Слово не воробей, вылетит не поймаешь

— Да чтоб у вас все силы побрали! — как-то разгневанно крикнул Фен Синь Ши Цинсюаню. Не прошло и полгода, как небесная столица осталась без Повелителя ветра, а в придачу к нему и без Повелителя вод...

* * *

— А я всегда говорил, что ты можешь сглазить! — фыркнув, заявил Му Цин, вспоминая этот случай за чашкой чая, и закатил глаза. — Пфф... Тоже мне... Да оказалось, что он и не был никогда богом! — ответил генерал Наньян и сделал глоток чая из своей пиалы. — Всё просто вернулось на круги своя. — Триста лет на небесах он провёл бок о бок с Черноводом, и ничего не происходило... Но стоило только генералу большому дрыну объявить, чтобы у Повелителя ветра забрали его силы, так второй демонический князь начал свою «великую мстю»! — Да ты! Му Цин, ты совсем придурок?! На тебя, отчего-то, ни одно моё проклятие за восемь сотен лет так и не подействовало! — крикнул Фен Синь и замахал кулаками. — Придурок?! Я придурок?! А ты тогда дурак! Да, ты дурак! Ты дурак, раз ещё не понял, что за восемьсот лет у меня к тебе и всем твоим проклятьям иммунитет выработался! — ответил генерал Сюаньчжэнь, введя в свою речь новое, заморское для них слово, и закатил глаза. — Иммунитет? Это когда зараза к заразе не пристаёт? — почесав затылок, переспросил лучник и сделал самое глупое лицо, которое только видел Му Цин за восемьсот лет. И это выбесило Сюаньчжэня ещё больше. — К заразе?! Ты назвал меня заразой?! Сам ты зараза! — взорвался бог войны юго-запада и зашвырнул в другого бога свою пиалу. — Ах, ты! Ублюдок! — выкрикнул ему в ответ Наньян и швырнул свою пиалу в Му Цина. — Остолоп! — увернувшись от летящей в него посуды, крикнул бог юго-запада. — Тупица! — Идиот! — Болван! — Кретин! — Олух! — Олень! — наконец выкрикнул Фен Синь и ударил кулаком по столу так, что тот раскололся пополам. — Кто? — не поняв, переспросил Сюаньчжэнь. Вернее, он понял, что сказал ему лучник, просто удивился... Они впервые перешли на ругательства «животными».       "Может, мне тогда назвать его свиньёй? Или ослом? Или собакой?" — подумал мужчина, но не успел ничего ответить, как его уже перебил бог войны юго-востока. — Олень рогатый, вот ты кто! — выкрикнул он и ударом кулака пробил стену. — Да пошёл ты! — выкрикнул Му Цин, плюнул, развернулся и покинул дворец Бога Войны юго-востока.— Ненавижу тебя! — Ну и катись отсюда, генерал-подметало! — крикнул ему вслед Фен Синь. — И я тебя... Ненавижу...       "Никак не могу наглядеться на тебя," — отчего-то пронеслось в его голове, но он тут прогнал эти мысли.

* * *

— Кто-нибудь видел генерала Сюаньчжэня?! — спустя несколько дней орал Наньян на всю небесную столицу, мечась по ней от дворца ко дворцу. Они уже порядком опаздывали на своё задание, а от Му Цина не было ни слуху, ни духу. — Куда?! Он?! Запропастился?! — крикнул Наньян, поймав за ворот первого попавшегося служащего дворца юго-западного бога войны. — Я не обязан вам ничего отвечать, генерал Наньян! — заявил служащий, которого Фен Синь держал над землёй так, что тот болтался как шарик на новогодней ёлке. — Живо отвечай мне, где твой генерал, а ни то я тебе... — сказал небожитель и приставил к горлу небожителя средних небес кулак. — Не надо, не надо... — замахав руками, залепетал младший служащий. — Простите меня, генерал Наньян, но я не был в небесной столице несколько дней... Я только что вернулся с задания, поэтому я не знаю... Не знаю, где сейчас генерал Сюаньчжэнь...       Фен Синь, услышав такой ответ, до боли стиснул зубы. — Ладно... — еле сдерживая свой гнев, сказал Фен Синь и опустил несчастного на землю. — На этот раз я тебя отпускаю... Но учти... Если ты сейчас мне соврал, мало тебе не покажется!       Последнее несчастный служащий средних небес уже не услышал — как только его опустили на землю, он убежал с невероятной скоростью. Так, что только пятки сверкали.       "Как пить дать, соврал мне," — подумал генерал Наньян, смотря ему вслед. Но, отчего-то, догонять он его не стал, а отправился во дворец Линвень.

* * *

— Где этого подметалу черти носят?! — заявившись во дворец богини литературы, с порога крикнул мужчина. — Куда делся Сюаньчжэнь?! Живо отвечай мне, пока я всю небесную канцелярию не разнёс к чертям собачьим! Я знаю, что ты знаешь! Ты следишь за всеми перемещениями небожителей! — Он несколько дней никуда не выходил из своего дворца, — наконец, тяжело вздохнув, ответила ему Линвень, у которой от криков бога войны юго-востока уже разболелась голова. — Сходи к нему сам и посмотри, раз тебе так интересно! Толку больше будет, чем ты будешь тут стоять и орать на всех подряд! — А я пойду... А я пойду и наведаюсь к нему! Прямо сейчас! — крикнул мужчина и пробил себе проход в стене дворца литературы. — Иди, иди, — махнув рукой, ответила Линвень, не поднимая взгляд от свитка. — Кто-нибудь, запишите счёт за ремонт разрушенной стены на генерала Наньяна...

* * *

      Фен Синь пришёл ко дворцу бога юго-запада. Двери его были заперты. Обычно, если Му Цин находился дома, они запирались только на ночь. То, что двери были заперты в дневное время, было очень странно... Даже, можно сказать... Подозрительно...       "Он что, всё ещё спит?!" — подумал Наньян и потянул дверь за ручку. — Эй, ты, генерало-подметало, открывай! — разгневанно прокричал лучник, колотя по двери. — Живо открывай! — вновь повторил он. Ответа вновь не последовало. — Если ты сейчас же мне не откроешь, я вышибу эту дверь к чертям собачьим! — крикнул Наньян и, так и не дождавшись ответа, ударом кулака вышиб дверь, исполнив обещанное. — Му Цин, живо выходи отсюда! Линвень сказала мне, что ты здесь! — крикнул мужчина в глубь дворца. Ответа вновь не последовало... Лишь его слова разносились эхом по пустому, безжизненному дворцу бога войны юго-запада. — Если ты не хочешь выходить ко мне, то я сам к тебе приду! — сказал мужчина и зашёл внутрь.       Во дворце, как и всегда, была идеальная чистота... Вот только на полу и стенах можно было заметить тонкий слой пыли, как будто здесь не убирались уже несколько дней.       "Это не похоже на этого чистоплюя, — немного удивлённо заметил мужчина. — Что же здесь происходит?"       Немного подумав, он решил поискать генерала Сюаньчжэня в глубине здания. Но чем дальше он заходил во дворец бога войны, тем меньше признаков того, что здесь кто-то живёт, он находил. — Му Цин, твою ж мать, где ты?! — выкрикнул генерал Наньян, уже не гневно, а с ноткой тревоги. — Куда же тебя черти занесли! — крикнул Фен Синь и остановился перед дверью в покои генерала Сюаньчжэня, не решаясь зайти внутрь.       "Я только посмотрю, — подумал генерал Наньян и приоткрыл дверь. — Меня и так этот подметала поколотит, когда узнает, что я шатался по его дому, когда его не было здесь. Его, похоже, сейчас действительно здесь нет... Эта богиня в туфельках меня обманула, чтобы выпроводить от себя! Как я ненавижу этих женщин!"       Мысленно приготовившись к тому, что в него сейчас может что-то полететь, Фен Синь приоткрыл дверь спальни бога войны. Но, к счастью, из приоткрытой двери ничего не вылетело. Криков Му Цина тоже не последовало...       "Кажется, его действительно здесь нет," — подумал Наньян, облегчённо выдохнул и полностью открыл дверь в спальню Му Цина.       В этой комнате, ему на встречу выскочил... ОЛЕНЬ. Олень, едва завидев на пороге комнаты Фен Синя, опустил голову, выставив вперёд тонкие, но мощные рога, и кинулся на него. — Твою ж мать! Какого хрена здесь творится?! — на ходу кричал бог юго-востока, убегая от разъярённого животного. Олень не отставал от него ни на шаг. У него даже иногда получалось боднуть в зад генерала Наньяна.       Фен Синь, за минуту пробежав насквозь дворец Му Цина, выскочил на улицу. Бешеное животное бежало за ним следом, гоняя его по улицам небесной столицы. — Твою мать! Ой-ой-ой... Больно, больно... — кричал генерал, удирая от бешеного зверя по всей столице. Собралось уже множество зевак, чтобы посмотреть на эту картину. — О-хо-хо... Генерал Наньян, это у вас такая новая тренировка? — спросил Пей Мин, наблюдавший за этой картиной из толпы любопытных небожителей, — Должен сказать, она очень оригинальная...       Генералу юго-востока сейчас было совершенно не до того, чтобы отвечать мужчине, поэтому он молча, с молниеносной скоростью пронёсся мимо него. — Новая тренировка?! Мне тоже надо! Я тоже хочу попробовать! — объявил Цюань Ичжэнь, собираясь присоединиться к Фен Синю, но генерал Пей удержал его за шиворот. — Дорогой, давай ты сейчас просто будешь смотреть и учиться у старших со стороны? — предложил мужчина. — Хорошо, — обидевшись и надувшись, как маленький ребёнок, ответил Ичжэнь, наблюдая за удаляющимся из виду генералом Наньяном.

* * *

      Скорее всего, Фен Синь так и носился бы по небесной столице, если бы не врезался в Се Ляня. — Фен Синь, что происходит? От кого ты удираешь сломя голову? Женщин вроде в округе не видно... — произнёс принц, демонстративно осматривая всё вокруг. — Ваше Высочество... Там оно... Страшное... Рогатое... О-о-о-о... Вот оно-о, — протянул бог войны и спрятался за Се Ляня. Олень, нёсшийся по всей столице, как бешеный, резко остановился и медленно подошёл к Се Ляню. Подойдя к двум богам войны, животное осмотрело их обоих и слегка наклонило голову. — Хахаха... Фен Синь, ты теперь не только женщин боишься, но и оленей? — спросил принц, гладя дикого зверя по морде. — Ваше Высочество, как вы это сделали?! Эта тварь гонялась за мной по всем небесным чертогам... Как? Как вы смогли её успокоить? Ответьте, пожалуйста.       Как только Фен Синь назвал оленя «тварью», животное пристально посмотрело на него, фыркнуло, закатило глаза и повернулось к Се Ляню. Увидев эту картину, наследный принц Сяньлэ задумался... — А откуда вообще в небесной столице взялся олень? Фен Синь, где ты его нашёл? — Во дворце Сюаньчжэня... Я искал Му Цина, но его я так и не нашёл... А вместо него в его покоях сидел этот олень.       Услышав его, животное вновь закатило глаза. — А тебе не кажется... Что этот олень ведёт себя в точности, как Му Цин? Быть может, это он и есть? Неужели, его кто-то заколдовал? А может, его даже кто-то проклял! — изумился принц, изучая зверя пристальным взглядом. Услышав его предложения, животное в тот же миг согласно закачало головой. — Да нет, Ваше Высочество... Бред какой-то... Его невозможно проклясть! Уж я-то знаю — на него мои проклятия не действуют, — заявил Фен Синь, который был совершенно не заинтересован в животном и даже не смотрел в его сторону. Но в тот же миг, неожиданно, олень ударил его в бок своими рогами. — И сейчас не похож? — с трудом сдерживая смех, спросил Се Лянь. — Похож... — почёсывая больной бок, произнёс генерал Наньян. — Очень похож... Кажется, это действительно Му Цин...       Олень вновь фыркнул, отвернулся от лучника и подошёл к Се Ляню. — Бедный, — сказал принц и погладил несчастную животинку по морде. — Кто же тебя так? Му Цин, тебя заколдовали?       Олень закивал головой. — А ты случайно не знаешь... Кто это был? — аккуратно спросил Се Лянь. Зверь, едва услышав вопрос, вновь взбесился. Он вновь кинулся на Фен Синя. — Отстань от меня, бешенный! — крикнул Наньян, убегая от оленя вокруг принца. — Му Цин, Фен Синь... Живо остановитесь!       Лучник и животное вмиг остановилось и посмотрели на Се Ляня. Принц удовлетворённо кивнул головой. — Мне кажется, Му Цин пытается нам сказать... Что это ты его заколдовал... — Я? Как?! — Ну, не знаю... Ты, случайно, не называл его оленем... Или, не знаю там, животным? — Животным... Нет... — испуганно произнёс генерал Наньян. — А оленем... Называл... — Похоже, что на этот раз твои слова действительно на него подействовали... И теперь он... Самый настоящий олень. — И что нам делать?! Как вернуть ему человеческий облик?! — испуганно спросил Фен Синь. Зверь посмотрел на принца с надеждой. — Не знаю, — признался Се Лянь. — Может, он так и останется... оленем...       Животное вновь ударило бога войны в бок своими рогами. Фен Синь почесал больной бок. — Я не знаю... Но, может, Сань Лан знает. Я позову его... — Ваше Высочество... А с Му Цином что делать? — Забери его к себе во дворец и следи, чтобы с ним ничего не случилось. — Хорошо, — ответил бог юго-востока. — Му Цин... Му Цин, пойдём домой? Ты меня... понимаешь?       Олень, услышав этот вопрос, фыркнул, закатил глаза и гордо задрал голову. После этого он пошёл вперёд, обгоняя Фен Синя. При каждом шаге оленя разносилось тихое цоканье копыт. Наньян тяжело вздохнул и поплёлся следом за этим гордым зверем.

* * *

— И что мне с тобой делать, Му Цин? — спросил Фен Синь и попытался погладить оленя по морде. Зверь разозлился, фыркнул и отошёл от генерала на несколько шагов. — Может... Будешь чай? — спросил он. Животное в ответ только закатило глаза. — Что? А, да... Я понял... Ты сейчас не можешь пить чай из пиалы... Но, если хочешь, могу его налить в тарелку для риса?       Животное задумалось, но всё-таки согласно кивнуло. Лучник заварил чай, перелил его в плошку и поставил на чайный столик. — Так сможешь попить?       Животное фыркнуло, подошло к столику, наклонило голову и начало хлебать чай. Фен Синь налил чай себе и начал пить. — Му Цин... И давно ты... Так? — спросил Наньян. Олень три раза подряд ударил копытом по полу. — Три дня? — удивился лучник. — И ты три дня не выходил из дома?       Животное кивнуло. — И ты три дня ничего не ел и не пил?       Зверь вновь кивнул. — Бедненький... — Фен Синь погладил оленя по морде. — Му Цин, будешь кушать? Хочешь рис?       Животное кивнуло. Бог юго-востока поставил перед ним плошку с рисом, и олень тут же накинулся на еду. Таким голодным лучник бога юго-запада не видел уже очень давно... Наверное, ещё со времён государства Сяньлэ. Хотя нет, даже тогда Му Цин никогда не ел с таким звериным аппетитом. От этого казалось, что это что-то новое и удивительное. Фен Синь, не зная, как на это реагировать, просто сидел и молча наблюдал за своим оголодавшим приятелем. Дикий зверь продолжал молча есть свою кашу, но неожиданно он оторвался от своей тарелки и уставился на небожителя, внимательно смотрящего на него. — Ты чего? — спросил генерал Наньян. Олень, естественно, ничего ему не ответил, лишь фыркнул и закатил глаза. Фен Синь тяжело вздохнул и прикрыл глаза.       "И что я ожидал, задавая ему этот вопрос? — подумал он. — Естественно, он ничего мне сейчас не ответит... Он ведь не может говорить. Ох... Как это не привычно. И скучно. С таким Му Цином даже не поругаешься... Скорее бы он вновь стал человеком."       Он вновь посмотрел на оленя, уставившегося на него. Му Цин явно чего-то хотел от него, но понять, чего именно, он никак не мог. — И как мне понять, чего ты хочешь? — спросил лучник, внимательно изучая дикого зверя, и склонил голову на бок. Зверь издал звук, похожий на тяжёлый, протяжный вздох, опустил голову и прикрыл глаза. Похоже, он сам не знал, как ему сейчас общаться с остальными.              "Ему сейчас ещё тяжелее, чем мне приходится," — подумал лучник, и его рука сама собой потянулась к мягкой морде оленя, и он начал гладить его. — Прости меня, пожалуйста, — прошептал Фен Синь. Олень поднял на него убийственный взгляд. Бог войны усмехнулся, увидев это выражение лица. — Му Цин, не переживай. Я и так знаю, что ты меня убьёшь, как только вернёшь свой человеческий облик.       Животное, услышав этот комментарий, фыркнуло и отвернулось от небожителя. Лучник, наблюдавший за ним, засмеялся. — Скорее бы ты уже вновь стал человеком. А то мне скучно... Я даже побраниться сейчас с тобой не могу. Олень поднял на него убийственный взгляд. Фен Синь улыбнулся. — Не злись... Я правда очень хочу, чтобы ты вновь стал человеком. Вот сейчас вернётся Его Высочество с Собирателем цветов и что-нибудь придумают. Хотя, что-то они долго... Где же их черти носят?! — только крикнул он, как в дверь его дворца постучали.       "Легки на помине," — подумал небожитель и отправился открывать входную дверь.

* * *

— Ну-с, и где наш... Пациент? — протянул Хуа Чен, ехидно улыбнувшись, и вальяжной походкой зашёл во дворец Бога юго-востока. Се Лянь торопливыми шагами зашёл следом за ним. — В комнате, — сказал небожитель, с трудом сдерживая гнев при взгляде на градоначальника Призрачного города. — Следуйте за мной.       Генерал привёл их в комнату, в которой на полу, на расстеленной бамбуковой циновке, лежал благородный олень. Услышав шаги вошедших в комнату, он повернулся и поднял на них тяжёлый, уставший взгляд, в котором были смесь гнева и надежды. — Ооо... — протянул кровавый дождь, уставившись на дикое животное перед собой. — Действительно олень... Самый настоящий... Геге, я думал, ты пошутил, когда сказал, что Сюанчжэнь превратился в оленя, — сказал он, с трудом сдерживая смех, и посмотрел на Се Ляня. — Нет... К сожалению, это не шутка... Ты сможешь как-нибудь вернуть ему прежний облик? — Зачем? Мне кажется, ему так даже больше идёт, — сказал Хуа Чен и, не сдержавшись, рассмеялся. — Сань Лан! — крикнул Се Лянь, но не успел договорить, как по комнате разнёсся вскрик князя демонов, которого олень боднул своими мощными рогами в бок. На это рассмеялись двое небожителей, а олень, гордо задрав голову, уставился на Хуа Чена. — Не, лучше всё-таки вернуть ему человеческий облик, — потирая больной бок, сказал Собиратель цветов. — Что с ним случилось?       Се Лянь и дикий зверь посмотрели на Фен Синя. Тот смущённо потер затылок. — Я... Э... В общем, я назвал его оленем... И спустя несколько дней выяснилось, что Му Цин... Стал оленем. — Ого... — удивлённо протянул Хуа Чен и обошёл оленя, внимательно осматривая его. — Какая восхитительная работа... Такое мощное проклятие... Генерал Наньян, а вы точно не демон? Такая сила проклятия не у каждого свирепого демона встречается... А ты так вообще небожитель... Это как же тебе нужно было разозлиться? — Собиратель цветов, давайте не будем об этом... Пожалуйста... — Отчего же? Мне очень интересно, насколько ему нужно было вывести тебя из себя, чтобы ты в гневе превратил его в оленя? Расскажешь? У меня, лично, никогда не получалось так проклинать людей. — Сань Лань! — одёрнул его принц. — Хорошо, хорошо, геге... Больше не буду. — Кровавый дождь, как мне вернуть его человеческий облик обратно?! — истерически спросил генерал Наньян. Хуа Чен задумался. — Поцелуй его, — сказал он, спустя несколько минут тишины. — Что?! — выкрикнул Фен Синь. — Хуа Чен, я тебя сейчас убью за такие шутки! Не собираюсь я с ним целоваться! — А я не шучу, — с самым невинным выражением лица заявил градоначальник Призрачного города. — Неужели не знаешь, что это универсальный способ снимать все проклятия?       На этот раз на него уставился не только разгневанный бог войны, но и разъярённый дикий олень. Се Лянь, посмотрев на эту сердитую парочку, с трудом сдержал смех. — Сань Лан, мне кажется, этот способ нам не особо подходит... Может, у тебя есть другие идеи? — Ох... Наверное, нет... Это ведь самый быстрый и надёжный способ снять проклятие.       Се Лянь тяжело вздохнул, покачал головой и посмотрел на разгневанную парочку. — Похоже, других вариантов у нас нет. — пожав плечами, сказал принц. Хуа Чен, не особо переживавший по этому поводу, просто наблюдал за ними.       Фен Синь, сделал глубокий вздох, смирившись с тем, что других вариантов у него нет, присел рядом с оленем и начал гладить его по морде. — Му Цин, прости меня, пожалуйста... - прошептал он и припал губами к морде животного. — Му Цин, слышишь меня? Му Цин, вернись, пожалуйста... Я больше не буду... Называть тебя оленем... Только вернись, пожалуйста... Я тебя люблю... — искренне шептал мужчина, закрыв глаза. По его щекам скатывались слезы. — Я тебя убью когда-нибудь! — раздался голос генерала Сюаньчжэня, но тут же прервался. — Му Цин, представляешь, я слышу твой любимый, противный голосок, — не открывая глаз и не разрывая поцелуй, сказал юго-восточный бог войны. — Я чувствую твоё лицо... Твои губы... М-м-м... Кажется, я сошёл с ума... — Придурок! — рявкнул Сюаньчжэнь, наконец прервав этот поцелуй, и отвесил генералу Наньяну пощёчину. — Глаза разуй, пока я их ещё тебе не выколол.       Фен Синь медленно открыл один глаз, затем другой, и уставился на небожителя, стоящего рядом с ним... Бога войны юго-запада, который уже не был диким зверем. — Ооо... Му Цин, я никогда не был так рад видеть тебя, как сейчас... — сказал он и обнял другого небожителя. — Мой любимый Му Цин...       Генерал Сюаньчжэнь удивлённо уставился на него. — Правда любимый? — прошептал он. Но ответа так и не получил... Вместо ответа ему, Фен Синь обнял его покрепче и вновь припал к его губам. — Пойдём отсюда, — прошептал Хуа Чен, уводя наследного принца вслед за собой. — Эти голубки теперь сами как-нибудь разберутся.