Путешествие в мир кошмаров

      Вампиры пьют кровь. В сказках и фэнтези, разумеется, но все же. Энергетические вампиры жрут энергию. Дать прилагательное тем вампирам, которые ее окружали, было нелегко.       Ее окружали, вернее, уже не окружали, энергетические вампиры в виде одногруппников. В виде Ольги Петровны. В виде директора. В виде обстоятельств.       Теперь же ее окружали мысли, которые тоже были в некотором смысле вампирами.       «Если восстановят, а меня точно восстановят, я куда должна идти? — думала Ритка. — Обратно в свою группу? В чужую группу? Куда?»       У каждого из этих вариантов были свои плюсы и минусы, поэтому прийти к какому-то единственно верному решению девушка так и не могла прийти.       «Придет время и свадебный марш Мендельсона прозвучит для тебя». Именно эта фраза встречалась в книге Софьи Могилевской. Или не Могилевской — вроде бы, вторую часть «книжки для девочек» писали другие авторы, только она их не помнила.       «Придет время и "именем Российской Федерации" прозвучит для тебя», — несколько раз думала Ритка.       «Именем Российской Федерации» прозвучало. Вернее, прозвучало бы, если бы решение суда оглашалось. Решение суда Ритка забирала у секретаря.       «Именем Российской Федерации… …отменить приказ об отчислении… …восстановить в числе студентов…» и многое другое.       Деканат отнесся к этому факту более чем безэмоционально. То ли понимал, что иного решения не будет, то ли просто принял эту информацию как данность. Студентка уже другой группы Маргарита Замелина вышла на учебу.       Она была одна, «старая кошелка», как говорила сама Ритка, среди восемнадцатилеток. Нет, она и раньше видела группы, где среди восемнадцатилетних были один-два человека тридцати, сорока или шестидесяти лет, но даже не предполагала, что и ей придется попасть в подобную ситуацию. Нет, еще в момент поступления девушка предполагала, что остальные будут достаточно «маленькими», а то и восемнадцатилетними, но сейчас, поучившись среди ровесников или почти ровесников, не могла предположить, что и ей придется учиться именно так.       — Вы с нами до талого? — спросил парень.       — Да, — ответила Ритка.       — А, если не секрет, зачем пошли учиться? — раздался другой вопрос.       «В таком возрасте», — мысленно закончила Ритка. Потом немного подумала, ответила. — Да черти понесли. Иного объяснения не вижу.       Потом еще немного пообщалась, попросила называть ее «на ты». Вскоре увидела, что кто-то выполняет ее просьбу, кто-то успешно избегает упоминания «вы» или «ты», а кто-то продолжает говорить, как говорит. Вспомнив Таньку, которая будучи почти что ровесницей, разве что старше ее, упорно продолжала говорить «вы», Ритка решила, что со временем все само как-то уляжется.       Новая группа была очень разная. От совершенно не желающих учиться до точно таких же зубрилок, которые были в ее первой группе. С единственной разницей в том, что этим самые зубрилки ее не осуждали. Да и не осуждали остальных, которые приняли решение учиться иначе.       Некоторое количество человек явно пошло учиться, «потому что мамка заставила». Кто-то не скрывал этот факт, кто-то просто пошел учиться «лишь бы куда, а тут, вроде, не самая стремная шарага». У кого-то мать-врач выперла своего ребенка учиться в колледж, раз он явно не тянул вуз.       Несколько человек пошли учиться, планируя в будущем быть косметологом. И хоть всем было понятно, что косметолог — это дерматолог с дополнительной подготовкой по косметологии, а дерматолог — это человек, который окончил университет и ординатуру по дерматологии и венерологии, вариант косметолога со средним специальным медицинским образованием в народе был популярен. Ведь кто-то работал и вовсе без какого-либо медицинского образования.       Были желающие работать в медицине. Кто-то сразу говорил, что хотел бы пару лет понабираться опыта в бесплатной, а потом уйти в платную. Или и вовсе заняться частной практикой. Иначе говоря, разница между этой группой и прежней была, но общие черты все равно можно было найти.       — А откуда вы к нам перевелись? — спросил еще один парень. — И почему?       Ритка задумалась. Потом решила сказать правду.       — Меня незаконно отчислили, а потом вернули в число студентов по решению суда, — ответила девушка, в целом, пересказывая всю ситуацию.       Ритка приготовилась к разнообразной реакции. Однако она была более чем корректной.       — Ну здорово.       — Ага, чё, прикольно.       «Поэтому надо иметь высшее образование», — чесалось на языке Ритки, однако в некотором смысле оскорблять тех, у кого оно не было, не хотелось.       — Вот жалко, что я в вуз не попал, — произнес парень. — Понятно же, что высшее образование дает больше.       «Ну вот и молодец, сам все сказал», — подумала Ритка и решила добавить. — Так какие твои годы? Оканчивай колледж и иди в вуз.       — Да так и сделаю, — по-видимому, парень уже успел понять, что колледж не дает тех возможностей, которые дает университет.       — Меня агитировали пойти на заочку параллельно с шарагой, — произнесла девушка. — На следующий год поступать. Но это как-то сложно, лучше сначала здесь закончить, а потом на заочку.       — Ну это как больше хочется, — задумалась Ритка, прекрасно понимая, что совмещать два учебных заведения было бы нелегко.       — Ну вот люди же учатся и работают, — сказала еще одна девушка.       — Так люди с опытом, — ответила первая девушка.       «Люди иногда учатся, — подумала Ритка. — Люди вообще не такие, как после школы».       Ритка прекрасно понимала, что после школы она была совершенно не такой. Тихой, спокойной. И не то, что не стала бы сама первой скандалить — даже не смогла бы себя защитить при необходимости. Понимая, что она изменилась и в вузе, и на работе, да еще и не сразу, девушка подумала:       «А хули их родители скандал не поднимают?»       Однако это уже была не школа, где роль родителей была слишком велика — куда больше разумной, причем это культивировалось самой школой. Плюс если у студента все было хорошо, родители бы не знали о всех подобных проблемах учебного заведения, а если у студента все было плохо, скорее всего, у него все было плохо и в школе, поэтому родители вообще не были бы удивлены, что все у студента появилось именно так и в колледже. Конечно, оставались шансы на какую-нибудь «сильно скандальную мамочку» или просто грамотного человека, но умом Ритка понимала, что это маловероятно.       «Так хули студенты в возрасте этим не занимаются? — подумала девушка. — Да я ни за что в жизни не поверю, что одна такая! Или как там? Есть или зубрилки, или как Танька, которым просто лень связываться, они просто молча берут и отчисляются?»       На этот вопрос ответа не было. Да и, как прекрасно понимала Ритка, может быть, если бы она не работала в образовании, то сроду бы могла не знать всех этих деталей, принципов обучения и, что самое главное, то, что нужно было иметь из документов, которые в колледже не были и на которые колледж прекрасно забил. То ли вообще не сделав, то ли не желая публиковать в открытом доступе.