Байки Светлой Канон

Сияющий огненный шар заполняет собой почти все обозримое небо.  Косматые, жуткие протуберанцы сверкающими прядями и нитями хаотично вьются, сплетаясь в пламенные жгуты, разрезающие острыми росчерками темноту ночного неба. Больше нет ни дня, ни ночи.  Время замерло и остановилось перед тем, как исчезнуть навсегда вместе с этой мертвой планетой. Вода океана кипит, испаряясь тотчас же растворяющимся в рассеянной атмосфере туманом. От жары прибрежные скалы Пуповины плавятся, словно снег и медленно текут, тая и теряя свои очертания. Мелкие камушки под моими ногами трескаются и рассыпаются в пыль, не выдерживая адских температур этого пекла. Солнце конвульсивно бьется в своей последней агонии, пожирая эту некогда прекрасную и уютную систему. Колесо Сансары навсегда закончило свое вращение в этих мирах.   Я - последнее Божество этого погибшего уже мира, и, как хороший капитан, пойду на дно вместе с этим кораблем, храня память о человечестве до самого своего последнего вздоха. Никому не нужное больше божество с совершенно бесполезной теперь памятью. Я чувствую, что глубоко внутри меня те души, что ушли в Небытие, замирают от ужаса, от того, что их привычный мир разрушается и гибнет. Миллиарды миллиардов крошечных огоньков, что хранятся теперь внутри меня, как в последнем приюте, этом ковчеге спасения и искупления. Они пульсируют в такт выбросам плазмы из недр умирающей звезды, и я тихо шепчу, чтобы хоть как-то их успокоить и приободрить: - Тише! Я с вами, с вами до самого конца. Я не оставлю вас, люди, никогда не оставлю. Не нужно бояться...  Но самой мне страшно. Не потому, что я боюсь этого абсолютного небытия,  вне колеса Сансары, без череды перерождений, без искупления и прощения, просто черной бездны, бездонной дыры. Словно бесконечной пустоты космического пространства.  Нет, я просто устала. Устала от своей божественности, от бессмертия и бессмысленного существования. Я всегда хотела лишь любить и быть любимой, но несла тем, кто мне дорог,  только хаос и смерть. И теперь я боюсь не долгожданного, настоящего и бесповоротного конца, а того, что я так и не смогла, не сумела оправдать надежды других. Что, если те, кто ушел в свое небытие, теперь тоже исчезнут,  навсегда,  не только из этого мира, но изо всей Вселенной,  вместе с Солнцем и мной? Ведь они успели уйти до того,  как колесо остановилось для этого мира уже навсегда. Я смогла вовремя отпустить их своей молитвой, а те огоньки, что живут теперь во мне - не они вовсе, а лишь их фантомы. Память о душах, о людях, о человечестве, а не сами они. И это лишь мой пульс стучит сейчас внутри, и именно с собой я и веду эту странную беседу.  Одно я точно знаю, что успела спасти Аники и своих новых маленьких друзей, посадив их в щедрый прощальный дар Эхмеи - межзвездный виман-ковчег. Они счастливо улетели искать новый мир. А я осталась тут.  И это правильно. Так и должно все закончиться. Здесь и сейчас!  Хватит мне уже выживать раз за разом, поднимаясь, словно Феникс из пепла и осколков. Сколько раз я была на грани, теряя руки, ноги, голову,  память, сущность? Превращаясь сначала в совершенство, потом в монстра, затем обретя человеческую сущность и тело, и, наконец, пройдя все круги Ада и вкусив всю возможную боль и страдания, стала божеством. Я выжвала, как могла, склеивая себя золотым сплавом, собирая частички своей памяти, растворяясь в чужих мыслях и чувствах. Но когда-то это должно было закончится. И пусть так, страшно, но светло, в раскаленной плазме гибнущей звезды. Мой путь пройден,  мост сожжен, а вместе с ним и все мои глупые мечты и надежды. Хотя я ловлю себя на предательской мысли,  что хотела бы вновь увидеть всех их: и светлые силуэты жителей Луны, что смогли из смертельный врагов стать почти друзьями, и грустные улыбки Киноварь и Аниты, и всегда нахмуренное лицо Борт, и яркие цветные блики в волосах Алмаз, и добрую Эвклаз, и смелую Падму, и даже сумасшедшую в своей одержимости Рутил... Всех, всех! И Учителя.  Я до сих пор чувствую себя немного виноватой перед ним. Смогла ли я до конца выполнить его миссию?  Одобрил бы он меня? От нестерпимого жара я чувствую, что по щекам под моей вечной зеркальной маской,  выступают слезы. Теперь это не сплав,  а простые, почти человеческие слезы.  Обычная вода, соленая и горькая. И она тут же испаряется, стягивая мое лицо неприятной корочкой. Но мне уже все равно. До конца осталось совсем немного, и я досмотрю этот спектакль до самого последнего мига.   Солнце, кажется, стало еще больше, полностью заполнив собой небосвод,  и я чувствую, как тают, испаряясь вместе со скалами и воздушным паром, и мои оболочки, все мои сущности, одна за одной, навеки  покидая этот бренный гибнущий мир.  Белое сверкающее одеяние богини сменяется человеческой плотью,  чтобы потом стать кошмарным,  изломанным, истекающим сплавом силуэтом разбитой меня. Некогда короткие лазурные волосы снова отрастают, в миг сменяясь короткой стрижкой мятной зелени, мои руки и ноги приобретают свой изначальный цвет, а сплав и агат растворяются в обжигающем пламени протуберанца,  достигшего, наконец-то, поверхности планеты. Мое истинное тело распадается в этом огне на атомы вместе с Землей.  Все. Это конец. Учитель, смогла ли я?.. Одобрил бы ты меня? Я ведь все сделала так, как ты этого хотел?  И только самая последняя мысль бьется где-то в области груди, там, где в моем измененном, ставшим практически чужим, теле еще оставались частицы именно меня,  той, самой первой, настоящей меня: и эта мысль сейчас звучит во мне, словно погребальный набат, заглушая вой солнечного ветра гибнущей звезды. Ах, как бы я хотела, чтобы все было не так! Было совсем по другому! Как бы я хотела не губить, а дарить свой свет, как и положено божеству. Вести за собой, восхищать, любить и быть любимой. И продолжать вечно хранить эту драгоценную память. И,  возможно, в других мирах снова встретить тех, кто был мне так дорог! Это не жажда жизни, не стремление выжить любой ценой, но это такая честная, хоть и наивная мольба: если есть во Вселенной хоть капля справедливости?.. Тело окончательно разрушается и мой взор гаснет, не желая больше видеть кошмарный конец некогда теплого и доброго светила. Но внезапно я понимаю, что окружающий меня нестерпимый алый свет меняется, становится совсем иным, теплым, мягким, мятно-зеленым. Как юная трава на нашем Острове, как приложение волна, как мои прозрачные пряди волос... А еще я понимаю, что на огромной скорости удаляюсь от того, что так недавно было моим домом, словно отброшенная от обломков истерзанной Солнцем планеты мощной взрывной волной. Я лечу сквозь черное холодное пространство космоса, усеянное редкими искорками звезд, все дальше и дальше от Земли, и, возможно, туда, где я, наконец-то, встречу их всех, тех, кого я так неосмотрительно потеряла. А мягкий зеленый свет, окружающий меня, льется из самых глубин мятно-зеленого осколка - того, что осталось от меня. Моей новой сущности и жизни. Теперь я - яркая зеленая комета, что озаряет вечную черноту Вселенной своим нежным светом, и, пусть я сейчас так ничтожно мала, но в моем сердце, наконец-то, надежда и покой. Я обязательно найду их и расскажу сиянием своего света о том, как же я по ним сильно скучаю!