Вместе навсегда

Часть первая. Мягкие стены. (Отсылка на одиночную камеру в психиатрической больнице) Чон У был полон надежд, когда собирался в Сеул, надежд на новую лучшую жизнь, но его ожидания не оправдались уже в самом начале. Стоило выйти из автобуса, как ему сломали ноутбук, на починку которого пришлось потратиться, а денег у мужчины итак было не много. В поисках жилья он нашел дешевое место, вот только условия проживания были ужасающими — пыль и грязь, плесень, затхлый запах, тесно, душно, но это не самое страшное. Самое неприятное в этом месте — соседи. Странные, жуткие. От этих людей бросает в дрожь, даже от тех, кто ведет себя дружелюбно и вежливо. Чон У успокаивал себя тем, что долго не задержится в этом месте. Что нужно немножко перетерпеть, и он сможет съехать. Вот только как сделать это на деле? Проблемы сыпались на Чон У, как из рога изобилия. На работе совсем не клеилось. Бён Мин был полнейшим неудачником, к тому же вечно его задирал. Ни единого приятного слова от него не услышать — одни упреки. От звука его голоса у Чон У скрипели зубы и чесались кулаки. Неимоверным усилием воли, мужчина заставлял себя сдерживаться. Джэ Хо был ничем не лучше. Старый знакомый не упускал случая поучить его, или указать на их социальные статусы и различия. Но больше всего Чон У бесило постоянное упоминание его девушки и не всегда в приятном контексте. Поддержки от коллег было не дождаться, и каждый раз приходилось терпеть. Злость накапливалась в нём, грозясь когда-нибудь выплеснуться ярым пламенем готовым поглотить всё вокруг. А возвращаясь в общежитие спокойствия не наступало, как обычно бывает, когда находишься в своем доме, пусть и временном. Какое там! Назойливая хозяйка, придурковатые близнецы, чертов маньяк извращенец и самый жуткий — дантист. За вежливой маской понимания скрываются леденящие душу глаза — холодные, скрывающие в себе тьму. Мун Чжо мягок с ним и довольно общителен. Но от его улыбки волоски на теле встают дыбом, а слова, которые тот произносит вызывают озноб. Кажется, что сами стены Эдема постепенно сводят Чон У с ума. Постоянные кошмары и давление со стороны расшатывают хрупкую психику. Ощущение страха не покидает никогда. Когда Чон У впервые замечает вдалеке фигуру дантиста, он отмахивается от этого. Но игнорировать последующие внезапные и кратковременные появления уже не получается. Чон У пытается списать всё на усталость, но оправдания выходят жалкими даже для него. Отстраниться, сделать вид, что Чон У всё это не касается не получается никак. Мужчина не понимал почему это происходит с ним? Что он сделал не так? Почему эти люди не оставят его в покое? Поддержки со стороны Чон У не получал. Самые близкие в Сеуле люди заботились лишь о себе, настаивая на своём и совершенно не слушая Чон У. Конечно рядом был всё понимающий Мун Чжо, готовый не только пива после работы выпить, но и выслушать обо всех проблемах, дать совет и помочь. Да только ему Чон У не доверял и боялся больше, чем кого-либо. Даже больше, чем извращенца с ножом, который при любом случае просил (угрожал) убить Чон У. Чон У крутился из стороны в сторону, грозясь свалиться на пол с узкой койки. Мужчину снова мучили кошмары. Они не прекращались с тех пор, как он заселился в Эдем. «Ты думаешь это человечина?» «В мире полно странных людей, почему ты так себя ведешь? Ты слишком чувствительный» «Не хмурься!» «Эй, красавчик» «Хе-хе-хе» «Хочешь убью? Только попроси и я убью тебя» «Здесь живут только хорошие люди» «Я знаю таких как ты. Строишь из себя жертву? Хочешь, чтобы тебе посочувствовали?» «Не волнуйся. Теперь я с тобой» «Больше не скрывай от меня ничего» «Милый» Трель противного звонка разбудила Чон У. Резко подскочив, мужчина-таки свалился с кровати. Минут пять он вздыхал и охал, сетуя на своё невезение и дурацкие кошмары. Смутное ощущение, что за ним наблюдают даже стены лишь сильнее усиливало раздражение. Кое-как собрав себя в кучу Чон У вышел в коридор, чтобы умыться и глотнуть чего-нибудь перед выходом на работу. Мужчина не подозревал о маленькой еле заметной дыре в стене, хоть и смутно ощущал чужое пристальное внимание. Тем временем за хлипкой стеной красивый стоматолог хищно улыбался. Мужчина радовался своему успеху. Всё шло так как он задумал. Он уверен в себе. Знал. Ощущал. Понимал. В этот раз он не ошибся. Чон У будет шедевром. Таким же идеально прекрасным, как и он сам. С Чон У всё было иначе, и Со Мун Чжо понимал это. Никогда раньше он не испытывал столько противоречивых эмоций сразу: ненависть, радость, удовлетворение, злость, ожидание, нетерпение, ликование. И пылающее возбуждение. Дикое и необузданное. На самом деле Мун Чжо думал, что лишь убийства смогут его завести, так как раньше подобного он не испытывал. Ни к жертвам, ни к соратникам, или к окружению. Чон У был не первым кого он заметил, но первым, кто смог пробудить в нём нечто. Нечто, чего казалось, что у дантиста никогда не было. Неизвестность пугала обычных людей, но Мун Чжо умел находить острые ощущения во всем. Трудностей мужчина не боялся. Он знал. Был уверен. Выйдет из любой ситуации. Всё предусмотрит. Ничего не упустит. У него достаточно времени и ресурсов. Помощников. Больной фантазии. — Может выпьем пива после работы? — мягкая улыбка, и миролюбивый тон располагал к приятной беседе. — Не могу, у нас планы с девушкой, — Чон У нервно дёргает плечом, и юрко проскакивает в комнату, быстро запирая дверь на замок. Мун Чжо остается один в коридоре. «Девушкой» Это слово едко режет слух. В груди ворочается что-то тёмное. Зверь внутри требует крови. Мужчина подавляет в себе ненужные сейчас эмоции. Ещё придёт его время. И она тоже сыграет для него свою роль… Он позволил себе усмехнуться, прежде, чем войти в свою комнату. Капли тёплой крови стекают по подбородку Деук Су. Его брат замер от него в каких-то жалких паре метров, ещё не до конца осознавая то, что произошло. Железная дверь со скрипом отворилась и в помещение зашёл высокий мужчина. Он склонил голову, смотря на уже лежащий на полу труп. Затем Мун Чжо поднял взгляд, осматривая присутствующих. В его груди поднималась ярость, холодная, но оттого не менее обжигающая нутро. Глаза ярко светились в тусклом помещении, живые, хищные, таящие в себе невероятное зло. — Разве я не предупреждал? — нарочито спокойным голосом спросил Мун Чжо. — Если кто-то встанет у меня на пути, я не стерплю, ясно? Нам Бок и Деук Чон осторожно переглянулись. Оба кивали головами и старались держаться подальше от дантиста. Даже на расстоянии мужчины могли почувствовать его ярость. Тот и не пытался её скрыть, позволяя видеть, как зверь выходит на свободу, мерея свою территорию. О, он не собирался отпускать Чон У. Ни за что. Он избавится от любых преград на своём пути. Заставит видеть только себя. Думать только о себе. Ощущать себя и своё присутствие повсюду. Во сне и наяву. Они будут вместе. Навсегда. Часть вторая. Одержимый маньяк. К ним прикованы взгляды, но Мун Чжо это нисколько не беспокоит. Напротив, мужчина наслаждается этим зрелищем. Ему доставляет удовольствие видеть страх в глазах Чон У. Даже раздражение, которое выливают на него спутники Чон У, не мешает стоматологу. Он не ощущает себя проигравшим. Всё совсем наоборот. Мун Чжо здесь хозяин положения. — Какой ты мерзкий, — медленно, с издевкой тянет мужчина. На его губах расплывается ехидная ухмылка. Нападки Джэ Хо не тревожат дантиста. Это шоу его скорее забавляет. Ведь даже оно ведёт к его конечной цели. Когда Чон У просит его выйти с ним на улицу, Мун Чжо соглашается не раздумывая. С милым даже в ад пойдёт охотно, но только не в ближайшем будущем. Осталось совсем немножко и из уродливой куколки возродится прекрасная бабочка. Он уже видел, как трепещут на ветру её легкие крылышки в первой попытке взлететь. Чон У смотрел загнано, голос мужчины дрожал, когда он умолял оставить его в покое. Мун Чжо оставалось лишь вздыхать. — Не могу. Я ведь говорил, — дантист слегка потер правую бровь, — если вцеплюсь, то уже не отпущу. Чон У не знал, что сказать, что чувствовать. Как и что делать в общем. С психами говорить бесполезно, просить, доказывать. И пусть разумом Чон У это понимал, мужчина не оставлял попыток достучаться до Мун Чжо. После ухода стоматолога легче не стало. Липкое ощущение страха стало вечным спутником Чон У. Он был разбит. Всё, что оставалось мужчине, это потерянно смотреть вслед Джэ Хо. Несмотря на то, что отношения между ними не ладились, Чон У за него беспокоился. — Ему вправду стоит оглядываться, — прошептал Чон У Джи Ын, — этот человек опасен. Девушка погладила плечо мужчины, обеспокоенно смотря на своего парня. — Нам следует уйти. Такси уносило их вдаль по дороге. К сожалению, унести за собой тревоги, что сопровождали пару — оно не могло. — Ты же тот самый, — так и не сорвалось с языка Джэ Хо, как острая игла с невероятной силой воткнулась ему в шею. Мужчина потерял равновесие и повалился на тумбочку, скатываясь на пол. Его взгляд был прикован к высокому мужчине обаятельной внешности. Его бледная кожа как будто светилась в темноте. Тихий голос знакомого незнакомца шептал слова, но смысла их Джэ Хо разобрать не мог. — Чон У особенный, — тёмные волосы упали на лицо Мун Чжо, когда он наклонился ближе к жертве. — Зачем ты так сказал? Зачем? Ты. Так. Сказал. Мун Чжо взял в руки статуэтку, примерив хорошо ли она лежит в руке, мужчина наклонился и с размаху ударил ею по голове Джэ Хо. Кровь брызнула ему на лицо. — Эф, — фыркнул мужчина, стирая тыльной стороной руки алые бусины. Секундная передышка и он вновь наносит удар по голове своей жертвы. Ещё один. Затем ещё и ещё. Он бьёт пока вокруг уже трупа не скапливается кровь. Мун Чжо выдыхает. Обычно он не настолько импульсивен. Обычно. Если только дело не касалось Чон У. Ему было немного жаль, что время поджимало. Если бы не это — быстрой смерти Джэ Хо не видать. А так считай повезло. Этот ублюдок должен быть ему благодарен. Мун Чжо забрал его телефон, бросил орудие убийства рядом с трупом и свободной походкой медленно вышел из помещения. Он знал, что за ним следят, но в данный момент стоматологу было всё равно. Эта ничтожная ошибка никак не сможет ему помешать. А пока пусть празднует маленькую победу, не подозревая, что это именно он позволяет этому случиться. Оставалось ещё разобраться с триста десятым. Слишком близок пацан к его Чон У. Но поиграли и хватит. На этот раз Мун Чжо выпустит зверя вновь. Погулять и пролить тёплую кровь. Часть третья. Адское пекло. — Триста десятый, — окликнул Мун Чжо, чьё зловещее появление не сулило Сок Юну ничего хорошего, — пора выселяться. Жёсткий теннисный мячик задел бок молодого человека и с громким стуком откатился на пол, несколько раз подпрыгнув он упёрся в грязную стену. Сок Юна колотила мелкая дрожь. Вокруг собрались люди, общество которых он предпочёл бы не встречать никогда в своей жизни. К сожалению, ему не повезло и любопытство начинающего рэпера сыграло с ним злую шутку. Очень злую. В этот момент Сок Юн сильно пожалел, что не послушал наставлений Чон У и вообще сунулся на четвертый этаж. Идеальным решением было бы вообще никогда не ступать за порог общежития Эдэм, вот только кто же знал, что всё обернется подобным образом? А где ещё он мог позволить себе такое дешёвое жильё? У Сок Юна не было возможности и именно поэтому он оказался в этой общаге. Конечно, легко рассуждать о том, что нужно было сделать и как всё могло бы обернуться по-другому, когда уже случилось то, что случилось. Никто не знает, что ждёт его впереди. Всё, что нам остаётся это бороться с последствиями того или иного решения. Сок Юн не хотел мириться с судьбой, вот только он не знал, что предпринять. Молодой человек оказался в западне. И от одного лишь звука голоса Мун Чжо, он чувствовал, как у него начиналась тахикардия. В горле Сок Юна пересохло, он оцепенел. Всё, что у него получилось сделать, это смотреть, как стремительно к нему приближается сосед с небольшим старым молотком в руке. Резкая боль в ноге, заставила Сок Юна зажмуриться и жалобно заскулить от боли. Он с большим трудом слушал, что ему говорил красивый стоматолог. Кровь шумела в ушах, а зрение туманилось. Сок Юн хотел выжить. Любой ценой. Чон У нервно озирался по сторонам. Водитель такси ехал слишком медленно. Мужчина не мог усидеть на месте, то и дело проверял свой телефон и набирал один и тот же номер. Сок Юн не отвечал. Паника медленно охватывала Чон У. Ком в горле постепенно увеличивался. Казалось, что дорога никогда не кончится. Когда Чон У оказался на нужном месте, он помешкал лишь секунду. У него не было выбора. Жизнь соседа была под большой угрозой. Собственные тревоги не должны помешать помочь другому человеку — единственному нормальному человеку в этом чокнутом и отвратительном месте. Чон У не мог поверить в услышанное. Не мог поверить своим глазам. На какой-то миг мир остановился. Неужели и этот парень предатель? Мужчина думал, что они похожи. Что понимают друг друга. Всё ложь? Тогда где начинается правда? И была ли она хоть где-то с тех пор как Чон У оказался в Сеуле? Ответа на вопрос у Чон У не было. Злость, обида и негодование охватило его. Он наговорил Сок Юну много гадостей и с мстительной удовлетворенностью покинул общежитие. Чон У не внемлил его просьбам остаться с ним, не послушал его уговоров. Уезжая из этого проклятого места Чон У был убежден, что больше никогда сюда не вернется. Слушая мольбы парня из триста десятой комнаты Мун Чжо лишь снисходительно улыбался. Он не собирался его отпускать. Этот человек уже сыграл для него свою роль. Больше мужчина не мог его использовать, да и не видел в этом смысла. Оставалось лишь прибрать мусор. Мун Чжо всё тщательно подготовил. Ему оставалось терпеливо ждать. Ждать он умел, и даже громкие всхлипы надоедливой девушки ему не мешали. Старый стоматологический стул холодил горячую кожу. По телу девушки бежали мурашки. Она была скована по рукам и ногам, и не могла пошевелиться. Липкий страх заставлял её дрожать. Джи Ын могла лишь догадываться о том, какие ужасы ей уготованы. Она молила бога, просила. И ждала. Ждала Чон У. Но как только перед её заплаканным взором предстал уже знакомый мужчина, все надежды рухнули. В глазах потемнело от ужаса. Её пытка только началась. Конечно Мун Чжо не воспользовался анестезией. Он не собирался быть с ней аккуратным. Нет, мужчина собирался воспользоваться выпавшей возможностью и немного поиздеваться над жертвой. На самом деле Мун Чжо не испытывал к ней ненависти, скорее отвращение и немного ревности. В конце концов, эта глупая девчонка была дорога его Чон У и этот факт оставлял неприятный осадок в душе. Да, он хотел убить её, но не расстроился, если бы Джи Ын выжила. Она ему не соперница. И ничто не испортит его планов. Погрузить её в ад, он уже смог. Оставить отпечаток в её душе. Сломать. Уничтожить. Она никогда не станет прежней. Никогда не сможет дышать свободно, вздрагивая от каждого шороха. И что более важно — никогда не сможет идти рядом по жизни с Чону У. Он победитель. И он будет наслаждаться этим моментом. Смаковать его. И слушать упоительные крики. В Эдеме стояла мёртвая тишина. Никого из жильцов не было видно. Однако спокойствия это не добавляло. Сердце Чон У колотилось, словно бешеное. Нужно спешить. Скорее помочь Джи Ын. Он был готов на всё. И всё равно, когда мужчина увидел соседа из триста четвёртой, спину прошил холодный пот. Чёрные глаза пожирали его взглядом. Пухлые губы изогнулись в улыбке. Рука Чон У дрожала, нож колыхался в ней. Рваные вздохи вырывались из его груди. Он угрожал им, а эти люди лишь насмехались над ним. Чон У понимал своё отнюдь не выигрышное положение. Но мужчина будет бороться. До самого конца. Они выбивали друг из друга дерьмо. Швыряли об стены и любые попавшиеся поверхности. Стоял невообразимый треск и шум. Звуки ударов оглушали. Чон У отчаянно боролся за жизнь. Мужчина всеми силами пытался уничтожить противника. Сделать больно. Победить. Мун Чжо же наслаждался. Да ему прилетали удары. Но эти мелочи только раззадоривали его. Стоматолог не сомневался в себе. Разбитые костяшки пальцев саднили, но он упивался коротким сражением. Мун Чжо тяжело дышал, когда тащил по коридору дезориентированного мужчину. За ним оставался кровавый след, делая полы ещё более грязными. Чон У смутно понимал, что происходит, его левый глаз заплыл, из рассеченной брови сочилась кровь. Она вскоре засохла и вызывала неприятное раздражение. Все кости болели. Армированный скотч туго сжимал руки и ноги. Он ощущал под собой твердый стул. В помещении неприятно пахло. Медленно, но верно осознание ситуации приходило к Чон У. Он попытался воссоздать произошедшие с ним события воедино и вскоре у него это получилось. Голова шла кругом. Сотрясение ему было обеспечено. В горле сохло, но Чон У не забыл изначальной цели, по которой он оказался в этом проклятом месте. Джи Ын. Где же она? Жива ли? Он надеялся, что да. Но не был уверен в каком девушка состоянии. Чон У не пришлось долго оставаться в одиночестве и гадать над судьбой девушки. Она была жива и находилась совсем рядом. Так хотелось протянуть руку и коснуться мягкой кожи. Убедиться в том, что она теплая, чтобы поверить окончательно. Конечно никто не собирался ему это позволять. Мун Чжо стоял рядом с ним. На расстоянии вытянутой руки. Он улыбался. — Ты голоден? — учтиво поинтересовался мужчина, чуть склонив голову в бок. — Что ты от меня хочешь? — голос Чон У дрожал отчаянием и болью, под конец он сорвался на крик. — Что тебе от меня нужно? Зачем? Зачем, черт возьми, ты это делаешь? — А разве нужна причина? — он приподнял бровь. — Я просто могу. Вот и всё. Мун Чжо держал в руках какую-то коробку и не спускал с Чон У взгляд. — Ты проголодался, — как ни в чём не бывало, он продолжил, — поешь. Тебе нужны силы для предстоящего. Чон У передёрнуло. Он ощущал абсурдность происходящего. И когда Мун Чжо подошел ещё ближе, открывая коробку, Чон У чуть не стошнило от отвращения. Теперь мужчина был точно уверен, что это человеческое. Часть тела была небольшой и ровно порубленной на аккуратные кусочки. Чон У не представлял, как это было сделано, да и не хотел знать. Его вырвало. Сдержаться не смог. Из груди рвались всхлипы. Мужчина не знал наверняка, но вполне догадывался кому принадлежала эта часть тела. — Ты больной ублюдок! Я убью тебя! — прошипел угрозу Чон У, выпрямляя спину. Его рубашка была вся в крови и рвоте. Он чувствовал себя отвратительно. Горечь жгла изнутри. Мун Чжо без тени отвращения смотрел на происходящее. Его ничего не смущало. Стоматолог продолжал ласково улыбаться. Даже когда он сжимал челюсти молодого мужчины, даже когда с огромным трудом пропихивал в сопротивляющийся рот кусочки женских пальцев, и когда держал мокрый от крови рот, закрывая доступ к кислороду и буквально заставляя Чон У проглотить всё, чем он его накормил. Мун Чжо продолжал улыбаться. Времени было не так много, как того хотелось мужчине. Но это не мешало его планам. Он немного привёл Чон У в порядок. Вытер от крови и рвоты рот и разорвал грязную рубашку, кинув на пол. Грудь Чон У отчаянно вздымалась. Он хватал ртом воздух, пытаясь прийти в себя. Живот болел от спазмов. Волоски на теле встали дыбом. Холод пробирал до костей. Чон У не сопротивлялся, когда мучитель надел на его руку браслет из зубов. Он тупо смотрел на него, моргая. Чон У не находил в себе сил. «Мы будем вместе навсегда» Дождь барабанил по крыше. Его стук почти оглушал. Холодная вода разбавила красную кровь. Где-то в подвале Чон Хва отчаянно сражалась за жизнь, в то время как жизнь хозяйки Бок Сун оборвалась. Когда коллеги полицейской ворвались в её клетку, она вряд ли бы смогла объяснить происходящее. Руки Чон Хва всё ещё немного дрожали. Всё действительно кончилось? Мун Чжо стоял перед ним на коленях. Эта сцена казалась нереалистичной. Чон У не знал чего ожидать от психа, поэтому он не сильно удивился тому, как теплые руки скользнули по его торсу, тонкие пальцы очертили кадык, погладили сонную артерию, затем обхватили шею, заставляя Чон У немного приблизиться. Наглые губы ласкали его. Чужой юркий язык скользнул в сухой рот, смачивая его своей слюной. Чон У дышал через раз не запоминая чужой вкус, не сопротивляясь. Он знал, к чему всё шло. Стоило понять всё уже тогда, когда он впервые почувствовал на себе прожигающий взгляд Мун Чжо. Когда впервые услышал от него «милый». Когда он не оставлял попыток позвать Чон У: выпить пива, погулять, поговорить. Мужчина замечал все эти звоночки и игнорировал их. Отмахивался. А теперь Чон У уже было всё равно. Эта сволочь сделала своё дело. Мужчина ощущал, что сломан, как машинка, с которой он играл в детстве и которую его же брат уронил на проезжую дорогу. Тогда Чон У пытался её починить, но не получилось. Пытался ли его починить Мун Чжо? Или же создать нечто новое? Для Чон У было уже фиолетово. Он знал, что по-прежнему уже не будет никогда. Страх ушёл, осталось безразличие. Мужчина понимал, что это временная реакция организма, на все стрессы, что на него свалились, поэтому он просто молчаливо наблюдал, апатично повинуясь своему мучителю. — Я сохраню тебе жизнь, — прошептал Мун Чжо, оставляя на шее мокрый поцелуй, — но взамен ты должен кое-что для меня сделать. Чон У смиренно сидел на стуле. Его руки уже были свободны от скотча. Всё, что напоминало о нём ссадины и синяки на запястьях. По щеке мужчины скатилась одинокая слеза. Он поднял пустой взгляд на Мун Чжо. «Вместе навсегда»