Наваждение

      — …Мисс Уизли, пожалуйста, задержитесь, — услышала Роуз, когда почти покинула аудиторию.       Переминаясь с ноги на ногу, она робко обернулась.       — Да?       Профессор Малфой проводил взглядом последнего выходящего из кабинета гриффиндорца и, прищурившись, странно посмотрел на Роуз.       — Присаживайтесь, — он жестом указал на первую парту, что стояла перед ним. — Я бы хотел расставить все точки над i.       Неужели он все-таки соизволил обсудить ту самую щепетильную вещь? Не прошло и года. Она уже достаточно давно перевелась в Хогвартс.       Роуз, едва заметно усмехнувшись, села на стул.       — О чем вы хотели бы поговорить, профессор? — чуть насмешливо осведомилась она.       Драко шумно выдохнул и, поправив очки, прочистил горло.       — Тогда в Нью-Йорке между нами произошло нечто… Нечто…       — Мы однажды занимались сексом. Вы об этом? — невозмутимо подсказала Роуз, украдкой наслаждаясь тем, как резко вытянулось лицо профессора Малфоя, когда он услышал ее слова.       Драко, как она любила его называть про себя, при всей своей надменности легко мог смутиться от парочки брошенных слов. Ну или от парочки пикантных воспоминаний. За их короткое, но весьма продуктивное знакомство ей удалось узнать его достаточно.       — Мисс Уизли, — мужской голос приобрел стальные нотки, — то, что между нами произошло, было ошибкой. Тогда вы не являлись моей ученицей и, клянусь Салазаром, я бы никогда не посмел…       — Так вы не хотите повторить? — перебила его Роуз, откинувшись на стуле.       Глаза профессора Малфоя тотчас распахнулись от изумления.       — Роуз, что ты, ради Мерлина, несешь?! — прошипел он, приблизившись. Драко оперся обеими руками о парту. — Я пригласил тебя на эту беседу, чтобы уладить все моменты и больше к ним не возвращаться. Мне дорога моя работа.       — Подождите, — Роуз удивленно вскинула бровь, — так вы думаете, будто я сейчас пойду болтать направо и налево, что случайно переспала с профессором зельеварения? — Уизли нарочито громко рассмеялась. — Я перевелась в Хогвартс полторы недели назад. Вы, правда, считаете, что у меня больше нет дел, нежели обсуждать свою сексуальную жизнь с новыми однокурсниками? Я глупая дура, по-вашему? Мне уже восемнадцать!       Не желая больше выслушивать завуалированные оскорбления, Роуз встала и стремительно направилась к двери.       — Мир не крутится вокруг вашего члена, профессор Малфой, — бросила она и покинула кабинет зельеварения.

***

      Была уже почти ночь, когда Роуз увидела идущего в ее сторону профессора Малфоя. Она замедлила шаг и стала озираться по сторонам в поисках укрытия. Благо чуть поодаль стояли рыцарские доспехи.       Роуз «грациозной» поступью пятисоткилограммового слона прошмыгнула за рыцаря, задев железо. То протяжно задребезжало. Закатив глаза, она прислонилась к каменной стене и стала молить Мерлина, чтобы профессор Малфой ее не увидел.       Спустя пару мгновений она заметила, что он прошел мимо, уставившись в пергаменты.       Роуз выдохнула: все позади.       Подождав еще с минуту, она убедилась, что шаги стихли, и стала выбираться из укрытия. Какого же было ее удивление, когда она обнаружила, что посреди коридора, сложив руки в замок, стоял профессор Малфой с мерзкой ухмылочкой на устах.       — Прогуливаетесь после отбоя, мисс Уизли? — осведомился он сардонически.       — Заплутала, — пожала плечами Роуз.       — Почему же прятались вместо того, чтобы попросить о помощи?        Сродни коту, профессор приближался к ней, произнося каждое слово тише и тише. При лунном свете, пробивавшимся сквозь окно, его волосы были белоснежными, словно снег в горах. Когда между ними остался метр, Роуз невольно отпрянула.       — Я боялась лишить факультет баллов, сэр, — севшим голосом ответила она.       Внезапно в голове возникли фрагменты их короткого, но весьма пикантного времяпровождения. Роуз проморгалась, дабы согнать морок и вернуться в реальность.       А реальность такова: профессор Малфой — ее преподаватель, а Роуз — его ученица. Не стоит ворошить прошлое.       — Баллов я вас не лишу, но назначаю наказание в виде мытья котлов трижды в неделю. В семь вечера, — резко сказал он, прищуриваясь, и повернулся на каблуках.       — Не опаздывайте, мисс Уизли, — бросил он, спешно покидая место встречи. Бодро шагая по каменному полу, добавил: — Я бы не хотел контактировать с вашей матерью, признаться честно. Но если ваше поведение и впредь будет выходить за рамки дозволенного…       — Что, по-вашему, есть рамки дозволенного, сэр? — перебила его Роуз, последовав за ним.               Гриффиндорский галстук ужасно сковывал шею. Роуз, поддавшись странной буре эмоций, содрала его. Профессор Малфой замер на месте и обернулся. Взгляд его заострился, и Роуз стало не по себе.       — Не думайте, что у вас есть блат только потому, что ваши родители герои войны, мисс Уизли, — отчеканил он каждое слово.        — А я думала, у меня есть блат, потому что я трахалась с вами, профессор, — выплюнула она и со всех ног рванула прочь из коридора, уповая на то, что путь до башни Гриффиндора будет близок.       Малфой смотрел на удаляющуюся спину новой ученицы, с которой имел случайную связь прошлой зимой, и мечтал, нет, молил Мерлина, чтобы наваждения о ней покинули его, видимо, совсем тронувшийся ум.

***

      Роуз Уизли считала, что переезд в Англию — попытка матери пережить развод. И отчасти была права, конечно же. Пока Роуз пыталась прижиться в новой школе, Гермиона отчаянно карабкалась вверх по карьерной лестнице. Всего за две недели пребывания в Лондоне она добилась того, к чему люди шли годами.       И вот сейчас, сидя в Большом зале, Роуз читала очередное письмо от матери, в котором она сообщала, что «процесс интеграции» в британское Министерство магии происходит более чем превосходно. Увы, Роуз Уизли совершенно не разделяла ее радостное настроение.       У Роуз была иная проблема — ее преподаватель по зельям. Их частые неожиданные встречи, многозначительные взгляды и грязный, очень грязный секрет на двоих доводили новоиспеченную гриффиндорку до исступления.       — Эй, Уизли, — услышала она голос Джеймса Поттера. Ее кузен был весьма бесячим.       — Что? — вскинула она усталый взгляд.       — Это правда, что в Ильверморни ты была отменным охотником?       — Правда, — безразлично ответила она, комкая письмо от матери двумя руками.       — Отлично. Значит, встанешь на замену Брауна. Питер сломал ногу на тренировке.       Роуз недовольно сощурилась.       — Говоря вашим языком, Джеймс, я закончила карьеру в квиддиче. Мое внимание всецело сконцентрировано на учебе.       — Рози-пози, — Джеймс уселся напротив и растянул губы в улыбке, — выручи, а? Мы же не можем проиграть мерзким змеям. Один раз. Прошу тебя как брат.       Какой нечестный трюк провернул старший из Поттеров, однако. Невзирая на скверный характер, Роуз любила свою родню. К Лили питала особые сестринские чувства, потому что младшая из Поттеров была самой… интересной.       — Ладно, — пробормотала она. — Когда матч?       — В субботу, — бросил Джеймс, вставая из-за стола. — Если Малфой вдруг будет донимать тебя, скажи мне или Алу. Мы быстро поставим мини-хорька на место.       На одно мгновение Роуз почувствовала, как кровь отхлынула от лица, но, услышав прозвище Скорпиуса, выдохнула, осознавая, что речь шла не о виновнике ее терзаний. Дражайший профессор зельеварения всячески избегал Уизли. Это изрядно ее раздражало. Почему-то.       — Я сама могу разобраться с мини-хорьком, — пожала она плечами.

***

      — Уизли, не спи!       Роуз неслась по полю, как сумасшедшая, несмотря на зимнюю бурю и потоки ветра, норовившие смести всё на своём пути.       — Пошёл ты, Поттер. По-твоему, я сплю, мантикору тебе в зад? — кричала Джеймсу Роуз.       — Скорпиус явно намерен сбросить тебя с метлы. Он глаз с тебя не спускает.       — Может, влюбился, откуда тебе знать?       Но Поттер уже не услышал её слова, умчавшись в другую сторону. Роуз же решила показать мини-хорьку его законное место — в больничном крыле. Малфой бессовестно подрезал её и заколдовывал мячи на протяжении всего матча.       — Ублюдок, — выплюнула она, заметив едкую ухмылку на чрезмерно красивом надменном лице, блиставшем на магическом экране школьного стадиона.       Роуз остановила полет лишь на миг, дабы достать палочку и пульнуть в нахала какое-нибудь вредное проклятье, и ровно в этот самый момент её метла неведомым образом треснула. Напополам.       — Какого?..       Слова растворились в воздухе, потому что Уизли с бешеной скоростью полетела вниз.       — Аааа!       Крича во все горло, она мысленно прощалась с жизнью, когда до между ней и землей оставалось около трех метров. Жаль было умирать молодой, но, видимо, судьба распорядилась так.       Но свободное падение внезапно прекратилось в полуметре от земли. Роуз на секунду застыла в воздухе, а затем грузно рухнула вниз.       Благо, небольшая остановка смягчила удар.       — Блядь, — прошипела она, схватившись за лоб. Там явно вылезет шишка.       — Мисс Уизли, пресвятой Годрик, — заверещала Маккошка, — вы как?       Директриса аппарировала прямиком на поле.       — Директор, позвольте взглянуть, — услышала она издалека до боли знакомый низкий голос.       Профессор Малфой, приблизившись, бережно перевернул ее на спину и осмотрел с ног до головы.       — Вы как? Болит что-нибудь? — между его бровей залегла глубокая складка.       — Левое запястье и лоб, — прохрипела Роуз.       Она не сразу ощутила боль в руке, видимо, шок от падения притупил чувства.       — Я провожу вас в больничное крыло, мисс Уизли.       — Угу, — буркнула ему в ответ Роуз, всеми силами пытаясь угомонить глупых затрепетавших чертовых бабочек.       Профессор Малфой влиял на нее весьма странным образом.

***

      — Где болит? — холодно осведомился профессор Малфой, смотря на Роуз.       — Нигде, — солгала она.       И воцарилась тишина.       Уизли намеренно отвернулась, не желая даже на мгновение сталкиваться взглядами с профессором. Казалось, он мог читать мысли.       Сердце же рвалось наружу. Не то от его присутствия, не то от падения, но Роуз хотелось утихомирить реакции своего тела. В присутствии профессора Малфоя это не представлялось возможным.       — Кто мог сбросить тебя с метлы? — Как назло, не отставал Малфой.       — Никто. Я сама.       «Уйди, блядь, уже, пожалуйста».       — Роуз, я играл в квиддич. Я знаю, когда игрок падает сам, а когда его сбрасывают.       Резко повернувшись к нему, Уизли приняла сидячее положение. Невольно стиснула зубы. Хотелось прям когтями расцарапать лицо и ему, и его наглому сыну. Один был просто уебаном. Другой, который постарше, являлся…       Являлся…       — Идите уже, профессор Малфой. У меня всё отлично. Честное гриффиндорское, — Роуз схватила с прикроватной полки флакон с обезболивающим зельем и театрально им отсалютовала.       В одно мгновение безразличие профессора сменилось яростью. Он осмотрелся по сторонам, дабы убедиться, в больном крыле они вдвоем, и, резко приблизившись, навис над Роуз.       Та рухнула обратно кровать, широко раскрыв голубые глаза. Драко же наклонился ниже, упираясь руками в края постели по обе стороны от Роуз.       Настолько ниже, что их носы почти касались друг друга.       Роуз гулко сглотнула.       — Что... вы делаете? — пролепетала она надтреснутым голосом.       Всматриваясь ей в лицо, профессор Малфой дал ответ не сразу.       — Нас многое связывает, не спорю. Но это не значит, что ты можешь вести себя так дерзко и грубо. Прекрати. Пока я не начал играть по твоим правилам, Уизли.       — Случайный секс в туалете бара, профессор, это не многое. Это просто секс, — тихо отозвалась она.       «Зачем я это сказала? Мерлин…»       Драко сузил глаза.       Бросил взгляд на ее губы.       И Роуз подумала, что сейчас он ее поцелует. Прямо здесь. В школе.       Ей показалось, что легкие забыли свое предназначение. Она не дышала. Не могла. Забыла, как это делается.       Но поцелуй не состоялся — профессор Малфой отпрянул.       — Поправляйтесь, мисс Уизли, — ухмыльнулся он и направился на выход.       Обескураженно глядя ему вслед, Роуз пыталась дать здравую оценку произошедшему.       Одно было ясно: его тоже к ней тянуло.

***

      Роуз покинула больничное крыло спустя сутки, но отыскать Скорпиуса, чтобы призвать его к ответу за случившееся, не удалось. Он словно растворился в воздухе.       — Драккл, — прошептала она с горечью, войдя в библиотеку поздним вечером.       Тусклый свет канделябров едва ли рассеивал сумрак, царящий в зале. В Ильверморне давно оценили удобство электричества, но консервативные британцы по-прежнему упорно отказывались от прогресса, храня магическую школу в плену старинных традиций.       Внезапно Роуз споткнулась о край стола. Слишком темно, черт возьми!       — А блядский Мерлин! — вырвалось у нее невольно.       — Не выражайтесь подобным образом, мисс Уизли, — раздался знакомый голос.       Роуз судорожно огляделась в поисках профессора Малфоя.       — Где вы? — спросила она дрожащим голосом.       — Прямо за вами, — ответил он с едва уловимой усмешкой.       Обернувшись, Роуз еле различила преподавателя, сидящего в дальнем углу.       — Что вы делаете здесь так поздно? — выпалила она, не успев обдумать вопрос.       — Это я должен был спросить вас. Не то чтобы профессора обязаны отчитываться перед учениками, блуждающими по библиотеке за… — посмотрел на наручные часы, — десять минут до отбоя.       В горле образовался ком. Их внезапные встречи в ночной тишине становились все более частыми…       Почему она так реагировала каждый раз, когда видела его? Что-то необъяснимое тянуло ее к нему, вызывая бурю противоречивых чувств.       Ситуация становилась невыносимой. Роуз теряла контроль в его присутствии. И профессор Малфой, казалось, намеренно подливал масла в огонь, позволяя себе… все эти взгляды, прикосновения, слова.       Все…       «Что?» — пронеслось у нее в голове.       Все это! Не прижимал бы ее к кровати, не разговаривал с ней столь чарующим голосом, не прожигал бы взглядом, когда они случайно пересекались. Удивительно, но на уроках профессор Малфой был безупречно профессионален. Так почему за пределами аудитории позволял себе… эту игру?       «Ты придумываешь все сама, Роуз. Профессор Малфой ведет себя вполне обычно», — твердило сознание.       Но…       — Вы чего застыли? Говорю же, скоро отбой. Возвращайтесь в башню своего факультета, — произнес Малфой и взял в руки, казалось, первую попавшуюся книгу.       Он зажег блистающие свечи, и Роуз наконец-то смогла разглядеть его лицо. Драко выглядел измотанным, словно не спал целую ночь. Или две.       — Что с вами? — приблизилась к нему Роуз, повинуясь внезапному порыву.       — О чем вы спрашиваете? — ответил он, приподняв бровь.       — Под глазами круги…       — Работа. Много работы. И еще пришлось разбираться со Скорпиусом, — уклончиво ответил он и нарочито углубился в чтение.       Он нервничал? В его движениях чувствовалась какая-то напряженность. Но Роуз не была бы собой, если бы не сделала еще один шаг вперёд.       Малфой замер, не отрывая взгляда от книги. Нахмурился.       — Роуз, уходите, — пробормотал он, не поднимая головы. — Уходите, или я заставлю.       Девичьи ладони коснулись его плеч.       — Я не хочу уходить, профессор, — ее пальцы сжали черную ткань пиджака.       Драко поднял взгляд. Его глаза встретились с глазами Роуз, и в них мелькнуло что-то… хищное?       — Вы… доиграетесь, — прошептал он хрипло.       — А может, я хочу доиграться, — тихо произнесла она, но на ее губах заиграла хитрая улыбка.       Дальше все произошло стремительно. Драко резко сбросил руки Роуз с плеч и встал. В порыве неконтролируемого движения он опрокинул ее на стол, так что школьная юбка задралась, обнажая бедра и нижнее белье.       Профессор Малфой обвел ее тело странным, обжигающим взглядом и протянул руку к галстуку, ослабляя его. Затем на мгновение зажмурился.       — Вы переходите все границы, мисс Уизли. Все границы дозволенного.       Но Роуз уже не могла остановиться. Она ощущала, как ластовица трусов становится влажной от одной лишь мысли о том, что профессор Малфой сейчас сделает.       Она сглотнула, прикусила губу, пытаясь подобрать слова. Но язык словно онемел. Драко тоже казался потерянным, объятым внезапно нахлынувшим вихрем чувств.       — Я хочу вас, профессор Малфой. Хочу безумно. И не знаю, куда деть это гребаное желание, — прошептала она.       — Роуз, блядь… — он оперся руками о стол по обе стороны от ее тела, слегка наклонившись к ней. — Ты понимаешь, что ты делаешь? Ты даже не представляешь, с каким трудом мне удается контролировать себя, когда ты рядом…       Роуз тонула в его словах, распадалась на части, таяла как пломбир на солнце.       — Так не контролируйте, — прошептала она и схватила профессора за грудки, дернув на себя.       И поцеловала. Так, как давно хотела, но боялась.       Скрип!       Роуз, распластавшаяся на столе, резко повернулась на звук. Под кожей заскреблась тревога.       — Тихо, — профессор Малфой грубо зажал ей рот ладонью, но не отстранился. Нахмурившись, Роуз бросила на него недоуменный взгляд.       Неужели он не боится? Их сейчас поймают!       Она попыталась убрать его руку, но хватка профессора была железной. Напряжение возросло, когда скрип повторился.       —… Я видел, как Уизли пошла сюда.       Проклятый Джеймс Поттер. Её «дражайший кузен» искал её.       Чёрт.       Блядство!       Роуз снова попыталась оттолкнуть Драко, но он лишь усилил нажим, не давая ей выскользнуть из-под него.       — Если будешь брыкаться, то даже отвлекающие чары нас не спасут. Хочешь, чтобы они увидели нас, Роуз? — хрипло прошептал профессор Малфой. — Доверься мне.       Довериться ему?!       Его серые глаза насмешливо скользили по её телу, пока поблизости рыскали гриффиндорцы. Профессора Малфоя явно забавляла эта ситуация. Конечно, даже спустя двадцать лет Драко жаждал позлить Поттеров.       А Роуз отчаянно хотела врезать своему профессору зельеварения, так бесстыдно ласкающему её… везде.       До дрожи приятно, до мурашек страшно.       И Уизли сдалась, расслабилась, перестав сопротивляться изо всех сил. Драко одарил её одобрительной улыбкой.       — Хорошая девочка, Роуз, — прошептал он.       Звук приближающихся шагов усилился. Джеймс был совсем рядом.       — Странно, — сказал он, — здесь никого нет. Но я точно видел, как она заходила сюда…       Их разделяли считанные метры от катастрофы. Стоило Джеймсу заглянуть в этот отсек, обойти угол — всё. Конец.       Почувствовав её страх, профессор Малфой чуть отстранился и, выпрямившись, раздвинул её бёдра. Он усмехнулся, видимо, невероятно довольный открывшейся ему картиной.       Да. Роуз сама этого хотела. Сама начала, но так некстати появившийся кузен разрушил весь настрой!       Теперь же ей хотелось позорно сбежать.       — Хватит бояться, — это был не совет, а приказ. — Неужели передумала? Где же твоя гриффиндорская храбрость, Роуз Уизли? Отец был бы тобой так недоволен.       Он явно издевался над ней!       — Вы правда хотите поговорить о моём отце сейчас, профессор? — гневно выпалила Роуз, так не вовремя вспомнив Рона, и попыталась натянуть юбку, но Драко перехватил её руки за запястья, а затем…       Второй рукой он отодвинул влажную полоску трусов и без промедления ввёл во влагалище два пальца.       — Мерлин, — зажмурившись, на выдохе произнесла Роуз.       Кажется, свой седьмой курс в Хогвартсе Роуз Уизли запомнит… навсегда.

***

      Драко казалось, будто давно забытые юношеские фантазии воплощаются в жизнь, едва его пальцы погружаются в разгорячённое лоно Роуз.       Прекрасной Роуз. Дерзкой Роуз. До невозможности притягательной Роуз.       Роуз.             Роуз.                   Роуз.       Неужели можно стать настолько одержимым кем-то после всего лишь одной случайной ночи и пары обжигающих взглядов? Та потрясающая встреча с молодой ведьмой в нью-йоркском клубе должна была кануть в Лету, но эта «ночь» в образе рыжей фурии ворвалась в его жизнь в самый обычный солнечный день, когда он просто варил зелья в Хогварсте.       И Драко, пожалуй, погиб в тот же миг.       — Профессор… Малфой, — прошептала она, когда его пальцы крепче сжали её бедро и скользнули по клитору.       В паху потянуло сладкой тяжестью, а тонкое бельё мгновенно увлажнилось. Роуз выгнулась дугой на старинном деревянном столе, зажмурившись, сама помогая ему, насаживаясь на его пальцы.       Прикусила губу…       И простонала.       — Профессор.       Салазар, ему нужно быть внутри неё. Прямо сейчас. Он должен погрузиться в неё, слиться с ней воедино.       — Блядь, Роуз, — прорычал Драко, вынул пальцы и, прикрыв глаза, с наслаждением облизал их.       Вкус сводил с ума.       — Возьми меня, — её требовательный тон огорошил Малфоя, и губы непроизвольно изогнулись в улыбке.       — Взять тебя? — дразняще, он провёл эрегированным членом по её промежности.       Брюки явно были досадной помехой.       — Д-да. Да! — уже увереннее выдохнула Роуз, глядя на него прямым, полным похоти взглядом.       — Минуту назад ты умоляла остановиться, испугавшись Поттера, а теперь просишь взять тебя?       — Меньше слов, профессор, больше дела, — насупившись, Роуз приподнялась на локтях. — Или вы передумали?       Драко резко подался вперёд, заставляя её снова упасть на стол.       — Не указывай мне, девчонка, — процедил он, пронзая Уизли взглядом. — Какой бы особый характер не носили наши отношения, мисс Уизли, вы всё ещё моя ученица.       — Как вовремя вы вспомнили о субординации, профессор Малфой, — ехидно парировала Роуз, кривя губы в усмешке. — Тогда, может, я пойду?       — Непременно. Но только после того, как я закончу начатое.       Роуз очаровательно округлила глаза, пока Драко расстёгивал ширинку, освобождал член и…       Вошел в неё.       Оба издали долгий, протяжный стон.       — Поцелуй меня, — взмолилась она, мгновенно растеряв всю свою былую прыть.       И Драко поцеловал, наращивая темп.

***

      — А если… кто-нибудь узнает? — Роуз, уже оправив платье, потупила взгляд.       Профессор Малфой легким взмахом палочки устранил все следы бурного соития.       — Я же сказал: доверься мне, — небрежно бросил Драко, а затем едко добавил: — Вряд ли ты вообще захочешь повторения.       — Что ты имеешь в виду? — искренне не поняла Роуз, чуть сощурившись.       Драко тяжело вздохнул и с растерянностью покачал головой.       — Роуз, ты — восемнадцатилетняя потрясающая ведьма, у которой впереди целая жизнь. А я — разочарованный волшебник, который почти утратил желание жить. Неужели нужно что-то объяснять? — Он не давил на жалость, Роуз это видела. Он просто констатировал факт.       Драко Малфой наравне с её матерью, отцом и дядей Гарри пережил из-за Волдеморта столько, что шрамы от той войны, как знала Роуз, заживали бесконечно долго.       А он к тому же потерял жену почти сразу после свадьбы. Его жизнь и впрямь напоминала чёрную полосу, где светлые промежутки были редкими и краткими.       — Но я хочу, чтобы это повторилось, — с предельной серьёзностью заявила Роуз и, сделав два робких шага, обняла Драко. — Я не наивная девочка. Я взрослая девушка, и разница в возрасте для меня не имеет значения.       — А твои родители? Грейнджер? Уизли? — он мягко, но настойчиво освободился из её объятий. — Нет, Роуз, ты не понимаешь, о чём говоришь. Я не позволю себе разрушить твою молодость. Всё это… порочно. Неправильно.       — Драко, — она отстранилась и подняла на него взгляд; её голубые глаза в полумраке библиотеки казались тёмными, бездонными. — Это моя жизнь, и я…       Он прервал её, приложив палец к её губам.       — Тебе пора возвращаться в башню Гриффиндора, — профессор Малфой криво улыбнулся, и в его голосе зазвучали снисходительные, почти отеческие нотки.       Это прозвучало омерзительно.       Вспыхнув от этого тона, Роуз резко отпрянула и, не проронив ни слова, быстрыми шагами вышла из библиотеки.       Из глаз брызнули предательские слёзы. Возможно, он и был прав, но от этого не становилось легче. Роуз испытывала противное, едкое чувство — будто её предали, хотя никакого обещания ей и не давали.       Профессор Малфой был прав: между ними пролегла целая пропасть. А её глупая, наивная влюблённость в взрослого, израненного жизнью мужчину была обречена на оглушительный провал.

***

Три дня спустя       Роуз устроилась с книгой в тихом внутреннем дворике, но погрузиться в чтение помешала тень, упавшая на страницы. Перед ней стоял малознакомый слизеринец. Кажется, Нотт.       — Приве-ет, Уизли, — протянул он, и в его надменном, нарочито медленном тоне слышалось привычное превосходство. Роуз, нахмурившись, на мгновение оторвала взгляд от книги и машинально огляделась, ища поблизости других Уизли. Не найдя никого, она с недоумением уставилась на парня.       — Э-э, ну, привет, Нотт?       — Таддеус. Для тебя я просто Таддеус, — представился он с таким видом, будто произнес нечто заведомо неотразимое.       Роуз не смогла сдержать короткий, сдавленный смешок — настолько нелепо и по-актерски вычурно это прозвучало. Нотт явно опешил; его надменная маска на мгновение дрогнула, выдав растерянность.       — И что в этом смешного?       — Ни-че-го, — она подняла руки в шутливом жесте капитуляции. — Прости, это нервы.       Таддеус, недоверчиво сузил глава, медленно опустился на скамью рядом с ней.       «Интересно», — промелькнуло у Роуз в голове.       — Я вся внимание, — едва заметно приподняла она бровь.       — Скорпиус ужасно повел себя с тобой на матче, — с напускным сочувствием вздохнул Нотт, развалившись на спинке скамьи. — Знай, я не одобряю эти его… выходки. Унижать гриффиндорцев — не в моих правилах. Я не такой.       — Ого, какой ты… сознательный! — деланно-восторженно воскликнула она, изо всех сил сдерживая саркастичное замечание.       Возможно, мама была права, и ей стоило быть помягче? «Ты как кактус, Роузи. Внутри мягкая, но снаружи — одни колючки», — часто повторяла Гермиона.       — Спасибо, — он самодовольно улыбнулся. — Слушай, я тут подумал… Может, сходим вместе в Хогсмид завтра?       Так вот оно что. Свидание. Роуз заколебалась всего на секунду.       — А что, почему бы и нет? — хмыкнула она. — Давай сходим. Но с одним условием: никаких белобрысых крыс по имени Скорпиус Малфой.       Нотт рассмеялся, и его смех прозвучал на удивление тепло и искренне.       — Не бойсь, у них с Алом свои планы. Твой кузен, надо сказать, легко ведется на идеи Малфоя.       Роуз брезгливо сморщила нос.       — Альбус — белая ворона в нашей семье, вот и тянется к такому же «изгою».       — Мы заметили. Джеймс с ним последние годы почти не разговаривает. А вот Лили, кстати, с ним дружит. А вы с братом близки? Он скоро должен поступить, да?       Таддеус невольно задел ту самую струну, которую Роуз старалась не трогать. Она опустила глаза, пытаясь скрыть нахлынувшую грусть.       — Он… остался в Штатах. С отцом. Ты, наверное, в курсе, что мои родители… развелись. И всё это… такое сложное. И глупое. Мерлин…       И тут случилось неожиданное. Рука Таддеуса легла поверх её ладони. Нежно, почти несмело, без тени требовательности. Роуз подняла на него удивлённый взгляд.       — Мои вот уже три года как развелись, — тихо сказал он, и в его голосе не осталось и следа от прежней напускной надменности. — Так что я понимаю. По-настоящему.       И после этих слов Роуз почувствовала неожиданное, почти физическое облегчение. Даже навязчивые мысли о профессоре Малфое куда-то отступили.       — Становится прохладно. Может, вернёмся в замок? — предложил Таддеус, и Роуз лишь кивнула в ответ.

***

      К её удивлению, Нотт оказался приятным и остроумным собеседником. Он шутил, не пытался перейти границы, и Роуз, смеясь над его шутками, ни на секунду не пожалела о данном согласии.       Погружённые в беседу, они шагали по коридорам Хогвартса и не заметили, как на них уставился пристальный, ледяной взгляд из-за угла.       — Мистер Нотт. Мисс Уизли.       Голос прозвучал тихо, но отточенно-холодно, заставив обоих вздрогнуть и оборвать разговор.       Роуз повернула голову и встретилась взглядом с профессором Малфоем. Он показался ей странным… растрёпанным, будто только что провёл рукой сквозь идеально уложенные волосы.       — Профессор Малфой, — Таддеус вытянулся в струнку, заслышав голос своего декана. — Добрый день.       — Тебя разыскивают твои однокурсники, Тад. Кажется, весь Хогвартс поставлен на уши, — сказал Малфой.       Сердце Роуз совершило кульбит и рухнуло куда-то в пятки.       «Мерлин, нужно наконец перестать превращаться в неуклюжую дуру при одном его виде!»       — О, — Таддеус растерянно замялся, — тогда мне стоит спуститься в подземелья. Извини, Рози-и, и… до завтра.       Не успев и пикнуть, Роуз осталась одна, наблюдая, как слизеринец пулей исчезает за поворотом.       — Какого?..       — «Рози-и»? Как слащаво и банально, — профессор Малфой оказался в шаге от неё, нарушив личное пространство. Его тень накрыла её с головой. — Мисс Уизли, насколько мне известно, у вас назначена отработка. За ваши ночные похождения. Так почему вы здесь предаётесь праздным прогулкам? Котлы в моём кабинете не обладают даром самоочищения.       С негодованием поджав губы, Роуз молча попыталась ретироваться с места этой злополучной встречи.       — Мой кабинет, — он остановил её, — находится в прямо противоположном направлении. И я требую немедленно приступить к исполнению обязанностей.       Роуз замерла, громко выругавшись себе под нос, прежде чем развернуться и поплестись в указанную сторону. Профессор Малфой с язвительной усмешкой последовал за ней.

      Битый час Роуз в ярости скребла котёл, в котором, судя по всему, варили самое отвратительное варево со времён Салазара Слизерина. Липкая, дурно пахнущая грязь не желала поддаваться.       Профессор Малфой в это время делал вид, что погружён в проверку эссе, лишь изредка бросая на неё пронзительные взгляды из-под полуопущенных век.       — Ты собиралась на свидание с Ноттом? — его неожиданный вопрос удивил её.       Роуз окаменела, уставившись на него.       — Это не ваше дело.       — Почему же? Напротив, это моя прямая обязанность. Беременные старшекурсницы явно не входят в план развития Хогвартса, — Драко отставил перо, и на его губах заиграла едкая улыбка.       — Вы! — она резко вскочила и налетела на его стол, уперев руки в столешницу. — Вы трахнули меня в библиотеке три дня назад и кончили в меня! Вам ли читать мне лекции о морали?       Профессор Малфой не дрогнул и бровью. Он лишь самодовольно откинулся на спинку кресла, сложив пальцы домиком.       — Думаешь, я не знаю, что ты в совершенстве владеешь всеми необходимыми защитными заклинаниями, Роуз? Это был далеко не твой первый раз.       — Вы говорите так, будто я какая-то шлюха!       — Ни в коем случае, — его голос внезапно потерял все оттенки. — Я не сплю с женщинами, не обременёнными социальной ответственностью. Но Таддеус — тот ещё ловелас. Не счесть числа учениц, побывавшим в его постели.       Роуз с вызовом скрестила руки на груди, пытаясь скрыть дрожь в коленях.       — А быть может, я как раз и хочу пополнить их ряды? — она вызывающе пожала плечами.       И в этот миг его лицо преобразилось. Все маски показного безразличия рухнули, обнажив нечто тёмное и первобытное. Он резко встал, с грохотом отодвинув кресло, и наклонился над столом, опершись на него руками.       — Не позволю, — прорычал он. — Его грязные пальцы не посмеют прикоснуться к тому, что принадлежит мне.       Роуз показалось, будто её окатили ледяной водой с головы до ног. Она громко сглотнула и невольно отступила на шаг, потому что его взгляд пылал таким огнём, от которого кровь стыла в жилах.       — Но вы же… сами сказали, что между нами ничего не будет, — прошептала она, опуская взгляд.       — Сказал.        Звенящая тишина повисла между ними.       — Но ты — наваждение, Роуз. Болезнь. Чёртова одержимость, от которой нет спасения.       Она подняла на него широко распахнутые глаза. Неужели он…       — А теперь подойди к парте, сядь на неё и раздвинь ноги, — прозвучал приказ, не терпящий возражений.       И Роуз Уизли, ещё минуту назад готовая на дерзкий отпор, на ватных, послушных ногах направилась к указанному месту. Драко приблизился стремительно, одним бесшумным движением хищника, навис над оторопевшей Роуз, заслонив собой весь остальной мир. Она застыла, словно лунтелёнок в свете волшебной палочки.       — Профессор… — ее голос превратился в шепот.       — Ноги, Роуз, — повторил он.       И она покорилась, разом лишившись воли. Мысли спутались, а тело стало ватным и покорным.       — Такая хорошая девочка, — его горячее дыхание обожгло губы, а затем он впился в них пылким поцелуем.       По телу Роуз прокатилась волна жара, а внизу живота сладко и неминуемо заныло. Она шире развела бедра, и подол юбки вызывающе взметнулся вверх.       Драко оторвался от ее губ. Взгляд его скользнул вниз. Он провел подушечками пальцев по шелковой ластовице ее трусиков, явно чувствуя, как ткань пропиталась влагой.       — Да вы вся промокли, мисс Уизли, — насмешливо прошипел он. — Скажите, вас возбуждает моя грубость? Или тот факт, что я — ваш профессор — могу делать с вами все, что захочу, прямо здесь?       Роуз тяжело вздохнула, чувствуя, как щеки пылают румянцем. Она робко кивнула, не в силах вымолвить и слова.       — А в первые дни такая дерзкая была, — его палец медленно скользнул по промежности, заставляя ее вздрогнуть. — Так грубила мне. Знаешь, что я хочу сделать с тобой сейчас, Роуз?       Она лишь бессильно помотала головой, парализованная его волей. Ее взгляд был прикован к его лицу, к глазам, в которых серая радужка почти полностью поглотилась черными от возбуждения зрачками. Этот взгляд и страшил, и манил одновременно, суля немыслимое грехопадение в стенах школы Хогвартс.       Он отодвинул в сторону шелк ее белья, и один уверенный палец вошел в ее влажную плоть между ног. Роуз взвизгнула, резко запрокинув голову.       — Тссс, — его губы коснулись ее уха. — Ты же не хочешь, чтобы на твои крики сбежалась вся школа? Дверь-то не заперта.       В его низком смешке сквозило ликование. Ему явно нравилась эта игра с огнем, эта опасная близость разоблачения.       Роуз вцепилась пальцами в край стола, судорожно пытаясь удержать хоть крупицу самообладания. А профессор Малфой, не отрывая пронзительного серого взгляда от ее затуманенных глаз, безжалостно и властно ласкал ее двумя пальцами, задавая все более быстрый ритм.       Это было потрясающе. Она не помнила, чтобы что-либо прежде вызывало в ней такой шквал всепоглощающих ощущений.       — Прошу… остановитесь… я сейчас кончу! — выдохнула она, зажмурившись, когда его большой палец провел по ее чувствительному клитору.       — Да, ты кончишь, — властно отозвался он — И будешь делать это только со мной, Роуз. Только я буду доводить тебя до этого состояния.       Он ускорил движения, и реальность поплыла перед ее глазами. Громкие, хлюпающие звуки, доносившиеся из глубины ее тела, лишь подчеркивали, на какой грани она находится.       — Профессор… — ее голос сорвался на шепот, полный мольбы и отчаяния.       — Драко, — поправил он он, губы скользнули по ее шее. — Зови меня Драко. Ну же, милая, кончи для меня.       — О, боже… — прошептала она, и ее тело затряслось в спазмах, когда оргазм накрыл ее с головой.       Громкий стон прорезал тишину аудитории и, несомненно, вырвался в коридор. Роуз рухнула на прохладную поверхность стола, полностью лишившись сил.       — Вот так. Молодец, — он мягко гладил ее по спине. — Моя хорошая девочка. Знаешь, как я изнывал эти три дня без этого? А ты еще в этой чертовски короткой юбке. Салазар, смени ее.       Роуз медленно открыла глаза и, собрав остатки дерзости, самодовольно улыбнулась:       — Сделаю еще короче, профессор.       Драко явно не ожидал такой наглости, когда она была так уязвима. В его глазах вспыхнула новая, опасная искра.       — О, решила поиграть? — протянул он. — Перевернись на живот.       — Что?.. — не успела она опомниться, как он сам грубо развернул ее, задрал юбку и звонко шлепнул по заднице. — Ай!       — Мы еще не закончили отработку, мисс Уизли, — сказал он у нее за спиной.       Но на губах девушки, прижатой щекой к столу, заиграла улыбка.