ирония

Короткие рыжие волосы непослушны, но Марьяна привычно их затягивает в тугой хвост, стягивая черной ленточкой и аккуратно пряча под невзрачную спортивную шапку. Свежий воздух ноября бодрит, помогая почти подпрыгивать на месте, ожидая такси. Рюкзак за плечами сегодня на удивление не так тяжел, чем обычно. Мышцы после хорошей разминки потягивает привычной негой, но Марьяна не обращает на них никакого внимания. Ей поскорее уже хочется выполнить задание, отметиться у начальства и свалить домой в теплую постель. Таксист удивленно окидывает Романову взглядом, но молчит, чем зарабатывает себе 5 звезд. Да, чехол с винтовкой в руках и подозрительный вид пассажирки не особо внушают доверие, но деваться некуда. Через час он послушно останавливается в каком-то гетто, похожем на плохую рисовку компьютерной игры. Высадив пассажирку, сматывается поскорее. — Не ссы, мальчик, сегодня не твой день. — Марьяна скалит зубы, провожая взглядом машину, и осматривает территорию привычно. С виду будто бы заброшенные склады, но только ей и Боссу известно, что здесь находится самое сердце нелегальщины. На чужого Босса наводки нет, поэтому она и несильно шифруется, медленно проходясь вдоль этого сарая. Тишина на территории не напрягает, ведь знает, что в шесть утра все спят мертвецким сном после вчерашней гулянки в честь чьего-то дня рождения. С трудом найдя хоть какую-то запасную лестницу, на крышу взбирается. Вид открывается самый прекрасный — на весь внутренний двор и основной вход. Ноябрь вспоминает, что он осень и выдает небольшой пыльный дождик. Марьяне и без этого грустно, а теперь еще и мокро. Он очень надеется, что эти громилы скорее проснутся и выйдут на улочку. Например, покурить. Сама тоже вспоминает, что имеет эту дурную привычку и, расположившись максимально удобно на крыше, тоже затягивается, не боясь дымить, ведь морось ее маскирует максимально. Затушив бычок, достает свою любимую винтовочку, проверяет ее собранность, хоть и так знает, что ее «девочка» готова к бою всегда. Проверяет патроны, точнее один. Она никогда не мажет, да и незачем переводить и так редкие патроны? В боковых карманах штанов проверяет наличие ее ножевой коллекции — все на месте. Даже некоторые еще не успела отмыть от крови, но да это ерунда. — Ну где ж ты, дорогой мой? — спустя минимум полтора часа ее терпение истекает, так же как и затекает ее тело в почти одной позе закоченевшее. В прицел смотреть скучно, особенно без какой-то движухи, поэтому она решает рассмотреть фотки клиента. Вчера вечером, получив задание, она мельком глянула и все. Сейчас было самое то время. Три фотки с размытыми чертами, а одна очень четкая, будто стащенная со странички в «ВК». красивый молодой парень, улыбается постоянно. И ужасно знакомый. Марьяна аж мурашками покрывается, осознав до конца. Не то чтобы его было жалко — он еще тот подонок, но до этого ей не приходилось убивать бывших мужей в прямом смысле слова, ну наверное потому, что бывший муж у нее всего один. Ну, скоро и его не будет. — А я то думала, чего так Босс щедро обещал заплатить… — понятно, потому раньше по полмиллиона за задание Босс не то что ей, вообще никому не платил. Остальные видимо благоразумно слились с Владика. На оборотной стороне четкой фотки информация, до скрежета зубов известная Романовой. «Владислав Череватый, 35 лет, Компания «Окна и двери» менеджер» Ага, знает она какие окна и какие двери. Шабашат налево и направо сплошным нелегалом. Только раньше их «база» находилась в другом месте. Неужели там их все-таки прикрыли? Интересно, кто же сдал их? Размышления о жизни бывшего благоверного занимают голову Марьяны, чем и развлекают знатно, ведь внизу все так же тихо. Мысли в процессе дум ныряют в прошлое, накатывая тихими волнами воспоминания. Вот они знакомятся на первом курсе в длинной очереди в столовой, и он делится с ней своей булочкой, а она уже мысленно рожаем ему троих детей. Вот они ссорятся первый раз серьезно, доходя до кулаков и битой посуды. Вот они вместе едут на море, едва накопив нужную сумму. Вот ей ставят страшный диагноз, и мечта завести троих детей тает как снег весной. Вот он попадает в страшную аварию и она его выхаживает в больнице полгода. Вот он становится скрытным и подозрительным. Вот она палит его переписки с какой-то новой телкой и принимает решение уйти. Вот проходит много лет и она становится успешной наемницей, получает огромные деньги, чаще даже в долларах, имеет крутой особняк в Подмосковье, раскидывается деньгами направо и налево. Вот она и не вспоминает про него кучу лет до вчерашнего вечера. — Интересно, кому ты перешел дорогу, милый? — спрашивает у пустого воздуха, закуривая очередную сигарету. Дорогущий мальборо щедро рассован по всем карманам и рюкзакам. Любит иметь запас всего. И около десяти вдруг замечает движение внизу. Приоткрывается дверь входная, являя свежему воздуху мужичка щупленького. Кожанка один в один как у Марьяны. Она не сдерживает смешка. Мужичонка закуривает, зябко ёжась, и по сторонам осматривается. Марьяна же слегка запоздало узнает в нем старого Сашку Шепса. Он был вхож в их с Владом семью как друг. Но ровно до тех пор, пока не начал распускать руки. Зато его младшенькому братишке Олежке Марьяна и сама строила глазки, только тот оказался по мальчикам. Шепс спокойно докуривает, потом с кем-то разговаривает по телефону и остается торчать на улице. — Где же ты, дорогой мой муженек? — желудок голодно отзывается, Романова уже хочет поскорее разобраться с тим всем. И Влад не заставляет себя ждать, подъезжая на крутом джипе к Шепсу. Марьяна сразу узнает авто, на котором и сама много раз ездила. — Ну, здравствуй, дорогой. — Шепчет, наводя прицел на парня. Указательный палец правой руки на удивление дрожит слегка. Видимо, где-то внутри просыпается совесть, усыпляя холодный расчет. До ушей доносятся отдельные фразы от разговора, но она не прислушивается. Незачем. Прицел четкий и не рябит, пока Марьяна стандартно считает до десяти. — Пиу! — шепчет, одновременно нажимая на курок. Шепс лишь вздрагивает, наблюдая, как тело товарища тихо оседает, и за секунду осознает происходящее. Взгляд бросает на крышу, но там уже никого нет. Озирается по сторонам, кому-то кричит, подхватывает Влада, а тот уже не дышит. — Блядство! — Марьяна это слышит, по-тихому спускаясь. Она не боится оказаться пойманной — это ее и спасает всегда. Она невидимка. Ее точно не поймают, особенно здесь, когда она знает каждого. Винтовка с пустым магазином привычно шлепает по бедрам, пока Романова неспешно перебегает дорогу к какому-то магазинчику, чтоб купить бутыль чего-то вкусненького и ехать домой. Таксист опять попадается тот же самый, но уже без всяких взглядов везет в офис, опять получая свои 5 звезд.

***

— Босс, готово. — В офис заходит, замерзнув окончательно. В такси будто морозилка была тоже. Башаров лишь кивает, в толстом журнале вычеркивает имя-фамилию, и к ящику тянется, отсчитывая от толстой пачки нужную сумму. — Молодец, Романова, я знал, что ты сможешь. — И руку жмет ей, улыбаясь. — Ага, — она прячет купюры в рюкзак. — Я пошла. До завтра не беспокоить. Или вообще отпуск возьму. Съездим на море хоть. Сто лет там не была.

***

По дороге домой она бронирует отель в Египте, ловит парочку горячих путевок, тут же оплачивая их, и радостная заваливается домой. — Викусь, я дома. Собирайся, мы летим в Египет. — С грохотом раздевается и топает в гостиную. Райдос там развалилась на диване и читает какую-то скучную книжку, и удивленно подскакивает. — Марьяш, ты чего? Ограбила банк что ли? — Не, заказ дорогой был. Давай скорее собирайся, самолет через 4 часа. — Марьяна открывает бутылку вина, отпивая прямо из горла. Сует Вике, та повторяет. — Обалдеть! — Вика не знает за что схватиться сначала, но решает сначала обнять Романову. — Круто, спасибо. Ты у меня лучшая! А Марьяне только то и надо, чтоб ей восторгались и любили. То, чего не делал никогда бывший муж.