Помешательство

Эндрю, в очередной раз взломав замок на двери, вышел на крышу. Глубоко вдохнув свежий летний воздух, парень ступил по уложенной камнями крыше, подойдя ближе к его привычному месту, он почувствовал некое спокойствие. Дыхание Эндрю перехватило, когда он останавливается совсем у края, а руки начали слегка подрагивать. Эндрю, наблюдая за пейзажем, что открывался с высоты, аккуратно сел, свесив ноги с крыши. Он достаёт из набедренной сумки все свои материалы для рисования, попутно складывая их около себя. Эндрю намечает стержнем графита очертания длинного пруда, обрамляющих его пышные кроны деревьев и кусты. Чуть поодаль рука художника с изяществом очерчивает жилые одноэтажные дома, и ставит закорючки, на месте которых в будущем будут находиться цветы. Эндрю, вылив воду из бурдюка в маленькую каменную чашу, отставил её. Обмакнув кисть в акварель, на бумаге появились первые мазки. Он нанёс один цвет, позже постепенно добавляя другие. Многократно испачкав руки и несколько раз едва не уронив с крыши краски, парень не замечает, как быстро пролетает время. Эндрю, добавив на пруд светлые блики, улавливает тихий звук приближающихся шагов. Он продолжал не обращать на это внимание, пока сверху не послышался усталый выдох и копошение. — Прячешься от меня, чтобы не идти на тренировку? — спрашивает утомленный голос Кевина и Эндрю предполагает, что тот недовольно скрестил руки на груди. — Как ты догадался? — проговаривает Эндрю медленно, сосредоточенно, вырисовывая новый узор. Сзади Кевин вновь выдыхает, словно ему уже всё это надоело. Хотя скорее всего так и было. Он опускается рядом и скучающе облокачивается на руку, подпирая кулаком лицо. — Ты каждый раз рисуешь одно и то же. — замечает Кевин, и нет. Он не прав. Кевин всегда не прав, когда говорит о делах Эндрю. И ему стоит заткнуться, если он не хочет, чтобы Эндрю воткнул ему в глаз свою кисть. — Закройся, Дэй. Кевин закатывает глаза и снова корчит недовольную физиономию. — У нас через неделю вылазка. Тебе не стоит так часто пропускать тренировки, просто чтобы изрисовать свой блокнот одними и теми же местами, — Эндрю игнорирует его, оставив кисть в воде и взяв другую чуть меньше, парень чувствовал, что вот-вот и Кевин почти зашипит на него. — Я не буду прикрывать твою задницу, когда на тебя нападёт полчища тварей. — Отлично. Зарывшись лицом в ладони, Кевин лишь измученно простонал. Эндрю на это лишь хмыкнул и начал прорисовывать маленькие, похожие на осколки аквамарина цветы, изредка добавляя белые хризантемы. Проходит около двадцати минут наматываний кругов Кевином по всему периметру крыши, парень изредка бросает взгляды в сторону Эндрю, словно боясь, что тот сбежит. Когда Миньярд заканчивает работу и откидывается спиной на прохладные камни, его глаза непроизвольно закрываются. Он откладывает блокнот сбоку от себя и заводит руки под голову. Вдруг, сверху навис силуэт, откидывая на парня тень. — Ты закончил? — нетерпеливо спрашивает Кевин. Эндрю, не ответив на вопрос, закрыл глаза рукой. — Эндрю! Кевин пинает его носком ботинка в левый бок. — Я тебе сейчас ноги сломаю. — Идём, — игнорирует парня Кевин. — Тебя и так последние несколько дней не было видно. Если так продолжишь, Ваймак вычеркнет тебя из списка выхода на вылазки. Эндрю открывает глаза, недовольно окинув взглядом его лицо. Взвесив в своей голове каждый выбор, Миньярд потянулся за рядом лежащей кистью. — На вылазках ты сможешь рисовать что-то интереснее нашего обшарпанного города. — говорит Кевин, и следом за этими словами Эндрю не выдерживает и кидает в него кисть. Кончик ворса пачкает его лицо белой краской и с глухим стуком инструмент падает под ноги. Лицо Кевина от злости покрывается красными пятнами и он выкрикивает имя Эндрю, прежде чем начать рукой ещё больше размазывать белое пятно. — Не кричи, когда на твоём лице это. Люди могут не так понять. Кевин оглядывается на него и фыркает. — Да пошёл ты. Миньярд, одарив его хищной ухмылкой, всё же поднимается, чтобы убрать все свои разбросанные материалы. Он складывает всё в сумку и поднимает блокнот, осторожно всматриваясь на подсыхающую краску. Кое-где ещё виднеются не засохшие участки, и парень хмурится. Эндрю ступает в сторону выхода с крыши, бережно держа в руках блокнот. Кевин следует позади. Когда они спустились к комнате Миньярда, в сердце Дэя становится чуть спокойнее. Возможно, это из-за еле уловимого запаха. Стоя у порога, чувствовался мускус и нежный ореховый аромат? Макадамия? Да, именно такой шлейф оставлял за собой Эндрю. Положив блокнот на столе сушится, под облегчённый вздох Кевина, Эндрю последовал за ним. Минув их улочку, выходя на дорогу к площади, напарники слышат звучание сонаты. Эндрю смотрит на Кевина, тот лишь пожимает плечами, и они движутся прямиком к источнику звука. На главной площади в центре у фонтана собралось множество людей, что стояли кучками, восхищаясь композицией, лишь некоторые решили разделить минуты спокойствия в одиночестве. Наблюдая за группой музыкантов играющих мелодию. Кевин тянет за собой Эндрю, подходя ближе, заинтересованно пытаясь рассмотреть каждого. — О, — восклицает он. — На прошлой неделе я перевозил их из соседнего посёлка. Хорошие ребята. Эндрю выходит из-за спины Кевина и вглядывается. Две симпатичные девушки — обе блондинки, отличавшиеся лишь длиной волос — стояли впереди. Первая играла на флейте, в то время как вторая дополняла мотив скрипкой. Позади них сидели на бортиках фонтана два человека. Один из них — коротко стриженный блондин — играл на виолончели, а другого Эндрю разглядеть так не смог. Он с Кевином пытались пробраться чуть ближе к главной аллее и взгляд Миньярда привлёк парень с огненно оранжевыми волосами, что переливались на солнце словно медь. Тот играл на арфе, слегка скрестив ноги, он глядел на свои тонкие длинные пальцы, что ловко перебирали струны, дабы не сделать ошибку. Эндрю невольно засмотрелся на него, наблюдая как лёгкий ветер колышет рыжие локоны. Один из них падает прямо на лицо и парень смешно морщится, пытаясь сдуть прядь, не отвлекаясь при этом от дела. Эндрю наблюдает за ним, за чертами его лица, которые кажутся такими до невозможности идеальными, будто впереди сидит вовсе не человек. Он пытается разглядеть глаза парня, но те скрыты под тёмными ресницами. Желание увидеть глаза становилось все больше, чтобы тот хотя бы на секунду поднял взгляд вверх и Эндрю удалось запечатлеть цвет его души. Он уже не вслушивался в исходящую мелодию. Мысленно Эндрю подмечал каждую чёрточку этого лица, желая увековечить его на своём холсте. Взгляд опускается на его полную веснушек и родинок шею, острые ключицы. Из-под потрепанной, наполовину расстёгнутой рубашки цвета молочного чая, виднеется участок чуть загорелой кожи груди, и взор Эндрю цепляется за тёмную полосу шрама, уходящую под одежду. Он осматривает парня с минуту, когда при очередном его движении Эндрю замечает ещё один шрам значительно большего размера. Внезапно, к ним подбегает юноша чуть ниже Кевина, вырывая Эндрю из мыслей в реальность. Они синхронно оборачиваются, когда тот наклоняется, начиная быстро и тихо, чтобы никто кроме них его не услышал, лепетать: — Кевин Дэй! Прошу прощения, но это срочно! — парень жадно глотал воздух, словно бежал к ним с другого конца города. — К стенам столицы, с западной стороны из леса приближаются твари. Их насчитали больше десятка! Без вас нам не справится, главный отряд сейчас на вылазке. Кевин нецензурно ругается себе под нос, Эндрю процедил сквозь зубы «идём», и направился за юношей. Миньярд, в последний раз оглянувшись на рыжеволосого парня, он мимолётно попытался запомнить его образ, который так пристально разглядывал ранее. Нагнав нервного Кевина, Эндрю попытался его подбодрить. — Веди себя спокойно, Дэй, — скучающе произнёс Эндрю. — Тебя здесь все знают, не разводи панику. Спустя пару минут они уже пребывали за стенами города вместе с другими воинами. Когда из леса вышел густой тёмный туман, Кевин отдал приказ небольшому отряду, призывая готовиться к атаке. Дымка приняла очертания волков и те, материализовавшись, тут же бросились к ним. Воины достали клинки, встав в позицию боевой готовности. Несколько тварей ростом с человека напали на Эндрю и он, отражая каждый удар, молниеносно разрубал монстров своим мечом. На поле боя нет места сомнениям. Орудие проходит сквозь дымку, развеивая её, и существо оглушительно оставляет рык за собой. Фиолетовые глаза хищника наливаются краснотой, а место удара тут же срастается. Эндрю, не заметив этого, ринулся в бой с другой тварью. Существо валит его спиной на твёрдую землю, оголяя острые когти, готовясь убить. Эндрю успевает в который раз попрощаться с жизнью, когда волк неожиданно испаряется, и его за шиворот поднимает Кевин. — Не тупи! Помоги им! — кричит напарник в лицо Эндрю и бросается вперёд на очередного волка, что готовился кинуться на них. Эндрю сжимает руки на рукоятке меча, что та, кажется, скоро треснет. Он, подбежав к двум парням, что не справляются с кучкой тварей, принялся им помогать. На этот раз ему удалось достаточно быстро найти ядро, поддерживающее жизнь существу и, пронзив его насквозь, тварь испаряется. Дымка постепенно рассеивалась и у Эндрю не возникло трудностей разделаться так с ещё парой волков, попутно отгоняя парней, что только мешали ему. Несколько человек получили сильные ранения и Эндрю мысленно проклинал того, кто выпустил новичков вместе с основным отрядом. Оглядев округ, парень обнаружил, что они избавились от всех тварей. — Отведи этих четверых в лечебницу, а того парня проверьте на наличие заражения, у него рубленное ранение. Кевин проконтролировал чтобы раненые добрались в целостности и сохранности в город, после подбежав к Эндрю. — Что я тебе говорил о тренировках? — злобно прошипел он, на что Эндрю закатил глаза. — Да-да, помню, Дэй, — говорит он скучающим тоном и насмешливо добавляет: — Спасибо, что каждый раз спасаешь мою задницу. Чтобы я без тебя делал? Эндрю скрестил руки на груди и Кевин не мог не обратить на них внимание. — Ты ранен? — спрашивает он и Эндрю поднимает предплечье, осматривая его. Рукав тёмно-синей плотной рубашки был разодран, а бинты, находящиеся под ним, пропитались кровью, едва покрывшись коркой. Во время боя он даже не заметил этого ранения. — Жить буду. Наверное. Кевин смиряет его своим взглядом. Когда Эндрю ухмыляется в ответ, напарник с явным раздражением плюёт тому под ноги и уходит. Эндрю направляется вслед за ним. По пути в центр Эндрю успевает замотать руку какой-то тканью, дабы не пугать горожан видом крови, на что Кевин лишь закатывает глаза, зная, что тот всё равно не прислушается ни к единому слову. Когда они дошли до площади, группы музыкантов уже не было, а толпа, что собиралась вокруг них — распустилась. Эндрю неосознанно оглядывается, пытаясь найти того парня, и хмурится, понимая, что скорее всего больше не увидит его. Кевин, подметив это, не стал сдерживать язык: — Не думал, что тебя интересует что-то помимо рисования. — Ты в принципе никогда не думаешь. Ничего не изменилось. — Кевин отвешивает ему подзатыльник, на что получает озлобленный взгляд. — Успокойся. Лучше сделай что-нибудь со своим предплечьем, — он складывает руки на груди. — Травмированным тебя на вылазку никто не возьмёт. — Вот и чудненько, — говорит Эндрю, направляясь в сторону своего дома, и машет Кевину раненой рукой. — Удачи на вылазке, Кевин. Тот что-то недовольно выкрикивает ему в след, но Эндрю, не делая вид, что не слышит, размеренным шагом направился в сторону дома. Зайдя в помещение, он первым делом скинул всю грязную одежду на пол и направился к ящикам в поиске чистых бинтов и воды. Неглубокие порезы, он промывает водой, тихо шипя от боли, а после мажет мазью, что когда-то брал в лечебнице, туго заматывая бинтом. Покрутив рукой, тем самым проверяя свободу движения, парень убрал оставшиеся бинты обратно в ящик. Миньярд решил не одеваться, оставшись ходить с оголённым торсом. Его взгляд привлёк блокнот, что он оставил, когда уходил с Кевином. Подойдя к нему ближе, Эндрю проводит пальцами по уже высохшей бумаге и оценивает свою работу, цепляясь за каждую деталь. Юноша делает вывод, что если бы Кевин его не потревожил вышло бы намного лучше. Перелистнув страницу, он отодвинул стул и сел на него, своевольно закинув ноги на стол. Достав из тумбы грифель, парень подносит его к холсту. Эндрю неторопливо делает первые штрихи, по памяти вырисовывая красивое веснушчатое лицо, изображая каждую неровность, что он запомнил. Глаза скрытые за тенью его век, плавный изгиб носа и веснушки напоминающие звёздное небо, пухлые губы, которые тот время от времени кусал, сосредоточенный на музыке. Эндрю так благодарен своей идеальной памяти, благодаря которой может до последней детали повторить картину из головы, что увидел сегодня. Он прорисовывает каждую волосинку, повторяя весь тот беспорядок, что был на голове у музыканта. Небрежно отметив очертания одежды, Эндрю откладывает графит, отряхивает руки об штаны и медленно достаёт краски из ящика, поистине наслаждаясь процессом. Он садится на пол, скрестив ноги, и сосредоточенно перебирает цвета, разыскивая нужные оттенки. На самом деле, людей, Миньярд никогда не рисовал, не считая незначительные силуэты сугубо для пейзажа, собственно, красок телесных оттенков у него не находится. Эндрю ругается и, поднявшись на ноги, разложил все отобранные баночки на стол. За основу парень взял светлый персиковый оттенок и покрыл им весь лист. Далее он достал небольшую каменную доску, что служила палитрой, и принялся смешивать цвета, добиваясь оттенка, который его удовлетворит. Некоторое время спустя ему удаётся это сделать и Эндрю начинает работу с акварелью. Осторожно выводя каждую линию, боясь всё испортить, он неторопливо рисует лицо. Взяв маленькую кисточку, художник аккуратно вырисовывает созвездия веснушек. Эндрю стоял достаточно далеко от парня, так что не мог в точности их рассмотреть. Если бы только они смогли встретиться снова. Миньярд рисует на лице парня тени, рефлексы и добавляет светлые блики. Когда дело доходит до волос, Эндрю застывает. Он роется у себя в памяти, перебирая каждый момент, когда смотрел на рыжие волосы. Взгляд падает на баночку с тёмным оранжевым оттенком и Эндрю решает взять за основу его. Он закрашивает графит этим цветом, аккуратно выводя каждый завиток непослушных волос. Когда наконец Миньярд отдаляется, дабы посмотреть, что выходит, его лицо корчится в недовольной гримасе. Не то. Слишком тёмный. Эндрю перебирал все свои краски, смешивая их на палитре, оценивая, а после грязно ругаясь на того парня, что уродился с таким цветом волос. Неповторимым медным оттенком. Время близилось к вечеру, на улице начинало темнеть, не давая юноше продолжить работу.

***

Даже спустя несколько дней, когда Эндрю закончил рисовать парня, результат его не удовлетворял. Где-то слишком темно, где-то недостаточно светлого. С того дня он по сей день проходит по площади несколько раз, в надежде увидеть того самого парня снова, и разобраться в чём же он ошибся. Возможно, Эндрю недостаточно смотрел на него, чтобы запомнить все оттенки, что были в его волосах. Вечером после тренировки он, в очередной раз рассевшись на скамье, наблюдал за площадью, где в прошлый раз были музыканты. Достав блокнот, дабы занять руки и ещё один вечер в пустую, Эндрю принялся рисовать. В этот раз он не брал краски, лишь графит, потому что знал, что больше не встретит того парня. Миньярд, облокатившись на спинку скамьи, согнул ногу в колене, поставив её перед собой. Он использовал это положение как своеобразную подставку для блокнота. В очередной раз он сделал наброски лица того парня, словно одержимый фанатик. Это не так. За все те годы, что Эндрю прожил в этом городе, он встречал мало таких красивых на лицо парней. Не то чтобы он специально их искал, вовсе нет. Из мыслей его выдернула группа из четверых человек, что прошла мимо него прямиком к фонтану. Эндрю потребовалась лишь доля секунды, прежде чем узнать рыжую макушку. Отложив блокнот, парень заинтересованно провожал их взглядом. Вдруг, одна из девушек о чём-то заговорила с юношей, а после тот кивнув, сел на край бортика фонтана и подогнув ногу под себя, начал наигрывать мелодию на арфе. Они продолжили разговаривать, даже после этого, по всей видимости, выбирая, что сыграть дальше. Когда девушка достала скрипку и тоже начала играть, возле их группы, слетелись толпы людей, словно голуби на хлеб. Эндрю подходит к ним, проталкиваясь через народ, так чтобы видеть рыжеволосого парня. Правую щёку, которую он до этого не видел, рассекает длинный тёмный шрам, идущий от уголка глаза, заканчивая уголком его губ. Эндрю смотрит на него, запоминая для того, чтобы внести правки в свои наброски. Он пробирается чуть ближе и, когда музыкант решает оглядеться, взор падает на Эндрю. Миньярд смотрит на него в ответ равнодушным взглядом, когда на самом деле, думает о том, насколько он идеальный. Идеальный. С большими, голубыми, такими светлыми глазами, смотрящими прямо на него из-под длинных тёмных ресниц. Казалось, в его взгляде, таится бесконечность. А затем, тот ему улыбнулся. Розовые губы растянулись в почти хищной ухмылке, а на щеке выступила ямочка. Эндрю почувствовал как его шею обдало жаром и неловко потёр её, желая унять это чувство неловкости. Длинноволосая блондинка подошла ближе к парню и наклонилась, достаточно тихо сказав: — Нил, ты фальшивишь, — недовольно сложив руки на груди, промолвила девушка и тот выразил полное непонимание, что почти тронуло сердце Эндрю. — Если так дальше продолжишь, распугаешь всю толпу, что пришли на нас поглазеть. Парень — Нил — посмотрел на неё с распахнутыми глазами, похлопывая ресницами, после проговорив тихое «извини». Он больше не смотрел ни на Эндрю, ни на подходящих к ним людей, сосредоточившись исключительно на струнах арфы, которые он ловко перебирал своими пальцами. Миньярд продолжил наблюдать за ним, мысленно подмечая все новые детали во внешности Нила, дабы позже внести изменения на холсте. Так проходит какое-то время и Эндрю не замечает как всё заканчивается. Люди столпившиеся вокруг музыкантов начинают расходиться, а они сами собирать инструменты. Девушки, быстро справившись со своей задачей, в стороне стали обсуждать, где будут выступать в следующий раз. Эндрю кинул взгляд в сторону Нила, и, когда тот ловит его на себе, вновь дарит лучезарную улыбку. Миньярд поспешно убирается прочь. Он быстрым шагом направляется в сторону бара, где вне вылазок подрабатывает Кевин. Он трёт лицо, в попытке стереть глупый румянец, что расползается по щекам. Вскоре Эндрю заходит, резко толкая дверь, так, что та ударяется о стенку, и садится за барную стойку. Кевин, выходя из подсобки с ящиком, удивлённо взглянул на Эндрю. — У тебя что-то случилось? — спросил он и поставил коробку за стойку. — Я думал меня сейчас ограбят. — хмыкает Кевин, подпирая ладонью лицо. — Разве что на выпивку, — Эндрю складывает руки на деревянной стойке и прячет в них лицо. Перед глазами вновь всплывают голубые омуты улыбающихся глаз и он жмурится, приглушенно проговаривая. — Налей чего-нибудь. Кевин поступает правильно, не задавая Эндрю тысячу вопросов, и наливает ему в бокал вина. Эндрю приподнимается и осушает его в один глоток, на что глаза Кевина расширяются и он снова спрашивает: — Что произошло? Я могу помочь? — Себе помоги, — Эндрю подвигает бокал к закатывающему глаза Кевину и достаёт блокнот. — Я в порядке. Эндрю в последний раз смиряет Кевина взглядом, когда тот сдаётся и продолжает заниматься своими делами. Эндрю листает блокнот, находя чистую страничку, и достаёт графит. Он выводит линии лица: носа, пронзительных глаз, губ, что тянутся в улыбке, задерживаясь чтобы прорисовать шрам на щеке и ямочку. Потом приступает к волосам, всё такими же взъерошенным, с торчащими в стороны прядями, не забывая ни про один локон. Эндрю почти заканчивает, когда к нему подсаживается Кевин и бесцеремонно пялится на изрисованный лист. — О, ты никогда не рисовал портреты, — говорит он, всматриваясь в черты лица. — Это тот парень, который на арфе играл? Похоже получилось. — Кевин пододвигается ближе, дабы лучше рассмотреть, за что получает испачканной в графите ладонью по лицу. Эндрю с усмешкой наблюдает за тем, как Кевин плюётся и тянется за тряпкой, чтобы вытереть серебристые пятна. — Какого чёрта, Эндрю? — Кевин возвращается на своё место перед ним, скрещивая руки на груди. Миньярд продолжает его игнорировать, заканчивая работу над своеобразным портретом, когда напарник вновь открывает свой рот, и Эндрю хочется его заткнуть. — Если тебе он так понравился, иди и познакомься, а не меня калечь. — в след за этими словами, Эндрю берёт тряпку со стойки, тут же бросает её в Кевина. — Закрой рот, Дэй. — Я просто пытаюсь помочь! — Твоя помощь мне не интересна, — он захлопывает блокнот, пряча его в сумку, и щёлкает пальцами. — Закрыли тему. Тащи выпивку.

***

На следующий день, так или иначе, все мысли Эндрю возвращались к Нилу. Просыпаясь, он обнаруживал несколько вырванных листов из тетради, на которых был нарисован Нил. Шагая рано утром на тренировку, в солнечных лучах он видел его цвет волос, всё ещё такой же яркий на свету. Это походило на сплошное помешательство. Эндрю не прослеживал ход тренировки, чувствуя лишь жгучую боль на лице. — Где ты витаешь, Эндрю? — недовольно проворчал Кевин, убирая меч в ножны, хмуря брови. Миньярд подносит руку к своему лицу и обнаруживает царапину, идущую вдоль скулы, из которой тонкими струйками начала сочиться кровь, собираясь в единую каплю под подбородком. Он вытирает её рукавом, на что Кевин вновь корчит лицо. — Что с тобой? — Ничего, — Эндрю клинком указывает на спрятанный в ножнах меч Кевина. — Продолжим. Кевин лишь вздыхает и ему не остаётся ничего кроме как подчиниться. Всё оставшееся время тренировки Эндрю старается отгонять все ненужные мысли и сосредоточиться на деле. Получается у него это с большим трудом, движения становятся более грубыми и быстрыми, на что Кевин едва успевает парировать удары. Взмахивая мечом, Эндрю то и дело ловит недопонимающий взгляд Кевина, в это же время полностью игнорируя его. Он, в последний раз отбив чужую атаку, вонзает клинок в землю, тяжело дыша. Кевин повторяет его действие, после чего снова пытается предположить причину его растерянности. — Это всё из-за того парня, — утвердительно сказал он, а после, заглянув Эндрю в лицо, начинает раздражать всё больше. — Ты влюбился что ли? Желание перерезать Кевину глотку перевешивает, но Эндрю ограничивается простым: — Иди к чёрту. После чего забрав меч и спрятав его в ножны, убирается прочь с поля, пока Кевин не выдал ещё одну очередную глупость, за которую уже точно прольётся его кровь. Эндрю добрался до своего дома за рекордное время. Парень двигался быстро, словно желал обогнать непрошенные бредовые мысли. Кевин всегда говорит глупости. Во всех случаях без исключений. Этот раз, такая же очередная глупость, на какую Эндрю не должен обращать внимания. Он просто обязан проигнорировать его слова как и всегда. Уже дома Эндрю умывает мокрое от пота лицо, продолжая томно дышать. Он внимательно изучает своё потрепанное отражение в зеркале пару секунд, после чего возвращается в свою комнату. Взгляд невольно цепляется за листы, разбросанные по столу, которые он утром забыл убрать. В голове снова всплывает голос Кевина говорящий ненавистные ему слова и Эндрю громко ругается, проклиная его. Эндрю художник и ему свойственно запечатлеть в своих работах всё красивое и прекрасное. Парень с симпатичной внешностью просто часть пути улучшения навыков в рисовании портретов, коими он никогда не занимался, и только. То что Эндрю решил начать именно с парня, что его заинтересовал своим внешним видом, ничего не значит. Простое совпадение. Случайность. Так он оправдал свои действия, взяв с тумбы блокнот и несколько баночек краски, направившись на улицу. Эндрю сел на скамью перед своим домом и открыл страницу, на которой красовался недоделанный портрет его помешательства. Миньярд погрузился в процесс на долгий час. Когда он прорисовывал светлые голубые глаза, искрящиеся в улыбке, над ним нависла тень. Человек остановившийся перед Эндрю, заглянул в блокнот, и Эндрю уже хотел высказать Кевину все нецензурные слова, которые только знает, но, когда поднял взгляд, он словил взор голубых глаз. На мгновение сердце пропускает удар, глядя на рыжего парня, которого рисовал на протяжении недели. Тот, уперевшись руками о бёдра, наклоняется, заинтересованно рассматривая работу Эндрю. Его глаза бегают по разрисованному листу, подмечая каждую деталь, а после с восхищением смотрят на Эндрю. — Ты великолепно рисуешь, — промолвил он, и Эндрю замечает чёртову ямочку на его щеке. — Очень на меня похоже. Это же ты тогда был на нашем выступлении? Эндрю продолжил, словно зачарованный, смотреть на него, когда понял, что от него ждут ответа. Зачем ему вообще было подтверждение того, что тот и так знал? — Да, — негромко сказал Эндрю, чувствуя как по лицу разливается тепло. — Хорошо играете. — неважно, что практически всё он прослушал, бесстыдно пялясь на парня, игравшего чудную мелодию. Он уверен, что эти руки отлично справлялись со своим делом. — Спасибо, — он расплылся в кривой улыбке, выпрямляясь, и протянул руку. — Нил. Эндрю, сжав его тёплую ладонь в ответ, смотрит в эти ясные как небо глаза. Через секунду сообразив, что от него ждут ответа. — Эндрю. — Эндрю, — произносит Нил и ему хочется провалится под землю от следующих слов. — Тебе подходит это имя. Какое-то время они молча смотрели друг на друга, по ощущениям словно это были минуты, часы, дни, на деле же прошло всего пара секунд, и Эндрю понимает, что держит его руку слишком долго для простого рукопожатия. Отпустив ладонь Нила, Эндрю тут же потерял её тепло, и положил руку себе на бедро. Нил рассматривает с неким интересом его и Эндрю позволяет себе ту же вольность. Его взгляд задерживается на тёмных рыжих волосах, что подсвечивались солнцем, лучи которого ярким пламенем оседали на завитках локонов. За те пару раз, что он видел Нила, Эндрю не мог с точностью оценить какими цветами тот обладает. Сейчас же Эндрю будто заново запоминает как тот выглядит. Он уже знает как нарисует его в следующий раз. И ему вероятно прийдётся таки поехать на вылазку с Кевином в поисках подходящей краски для этого лица. — Не думал, что воины, вроде тебя, занимаются чем-то кроме махания мечом. — говорит Нил спустя долгую минуту, поглядывая на всё ещё раскрытый блокнот. — Что? — Парень, который нас сюда привёз, рассказывал, что вы живёте одними тренировками и вылазками. Не видите ничего кроме постоянных драк с теми монстрами за стенами города. — поясняет Нил, скрестив руки на груди. Эндрю хмыкает. — Кевин преувеличивает. Даже он, помешанный на вечных тренировках, занимается не только этим. — Он твой друг? — задаёт вопрос Нил, услышав знакомое имя, и слова товарища снова врезаются в разум Эндрю. — Вроде того. — говорит Миньярд, решая здесь и сейчас со всем разобраться. Нил по птичьи наклоняет голову, хлопая ресницами, и Эндрю, нехотя, игнорирует этот жест, принявшись убирать все свои материалы со скамьи в сумку. Музыкант больше ничего не сказал, так и оставаясь смотреть за его действиями. Когда Эндрю закончил один из портретов Нила, он вырвал из блокнота листок и нацарапал грифелем с обратной стороны предложение. Эндрю прижал лист бумаги к груди Нила, на этот раз уже скрытой под одеждой, до тех пор пока тот его не взял, и поднялся в дом, игнорируя тепло расползающееся в груди. Нил так и остался недоумевать, глядя на рисунок в руках, когда Эндрю скрылся за дверью.

***

— Ты пришёл громить мне бар? — спрашивает Кевин, усмехнувшись, когда Эндрю садится напротив него за барную стойку, скучающе наблюдая как тот протирает пыль. — Возможно, — говорит Эндрю и Кевин одаривает его скептическим взглядом. — Хотя, если не будешь болтать лишнего этим вечером, я пересмотрю свои планы. — Как мило. — Кевин закатывает глаза. Несмотря на то, что уже вечер, людей в баре было немного, а потому Кевин вместо заказов решил убраться. Эндрю со скукой наблюдал, как тот махает метёлкой, уперевшись локтем о деревянную стойку, когда вошёл человек, которого Миньярд уже не ждал. Кевин также оглянулся и, заметив Нила, удивлённо переглянулся с Эндрю, но тот лишь промолчал. В этот раз он был одет в ту же рубашку, что и в их первую встречу. Шнуровка на груди едва удерживала ткань, дабы не оголить исполосанную кожу. Эндрю не знал: ему хочется завязать её покрепче, чтобы бесстыдник задохнулся или же ослабить ещё больше, да так, чтобы избавится от ткани вовсе. Нил подошёл к Эндрю и присел рядом, устраиваясь прямо под весящей лампой. Его волосы слегка подсвечиваются и Миньярд борется с желанием запустить пальцы в мягкие локоны. — Долго ждёшь? — спрашивает он. — Нет. — отвечает Эндрю, смотря ему в глаза, что в приглушённом свете бара, будто переливались некими частичками серебра, подобно звёздам на небе. Холодный взор так и выделялся среди плохо освещённого помещения. Нил отвернулся от него, когда Кевин зашёл за стойку. — Налей нам чего-нибудь. — Да? — Кевин всё ещё переглядывался между ними двумя, но подчинился. — Что за тайные послания? — спросил Нил, повернувшись к Эндрю. На непонимающий взгляд, он достал из кармана свёрнутый лист бумаги, выпрямляя и показывая в спешке написанное предложение. — Я об этом. Эндрю читает ранее нацарапанные строчки и чувствует как лицо предательски загорается. — У меня были дела, — нагло врёт он, отворачиваясь к своему стакану, что только поставил Кевин, и делает глоток обжигающий горло. — Спешил. Нил, спрятав за ухо выбившуюся прядь волос, поднёс стакан к губам, и повернувшись всем корпусом к Эндрю, пристально взглянул на парня. Он уже распознал ложь в словах, но не придаёт ей никакого значения. — Вот оно что. — Нил медленно облизнул губы, прежде чем сделать глоток, не став отводить взгляда от Эндрю. Его кадык дёрнулся, когда он полностью осушил стакан, а затем убрал его и уперевшись щекой о ладонь, невинно хлопнул ресницами, тень которых осела на его лице. Эндрю, сделав ещё один глоток, выдержал чужой взгляд, и с огромным старанием пытался не думать, как краснеют его уши и шея. С минуту играя в гляделки, Нил перестал ждать и наклонился ближе к Эндрю, находясь на неприлично близком расстоянии от его лица, и тихо зашептал: — Мне нравятся твои рисунки. Покажешь ещё? — а затем, вернувшись в прежнее положение, улыбнулся так, что ямочка на его щеке снова появилась. На какое-то мгновение Эндрю потерял дар речи, в груди что-то защемило. По зову Нила к ним подошёл Кевин, наполнив их стаканы и снова удалившись к только что прибывшим посетителям. Стараясь держать ровный тон, Эндрю ответил «да» и достал блокнот из сумки. Нил, забрав его из протянутых рук, поднялся со стула. — Пошли туда пересядем. — он указал на самый дальний столик, где практически нет людей. — Там свет ярче. Они перебрались за столик вместе с напитками. Эндрю сел напротив Нила, пока тот уже листал изрисованные странички, заворожённо проговаривая «вау». Его глаза, с каждым пройденным рисунком казалось, становились всё шире, всё изумлённей. Эндрю, облокотившись локтями о стол, наблюдал за ним, постепенно выпивая свой напиток. — Ты бывал в тех местах? — спрашивает Нил, тыча пальцем в один из множества пейзажей. — Да. — Ты рисовал это во время вылазок? Эндрю, кивнув, позволил себе вновь взглянуть на него, когда взгляд, очерчивая изящные руки, перешёл к груди, внимание привлекли шрамы на груди Нила. Теперь его очередь задавать вопросы. — Откуда у тебя эти шрамы? Нил на секунду замер и, мгновение подумав, ответил: — Меня хотят убить, — его радостный взгляд сменился серьёзным, а улыбка и вовсе пропала. Когда глаза Эндрю расширились, маска с лица Нила исчезла и ямочка на его щеке выдала ложь. — На наш посёлок часто нападали те твари похожие на волков. Так вышло, что я попался одному из них совершенно без оружия, — он пожимает плечами и оттягивает край рубашки, показывая рванные шрамы от когтей. — Я тогда думал, что умру. — Как ты спасся? — А. Я тогда сознание потерял. Очнулся, когда стража всех перебила, а меня в медпункт отправили. Эндрю кивает, обрабатывая информацию, тогда как Нил вернулся к своему занятию. Несколько минут спустя он пролистывает блокнот до совсем новых рисунков, и натыкается на страницы изрисованные его лицом. Он просматривает все: от самых первых, где Эндрю не догадывался о его шраме и рисовал его, добавляя больше деталей от себя, до самых последних, где музыкант изображён, кажется, с невообразимой точностью, каждый миллиметр, каждая черта — всё в этом нарисованном парне совпадало с настоящим Нилом. — Ты так часто меня рисовал. — Нил самодовольно смотрит на Эндрю и на его щеке вновь выступает ямочка в намёке на ухмылку. — Я учусь рисовать портреты, а ты единственный кого я встречал с таким цветом волос. Решил попрактиковаться. — попытка не пытка, Эндрю, уже знал, что тот ему не поверит. Нил быстро листает его предыдущие работы и, не заметив больше ни одного портрета человека, сладким тоном проговаривает: — И ты начал с меня? Эндрю, потянувшись, забрал у него блокнот, спрятав обратно в сумку. Нил, тихо хихикнув, ничего не ответил на этот жест. Допив свой напиток, парень поднялся из-за стола и подошёл ближе к Эндрю, нависая над ним. — Пройдёмся? — как ни в чём не бывало спрашивает он и Эндрю поднимается в след за ним. — Пройдёмся. — кивнув в знак согласия, Эндрю последовал за Нилом. Проходя мимо Кевина, Эндрю, окинув его взглядом, заставил молчать, кинув в него небольшой мешочек с деньгами. Они, молча, ступая по улочкам, медленно дошли до дома Эндрю. Нил остановился на месте, где днём они и встретились, обернувшись на него. — Днём ты сбежал туда, — он указал на дверь его дома. — Ты здесь живёшь? Эндрю кивнул, направившись в сторону лестницы на второй этаж. Нил зашёл в переулок вслед за ним, и они остались так стоять, пока солнце медленно опускалось, окрашивая всё золотистыми лучами. Эндрю, найдя опору у стены позади себя, взглянул на Нила. Яркий свет закатного солнца, казалось, поджигал его волосы цвета меди, превращая в горящее пламя. Голубые, такие холодные, отчуждённые глаза, в которых на самом деле было гораздо больше тепла, чем кто бы мог представить, служили контрастом в его греющем образе. Эндрю ещё раз оглядел его с ног до головы, раздумывая о невероятной красоте, и его восхищением этой неотразимостью, которое он уже не скрывает. Эндрю думает: Помешательство. В переулке, где они стоят, всё сильнее поднимается ветер, что треплет волосы Нила, превращая их в сплошной беспорядок. Эндрю, не сдержав себя, убирает непослушный локон за ухо Нилу, чуть касаясь ладонью его лица. Нил, опустив голову, обхватывает пальцами запястье Эндрю, прижимаясь к его ладони, и прикрывает глаза, смотря на него из-под полуприкрытых век. Эндрю гладит большим пальцем его скулу, когда тот трётся о неё, поддаваясь ласке, словно кот. Большой рыжий и до невозможности красивый кот. Момент становится слишком интимным, когда Нил повторяет тоже самое, нежно касаясь ладонью его лица. Пальцем он проходится по царапине и тихо спрашивает, будто боясь разрушить всё это нелепым вопросом: — Когда я видел тебя в первый раз её не было. Эндрю наклоняет голову, всматриваясь в глаза напротив. — На тренировке отвлёкся. Из-за тебя между прочим. — последняя фраза вылетает ненароком, но Нил на это лишь улыбается, обнажая снова эту сводящую с ума ямочку. Желание стереть её с этого лица на грани. Эндрю посылает всё к чёрту и подаётся вперёд к лицу Нила. Эндрю прижимается к губам Нила своими, и тот неожиданно выдыхает ему в рот. Нил заключает его лицо в плен своих ладоней и с жаром отвечает на поцелуй, сминая чужие губы своими. Желание, что грело теплом в груди с первого дня встречи, сейчас разгорается до настоящего пожара, кой не пощадит никого кто туда вступит. Эндрю перемещает обе руки на талию Нила, сжимая материал его рубашки, прижимая его тело ближе, на что тот слегка прокусывает его нижнюю губу. Эндрю шипит на него и парень принимается зализывать ранку, что оставил своими зубами. Нил тихо стонет, когда Эндрю запускает руку под его рубашку и ладонью касается его шрама на груди, проводя пальцами про рванному контуру. Он оттягивает его нижнюю губу зубами и проделывает тоже самое, что делал Нил. В отместку, тот впивается в его губы, словно пытаясь наставить синяков, и просовывает бедро между колен Эндрю, заставляя того задохнуться в поцелуе. Миньярд проходится рукой по участкам его тела, пока не доходит до головы и тянет его за волосы, отдаляя от себя и тот подчиняется. Губы Нила алые, как закат, опухшие от настойчивых поцелуев, чуть влажные и приоткрытые, тяжело выдыхая горячий воздух. Его до этого светлые глаза сейчас потемнели, наполненные желанием и обожанием. Эндрю, поцеловав его в уголок губ, отстраняется. Он старается заговорить ровным голосом, но из-за сбитого дыхания выходит дрожь. — Я хочу тебя нарисовать. Таким какой ты сейчас. Лишь для меня. Нил, криво ухмыльнувшись, быстро проговоривает «да, да, да...», и утянул его в очередной пьянящий разум поцелуй, позволяя Эндрю зарыться пальцами в его волосы. Эндрю окончательно помешался.