Просто скажи Джиын "Пока"

      И вот опять подошел дедлайн. Почему-то в этой команде это было постоянно. Из проекта в проект были уговоры, что такого допускать нельзя, но это неизменно происходило снова и снова.              Джиын вздохнула, сделала последний глоток черного кофе и выкинула картонный стаканчик в стоящую рядом металлическую мусорку, на кой-то черт начищенную так, что было видно свое отражение. И присмотрись она в него получше, заметила бы, что прямо за ней стоит человек.              Помедлив пару секунд, беря себя в руки и делая глубокий вдох, она развернулась и двинулась от кухонного островка к своему месту. Ребят видно не было. К позднему вечеру их осталось четверо. Минджи убежала с работы час назад, так как у сына поднялась температура. Извиняясь и чуть ли не плача, она спешно бежала по лесенке, не дожидаясь лифта, и выкрикивала Джиын, где у нее остались материалы для проекта.              — Ты как? — раздался голос справа от ее стола.       — В норме, Хоби, — улыбнулась Ли, отодвинула свое кресло и опустилась на него, понимая, что ближайшие несколько часов не встанет с него. — Думаю, часа два кофеин будет на меня действовать. Ты как?       — Отлично! — ярко улыбнулся Чон Хосок, махая в руках парой листов. — Почти доделал расчеты.       — Хорошая новость, — Джиын улыбнулась и опустила взгляд на ноутбук, где формировала презентацию к проекту. — Закончишь, кидай мне, я оформлю.       — Конечно, — кивнул Чон, приподнимаясь с места и оглядывая соседние столы. — Ты Тэхена не видела? Опят отлынивает? — Хосок чуть понизил голос, наклоняясь к девушке и, прикрыв рукой губы, чуть тише продолжил: — Он снова подходил и спрашивал о расчете прибыли, которые я ему еще вчера отдавал. И утром это с ним уже обсуждали повторно. Все же он странный.       — Да просто нервничает, вот и забывает, — улыбнулась парню Ли. — Я тоже, бывает, забываю то, что недавно изучала.       — Да нет, здесь другое, — еще ближе наклонился Хосок. — Ты замечала, как иногда он сидит, смотрит в одну точку и улыбается. В такие моменты мне кажется, что он маньяк какой-то.       — Да брось, — хихикнула Джиын, — все так делают. Просто вспоминает что-то хорошее.       — Ну да, ну да, — кивнул Хоби, отстраняясь обратно. — Например, как расчленил свою новую жертву.              Джиын шлепнула его легонько по руке, шикая и усмехаясь еще больше.       Час прошел незаметно, в наушниках Ли играла музыка, сегодня это было что-то с африканским мотивом. Чон усердно стучал клавишами и изредка писал что-то на листах, не забывая высунуть кончик языка наружу, будто так получал связь с финансовым божеством. Иногда он радостно выкрикивал «Сделано!» и приступал к следующим расчетам или перепроверкам предыдущих.              Джиын веселили такие привычки коллеги. Со всеми ребятам здесь бывало весело, но стол Ким Тэхена, расположенный через один перед ней, все еще был пустым, впрочем как и его соседний, который занимала Наин. Неужели они улизнули домой? В такой-то момент?!              — Я поищу Наин, мне нужны от нее материалы, — Ли поднялась с места, размяла затекшие шею и плечи, сложила в чехол наушники и двинулась в сторону небольшого кухонного закутка. Может, подруга там?       — Тэхена бы поискала тоже, — крикнул вдогонку Хоби. — Мне надо его чертежи.       — Можешь размяться и сам его поискать, — коварно усмехнулась Джиын и, завидев гримасу недовольства Хоби, добавила: — Или ты его боишься?       — Вот еще, — соскочил с места Чон, — вот и поищу. Никого я не боюсь.       Ли засмеялась и двинулась по коридорчику к кухне. Она не заметила, как в темном конце этого коридора мелькнула тень. И уж точно не заметила капельки крови у поворота.       На кухне оказалось пусто. Картонный стаканчик лежал на краю небольшого стола на четыре персоны. Под ним образовалась небольшая прозрачная лужица, тонкой струйкой дошедшая до края стола и капающая равномерными каплями вниз. Взглянув на пол, Ли заметила небольшую лужицу.       — Вот недотепы, — вздохнула девушка, и хватая тряпку, начала убирать небольшой беспорядок.              У мусорки она увидела кинутый мимо разноцветный фантик от шоколадки. Убирая его, куда следует, она опять не заметила, как в металлическом отражении показался силуэт.              — Грязнули, — покачала головой Ли. Обернувшись, она вскрикнула. Совсем близко, так, что она ощущала чужое тепло, стоял Ким Тэхен. — Ты меня напугал, Тэхен.       Джеин попыталась улыбнуться, но сердце все еще бешено стучало, а коллега стоял очень близко. Впрочем, лицо его было дружелюбным, он мягко улыбался, как всегда при разговоре с ней.       — Извини, — прозвучало неуверенно и больше вопросительно. Но Ким всегда так говорил, потому Ли и не придавала этому никакого значения уже давно.              Он появился у них с год назад. Был тихим парнем, редко говорил, часто что-то писал в своих блокнотах и всегда внимательно слушал все разговоры коллег. Это по-началу очень бросалось Ли в глаза, и она изредка нервничала от его пристального взгляда, но потом привыкла и перестала делать из этого проблему. Они редко пересекались по рабочим вопросам, вернее, вообще только вот в такие моменты дедлайна, когда она собирала со всех информацию и объединяла ее в единые документы и презентации.              — Ты доделал чертежи? — он стоял перед ней и не двигался, потому Джиын пришлось шагнуть вбок и выйти из закутка с мусорным ведром. — Если да, я могла бы их уже забрать.       — Не совсем, — у него был низкий, но приятный баритон. И вообще он был красивым парнем с рельефными мышцами рук и наверняка таким же рельефным торсом. Последнее невозможно было рассмотреть из-за его мешковатых свитеров поверх рубашек или просто больших рубашек, постоянно надеваемых им летом. — Нужна Минджи.       — Ее данные? — переспросила Ли. Его формулировки часто опускали слова, ей же, как приверженце правильно построенных предложений, это в нем совсем не нравилось.              Он не ответил, только кивнул головой, отчего его темные как смоль волосы упали на лоб, частично скрывая глаза.              — Закончу с ней, — он вновь терял слова, а Джеин вдруг стало не по себе. Вот нельзя по вечерам обсуждать странности коллег с Хосоком.       — Ой, тебя же Хосок искал, — отступая к выходу, спешно проговорила Ли.              Тэхен шагнул к ней, почти неслышно и как-то быстро так, что ей стало еще больше не по себе. По спине отчетливо скользнул холодок, заставляя ее сделать еще шаг назад и продолжать наблюдать за ровным и безэмоциональным лицом Кима.              — Ты бы к нему поспешил, — у парня правый уголок губ скользнул вверх, создавая кривоватую улыбку, больше похожую на усмешку. Его карие глаза сверкнули под волосами, а ноздри раздулись. Он не ответил, просто кивнул.              В коридоре мигнула лампочка, заставляя Джеин вздрогнуть. Хоть это явление и было постоянным последнюю неделю, но в этот момент по-настоящему ее напугало.              — Надо сделать заявку на замену этой лампочки, — Джиын спешно направилась к своему месту, ощущая, как мурашки покрывают все ее тело, а ноги подгибаются.              Шагов за спиной не последовало, впрочем, как и Хосока не оказалось на месте. Но ярко освещенный кабинет и камеры видонаблюдения, которые она проверила скорее по инерции, чем обдумано, немного успокоили. Джиын вновь уселась за свой стол, внимательнее оглядела пустующий рядом стул, и чувство тревоги опять ощутимее выскользнуло наружу, заполняя все ее тело. Глупости, Ким Тэхен совершенно обычный парень, просто тихий и немного стеснительный.              Через полчаса никого из коллег так и не появилось на местах. А Ли поняла, что по-настоящему начала ощущать страх. Два часа ночи, тишина, то и дело прерываемая какими-то глухими и непонятными звуками с этажа выше. Неужели начальство тоже на месте и работает? Сходить проверить? Вот она дурочка, можно же позвонить Хосоку и Наин. Можно. Но никто из них не ответил ни на один из пяти ее звонков. Ее тело прошиб озноб, и пот выступил на лбу.              Над головой послышался глухой удар, и Джиын буквально подпрыгнула на месте, вскакивая и озираясь по сторонам. В коридоре справа, где была кухонька, все так же мелькала лампа. Слева в конце коридора за поворотом был туалет. Может, Наин все же там и просто случайно уснула?              Джиын сжала обеими руками телефон, одернула серую юбку и двинулась к туалету. С каждым шагом руки ощутимее сдавливали корпус телефона, а коленки тряслись. Хосок — дурак, напугал ее и ушел. Наверняка сейчас спит без задних ног дома и не слышит ее звонков. А ей теперь трястись здесь от страха.              Она поравнялась со столом Тэхена и случайно зацепила взглядом один из его блокнотов, который впервые на ее памяти оказался открытым. Не интересно. Ей не интересно. Ложь! Ей дико интересно, потому она уже склоняется над его столом, опирается руками о холодную столешницу и еще ближе наклоняется, замечая на листе каракули. Синяя и черная ручка явно с разными почерками, а между ними виден карандаш, но его почти нет, он в основном зачеркнут. Синие чернила ведут по разлинованным линиям бумаги прямые строчки с более ровными буковками, а вот черные буквы пляшут, вплетаются в ровные ряды, между ними влезают, черкают, напрыгивают, закрывают собой синеву и карандаш. Его особо сильно мажут и черкают, явно со злостью и нервозностью.              У Джиын замирает сердце, когда она различает хаотичные слова. Здесь ровные строчки совсем не интересны, там банальные выписки из стандартов и еще каких-то правил. А вот черные чернила вселяют истинный страх.              «все сделай по возможности»       «ты не виноват»       «так нельзя, Тэхен»       «я сила я мощь сила мощь»       Джеин осела на стул, перевернула страницу и там увидела ту же картину, разве что среди ровной синевы были начерчены какие-то рабочие схемы. И там продолжались эти пугающие фразы и слова. Карандашом были сделаны большие спокойные фразы. Но и от этого на затылке волосы зашевелились, а бумага не давала оторвать от себя взгляд:              «прими решение»       «подавляй волю»       «Тэ ты тупой»       «очень прошу тебя соберись»       «я живу в тюрьме»       «я доработаю день»              Ли перелистнула еще лист:              «прооралсяпроорался»       «не перегибай держи баланс»              Сердце остановилось, натыкаясь на последние фразы, написанные карандашом и обведенные черной ручкой:              «челов.жизнь важнее всего»       «сохрани стержень»       » с Джиын определись уже»       «скажи просто Джиын пока и Наин тоже»              Что за записки шизофреника? У Ким Тэхена что, действительно проблемы с психикой? Что значит «с Джиын уже определись»?!              Она не заметила, что последний лист читала не одна. Крупная ладонь мягко и быстро легла рядом с ее, задевая большим пальцем ее мизинец. Она вздрогнула, дернулась вверх, но ее тут же опустили обратно второй крепкой рукой, сжимая ее мягкий пушистый розовый свитер в комок прямо на плече. Она боялась поднять голову, бегала глазами перед с собой, с букв на предметы на столе и в итоге вернулась к большой руке. Сердце ухнуло в пятки. Глаза отчетливо различили красные капли на длинных мужских пальцах. Она дернулась, но теперь уже с ужасом видела выставляющуюся манжету белой рубашки, которая уже совсем не была белой. Она была с розовым разводом. Кровавым мокрым разводом.       — Вот и определился, — раздалось ей в ухо низким басом.