Великолепные и замудренные легенды Острова Д.

— Как думаешь успеют? — смотря вслед уходящим, спросила Ася. — Надеюсь. — У тебя все в порядке? — она потянула меня на кухню, где уже остывал чайник. — Не знаю. Столько всего. — Они справятся, — она пыталась приободрить, но я и сам пытался храбриться. Единственное, чего мне хотелось тогда, так это оставаться сильным. Но одному это давалось куда сложнее. Дома стало заметно тише. Кристина, лишившись подруги, стала куда спокойнее. А со двора не доносились голоса, приказы и лязг металла. Я потерял счет времени. Один день казался целой неделей. Я ждал завтрака, чтобы быстрее начать работать. Чтобы скорее занять себя хоть чем-то кроме беспокойства. — Крис, — возвращала меня из раздумий Рис. — Я все сделала. — Тогда на сегодня все. Я снова отпускал ее раньше времени, а сам не спешил проверять работу. Снова и снова возвращался к окну, откуда открывался вид на площадку. Я помню многие его тренировки, наверное, большую их часть. Помню, как он уставал, сколько работал, чтобы достичь того, что имеет. Ладно, дела не ждут. Еще на ярмарке я пообещал новую книгу. Усевшись за стол, я открыл один из ящиков. Прямо на нужной толстенной тетради лежали бинты и маленькая баночка мази. Какой же я мудак… Я вертел баночку в руках, обдумывая свои поступки. Я ведь знаю все. Знаю, что он мой. Только мой. И что он никуда не хотел уходить. А если все-таки… Да быть не может. Она точно не в его вкусе… Ему повыше нравятся. Но она милая, спокойная, быстро учится. И стоило мне задуматься, как они проводят время вместе, как спят рядом, пусть даже не вместе. А если вместе и думать не хотелось. Меня распирало изнутри, словно нечто пыталось вытянуть из меня что-то. Только что? Я так давно не чувствовал жар, давно не видел красных пятен на коже, на лице. Я не злился. Нет. Я просто ждал. День за днем прошли недели. Я храбрился, старался оставаться таким же как прежде. Но долгие бессонные ночи давали о себе знать. Первой забеспокоилась Ася. — Ты точно себя нормально чувствешь? Может продуло? — Словно наседка, она крутилась возле меня, позабыв о собственных обязанностях. — Все хорошо. Просто спал плохо. — Ну смотри мне. Если что сразу говори. Она всегда была такой доброй и заботливой. Как мама. Свою я помню, только все-таки та была не настолько доброй. Сегодня я должен был помогать Сереже с ремонтом крыши. От долгих лет службы местами она стала пропускать воду. Не хватало, чтобы это еще сильнее усложнило нашу жизнь. Поднявшись по лестнице на нее, мы принялись за работу. Хотя, по правде сказать, я просто подавал инструменты, пока Сережа все делал. — Как у вас с Машей? — неожиданно даже для себя начал я. — Все хорошо. Чего вдруг решил спросить? — Нет, просто интересно. Она давно не возвращалась. — Да, — протянул он, — Значит улова нет. -Вы столько лет вместе… — Уже три года. — И как вы пришли к этому? — Я болтал ногами, свесив их с края крыши. — А что? — Просто интересно. — Просто пришло. — он краем глаза посмотрел на меня. — Тебя что-то беспокоит? — Вовсе нет. Но мысль, что я опоздал, меня не оставляла и беспокоила с каждым днем все сильнее и сильнее. Но работа отрезвляла, ученики возвращали в реальность. И так каждый день, пока я не понял, что прошел уже месяц. А это значит, что они вот-вот вернутся. Но ни сегодня. Ни днем позже. И даже не через несколько дней они не появлялись. Теперь сил скрывать беспокойство не осталось. Подобно зыбучим пескам мысли о смерти меня засасывали все сильнее. И как бы я не пытался выбраться, меня утягивало только глубже. Я спал и видел, как они умирают, а после просыпался и уходил в кабинет ждать утра. Так прошла еще неделя. Мне было тяжко выходить из комнаты, видеть остальных, думать о чем-то другом. Как будто если я перестану думать о них, они и правда умрут. Вечерами я прятался от дел на площадке, вспоминая старые уроки наставника Гоши. Уже несколько лет я не брал в руки лук, стрелять из которого я учился долгие годы. — Крис. Так нельзя. — в очередной раз меня ругала Ася. — Я понимаю, что ты переживаешь. Но тебе нужно думать и о нас тоже. — Ты права. Но они должны были вернуться, Ась. Понимаешь? — И что теперь? Кроме них у нас еще Рис и Саша, Сережа с Машей и целый дом с хозяйством, за которыми нужен уход. Я не справляюсь одна, Крис. На ее вечно мягком и добром лице не было ни мягкости, ни доброты. Она уставилась на меня, как на ребенка. Но она права во всем. А я подводил с каждым днем все больше и больше. Перекладывал свои обязанности на нее. Очередное утро. Пока моя заместительница накрывала на стол вместе с Рис, я спустился на кухню. Я чувствовал, что она ждала от меня решимости. За завтраком я раздал указания, как того требует моя работа, а после приступил к делам. Наверное, впервые за последнее время я только работал. Не думая. Отвел уроки, закончил несколько глав, составил прогноз погоды, перечитав летописи за прошлые года. Создатели не отличались особой фантазией и потому погоду стало не так уж и трудно предсказывать, особенно если знаешь, что происходило в любой день прошлого и позапрошлого года. Но такая предсказуемость мне только нравилась, я всегда знал, чего ожидать. Постепенно жизнь возвращалась на круги своя. Только две кровати по-прежнему пустовали, а инструменты Гоши покрылись приличным слоем пыли. Иногда я заходил в мастерскую. Просто так. Ни я, ни кто-то другой никогда не трогал его вещи. Разве что незаконченное колечко, которое у него не получилось. Видно слишком намудрил с рисунком. Я взял его со стола и поднес к окну, чтобы рассмотреть. Серебро держало в цепких лапах белый слегка голубоватый камень. А ведь форма и правда напоминала лапу с острыми когтями. Я надел его на указательный палец и понял, почему мой кузнец так его и не закончил. Оно оказалось слишком тяжелым и неудобным. Но сидело хорошо. Наверное он хотел закончить работу. Жаль, что не успел… Подготовка к зиме стартовала стремительно, когда пошли первые сильные дожди. Я часто уходил с Сережей рубить деревья, чтобы зимой у нас точно были дрова. А после возвращался и забирал часть обязанностей Аси. Обычно я наводил порядок в подвале, помогал рассчитывать продукты. Словом, я окончательно ушел в работу. Пока однажды не дошел до ящика, купленного на осенней ярмарке. Не знаю зачем, но я открыл его. Достал бутылку вина. Они отличались друг от друга, какие-то слаще, какие-то чуть кислее. Сладкое любил Гоша, и почему-то его я подметил первым. Их мы купили на праздники, особенно для старших в доме. Но пил я мало, стоит мне начать, очень трудно остановиться. И чем я только думал, забирая с собой эту бутылку? Спрятав ее до вечера, я думал о ней все оставшееся время, пока все не разошлись. Откупорив ее, я долго не решался попробовать. Достать праздничные бокалы я не осмелился, это слишком нагло… Утро следующего дня. Сегодня готовил Сережа. Он крутился на кухне, делал то одно, то другое, попутно следя, чтобы молоко не убежало. Маша неторопливо нарезала хлеб. А после цикл продолжился как обычно: все собрались, ждали пока спустится Крис. Но его не было. Не было десять минут, двадцать. Когда прошло около часа Ася пошла его искать. Она быстрым шагом поднялась по лестнице, заглянула в комнату мальчиков. Никого. Тогда она потянула за ручку последнюю дверь в вытянутом коридоре. Она заперта. — Крис, ты там? — несколько раздраженно начала она. — Ты там уснул? Но ответа не было. Тогда с первого этажа раздался голос друга: — В гостиной его нет. — А в мастерской? — она поспешила вниз. — Пусто. Искали его. Искали. Но ничего, он как сквозь землю провалился. Все уже позабыли о еде. Пока кто-то вышел искать в огороде, кто-то спустился в подвал, заместительница вновь поднялась к кабинету. Вновь провернула ручку и дверь поддалась. Она напряглась, но вошла в комнату. — Да еп твою налево… Крис! — Он походу забрал вино. — крикнула Маша у лестницы, только что выбравшись из погреба. «Да я заметила» — подумала девушка, с каждой секундой раздражаясь все сильнее и сильнее. Закрывшись, она прошла к столу, за которым развалился ее друг. На полу у стула красовались пустые бутылки. На столе — еще недопитая та самая. — Ася… — он приподнялся, придерживая голову руками. Он щурился, пытаясь разглядеть девушку, но растрепанные волосы сильно мешали. — Я такой дурак… Ася, емое. — неразборчиво мычал он. — В чем дело? — собравшись с силами, поставила стул рядом и села. — Ну зачем я их отпустил? Они умерли, Ась… Их нет. Моего Гоши нет… — он икнул и снова потянулся к бутылке. Но ее там не оказалось. Зам уже успела убрать ее с глаз долой. — У тебя были не только они. — тихо говорила она. — Целый дом… Крис. — А я не могу один… Зачем вы сделали меня главным? Это должна быть ты. Ты столько делаешь, столько знаешь, почему я? Ася молчала, не решаясь что-то сказать. Она осторожно, чуть не дрожащими руками, гладила его по рукам. Хотела было обнять, но не решалась. А тот дрожал, тер лицо руками. — Я не хотел… — содрогался он. — Почему ты тогда согласился? — Все этого хотели… Где вино? — Нету. — Оно было. Верни! Я… Я не хочу один оставаться. — Но ты не один! — чуть не кричала она. Но все было бесполезно, он не слушал, не хотел слушать. Ася это понимала. Она поднялась с места и оставила его, вернув вино на место. Молча, она покинула кабинет… И как бы Ася не храбрилась, приняв роль главы, все шло наперекосяк. Саша переживал, впрочем, как и все остальные. Девушка пыталась переделать все, начать заново. Но ничего. Учеба не шла. Рук не хватало. Но девушка держалась, стойко вынося трудности. Крис же исчез совершенно. Он появлялся посреди ночи, таская из подвала запасы алкоголя. А после прятался снова. Иногда он выходил во двор, открывал арсенал, беря в руки лук. Раз за разом стрелял в чучела, набитые сеном. Он представлял Создателей, тех, кто убил его самого близкого человека, кто убил ни в чем невинного ребенка. Но стрелы летели мимо, в глазах двоилось. — Как же я все это ненавижу. — швырнул парень на землю оружие. Он уже забыл, когда в последний раз мыл голову, когда расчесывался. Его это точно не интересовало, его это не волновало. — Крис? — нежданно-негаданно раздался знакомый голос. А Крис замер, боясь поворачиваться на звук. Белочка пришла… Медленно он все же стал разворачиваться. — Ты опять пить начал? — снова этот голос. — Нет… — не веря реальности, протянул парень. — Ну тебя нет… Ты умер. Но резкий разворот, крепкие руки, сжимающие его плечи. И лицо, знакомое, родное. Крис хотел сделать шаг, но сознание окончательно покинуло его.