Все проходит

— Когда ты возьмёшься за учёбу? — кричала госпожа Юй — сколько я буду деньги вкладывать в ваших репетиторов, если ты не готовишься ни к чему? Чем ты будешь заниматься дальше? Ты просто ничтожество! Вэй Ин просто кивает и, кидая извинения, со словами что исправится, уходил из кухни в свою комнату. Закрыв за собой дверь, стараясь не хлопать ею от разбушевавшихся эмоций, падает на кровать. Лицо уткнулось в подушку, а ноги остались безвольно свисать с края дивана. Он устал. Устал слышать все эти упреки, устал от извечных скандалов, устал от избиений госпожи Юй. Он устал от людей. А самое главное, он устал от себя. Он мог бы стараться лучше, заниматься учёбой вплотную, чтобы в конечном итоге поступить в какой нибудь престижный вуз, на высокооплачиваемую специальность. Ему без разницы на свою профессию, на свое будущее, ведь всё выбранное им не понравится его семье. Дело в том, что когда его усыновили в возрасте 7 лет он вёл себя как любой среднестатистический ребёнок. Бегал, прыгал, резвился и без неприятностей не обходилось. В один из таких дней, когда Вэй Ин подрался с дворовым мальчишкой за честь своего брата, мадам Юй решила взяться за него. В тот день он впервые получил наказание. Наказание заключалась в том, чтобы он стоял не всхлипывая, прижавшись к стене, пока его новоиспеченная мать била его ремнем. Ремень был качественным, кожаным и после резкого замаха следовал хлесткий удар. Его приёмный брат был в шоке. Да, его братишка вёл себя не очень подобающе, но мадам Юй никого из своих детей не наказывала так, максимум ругала и забирала телефон. Когда Вэй Ин пошёл в среднюю частную школу вместе со своим братом он стал отхватывать за плохие оценки. А со старшей школы его жизнь покатилась по наклонной. Мадам Юй стала ругать за каждую четвёрку, считая это неудовлетворительным показанием знаний. За Усяня вступался отец, что делало хуже в двойне. Так и начались скандалы в доме. И темой этих скандалов стал он сам. Так стала распадаться дружная семья, их радостная жизнь по крупицам стала испаряться. Тут то Вэй Ин и понял, что стоит меняться. Он стал не таким общительным, пламя озорства в его глазах потухло и его оценки стали превосходить все ожидания. Он выходил отличником. И вроде бы все было хорошо, он доволен собой и скандалов больше нет, но не так то все просто. Однажды Усянь объявил семье за столом, что собирается стать врачом. Его выбор не только не оценили, но и его унизила мадам Юй, сказав, что таким сиротам как он нет места в таких значимых профессиях. Вэй Ин все больше стал уходить в себя, он просто не знал что ему нужно поменять в себе, чтобы мадам Юй перестала трогать его. Он чувствовал себя виноватым во всем: он чувствовал вину за съеденный ужин, за то, что пришёл позже положенного, за какую-то четвёрку по географии, за то, что он есть. Он в выпускном классе, экзамены на носу и он готов к ним, уверен что наберёт высшие баллы, вот только зачем ему все это? Ради чего стремиться в будущую жизнь? Ради одобрения мадам Юй? Точно нет. Любимой девушки у Усяня не было и быть не могло. Он так и не смог поделиться со своей семьёй своим сокровенным. За его ориентацию мадам Юй сначала избила бы его, а потом стала бы водить по психиатрам, чтобы ему промыли мозги. Вэй Ин стал искать выход своим эмоциям. В спорт пойти он не мог, не было сил, желания, да и времени не хватило бы. На живопись не хватит духу, вдруг и это будет у него отобрано и он вновь услышит о себе много чего «приятного». И как-то раз, делая домашнее задание по психологии, он наткнулся на статью с непонятным ему ещё названием: «селфхарм». Интерес взял вверх и парень начинает читать статью. Там объясняется данный термин, какие виды селфхарм бывают, как это скрывают и чем чревато это будет. Под рукой оказался острый канцелярский нож. Взяв его в руки, Усянь покрутил его, осмотрел со всех сторон и осторожно воткнул край лезвия, постепенно надавливая, себе в бедро. Из ранки тут же побежала кровь. Крови было много. Видимо задел сосуд. Почувствовать дозу эйфории полноценно не дала паника. Он впервые занимался подобным и был в шоке от того, что ему это понравилось. Быстренько обработал ранку и предварительно заклеив её пластырем, он сел за уроки. Но мысли к получению знаний никак не возвращались. Все возращалось в воспоминанию ощущений от пореза и взгляд перебегал к ножу. Он делал порез за порезом. Все они были параллельны друг другу. Он делал это до тех пор, пока один порез не стал выглядывать из-под его домашних шорт. Тут то он понял, что нужно делать это крайне осторожно чтобы не попасться ни мадам Юй, ни Цзян Чену, ни шицзе. И он втянулся в это. Порезы и самоповреждение стали его отдушиной. Это его ненадолго выводило из прострации и боль заставляла не думать о проблемах, о вечных истериках приемной матери, о подколах Цзян Чена. Доза дофамина била в голову. Как только он пристрастился к этому делу, пришлось надевать более длинные шорты, так как скрывать это стало куда тяжелее. После очередного выпада мадам Юй, которую не устроила четверка Вэй Усяня по химии, она решила устроить ему за общим семейным столом скандал: — И что ты скажешь на это Усянь? Снова четверка? Да еще и по химии которую тебе сдавать?! — женщина натянула на себя эту мерзкую ухмылку победителя, тем самым загоняя парня все дальше в свое самобичевание. — Каким же ты станешь врачом? Куда ты, скажи мне, собираешься поступать, если ты даже элементарную контрольную школьного уровня не можешь сдать? — Мама, — начал Цзян Чен, - Вэй Ин не виноват. Преподаватель ко всем относится очень предвз.- он не успел договорить. — Молчать! В этом доме будут говорить только когда я дам на то позволение. У него есть своя голова на плечах чтобы объяснить свой проступок. Ты заделался в его адвокаты? Или ты тоже хочешь лишиться карманных расходов? — она прокручивает свое кольцо на указательном пальце. Цзяны хмурятся. Это значит одно - мадам Юй начинает вскипать. — Мама, действительно, ты наседаешь на А-ина за одну лишь четверку, у него ведь остальной табель идеален! — начала Янли, пытаясь утихомирить мать, попутно поглаживая рядом сидящего приемного брата по колену. — Погляди, жалкое отродье, из-за тебя ссорится вся семья! — заорала Юй Цзыюань. Тут то и стало понятно, кипение достигло своего пика, нужно либо сейчас уйти, либо прилюдно получить наказание. Вэй Усянь, который до этого сидел с опущенной головой и поджатыми плечами, спокойно поднимается из-за стола. Он натягивает на себя привычную маску клоуна и губы сами собой растягиваются в улыбку. — Прошу прощения, мадам, чтобы этого не повторилось, я пойду заниматься. Усянь поднял голову, как ни в чем не бывало, и развернувшись на пятках ушел прочь. Повернувшись спиной к семье, улыбка мгновенно сползает с лица и брови опускаются ближе к глазам. Он зол, вот только он не может понять на кого. То ли на себя, то ли на мать. Заходя в комнату он пытается осторожно закрыть за собой дверь встает посреди комнаты и просто смотрит в потолок. Глубокий медленный вдох и точно такой же выдох. Когда же это все закончится, думает он. Слезы начинает накатываться сами по себе, но он пытается их согнать. Он и так всю ночь проревел в подушку и его кожа вокруг глаз и так стала покрасневшей и припухшей, делая своего хозяина человеком который спит от силы два часа. Но ведь так и есть. Последние два года он так и живет, но никто об этом не знает. С самого утра он встает и замазывает покраснения и синяки под глазами консилером из женского отдела косметики. Он подглядел эту фишку из блога девушек, которые рассказывали о том, как выглядеть свежее при недосыпах. А смывает он косметику только поздно ночью в своей комнате, когда все уже спят и не смогут уличить его за этим. Он усаживается за стол, его пустой взгляд бегает по столу, Вэй Ин просто пытается привести себя в чувства чтоб что-то начать делать. И тут глаза натыкаются на тот самый канцелярский нож. Он понял как снять стресс. Хватается за нож, задирает штанину и делает порезы. В это раз он не контролирует силу нажатия. Он конечно осведомлен о анатомии и о том, что можно такими темпами повредить бедренную артерию. Его на самом деле прельщает мысль о суициде, но он отгоняет эти сумасшедшие идеи и решает что просто порезов достаточно. Он делает все порезы будто во сне. Будто это наваждение. Когда он очнулся от этого приступа, он понимает что натворил. Все его кресло в потеках крови, его бедро испещрено порезами разной глубины и длины, некоторые попадают друг на друга, рисуя тем самым кресты. Пять секунд на осознание произошедшего и Усянь срывается с места. Нужно срочно убрать следы! Он протирает свое бедро уже заготовленными салфетками смоченными перекисью, от боли рябит в глазах, все-таки повреждения не малые, хоть и не критичны. Парень падает на колени и начинает отчаянно тереть перекисью стул, чтобы не осталось видимых следов. Следы все же остаются и он может сказать что сгрыз ноготь и случайно капнул кровью или же, что ему нужно было нарисовать плакат на биологию и он капнул красной акварелью, которую вовремя не заметил. Успокоившись, он понял, что теперь его пляжные шорты уже мало что прикрывают. Подойдя к зеркалу он увидел «изумительную» картину. Молодой парень, с длинной копной волос опускающейся ниже лопаток, потухший взгляд, лицо осунувшееся из-за недостатка нормально сна и питания, худощавое тело в футболке, шортах чуть выше колена и задранная правая штанина. Вся нога до колена испещрена розовыми шрамами и кровью стекающей из новых ран. Тут то он и понимает, что вовремя остановиться не удалось. Придется ходить теперь только в штанах, чтобы никто не увидел его способа выпускать стресс. Так и прожил Усянь до экзаменов. Он с каждой стрессовой ситуацией хватался за нож. Теперь у него не только покрытые шрамами бедра, но и плечи, запястья и живот. Все переросло из простой попытки снять стресс в манию. В желание хоть как-то облегчить свои психологические страдания. Никто из семьи так и не заметил то, чем занимается Усянь. Сестра несколько раз интересовалась почему брат стал ходить только в закрытой одежде и сильно не доедает, но в ответ получала лишь измученную улыбку и просьбу не беспокоиться, ведь его состояние всего лишь из-за нервов, мол он стал мерзнуть и аппетит как-то пропал. Янли не стала допрашивать брата, а просто иногда приходила к нему в комнату с горячим чаем и с тарелкой бутербродов или иных перекусов. Вскоре Усянь сдал экзамены, поступил в тот университет мечты о котором грезил каждый год и переехал в страну где можно дышать глубже. Это время стало для него облегчением и новой ступенькой в жизни. С матерью ему не пришлось больше контактировать, брат не сильно часто старался появляться в его жизни и связь он поддерживал больше всего с сестрой. Он делился с ней радостью переезда, скидывал фото новой страны, новых друзей. А так же вскрылись его отношения с парнем. Янли спалила неопытного братца на засосах которыми была усыпана его белая шея. — Братец, - хихикнула девушка.— неужто у тебя появился любимый человек и ты даже мне об этом не сказал? Вижу он очень страстный и сильно тебя любит, раз остается такое. - она прикрыв рукой свою улыбку стреляет глазками дабы намекнуть на следы. Усянь сначала подзавис на минут пять, а когда до него дошло о чем говорит сестра, парень залился краской. ⁃ Ух, цзе, я планировал тебе рассказать об этом, но не таким позорным способом! — вздохнув, он наклоняет камеру чутка вбок и девушка может увидеть молодого человека с аристократичными чертами лица, длинными волосами и медовыми глазами. Она могла понять почему ее братец запал на такого красавца. Он ,судя по всему, очень удобно пристроился на плече Усяня и все это время внимательно наблюдал и слушал их диалог. ⁃ Этого красавца зовут Лань Чжань. Знакомься, цзе, это мой парень. Я его очень люблю! Янли видит с какой теплотой в глазах смотрят юношы друг на друга и как молодой человек ее брата прижимается к нему только теснее ⁃ А-чжань, приятно познакомиться с тобой, я надеюсь что ты не обижаешь моего брата и будешь заботиться о нем. Рада приветствовать тебя в нашей семье! Лань Ванцзы может из своего положения лишь кивнуть девушке и дополняет это главной фразой: — не переживайте, госпожа Цзян, я очень люблю Вэй Ина, у меня на него серьезные планы. Я всегда буду заботиться о нем. Усянь и Ванцзы закончили медицинскую академию и устроились работать в клинику брата Лань Чжаня. За год до этого они решили сыграть маленькую свадебку, на которой присутствовали лишь сами молодожены, брат Лань Чжаня, Цзян Чен, да Янли с женихом. Все у Усяня в жизни наладилось. Есть дом, семья, любимый муж и его работа мечты. Лань Чжань тщательно следит за состоянием мужа, чтобы селфхарм ни в коем случае не повторился. Ни в каком его проявлении. Вэй Ин рад что все обошлось именно так. Он просто получил заслуженное спокойствие. Он просто счастлив