Это всё из-за меня

      История Джонса началась с точно такой же сцены, как и у Саймона. Только она отличалась тем, что Джонс, в отличие от него, всё помнил. Детально — кем он вырос, кем он стал, как умер. И даже все манипуляции, которые проводили с его телом в стенах «Феникса».       И это было хуже беспамятства. Джонс откровенно боялся власти корпорации, поэтому не мог возмутиться или кому-нибудь пожаловаться. На его плечи легла забота об остальных роботах, и Джонс по написанному скрипту запускал их, какое-то время был их гидом по лаборатории, а после практически забывал. Джонс был очень одиноким.       Саймон привлёк его внимание не потому, что был особенным. Джонс знал о проекте «Дуэт», но не думал, что станет его соучастником и прямой втянутой единицей. Он понимал, что не пара Саймону, но всё же зачем-то полюбил его. Наверное потому, что Саймон чем-то напоминал его самого. А Джонс всегда заботился о других больше, чем о себе — он не умел и не мог, и даже лишил себя своего имени, окрестив себя просто доктором Джонсом.       Пускай его чувства и были коктейлем из жалости, страха, вины и заботы, но Джонс правда желал Саймону только лучшего. Он заботился о нём как мог, но, боясь ненужной привязанности, никогда не был с ним по-настоящему близок.       Джонс знал, на что шёл, влюбляясь в экспериментальный образец. Хотя он никогда не считал Саймона именно вещью… Он всегда был для него человеком. Им всё же пришлось расстаться и весьма глупо — в самолёте, потому что Джонс не придумал лучшего повода. А расстаться по приезде было бы уже не к чему, потому что Саймон должен был приехать в российскую лабораторию уже свободным человеком.       Джонс помог ему в этом. Было больно видеть, как его любимый смотрит на него как на своего злейшего врага, бесконечно обижаясь. И Джонс не завидовал Саше… Он ругал систему за то, что предал и бросил своего близкого. Зачем он вообще начал эти отношения? Джонс любил доставлять себе ещё больше боли, чем получал.       Проект «Дуэт» был завершён спустя месяц. «Феникс» получил данные, которые им переслал встроенный помощник обоих роботов, и они удовлетворили корпорацию. Джонс понимал, что «Феникс» не остановится на расчленение личности Саймона Тейлора — он будет делать это вновь и вновь.

***

      Поэтому сообщение для Саймона, в котором Джонс прислал ему реальные бумаги о проекте «Дуэт», было актом искупления. Джонс хотел рискнуть и уволиться, но он никак не ожидал, что Саймон решит бороться против системы.       Поэтому Джонс помогал им на протяжении года. Хотя, признаться честно, он очень боялся за свою жизнь и всё происходящее. Даже переехал.       И в этом была часть его ошибки. — Вы наш новый сосед? — раздалось позади. Джонс замер около двери и медленно обернулся — перед ним стояла женщина. Джонс встал как вкопанный. — Я Маргарет.       Это была не просто женщина. Это была его жена. Та, которую он не видел вот уже 12 лет. — П-привет, — дрожащим тоном отозвался он. — Я Т-Теодор Джонс. — Оу, — она опустила глаза в пол и потёрла шею рукой. — Простите меня! Просто ваше имя напомнило мне моего мужа. Он… погиб 12 лет назад. — Я и ест…       Теодор не договорил, услышав громкое «Маргарет!», а после увидел, как из соседней квартиры выходит мужчина. Маргарет обернулась и улыбнулась, и он подошёл к ним. — Дорогая, обед остынет. Куда ты ушла?       Маргарет указала на Джонса рукой. — Знакомлюсь с нашим новым соседом.       Мужчина протянул ему руку. — Марк.       Джонс пожал её и задумался, не зная, как представиться. Выбрал просто и лаконично: — Джонс. Марго, мы с вашим мужем просто тёзки. Меня назвали в его честь, потому как он помог «Фениксу» образоваться. — Я тебя подожду, — кинул Марк, возвращаясь в квартиру. Маргарет проводила его взглядом, а после сказала: — Как здорово! Тео был для меня всем. Скажите, а в «Фениксе» не осталось архивов о нём? Хотя бы дата и причина смерти… — Нет, — соврал Джонс. — Я посмотрю ещё, но я не помню упоминания о его жизни. Маргарет, и мне и вам пора. До свидания.       Женщина попрощалась и ушла, а Джонс замер у двери, провожая её взглядом. Наконец ушёл и он. «Лгун».       Джонс долго приходил в себя от разговора и снова ругал самого себя за слабость. Хотя при чём тут слабость? Он соврал — понимал, что Маргарет никогда не вернётся к нему, раз у неё уже есть семья… А в её квартире ещё должны сидеть её дочки. Их дочки — они вряд ли помнят Джонса, а вот тот запомнил их маленькими слишком хорошо… Джонс понимал, что его возвращение в их семью сломает всю жизнь Марго, поэтому Джонс обречён на одиночество и такое жестокое соседство — видеть, но не быть способным коснуться.       Впрочем, он сам себе был палач. Марго пригласила его в гости, а тот не отказался и пришёл. Его не получилось чем-нибудь накормить, потому что у него даже не было рта… Зато Марго с Марком послушали истории из работы «Феникса». Конечно же, выдуманные.       Дочки ушли сразу, заскучав, и Джонс одёрнул себя, чтобы не назвать их по имени и не попросить остаться. Всё, он для них уже никто. А Марк — их папа.       Наверное, Джонс заслужил это…       Его жизнь превратилась в вечную помощь для семьи по соседству, хотя Маргарет его даже не просила об этом.

***

— Это для тебя, — Саймон протянул ему букет, и Джонс дрожащими руками взялся за ещё влажноватые стебли ромашек. — Пожалуйста, посети психолога.       Это не было укором. Голос Саймона звучал достаточно нежно.       Саймон и Саша пришли к нему в квартиру. Джонс не знал зачем, но это был первый раз, когда он рискнул посмотреть Саймону в экран и прикоснуться к нему, крепко обняв. Он сделал это и с Сашей. — Тео… — Саша улыбнулся. Джонс всхлипнул.       Он уже и сам перестал вспоминать своё имя. — Как у тебя дела? — спросил Саша, и Джонс, расчувствовавшись, потёр ладонь экраном. Конечно, ему было волнительно, но он себя переборол. Теодор отошёл от двери и приоткрыл её шире. — Хотите зайти? — предложил он. Оба робота кивнули, и Тео проследил, как они проходят внутрь его квартиры. Теодор закрыл дверь и направился вместе к ним.       Зачем роботам кухня? Для разговоров. Теодор не хотел говорить, но Саймон и Саша вынудили его рассказать о себе. — …И я случайно стал соседом моей бывшей семьи. — Случайно? — недоверчиво спросил Саша. — А чего не уехал? Нашёл бы другую квартиру. — Я не умею скакать по квартирам как вы, — ответил Джонс. Саймон хмыкнул. — Ты вообще один. Нашёл бы себе район получше и подальше от этих своих… Джонсов. — Они уже Блэки. — Ещё лучше! — Саша потёр антенны рукой. — Ладно, с квартирой всё ясно. А почему ты с ними общаться продолжил? — Это мой долг. Я её муж и их отец. — Был, — сказал Саша. — Алё гараж, твой героизм никому не нужен — твоё ядро сгорит через пару лет таких эмоциональных качелей. — У меня аккумулятор, — тихо ответил Джонс. — Тогда поломка обеспечена в ближайшие полгода, — заметил Саймон. — Аккумуляторы слабее ядер. Сходи к психологу, я тебя прошу. — И съезжай, — добавил Саша.       Теодор мигнул экраном и отвернулся. — Ладно. — Мужик, серьёзно, — Саша приобнял его щупальцем за плечо. — Нужна помощь — поможем. — Да, — подтвердил Саймон. Тео ответил дрожащими динамиками: — Спасибо…

***

— Как жаль, что вы съезжаете от нас, Тео. Мы будем скучать по вам. Элис! Попрощайся с Джонсом. — Пока. — Я был рад познакомиться, — сказал он, оглядывая всю семью теперь уже Блэков. — Но меня там ждут. — Спасибо за твою помощь, — Маргарет улыбнулась. На экране Джонса мелькнула человеческая улыбка. — И тебе спасибо. Марк, береги её. Прощайте.       Теодор ушёл и не вернулся. Он всё-таки взял за основу совет Саши и нашёл себе квартиру на другом конце города — там его никто не узнает.       …В итоге следующим утром Теодор сидел около кабинета психолога и смотрел на талон, плотно сжатый в руке. Ему надо на ремонт.