Утопление

Портос стер с лица воду, неслышно двигаясь вдоль белого гладкого борта яхты. Глянув наверх, он увидел, как Арамис перелезает через поручень на верхнюю палубу. Хорошо. Оттуда он сможет проникнуть на мостик и захватить управление судном, а потом начать обход яхты сверху вниз, устраняя всех найденных противников. Тем временем Портос сможет найти их объект. Он терпеливо выжидал сигнала Арамиса. Сверху не доносилось ни звука, но он знал, что Арамис так же смертелен в тишине, как за прицелом винтовки. Потом щелкнул его наушник, нарушая поддерживаемое до сих пор радиомолчание. – Мостик под контролем, Бандит. Начинаю обход. Портос промолчал, не рискуя быть услышанным. Но пришел в движение. Он без проблем добрался до трапа, ведущего на нижнюю палубу. Но, спустившись туда, понял, что что-то не так. Нижняя палуба была пуста. Непохоже было, словно здесь находилась их цель или вообще хоть кто-нибудь. Дверь наверху внезапно захлопнулась, и Портос резко крутанулся, когда из-за нее послышались выстрелы. – Дьябло! – крикнул он, взлетая по трапу через три ступеньки. – Дьябло, статус?! Отвечай, проклятье! Он дернул дверь – заперто – и навалился на нее плечом. Она не шелохнулась. – Давай, – рыкнул он. Он сделал шаг назад, втянул воздух и изо всех сил пнул дверь. И едва не скатился спиной вперед по ступенькам, когда она все равно не поддалась. Из-за нее снова послышались выстрелы. – Дьябло, ответь! Дверь внезапно лязгнула, и Портос вскинул пистолет, но в проеме появилась знакомая ухмыляющаяся фигура. – Бандит, по-моему, это ловушка, – жизнерадостно сообщил Арамис. Портос опустил пистолет и, шагнув вперед, свободной рукой сжал плечо Арамиса. В отличие от товарища, его ситуация ничуть не веселила. На лице и бронежилета Арамиса виднелась свежая кровь. Арамис пренебрежительно отмахнулся. – Это не моя. – Это твоя? – Портос наметил касание самого большого из кровоточащих порезов над левой бровью Арамиса. Арамис скривился и отпихнул его руку. – Не кипиши. Всего лишь шрапнель. Пуля застряла в косяке. – Он изобразил правой рукой небольшой взрыв и демонстративно махнул на порезы на лице. Это не успокоило Портоса. – Сколько осталось? – требовательно спросил он, настороженно озираясь. Было тихо – слишком тихо. – Шестеро или семеро, минимум, – отозвался Арамис. Не похоже было, чтобы его это как-то беспокоило. Он походя проверил патроны в пистолете и усмехнулся Портосу. – Вот теперь становится увлекательно, да? Портосу хотелось испытать раздражение, но он лишь позабавлено покачал головой. – Тебе это слишком нравится, – шутливо обвинил он. – А тебе нет? – вызывающе изогнул бровь Арамис. Портос закатил глаза и подпихнул его в бок. – Пошли уже. Веселье мгновенно слетело с Арамиса, и его место заняла безжалостная эффективность. Он возглавил путь на верхнюю палубу, Портос держался сзади, прикрывая его спину и про себя считая оставшиеся ступеньки. Их рафт был привязан к противоположному борту яхты, так что вариантов было всего два – добраться до него или добираться до берега вплавь. И хоть они находились не критически далеко от суши, но такой заплыв проверил бы пределы даже их хорошо прокачанной выносливости. Чем дольше им никто не встречался, тем сильнее напрягался Портос. – Что-то не так, – выдохнул Арамис. Знай они друг друга не так долго, Портос бы поразился тому, как синхронны их мысли. Но поскольку такое случалось регулярно, он лишь согласно кивнул. До места, где они привязали рафт, оставалось пять метров, когда Арамис внезапно застыл. Портос не спросил, даже не задумался. У Арамиса было шестое чувство на опасность, навык, жестоко усовершенствованный миссией в Савойе. Так что, когда Арамис попятился назад и подтолкнул его к борту, Портос уже двигался. Где-то сзади загремели выстрелы, и, когда они уже перемахнули через борт и летели в воду, Портос ощутил ударившие в спину две пули. Казалось, будто его ударили молотом. Воздух вылетел из легких, и он не успел снова сделать вдох, прежде чем коснулся поверхности. А потом он просто не мог пошевелиться. Конечности свело судорогой, и над ним сомкнулась вода. Потом он стал погружаться. *** Арамис вынырнул на поверхность, отплевываясь и убирая волосы с глаз. Краем глаза он заметил движение и успел заметить, как через борт перегибаются мужчины с автоматами. Он снова нырнул и проплыл вперед, к яхте. Темнота мешала им разглядеть его в воде, так что достаточно было просто убраться с линии огня. Во второй раз он всплыл тихо, подобравшись к гладкому боку яхты и затаившись рядом с ним. Он сморгнул воду и заметил их рафт всего в нескольких метрах. – Потопи чертову посудину! Пускай попробуют добраться вплавь! – крикнул кто-то сверху, и Арамис, закрыв глаза, уперся лбом в борт яхты, когда снова послышались выстрелы. Рафт быстро набрал воду и затонул. Только когда он услышал снова заработавшие двигатели яхты, он осознал, что один. Он не слышал, как всплыл Портос. Ощутив сдавившую грудь панику, Арамис оттолкнулся от яхты и нырнул, нацелившись туда, где должен был упасть в воду Портос. Разумеется, ночью под водой ничего нельзя было разглядеть. Он ощутил вибрацию двигателей уплывавшей яхты, но проигнорировал это. Всплыв на поверхность, он заставил себя сделать несколько глубоких вдохов и выдохов, сдернул с жилета фонарик, последний раз вдохнул и погрузился снова. Фонарик был мощным, хоть и маленьким, и рассекал темноту на несколько метров. Паника подступала ближе, когда он по-прежнему не видел ни следа Портоса. Он погрузился еще глубже, медленно водя фонариком по сторонам, чтобы ничего не упустить. Никого. Глубже. Легкие начали гореть, но он сказал себе сделать еще один проход. Тогда он всплывет, сделает вдох и попробует еще раз. В затылке неумолчно тикали секунды, которые Портос уже провел под водой. Он уже собрался было всплывать, когда в луч фонаря попало что-то темное. Он рванулся туда, и, когда подплыл ближе, тень обрела очертания. Ледяной, безжалостный ужас кинжалом ударил в грудь. Портос. Останься у него в груди воздух, он бы выкрикнул это вслух. Но вместо этого заработал ногами еще быстрее и проплыл последние пару метров. Глаза Портоса были закрыты, и он не шевелился. Арамис обхватил его рукой, прижимая потерявшего сознание – не мертвого, боже, пожалуйста, не мертвого – товарища к груди, и рванулся к поверхности. Его собственные легкие готовы были разорваться, но он не останавливался. Наконец, к счастью, они вынырнули на поверхность, и Арамис судорожно глотнул воздух. Портос не шевелился, и Арамис поспешно взялся за дело, вспоминая все пройденные курсы выживания. Откачать кого-то прямо в воде было непросто, но не невозможно. Тяжесть Портоса грозила утянуть обоих обратно под воду, но Арамис заставил себя усиленно работать ногами, после чего сделал все возможное, чтобы откачать воду у него из легких. Секунды, которые для этого потребовались, казались часами. Но потом Портос закашлялся, извергая воду как фонтан. Потом судорожно втянул воздух, и Арамис с облегчением уронил голову. – Я тебя держу, – пообещал он, крепче прижимая к себе Портоса и пытаясь сориентироваться. Сердце продолжало грохотать в ушах, а в легких раздражающе кололо. Земля была на востоке. Он удобнее перехватил Портоса, чтобы видеть часы. В них был очень кстати встроен компас. И поплыл. *** Атос прижимал к лицу бинокль ночного видения и в сотый раз обводил взглядом воду. Они с д’Артаньяном закончили свою часть миссии час назад, встретились в точке сбора и включили рации на частоту раций Портоса и Арамиса. Единственным, что они услышали, был оружейный огонь, потом связь внезапно прервалась и больше не восстановилась. – Есть что-нибудь? – бросил он д’Артаньяну, который занимался тем же чуть дальше. – Нет, – отозвался юноша. И вдруг крикнул: – Стой! Вон там! На два часа! Сперва Атос провел биноклем дальше, ничего не заметив, но быстро сдвинулся обратно, медленнее. Там. Темная масса медленно двигалась к берегу. Атос бросил бинокль и вбежал в воду. – Вызывай эвакуацию! – бросил он д’Артаньяну, который дернулся было за ним. Вода добралась ему до груди, когда он заметил их снова, в этот раз невооруженным взглядом. Он оттолкнулся от песчаного дна и поплыл. – Арамис? Портос? – крикнул он, подобравшись ближе. Арамис прижимал к себе неподвижного Портоса и толкался ногами и одной рукой. Атоса обдало страхом. Портос не шевелился. – Арамис! – резко окликнул он, подплыв вплотную. Арамис оскалился и продолжил методично грести одной рукой. Еще более обеспокоившись, Атос поплыл рядом с ними, незаметно поддерживая Портоса, но позволяя Арамису продолжать самому. Наконец его ноги снова коснулись дна. – Арамис! – еще раз окликнул он. Казалось, снайпер его не услышал. Атос обхватил его за подбородок обеими руками, сомкнув пальцы на загривке. – Арамис! Арамис отдернулся, резко тормозя и заслоняя собой Портоса. – Это я! – заверил Атос. – Атос! Часть готовности защищаться пропала из взгляда Арамиса, сменившись узнаванием. – Это я, – мягче повторил Атос. – Давай я тебе помогу. Я его возьму. Арамис растерянно сдвинул брови, и беспокойство за него сильнее кольнуло Атоса. – Портоса, Арамис, давай я возьму Портоса, – объяснил он. Арамис шевельнулся, и Атос точно увидел момент, когда тот понял, что его ноги коснулись дна. Атос практически ощутил отразившееся на его лице облегчение. Он заглушил нетерпение, зная, что должен уговорить Арамиса отдать ему Портоса. Иначе это лишь вызовет защитную реакцию. Арамис крепче прижал к себе Портоса и снова перевел взгляд на Атоса. – Пртос, – выдавил он. Атос кивнул и придвинулся ближе, медленно потянувшись к Портосу. – Я его возьму, – спокойно предложил он. – Ты дотащил его сюда. Я донесу его до берега. Обещаю. Очередной раз подтверждая непоколебимое доверие Арамиса, обещание сработало – он добровольно передал Портоса в руки Атоса. – Теперь иди, Арамис. Иди к берегу. Даже в лунном свете Атос видел, что Арамис слишком бледен, и что-то в его глазах выдавало не вполне здравое сознание. Но он послушно побрел к берегу, следуя инструкции. Атос перехватил Портоса и повернулся к берегу. Он с облегчением увидел, что к ним приближается д’Артаньян. Атос жестом направил юношу к Арамису и сосредоточился на том, чтобы держать голову Портоса над водой. Д’Артаньян обхватил Арамиса за пояс, помогая идти. – Пртос, – снова невнятно пробормотал Арамис, пытаясь вырваться. – Я его держу, Арамис, – заверил Атос. – Пусть д’Артаньян тебе поможет. Арамис подчинился без возражений, по-прежнему доверяя Атосу. – Он что, проплыл все это расстояние? – спросил д’Артаньян над устало склоненной головой Арамиса. Атос молча качнул головой. Он не знал. И оба их товарища были не в той форме, чтобы рассказать, какого черта произошло. Наконец они добрались до берега и Атос смог опустить Портоса на песок, сразу наклонившись проверить дыхание. Немного неровное, но есть. Д’Артаньяну удалось проконтролировать падение Арамиса на руки и колени и не дать ему рухнуть ничком. – Сколько еще? – бросил Атос, не убирая руку с груди Портоса. – Меньше двух минут, – заверил д’Артаньян, глянув на часы. Атос с облегчением кивнул. Арамис шевельнулся и вцепился в длинный рукав черной рубашки Портоса. – Ддышит? – спросил он дрожащим голосом. – Да, – кивнул Атос. – Немного неровно, но уверенно. Арамис кивнул, почти упершись головой в песок. Потом рука, на которую он опирался, подогнулась. Он распластался ничком и остался так лежать с закрытыми глазами. – Арамис! – д’Артаньян подскочил ближе, нащупал на шее пульс. Глянул на Атоса дикими глазами. – Живой. Атос шумно выдохнул и закрыл глаза, уронив подбородок на грудь. Они ждали в тишине гула вертолета. *** Портос раздвигал вату, пытающуюся окутать его разум, пробиваясь к раздающимся рядом искаженным голосам. Он знал эти голоса. Атос. Д’Артаньян. Но он не слышал третьего голоса. Тревога охватила его, и он сильнее постарался всплыть на поверхность. По запаху он понял, что находится в лазарете. Арамис никогда не отходил далеко, когда он был ранен. Если только что-то ему не мешало. Например, собственное ранение. Или тот раз, когда его арестовали сразу же после доставки Портоса в лазарет. Портос с усилием разлепил веки и заморгал, глядя на тусклые лампы над головой. – Портос? Над ним появилось лицо Атоса и медленно обрело фокус. – Арамис? – хрипло выдавил Портос и поморщился – пересохшее горло нещадно саднило. – Он жив, – заверил Атос. – Там. Атос мотнул головой куда-то влево, и Портос постарался справиться с грандиозной задачей повернуть голову. Арамис распростерся на койке, без сознания и с капельницей в руке. Портос ощутил, что в голове чуть прояснилось, и попытался сесть. Спину обдало болью, и он застыл. – Сломанные ребра, – сообщил д’Артаньян, сидевший в кресле у окна. – На твоем месте я бы не стал шевелиться. – Что случилось? – хриплым от долгого неиспользования голосом спросил Портос. Атос молча протянул ему стакан с водой и соломинку. – Мы надеялись, что ты нам расскажешь, – осторожно отозвался их командир группы. Портос нахмурился, пытаясь вспомнить. Перед глазами мелькнула яхта. Арамис, усмехающийся на вершине трапа. Он закрыл глаза и сосредоточился. – Вот теперь становится увлекательно, да? Он увидел, как Арамис застыл, ощутив неладное, и понял, что дело плохо. Потом они бежали, а потом – резкий треск выстрелов и ничего, кроме боли и инстинктивного страха. – В меня выстрелили, когда мы прыгали через борт, – пробормотал он, открывая глаза, и встретился взглядом с Атосом. – Это была ловушка. Атос приподнял бровь и обменялся взглядами с д’Артаньяном. Юноша кивнул и вышел из комнаты, видимо, чтобы сообщить Тревилю. Атос снова поглядел на него. – Что еще? – Не помню, – неохотно признал Портос. – Я упал в воду, а потом все как-то обрывается. – То есть вы упали за борт там, где стояла яхта? – приподнял бровь Атос. Портос кивнул. Атос глянул на Арамиса и устало рухнул в кресло между двумя кроватями. – Он приволок тебя обратно, – сообщил он. Портос удивленно приподнял брови. – Слишком далеко, чтобы доплыть, – автоматически возразил он. – Тем не менее, он это сделал и прибуксировал тебя. – Но он в порядке? – встревожено переспросил Портос. Его ничуть не удивило, что Арамис сделал что-то, что большинство считало невозможным. Когда альтернативой являлась смерть, каждый из них не раз выходил за пределы. – Вымотан, – вздохнул Атос. – Рухнул без сознания, едва мы достигли берега. Множественные растяжения мышц и связок, пару часов назад начались судороги. Он молчал, ты его знаешь… Портос поморщился. Он знал Арамисову дурную привычку терпеть боль без слова жалобы, принимать ее как должное. У Портоса каждый раз сердце обливалось кровью это наблюдать, и он эгоистично порадовался, что в этот раз не видел, как товарищ страдает в упрямой тишине. – …но когда мы это поняли, он заупрямился из-за обезболивающих. – Он ненавидит, что они затуманивают голову, – тихо напомнил Портос. После миссии в Савойе прошли годы, но Арамис все равно ненавидел ослаблять бдительность, чувствовать себя уязвимым. Тогда его спасли только острый ум и впечатляющие боевые навыки, и он не собирался добровольно расставаться ни с тем, ни с другим. – Ну, врача это не впечатлило. Ему ввели седативное. Портос мрачно зыркнул исподлобья, сопротивляясь побуждению разыскать их врача и устроить ему разнос. – Он очнется не в себе, – предупредил он Атоса. – Будет сбит с толку и пытаться защищаться. – Знаю, – вздохнул Атос. – Я останусь здесь. Он не проснется в одиночестве. Потом, если будет нужно, Портос просто сползет с собственной койки к его кровати, и к черту сломанные ребра. – Я попрошу персонал посмотреть, нет ли возможности сдвинуть ваши кровати. Это тоже поможет, – добавил Атос. Портос благодарно улыбнулся, не удивившись, что Атос так легко его прочел. Атос слабо улыбнулся в ответ и внимательно глянул на Портоса. – Врачи сказали, что у тебя в легких нашли остатки воды. Признаки утопления. Портос округлил глаза. – Я не помню… – Я так и подумал, – кивнул Атос. – Ты дышал, когда он доставил тебя на берег, так что, видимо, он умудрился тебя там откачать. Но тебя все равно хотят задержать на сорок восемь часов. Портос уставился через комнату на Арамиса, грудь которого размеренно поднималась и опускалась. Как-то, вопреки всем шансам, они оба остались в живых. Не в первый раз. Он молился, чтобы не в последний – никогда не в последний.