Never, слышишь?

Учитель спросил, что со мной

Едва улыбнувшись, я тихо промолвил:

«Игрался с мячом, пропустил один гол».

Когда веселились мы в классе своем,

Ужасная боль пронзила грозой.

Мужчина подняв мою кофту, вздохнул.

Глаза наполнились жалостью той.

Ненавистное чувство нахлынуло вновь.

Вся злость на мир, на семью и на всех.

Жалость следовала фразой – отброс

Как будто считали его слабаком.

Мне больше нравилось с бабушкой жить.

Я очень хотел бы остаться лишь с ней.

***

Приглушённый свет лампы, казалась тихая идилия. Как всегда в такое время суток, Чонгук лежал на кровати, листал ленту в инстаграмме, закинув ногу на ногу. Любимая поза, так будто лежалось удобнее всего. Что делать в общаге, когда комендантский час пробил, а сна нет ни в одном глазу? Либо лежать, либо учится. Намджун как раз таки этим и занимался, повторял материал, записывая основное в заметки. По нему видно было, что усталость берет вверх, но пацан упорный, пока не закончит не встанет с места. Джун был добрый парнем, приходил на помощь всегда, не зависимо от времени и места. Многим в универе, казался странным, но на деле, тот кому пришлось рано повзрослеть, пойти на работу, чтобы обеспечить семью. Благо сейчас он может жить свою жизнь, не вытягивая семью из нещиты. Всё изменилось буквально в тот момент, когда мать нашла себе нового мужа, вышла за него замуж. Брак оказался удачным, мужчина и вправду любил свою жену, работал усердно. Богачём его назвать трудно, но средний заработок получал. К Намджуну, отчим относился безумно хорошо, любил как собственного ребенка, вложил в него все самые хорошие качества, необходимые для человека. В конце концов, показал пример того как должен вести себя настоящий мужчина. Теперь же, привыкнув к той жизни без отдыха, парню было тяжело уделить одиночеству и себе хотя бы одну минуту. Всегда находил себе дело, а когда они заканчивались, то обращался к друзьям, вдруг им нужно помочь с чем-нибудь. В этой комнате, все были со своими странностями, честно говоря. Даже на первый взгляд беззаботный Чон Хосок, хранил в своем шкафу скелеты. Кстати говоря, угадайте кого вновь нет в позднее время на месте? Стоило Чонгуку вспомнить про шумного соседа, как дверь открылась во всю, громко хлопаясь об стену, слегка отскакиваясь от поверхности. В проеме показалось два силуэта. Тэхен, еле передвигающийся от выпитого алкоголя и Хосок повисший на нём. Разочарование, не могло же быть в Ким Тэхене, всё идеальным как показалось на первый взгляд, вот он минус. Хотя что можно было ожидать от человека, который ходит в клубы с Хосоком. Чонгук не возражал против того, чтобы Хо развлекался. Это его жизнь, и он имеет право жить так, как хочет. Однако ему было не по себе от того, как проходят тусовки старшего. И если уж Тэхен оказался в таком состоянии, то это навело его на мысль, что и Ким не прочь выпить. Начинать с небольшой порции алкоголя, а заканчивать, когда уже едва стоишь на ногах. Переспать с одним или несколькими партнёрами, танцевать, а иногда даже пробовать наркотики — всё это не было ежедневной рутиной для старшего Чона. Однако раз в неделю он специально выделял время для того, чтобы, как любил говорить Хоу, «расслабиться». Поднявшись с кровати, младший с легким презрением взглянул на парочку, все еще стоящую у двери. Намджун подошел к Хосоку и, сняв обувь с алкоголика, бережно уложил его на кровать. Бурчал себе под нос, занимаясь такой фигнёй , сколько они живут, такое состояние у соседа впервые, обычно если он и выпивал, то приходил в комнату трезвым, таким образом не беспокоя остальных. Ким, который стоял, прислонившись к стене, поднял голову. Его глаза сверкали, а язык скользнул по нижней губе. Он пристально смотрел на Чонгука, взгляд его был нечитаем. Увидев нахмуренное лицо младшего, направился прямо к нему. Ноги совсем не держали его. От парня исходил сильный запах алкоголя. Он подошёл слишком близко и, споткнувшись об собственную ногу, всем телом упал на младшего. Тот пытался выбраться из-под тяжёлого, как глыба, тела, отталкивая его. Однако его буквально придавили к кровати. Тэхен провёл носом по скуле и потянулся к нежной, как бархат, шее, вдыхая аромат парфюма, смешанный с природным запахом младшего. В пьяном уме ему казалось разумным облизнуть медовую кожу, слегка прикусив её. Чонгук под ним вздрогнул от укуса, эрогенная зона произвела сильный эффект, руки, пытающиеся скинуть с себя груз, затряслись. Свободной рукой Ким провёл по внутренней части бедра, которая была оголённой из-за коротких шорт. Чон молился всем богам, которых знает, чтобы старший прекратил так издеваться над ним, потому что чувствовал, что вот-вот стон вырвется из его рта. От безысходности младший начал беспокойно ерзать под мускулистым телом, не осознавая, что это лишь усугубляет ситуацию. Он позвал Намджуна на помощь, и тот наконец обратил на него внимание. Оторвавшись от Хосока, он подбежал к его постели и помог выбраться из плена. Тэхен, сбросив обувь, свернулся калачиком вдоль стены. Чонгук тяжело дышал, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце, которое, казалось, вот-вот выскочит из груди. Схватив телефон, он стремительно выбежал из комнаты, успев поймать обеспокоенный взгляд Нама. Спустившись на лестницу, по которой обычно никто не ходит, ведь она предназначена для экстренных случаев, мальчик сел на подоконник. Крепко вцепившись в него, решил немного передохнуть. Его руки тряслись, как никогда раньше. Не в силах справиться с волнением, он набрал номер своего лучшего друга, прислушиваясь к гудкам. После нескольких попыток дозвониться, наконец удалось это сделать, и он услышал, как трубку взяли. — Юнги, мне нужно поговорить, пожалуйста, — еле выдавил из себя дрожащим голосом Чон, в котором уже звучало беспокойство. — Хосок и Тэхён пришли домой в ужасном состоянии, пьяные в хлам. Тэхён случайно оступился и упал на меня, начал кусать мою шею и трогать бёдра.

— Вот сукин сын! Чонгук, прошу, успокойся и не вспоминай об этом. – Мин был в ярости. Он спрыгнул с кровати и начал ходить кругами по квартире, задевая всё, что попадалось ему на пути. Друг хотел было сказать что-то ещё, но едва слышный голос Чонгука перебил его.

— Мне понравилось! Чёрт, мне это действительно понравилось! – с этими словами парнишка поставил звонок на громкую связь и, спрыгнув с подоконника, свободной рукой ухватился за волосы, стараясь успокоить дыхание. – ему понравилось. Чон, словно ошпаренный кипятком, всегда старался избегать лишних контактов с парнями и девушками. Но в этот раз всё было иначе. Желание испытать это снова нарастало с каждой секундой, и это было уму непостижимо. Мин остановился, пытаясь осознать услышанное. Да, он и сам замечал, что его друг вёл себя как-то странно рядом с Кимом, но чтобы настолько — это было для него неожиданностью. Если бы они находились в Омегаверсе, он мог бы объяснить всё словом «истинные», но здесь...

— Епта, я колотал эту жизнь по бокам. –выругавшись, синеволосый присел на пол и стал обдумывать сложившуюся ситуацию. Единственное разумное решение, которое он видел, заключалось в— Ты знаешь, я много думаю об этой странной тяге и не могу её объяснить. Возможно, лучше всего спросить у Кима напрямую, он же психолог всего университета.

— Блять, Мин и как ты себе это представляешь? О, Ким Тэхен, у меня на тебя встает, хотя ни на кого не вставало. Я горю от твоих прикосновений, хотя обычно у меня паника начинается, я вижу тебя в своих влажных мечтах, но я неудачное творение природы, избитый, травмированный ребенок, которого с шести по пятнадцать лет собственный брат трахал, – младший злобно рычит в трубку, делая особый акцент на последнем слове. За стенкой остановился Намджун, случайно услышав разговор своего соседа. Он замер на месте, хотя изначально шёл, чтобы найти Чонгука и убедиться, что с ним всё в порядке. Студент третьего курса и представить не мог, что тот скрывает такие вещи. Теперь ему стало понятно, почему в первые дни после переезда мальчик держался отстранённо и запрещал обнимать себя.

— Сука, Чон, лучше уж хоть как-то сказать и не крутить себе мозги, накручивая на нее мысли, не дающие покоя. Я тебе лицо снесу, если еще раз услышу из твоих уст, это «неудачное творение природы ». Ты мой самый прекрасный друг, с которым жестоко поиграла жизнь, не твоя это вина блять, — с заботой, но в то же время с угрозой, прошипел Юнги. Как всегда говорил дельные слова. — Мне кажется, если бы ты рассказал свою историю не только мне, но и другим людям, тебе стало бы легче. Не бойся взглядов, которые бросают на тебя. Иногда люди проявляют сочувствие не потому, что кто-то кажется им не достойным, а потому, что они хотят помочь и сделать жизнь лучше, избавив от страданий и воспоминаний. Я думаю, что Намджун и Хосок, например, заслужили твоё доверие. Вы уже два года живёте в одном общежитии, и ты знаешь о них практически всё. А что они знают о тебе?

Тишина. Чонгук уселся на пол, подперев ноги, уткнулся спиной в холодную стену. Достав из кармана пачку шоколадного Чапмана, достаёт одну сигарету. Он подносит сигарету к губам и поджигает её. Дым медленно поднимается в воздух, рисуя причудливые узоры. О, Чонгук обязательно обдумает это предложение, а также множество других вещей. Ведь он не может не думать, эти мысли уже давно засели у него в голове и мешают жить. Парень начал курить в пятнадцать лет, когда его нервы стали особенно напряжёнными. Никотин стал для него своего рода успокоительным, помогая расслабиться и привести мысли в порядок. Его любимый табак — «чапман с шоколадом». Прошло уже много лет, а его вкус так и не изменился. По-прежнему нравится ощущать на губах этот ненавязчивый привкус шоколада.

Смутное чувство. Я помню отрывки.

Касания противные, скользкая плоть.

Игра или что, поймёт ли дитё?

Открывки из прошлого, в кошмарах являясь,

Оставят тяжёлый осадок на ночь

«Он лапал меня, бабуль, помоги».

«Не ври, закрой рот. Не смей говорить».

Потушив сигарету, парень ещё несколько минут сидел, уставившись в стену. Его друг, осознав, что его не слышат, сразу же сбросил звонок. Чонгук уже не раз поступал так во время разговоров, уходя в свои мысли и переставая обращать внимание на окружающих. Сигареты действительно помогали ему успокоиться, и это удивляло, но факт оставался фактом. И всё-таки людей трудно понять. Они проходят через сложные испытания, но остаются рассудительными и сохраняют здравый смысл. Иногда хочется заглянуть в прошлое и узнать, какие испытания пришлось пережить человеку, который строит из себя сильную личность. А может быть, иногда хочется, чтобы кто-то мог прочитать и твоё прошлое. Тогда мы могли бы понять, как лучше поступать в жизни, и беречь те тонкие ниточки, которые заставляют сердце биться и продолжать бороться за жизнь. Ведь если эти ниточки порвутся, человека не станет. Он будет лишь существовать, но не жить. И это не могло не пугать. Младший верит в счастливое будущее, но сомнения не оставляют его. Они словно черви, которые пытаются прогрызть ему путь к разуму. Он не может справиться с этими мыслями, и они захлестывают его. Как же хочется научиться не думать! Почему людям так сложно избавиться от мыслей? Почему именно Чонгуку так тяжело от этих тяжёлых мыслей, которые словно пожирают его мозг? Хочется напиться до беспамятства и рассказать всем о своём прошлом, которое, кажется, окончательно сломало его. Но мысль о том, что кому-то в этом большом мире может быть ещё сложнее, чем ему, заставляет проглотить всё и остановиться. Даже с Юнги, самым близким человеком, не хочется делиться своими переживаниями. Чонгуку стыдно за свою слабость. Хочется плакать, но сил не осталось. Всё было выплакано в своё время, когда он тихо прятался в маленьком домике на детской площадке после школы, чтобы скрыть свои чувства. В такие моменты нужно глубоко вдохнуть, успокоиться и продолжать жить, пока смерть не протянет руку. Чонгук не боится её, она ему как подруга. Бегло пробегая взглядом по надписи на стене, он слабо улыбается. Какая ирония. На стене висит белая табличка с изображением сигареты, перечеркнутой красной полосой, и надписью снизу: «Курение убивает». Желание достать ещё одну и закурить растёт с каждой секундой. Сигаретный дым заполняет пространство, а перед глазами возникает образ карих глаз. Этот цвет очень распространен среди людей, но многие забывают, что какими бы красивыми ни были глаза, для каждого из нас самыми незабываемыми останутся те, которые пленили его сердце, независимо от их цвета. Порой одного взгляда в эти кофейные глубины достаточно, чтобы стереть из памяти все тревоги. Всё происходящее вокруг кажется неважным. Это слабость, но не та, что причиняет боль. Младшему казалось, что карие глаза Тэхена именно такие. Они завораживали его, заставляя ползать на коленях. Всего лишь один холодный взгляд, и всё вокруг словно замирает. Мир словно застывает, стоило лишь заглянуть в них, не просто посмотреть, а как будто проникнуть в самую душу. Что это за привычка? Создавать образы и теряться в них. Душа — вот что нужно этому человеку. Что таится в глубине его души? Там живёт ребёнок, который стремится дарить людям радость. Он мечтает, чтобы все были счастливы, и представляет себе мир, где всё вокруг цветёт, а в воздухе витает любовь и улыбки. Несмотря на боль, терзающую его сердце, он верит, что это лишь временное испытание, своего рода подготовка к вступлению во взрослую жизнь. Он убеждён, что со временем станет легче. «У всех проходит, и у тебя тоже пройдёт», — говорят ему взрослые. И он им верит, ведь они опытнее и мудрее его. Они прошли уже этот этап, они знают. Рука непроизвольно поднимается к лицу, скользит по щеке и останавливается в волосах. Как же разочаровывающим оказался мир, который он себе представлял! Разве он многого просил, малыш? Всего лишь любви, хотя бы от одного человека. Но разве он знает, что это такое — любовь? Он много читал об этом чувстве, хотел понять, что же это за загадочная химия. Он ждал, что кто-то протянет ему руку и скажет: «Я покажу тебе, что такое любовь». Но, кажется, теперь в этом нет необходимости. Говорят, что любовь может быть хуже ненависти. В таком случае, к чему она? Боль пройдёт, нужно лишь смириться с тем, что одиночество приносит больше комфорта. Это слово «одиночество» вызывает у парня раздражение. Не должно его быть. Одиночество кажется чем-то простым для человека, который не хочет брать на себя ответственность и не нуждается в других. Для самых сильных, кто способен справиться со всем сам. Но Чонгук не такой. Он слишком долго был один и, встретив друзей, понял, что жизнь без них скучна. Если бы не Юнги, то, вероятно, Гук ни с кем бы не заговорил. Именно Мин стал тем, кто помог ему наладить общение, и не отступал, даже когда его ругали и отталкивали. Теперь, кажется, парню легче общаться с другими. И он не может вернуться к прежнему ритму, начинает бояться оставаться один. И если бы Чону сказали, что через лет пять, он до панических атак будет боятся потерять человека, рассмеялся бы прямо в лицо. Звук шагов прерывает поток размышлений, и взгляд останавливается на домашних тапочках. Тёплые носки с необычными узорами не оставляют сомнений: перед младшим стоит Намджун. Старший садится рядом и ненадолго замолкает, но вскоре тишину нарушает. — Почему ты не рассказал? Я мог бы,–старший с трудом подбирал слова, усталый взгляд Гука остановился на собеседнике. Мог бы что? Вернуть его в прошлое и убить? Или просто забрать? В глазах напротив читалась жалость. Как бы ни было неприятно, Чон вспомнил слова лучшего друга и не отвёл взгляд. Фраза осталась недосказанной, Намджун лишь тяжело вздохнул, слеза скатилась по его щеке, — Ты самый сильный человек из всех, кого я встречал в жизни,–произнёс он. Намджун притянул к себе и крепко обнял. Чонгук замер, он не любил, когда обнимали, ведь обычно это заканчивалось тем, что его отпускали, забирая тепло, и тело покрывалось мурашками от холода. Но в этот раз не отпускали. Намджун нежно гладил младшего по спине, пытаясь утешить и успокоить. Это была не жалость, а скорее сопереживание, желание забрать его боль себе и избавить от страданий. Намджун положил свободную руку на голову младшего и нежно провёл по ней. Чонгук поднял глаза, в уголках которых собрались жемчужные капли. — Что из того, что я говорил, было услышано тобой, Намджун? — Достаточно, чтобы сделать вывод, Гугу. Пойдём, выпьем твой любимый чай с жасмином и ляжем спать. Завтра на пары можешь не ходить, ты всё ещё не совсем здоров, — произнёс старший, нежно поглаживая его по голове, словно заботливый старший брат. — И тебе не интересны подробности? Ну – запнулся, а взгляд так же продолжает изучать эмоции Джуна, пытаясь понять беспокойство искреннее, или лживо всё. Чонгук слегка отстраняется , но глаза не уводит, — Подробности, моего прошлого. Ты услышал немного и скорее всего находишься в смятении. Я так долго скрывал и молчал бы дальше, если бы говорил по тише и не так эмоционально. – В ответ ничего, только тишина, рука которая продолжает поглаживание, на миг дёргается. Намджун не знает, что говорить в таких ситуациях , вроде взрослый человек, но не умеет подобрать слова когда они нужны. — Гугу, я хочу, чтобы ты был счастлив. Я понимаю, что у тебя были причины не рассказывать мне о своих переживаниях.– Пауза. — Сейчас моя главная цель – помочь тебе преодолеть эти трудности и избавить от навязчивых мыслей, которые не дают тебе покоя. Мальчишка расслабился в крепких объятиях, оказывается делиться с близкими не так пугающе как он себе представлял. Оба решили не терять больше времени в холодном проходе и направились обратно к алкоголикам, видящим уже десятый сон, мирно посапывая под теплым одеялом. Отперев дверь, старший, тут же направился вглубь, приоткрыв окно, чувствовал, как свежий ночной воздух постепенно вытесняет запах алкоголя и табачного дыма, окутывающий комнату. Взволнованно глядя на угол, где лежал его сосед, он не мог сдержать недоумение. На улице слышались отдалённые звуки вечеринки: смех, музыка и булькающие голоса. Кто-то явно развлекался, а им в этот момент предстояло решить, что делать с находкой в их комнате. Намджун оглянулся на младшего, сидящего на краю своей кровати, с выражением хмурым выражением лица, Чонгук косился на Тэхена, что там удобно лежит обнявшись с пледом. — Ты что, собираешься просто сидеть? — произнес Намджун, уже чувствуя, как отчаяние подступает к горлу. — Пора ставить чайник, ночь обещает быть долгой и бессонной. Младший потёр глаза, пытаясь прислушаться к словам и перестать так пристально изучать Тэхена. — А? Что? Намджун лишь небрежно махнул рукой в сторону младшего, который всё так же сидел и наблюдал за происходящим со стороны. Проходя к кухонной зоне, он уже начал доставать пакетики с жасминовым чаем. Намджун был внимателен к деталям не меньше Тэхена. Он знал, какой напиток предпочитает Чонгук, во сколько тот приходит в общежитие и когда уходит, какие пары не терпит, а какие, наоборот, вызывают у него интерес. Знал любимый цвет Гука, его группу крови, сколько сахара он кладет в чашку, какие блюда вызывают у него отвращение, а какие, наоборот, являются его фаворитами. В то время как сам Чонгук не мог запомнить даже свою дату рождения. — Чёртово общежитие, — произнёс громковато Намджун, так чтоб второй услышал, присаживаясь на свою кровать и склонив голову, — Как же мне надоели такие ситуации. — Что ж, могу проспойлерить и облегчить твои раздумья, — отозвался Гугу, — Завтра Хосок будет ужасно сожалеть о произошедшем, нарисует на лбу милое слово «лох» и будет ходить с этой надписью, пока мы его не простим. Оба парня рассмеялись, и вдруг напряжение исчезло. Они понимали, что среди всего этого хаоса важно сохранять чувство юмора и поддержку друг друга. Собравшись с мыслями, старший подошёл к столу, решил налить чаю, и был готов обсуждать всё, что произошло. Чонгук ещё несколько минут просидел рядом с Тэхеном, не в силах заставить себя уйти. Внутренний голос настойчиво говорил ему: «Беги!», но сердце в ответ молчало: «Never». Лед начинает постепенно таять.

Пришло время отпустить прошлое и сосредоточиться на настоящем

— — Ты снова пялишься, ванильный. – От низкого мурлыкающего голоса Ким Тэхена по телу Чонгука пробежала стайка мурашек. Быть раскрытым уж точно не входило в его планы. 03:38.