, куда себя деть. Вдруг, сейчас она выйдут и между ними снова вырастет непробиваемая стена? Еще раз ей такое выдержать не удастся. - Одежды достаточно. Просто ботинки тебе выдал кто-то недобросовестный. Они же дырявые и на два размера больше. Ян помогает ей подняться, а затем поддаётся порыву и вновь обнимает. Его одежда все еще чувствуется немного влажной после ныряния в бассейн, и, не желая снова намочить Лэйн, он быстро отстраняется. - Наверное, мне стоит объяснить, - в его голосе слышится непривычная нерешительность. - Когда ты прошла через портал к Баалу, твоё тело осталось лежать у двери, и я хотел унести его. Но тут появился Авель и начал нести полную ерунду. Как мне тогда казалось. - Авель? - ошарашенно переспрашивает Лэйн. - Да, - кивает Ян. - Он сказал, что твоя настоящая миссия - уничтожить все человечество, и что с самого начала ты шла к этой цели. Что ты желала этого. Я не хотел ему верить и до последнего надеялся, что он лжет, но в итоге человечество и правда на какое-то время исчезло, а ты казалась такой отрешенной... - Я не хотела ничего уничтожать, - качает головой Лэйн. - Это была воля Шепфа и его дара, а не моя. Неужели ты решил поверить Авелю и игнорировать меня неделями, словно я прокаженная? Я все это время думала, что вы за что-то на меня злитесь, что ты больше ничего ко мне не чувствуешь, и никто из вас за все эти полгода не пришёл ко мне просто поговорить. - И я буду бесконечно просить за это прощения. Лэйн кажется, что она вот-вот снова заплачет, но на этот раз от облегчения. - Не нужно просить прощения, - шепчет она, - просто будь рядом. - Всегда. Ян нежно улыбается и переплетает их пальцы. В поместье они возвращаются, держась за руки.