Встретимся в Стране грёз | Meet me in Dreamland

Облегчение — странная штука. Гермионе, если уж на то пошло, действительно стало легче. Правда. Просто это ощущалось совсем не так, как она себе представляла. Когда Страна Грёз отправила её прямиком в раздевалку команды по квиддичу «Фалмутские соколы» сразу после матча, она оказалась среди семерых вспотевших, мускулистых, полуобнажённых волшебников, её захлестнуло волной триумфа. Его здесь не было. Слава Мерлину. Последнее обновление чар медальона наконец сработало, и Малфой больше никогда не появится. Команда медленно приближалась к ней, окружая похотливыми улыбками и полотенцами, опасно сползшими на бёдра. И сначала всё было именно таким, каким она это себе представляла. Они целовали и ласкали её, становясь всё настойчивее, стягивая с неё одежду и прикасаясь к ней, их грубые, незнакомые руки скользили по каждому сантиметру её тела. Быть в центре внимания в комнате, полной подтянутых мужчин, оказалось… потрясающе. Все они были умелыми и сильными, удивительно нежными любовниками. Они удерживали её между собой, по очереди сменяясь, подводя к самой грани блаженства и возвращая назад. Это было здорово. Правда. Но почему-то, несмотря на то что она была до предела возбуждена и окружена потрясающими мужчинами, которым не нужно было ничего, кроме её удовольствия, она всё ещё не испытала удовлетворения. Она снова и снова подплывала к самой грани, зависала там на мгновение и тут же делала шаг назад. Это было невыносимо раздражающе. Если бы она была дома со своим вибратором и представляла себе этот сценарий, то, вероятно, уже кончила бы дважды. Теоретически, в реальности всё должно было быть ещё лучше. — Тебе хорошо, красавица? — спросил Лэнс, медленно поглаживая её клитор и ухмыляясь, глядя на её раскрасневшееся лицо. Лэнс Флит, охотник, был одним из тех, о ком Гермиона фантазировала чаще всего. У него была та самая обаятельная улыбка, от которой девушки буквально таяли. — Да, — выдохнула Гермиона, застонав, когда Роналдо сжал между пальцами её сосок. — Ты… потрясающая, детка, — прохрипел Брок, ещё один охотник, двигаясь в ней вперёд и назад своим необычайно толстым членом и удерживая ровный ритм. Тем временем загонщики команды, Малик и Честер, толкались в её ладонях, отвлекая от оргазма, которого она пыталась достичь. Когда внизу её живота нарастающее удовольствие почти достигло пика, а затем снова спало, Гермиона подумала, что вот-вот сойдёт с ума. Они занимались этим уже целую вечность. Она начала отчаиваться. Это было нечестно! Почему с Малфоем ей было достаточно просто потереться о его колени, чтобы кончить, а с семью потрясающими мужчинами, полностью занятыми ею, ничего не выходило?! Это должен был быть её шанс! Одна из любимых фантазий, и на этот раз его здесь не было, чтобы всё испортить! Она должна была забыть его, наконец-то получить удовольствие без него, как и планировала с самого начала! Но он продолжал вторгаться в её мысли, прокрадываясь туда в самый неожиданный момент, как и подобает невыносимому придурку, каким он всегда был. Гермиона стиснула зубы, чувствуя, как в ней поднимается упрямство. Малфой — ничто. Случайная осечка. У неё будет ещё много путешествий в Страну грёз без него, и каждое будет лучше предыдущего. — Жёстче! — крикнула она Броку, подаваясь бёдрами вперёд. — Прошу! Брови Брока взлетели вверх от удивления, но он тут же подчинился, резко и чётко вбиваясь в неё быстрыми, уверенными движениями. Гермиона прикусила губу и на мгновение закрыла глаза, стараясь сосредоточиться сразу на всех ощущениях. Один из мужчин сжал её ягодицу, другой массировал грудь. На её грудь брызнула горячая влага — кто-то кончил, сжимая себя рукой. Толстый член Брока растягивал её, жадно вколачиваясь внутрь. Все они хотели её. Все боготворили её. Это было именно то, чего она всегда желала. И всё же очередной оргазм угас, так и не успев расцвести. — Нет! — вскрикнула она, распахивая глаза. Только не снова. Ну же! Ей всего-то нужно было немного… разрядки. Сегодня, похоже, Страна Грёз решила преподать ей урок. Иногда облегчение ощущается в точности как разочарование. Все в кругу подпрыгнули от неожиданности, но не из-за её крика. Хлопнула дверь. Брок вышел из неё с тихим, чпокающим звуком. Гермиона почувствовала, как её резко встряхнули и толкнули за спины семи обнажённых мужчин, каждый из которых стоял лицом к двери в раздевалку. Она встала на цыпочки и вытянула шею, пытаясь разглядеть, кто только что вошёл. — Так, так, так. Я, кажется, прервал командный сбор? — протянул шелковистый, опасный голос, эхом отражаясь от кафельных стен. У Гермионы ёкнуло сердце. Нет. Он… он ведь не… но… КАК? — Простите, босс, — пробормотал один из загонщиков. — Мы тут просто немного… невинно дурачились. Босс? В этой фантазии Малфой был владельцем команды? Несколько мужчин метнулись за полотенцами, и у Гермионы появилось достаточно пространства, чтобы протиснуться вперёд. Когда Малфой заметил её, по его лицу расползлась порочная улыбка. Гермиона проигнорировала предательское предвкушение, вспыхнувшее у неё в животе. Не помогало и то, что он так сильно отличался от грубых, потных спортсменов, теснившихся вокруг неё. На нём была аккуратная, свежая одежда, подчёркивавшая чёткие линии его стройного, высокого силуэта. Несколько серебряных колец украшали его длинные пальцы, а остроносые туфли ярко блестели на кафельном полу, когда он развязной походкой направился к ней, явно чувствуя себя здесь на своём месте. Было откровенно несправедливо, что семь обнажённых, крупных игроков в квиддич не могли возбудить её так же быстро, как один полностью одетый придурок. — Невинное развлечение, да? — произнёс Малфой, скользнув взглядом по липкому пятну на её груди. Его улыбка стала шире. Щёки Гермионы вспыхнули, но она не отступила. — Да, — ответила она, нарочито наивно. — И если ты не против, мы как раз собирались заканчивать. Без тебя. Команда, казалось, отступила от них, когда Малфой подошёл ближе и остановился, нависая над ней с откровенно высокомерным видом. Он внимательно изучал её; его серебристые глаза медленно скользили по её лицу с такой интенсивностью, что она едва не вздрогнула. — Вот как? — задумчиво произнёс он. Он поднёс безымянный палец к её подбородку и приподнял его, заставляя встретиться с ним взглядом. Гермиона сглотнула, отказываясь отвечать. Своим голосовым связкам она сейчас не доверяла. Малфой скользнул языком по нижней губе, прежде чем заговорить. — Что ж, боюсь, для тебя это невозможно, — сказал он. — И почему же? — откликнулась Гермиона, изо всех сил стараясь подавить дрожь в голосе. Улыбка Малфоя стала злорадной и откровенно довольной. В животе у неё всё оборвалось: она прекрасно понимала, что ничего хорошего такая улыбка не сулит. Его ладонь скользнула вдоль её челюсти и остановилась у основания шеи, вырвав из неё тихий вздох. Полный контакт его руки с её кожей говорил о присвоении, о скрытой, нерастраченной силе. — Ты не можешь приказать мне уйти. Я владелец этой команды, — сказал он, явно смакуя её удивление. — Здесь я главный. Сами по себе эти слова звучали как его обычная высокомерная болтовня, но Гермиону не покидало странное ощущение, что в последней фразе он говорил вовсе не о своём статусе владельца команды. Неужели этот Малфой каким-то образом осознавал существование Страны Грёз? Неужели он считал себя и её владельцем тоже? Это было невозможно, и всё же… взгляд его глаз говорил о том, что он знает нечто, чего не знала она. Размышлять об этом было некогда. Его рука резко сместилась и сомкнулась у неё на горле, и страх смешался с возбуждением так внезапно, что у неё перехватило дыхание. Малфой оглядел остальных членов команды, не убирая руки. — Ничего, если я присоединюсь к вашему командному совещанию, парни? — окликнул он раздевалку. Краем глаза Гермиона заметила, как несколько игроков переглянулись и пожали плечами. — Если она не против, — отозвался кто-то. — Хорошо, — сказал Малфой, снова переводя взгляд на неё. — И ещё одно уточнение. Мне тут довелось узнать, что Грейнджер не слишком жалует невинные развлечения. Он наклонился ближе, и его хватка на её горле усилилась. Гермиона смотрела на него широко раскрытыми глазами, не представляя, что делать. — Она предпочитает немного боли. По раздевалке прокатились нервные смешки и посвистывания. Хищное удовольствие Малфоя лишь усилилось, когда он увидел, как в её глазах вспыхнул страх. — Не так ли, Грейнджер? Гермионе показалось, что она воспламенилась изнутри. Ей было трудно дышать — и от желания, и от его руки на горле. С трудом сглотнув, Гермиона всё же обрела дар речи, хотя голос её звучал тихо и прерывисто. — Да, сэр. Мужчины вокруг взревели и забарабанили по шкафчикам, выкрикивая её фамилию. Воздух вокруг них сгустился от возбуждения. Глаза Малфоя потемнели. Он наклонился так близко, что она почувствовала его дыхание на своём лице. — С этого момента ты официально игрушка команды, Грейнджер. Надеюсь, тебе нравится пожёстче, потому что «Соколы» играют жёстко. Но не переживай. Мы тебе кое-что пообещаем. Он снова ухмыльнулся ей, после чего поднял взгляд на команду. — Сегодня мы заставим тебя кончить семь раз. По одному оргазму с каждого игрока. Как тебе такое? Глаза Гермионы распахнулись, в ногах появилась слабость. Команда взорвалась таким рёвом, что она едва могла соображать. Кончить семь раз? Она не была уверена, возможно ли такое вообще. — Ну что, Грейнджер? — спросил он. — Ты принимаешь условия? Его хватка ослабла, и большой палец начал описывать круги под её челюстью. От этого прикосновения её пробрала дрожь. — Принимаю, — сказала она. Вопреки всякому здравому смыслу. — И ещё одно, — продолжил Малфой, перекрывая радостные возгласы команды. — Ты обязана сообщить нам, если тебе станет плохо, Грейнджер. Стоп-слово — «мандрагора». Если ты не можешь говорить, ударь того, кто окажется рядом. Понятно? Гермиона не могла в это поверить. Невероятно. Предложенное им стоп-слово было точно таким же, как в прошлый раз. Казалось, что, несмотря на все отличия, достаточные, чтобы обойти блоки, которые она пыталась выстроить, он всё равно следовал тем же самым шаблонам, что и другие Малфои. Были ли все эти черты присущи настоящему Малфою? Эта мысль должна была заставить её немедленно пошевелить пальцами ног и всё прекратить. Но… семь раз. Чёрт возьми. Если в волшебном мире и существует ад, она точно туда попадёт. Она кивнула. — Понятно. — Отлично. Хватка на её горле на мгновение усилилась, а затем он отпустил её. Лёгким толчком он отправил её, пошатывающуюся, назад — в толпу мужчин. — Похоже, ей не помешал бы душ, правда? — сказал Малфой. Вокруг раздались смешки и свист, и внезапно Гермиону подняли и понесли к ряду открытых душевых в дальнем конце раздевалки. Малфой шёл следом, лениво и безучастно, с лёгкой самодовольной улыбкой, пока остальные мужчины кричали и подбадривали друг друга. Он не раздевался и не присоединялся к ним, просто засунул руки в карманы и прислонился к ближайшей стене, наблюдая за тем, как на Гермиону нападает его команда. На этот раз они были другими. Руки обхватили её, грубо дёргая и ставя в нужное положение. Кто-то включил душ, и её толкнули под тёплую струю, передавая по кругу кусок мыла. Куда бы она ни посмотрела, вокруг были твёрдые члены и тянущиеся руки, лапающие её со всех сторон, пока они намыливали её тело. Их куда меньше заботило то, чтобы действительно отмыть её, чем заставить её задыхаться и вскрикивать. Её грудь сжимали, за ягодицы хватали, и множество членов тёрлись о её кожу с мыльным, скользким удовольствием. Толстые пальцы проникали в её отверстия, делая вид, что моют, дразня и трахая её, заставляя извиваться и стонать, пока вода стекала по её лицу. Кто-то оттянул её промокшие локоны назад, собрав их в небрежный хвост, чтобы опустить её вниз. Колени уперлись в плитку, когда она подняла взгляд и увидела семь красивых, сильно возбуждённых мужчин, сомкнувшихся вокруг неё кольцом, с твёрдыми, сочащимися смазкой членами, тянувшимися к её рту. — Уже передумала, Грейнджер? — окликнул Малфой. Она видела его между двумя игроками. Он небрежно прислонился к стене, словно наблюдал за выпуском новостей. — Быть игрушкой команды — работа непростая, я уверен, ты скоро это поймёшь. Моим людям требуется много внимания. Они продемонстрировали это, не дав ей ответить. У неё было всего две руки и один рот, а значит, четверо постоянно оставались без её внимания. Они направляли её, хватая за волосы, нетерпеливо проникая в её рот. Гермиона старалась не отставать, покачивая головой и работая руками, но этого было недостаточно. Члены шлёпали её по щекам, двигались во рту, нагло используя её, чтобы совершить несколько толчков, прежде чем уступить место следующему. Тело Гермионы горело от желания. Она не знала, чего хочет сильнее: продолжать обслуживать мужчин вокруг, позволяя использовать себя как вещь, или чтобы её подняли на ноги и наконец оттрахали по-настоящему. Она заёрзала на коленях, пытаясь создать хоть какое-то трение между ног, пока её рот и руки были заняты, а остальное тело оставалось без внимания. Внизу нарастала отчаянная потребность, подталкивая её найти кого-нибудь, кто прикоснётся к ней ниже пояса. Наконец Малфой, казалось, сжалился над ней. — Думаю, теперь она достаточно чистая. Его голос звучал ближе. С влажным чавканьем член, который она сосала, выскользнул из её рта, и Гермиона моргнула, стряхивая воду с ресниц и разыскивая взглядом Малфоя. Он стоял неподалёку, вне досягаемости брызг, спокойно рассматривая её, стоящую перед ним на коленях. С широко распахнутыми глазами она уставилась на очевидную выпуклость у него в штанах. Как бы расслабленно он ни держался, его тело однозначно реагировало на зрелище, как его команда пользуется ею по его приказу. Должно быть, ему было неудобно. Тем не менее он не сделал ни единого движения, чтобы прикоснуться к себе или раздеться. — Ты согласна, Грейнджер? — спросил он с насмешкой. — Ты бы сказала, что ты… чистая? В её памяти всплыло воспоминание о том, как он велел ей протянуть к нему руки. «Только чистыми руками», — сказал он тогда, перед тем как впервые позволить ей коснуться себя. Неужели он делает то же самое и сейчас? Малфой облизнул губы, и Гермиона вдруг ощутила пугающе сильное желание рвануться вперёд, вцепиться в него, расстегнуть ремень и умолять его трахнуть её. Но она сдержалась. Здесь главным был он. Все подчинялись его приказам. Когда он был в своей стихии, он становился настолько привлекательным, что она едва выносила, что он не прикасается к ней. И будь он проклят, но он, похоже, это знал. — Это не мне решать, сэр, — сказала она, чувствуя, как её снова накрывает волной возбуждения. Ей почти показалось, что она увидела, как его член дёрнулся под тканью брюк. — Хороший ответ. Ну что ж... Он достал палочку и взмахнул ею в сторону душевой лейки — вода тут же стихла, оставив её дрожащей и мокрой на коленях. Он быстро высушил её заклинанием, и она сразу почувствовала тепло. — Встань, маленькая игрушка, — потребовал он. — И дай моей команде воспользоваться тобой как следует. Первым шагнул вперёд Роман. Он протянул руку, намотал её волосы вокруг кулака и резко дёрнул вниз, заставляя её согнуться. Член Малика уже был наготове, и он постучал им по её щеке, прежде чем войти в неё. Она провела в таком положении совсем немного. Кто-то высокий и сильный (возможно, Винс) схватил её за ноги, поднимая нижнюю часть её тела в воздух, и без всякого предупреждения вставил в неё свой огромный член. Гермиона вскрикнула от внезапной наполненности, слегка поперхнувшись членом Малика. Кто-то с силой шлёпнул её по ягодице, в то время как её руки тоже оказались заняты. Хватка Романа в её волосах оставалась крепкой, помогая удерживать её на месте, пока мужчины вокруг по очереди терзали каждое из её отверстий. И снова где-то внутри неё начало нарастать жгучее, почти достижимое освобождение. — Девинс! Нашей девочке нужна небольшая помощь, — крикнул Малфой. Уилл просунул руку ей под живот и протиснулся между ног, наконец коснувшись её налитого клитора. На этот раз почти ничего больше и не понадобилось. Всего несколько лёгких круговых движений и она задрожала, переживая свой первый оргазм этой ночи. — Один есть! — выкрикнул Малфой, вызвав одобрительные возгласы группы. Множество рук помогли поставить её вертикально. Всё ещё находясь у неё за спиной, Винс ухватился за её бёдра и выскользнул из неё лишь затем, чтобы тут же войти своим скользким членом в её попку. Один из охотников шагнул вперёд и одним плавным движением проник в её обнажённую киску. Всё её тело подпрыгивало, пока они входили в неё с обеих сторон, целуя её и сжимая её бёдра. То, как они растягивали её, вбивались в неё, было слишком сладко. Гермиона вскрикнула, вцепившись в них обоих, когда с невероятной скоростью на неё обрушился ещё один оргазм. — Два! Мужчины были повсюду. По очереди трахали её спереди, сзади, пользовались её руками и даже ногами. Ни одна часть её тела не осталась нетронутой. Всё это время Малфой стоял, прислонившись к стене, и смотрел на неё голодными глазами. Следующим шагнул вперёд Лэнс. Он вошёл в неё со стоном удовольствия и начал быстро двигаться, подмигивая ей и демонстрируя свою улыбку на миллион галлеонов. — Ну как, Грейнджер? — спросил Лэнс. — Нравится быть нашей игрушкой? Она была не в состоянии ответить. Ноги дрожали, голова откинулась назад, когда внизу живота снова начало нарастать напряжение. Лэнс выкрикнул от удовольствия, когда она вцепилась в него, сжимая внутренними стенками его член. — Три! — объявил Малфой. — Ах… чёрт! — выдохнул Лэнс, резко подаваясь бёдрами вперёд; мышцы его живота напряглись, когда он кончил в неё. Он тут же рванулся вперёд и поцеловал её, яростно проникнув языком ей в рот. — Ауч! Гермиона вздрогнула, когда Лэнс резко отпрянул с растерянным видом. Он потёр ладонью затылок, нахмурившись, будто его что-то ужалило. Он оглянулся через плечо на Малфоя, который всё ещё лениво опирался на стену. — Флит, почему бы тебе не встать на колени и не показать Грейнджер, на что ещё способен твой рот? — непринуждённо предложил он. Пожав плечами, Лэнс опустился на пол и сделал то, что предложил Малфой. Гермиона застонала от удовольствия, когда язык Лэнса погрузился в её складочки, слизывая беспорядок, который они только что устроили. Оттолкнувшись от стены, Малфой медленно зашагал вперёд. Он был единственным мужчиной в комнате, который всё ещё был полностью одет. Однако он закатал рукава рубашки, обнажив сильные предплечья. Он остановился перед ней, рядом с тем местом, где стоял на коленях Лэнс. Его взгляд скользнул по ней, отмечая румянец на её щеках, вздымающуюся грудь от тяжёлого дыхания и двигающиеся бёдра, которые сейчас сжимали те, кто стоял у неё за спиной. Казалось, он был в восторге от того, как она извивалась, пока её ублажали со всех сторон. Гермиона не смогла удержаться и снова взглянула на его тёмные брюки, поймав себя на том, что её взгляд притягивает выпуклость под тканью. Это было глупо, она понимала. У неё и так было семь длинных, толстых членов. Почему же ей так отчаянно хотелось именно его? — Наслаждаешься, Грейнджер? — спросил он, приподняв бровь. — Д… да, сэр, — выдохнула Гермиона. Малфой кивнул, не сводя с неё глаз. От каждого взгляда его серебристых глаз её кожа горела. Он медленно протянул руку и обхватил одну из её грудей. Его прикосновение зажгло внутри неё что-то новое. Оно отличалось от остальных. Было более собственническим. Властным. Он лениво перекатил её сосок между большим и указательным пальцами, сжимая ровно настолько, чтобы тело откликнулось. Она прикусила губу и закрыла глаза, дрожа и покрываясь потом, полностью отдавшись ощущениям. Теперь Лэнс посасывал её клитор так, что перед глазами у неё вспыхивали искры. Влажные звуки, издаваемые его ртом и звуки от движений вокруг заполняли пространство, сводя её с ума. — Грейнджер, — произнёс Малфой, заставляя её снова открыть глаза. Он смотрел на неё странным взглядом. Слишком живым, как ей показалось. — Кончай, — приказал он, резко сжав её сосок. Оргазм накрыл её раньше, чем она успела осознать его приближение. Волна прошла по телу с неожиданной силой. Крик получился сдавленным, зрение распалось на размытые пятна. Голова Лэнса двигалась в такт её дёргающимся бёдрам, и он ни на миг не отрывался от неё. — Четыре. Давайте дадим ей перевести дух, — сказал Малфой. Её осторожно опустили на скамью, множество рук удерживали её, не давая потерять равновесие. Это было кстати, учитывая, что позвоночник ощущался как желе. Малфой не стал подходить ближе. Он выглядел раздражающе невозмутимым, элегантно прислонившись к стене и разглядывая свои ногти, пока она пыталась отдышаться, сдувая с лица спутанные пряди волос. Единственным признаком того, что происходящее хоть как-то на него подействовало, оставалась внушительная выпуклость в его брюках. — Почему ты не присоединяешься, Малфой? — спросила она, не сумев сдержать любопытства. Он ответил ей резкой улыбкой. — Я просто делаю свою работу, Грейнджер. Руковожу процессом. Так получилось, что я уже некоторое время ищу способ поднять командный дух. Ты оказалась на удивление удобным решением. Она и не сомневалась, что он уйдёт от прямого ответа. — Разве ты не… — Гермиона осеклась, внезапно заколебавшись. А если он скажет «нет»? Она не была уверена, что выдержит это. — Ну же. Задай свой вопрос, — сказал он с ленивым интересом. Гермиона сглотнула, собираясь с духом. — Ты… ты разве не хочешь меня? Злобная усмешка, медленно появившаяся на его лице, заставила её тут же пожалеть о своих словах. — Жадная маленькая игрушка, — пробормотал он. — Тебе что, недостаточно всего основного состава «Фалмутских соколов»? Тебе нужен ещё и владелец команды? А как насчёт запасных игроков? Менеджеров? Судей? Ты хочешь и их тоже? Казалось, о тон его голоса можно было порезаться. Мужчины вокруг тихо захихикали, перебрасываясь репликами, которые ей совершенно не хотелось слышать. Щёки Гермионы вспыхнули, но она не отвела взгляда от Малфоя. — Нет, — тихо сказала она. — Только тебя. Признаться в этом было непросто, но в тот момент, когда она заметила, как его улыбка дрогнула, а глаза на мгновение расширились, Гермиона поняла, что попала в цель. Малфой оттолкнулся от стены и подошёл к ней. Он протянул руку, и она настороженно вложила в неё свою. Подняв её на ноги, он сам сел на скамью, где она только что сидела, а затем жестом указал ей устроиться у него на коленях. С неловким нетерпением Гермиона опустилась на него, прикусив губу, когда почувствовала, как твёрдая эрекция под жёсткой тканью его брюк упёрлась ей в ягодицы. Одной рукой он обхватил её за бедро, сдвигая чуть вперёд на своих широко расставленных ногах, а другой коснулся ключицы и скользнул по груди. Гермиона вздрогнула, когда его дыхание защекотало кожу на шее. — Обычно я не люблю делиться, Грейнджер, — сказал он ей на ухо тихим, низким голосом. — Но, к счастью для тебя, мне нравится контролировать. Гермиона судорожно втянула воздух, когда его рука вдруг сомкнулась вокруг её горла. — Ладно, парни. По очереди, — громко сказал он, обращаясь к окружающим. — Посмотрим, кто заставит её кончить сильнее всего. Кто не успел, тот опоздал. Первым шагнул Честер Уилсон. Его коренастая, мускулистая фигура уже стала привычным зрелищем, и он уже во всю поглаживал рукой свой возбуждённый член. Малфой слегка сдвинул её ещё немного вперёд, ровно настолько, чтобы придать ей нужное положение для первого толчка Честера. Её кожа начала саднить, мышцы болели, но она всё ещё была достаточно влажной после четырёх оргазмов. Он вошёл в неё без особого труда и несколько раз качнулся, прежде чем схватить её за бёдра и приподнять для большего удобства. Гермиона ахнула, когда он вошёл в неё до самого основания, растянув её до предела. Малфой по-прежнему удерживал её за горло, прижимая к себе. Его губы коснулись ее уха, низкий тембр его голоса опьянял, отвлекая от мужчины, двигающегося внутри нее. — Я вижу, как сильно ты хочешь меня, Грейнджер, — сказал он так тихо, что услышала это только она. Лицо Честера вытянулось, когда он начал двигаться агрессивнее, сжимая ее ляжки своими грубыми руками. Гермиона застонала, упираясь руками в твердые бедра Малфоя в поисках опоры. — Бьюсь об заклад, ты бы пожертвовала остальными членами, чтобы заполучить мой. Разве не так, маленькая пикси? Гермиона вскрикнула. Он снова назвал её пикси. Это слово всё больше становилось для неё одновременно самым любимым и самым ненавистным. Резкая волна желания прокатилась по телу от одного лишь звука этого прозвища. Честер ускорился, начиная вбиваться в неё жёстче и быстрее, догоняя собственное удовольствие во влажных складках её тела. Он глухо выдохнул, когда кончил в неё, всего за миг до того, как разрядка накрыла и её саму. Когда он выскользнул из неё, Гермиона вскрикнула от болезненного ощущения пустоты, но почти сразу же кто-то другой шагнул вперёд, занимая его место. Это был Винс. Его выдающаяся длина дала о себе знать сразу — он вошёл в неё до самого конца одним толчком, с влажным, липким звуком, и тут же начал двигаться, не сдерживаясь. Рука Малфоя сильнее сомкнулась у неё на шее, прижимая её крепче к его груди. — На самом деле, это даже мило, — сказал Малфой. — То, как ты позволяешь моей команде пользоваться тобой, надеясь, что это хоть на шаг приблизит тебя к тому, чтобы наконец потрахаться со мной. Её внутренние мышцы сжались, отзываясь на тихие, грязные слова Малфоя сильнее, чем на мужчину, который в этот момент глубоко входил в неё. — Разве не этого ты хочешь? — продолжил он, дразня её. — Разве не ради этого ты здесь? Она не знала, что ответить, особенно когда кто-то сжимал её бёдра и входил в неё так глубоко. Ноги задрожали, когда Винс потянулся вперёд и начал массировать большим пальцем её клитор. — Что ж, мне неприятно тебе это сообщать, пикси, но я сейчас вне игры. Ты можешь сколько угодно демонстрировать мне свою мокрую киску, но это не сработает. Его рука сжалась у неё на горле, перекрывая дыхание, и её тело дёрнулось, перегруженное ощущениями и отчаянно жаждущее разрядки. — Я не играю с игрушками, которые мне не принадлежат. А сейчас ты принадлежишь им. Пять! Последнее слово разнеслось по комнате, когда оргазм затопил её, растекаясь по телу, в то время как Винс продолжал трахать её. — Кто следующий? Кто будет шестым? — окликнул Малфой. Гермиона закрыла глаза, не заботясь о том, кто подойдёт следующим. Это не имело значения. Не тогда, когда Малфой был под ней, слегка её душил и шептал грязные слова ей на ухо, а его каменный член упирался ей в задницу. Ублюдок. Он знал, как сильно она его хочет, и использовал это как оружие. Это было так же жестоко, как и гениально. Заставить её желать его, а затем вынудить удовлетворять это желание с другими. Такой жестокости она раньше не встречала, и от этого ей хотелось буквально сожрать его. — Чёрт, ты прекрасна, когда кончаешь, — прошептал Малфой, и его дыхание коснулось её влажной кожи. — Раскрасневшаяся, дикая и совершенно неуправляемая. Ощущение языка Малфоя на её шее отвлекло Гермиону от того, кто сейчас ласкал её изнутри. Его язык прошёлся по коже, пробуя на вкус место чуть сбоку от его большого пальца. — Мне нравится видеть тебя такой, — тихо сказал он. — Даже больше, чем когда ты подчиняешься. И почти так же сильно, как когда ты злишься на меня, — пробормотал он. Гермиона издала сдавленный звук, и её внутренние мышцы сжались вокруг члена, который продолжал входить в неё. — О, так ты не знала об этом? — продолжил Малфой, и его весёлый смешок прошёлся по всему её телу, словно электрический разряд. — Это правда. Думаю, здесь я могу в этом признаться. Вид того, как ты выходишь из себя и злишься на меня, вызывает у меня сумасшедший стояк. Пока он говорил, его бёдра приподнимались, вжимаясь твёрдой длиной в её задницу. Это было бесполезно. Гермиона не могла остановить мощную волну удовольствия внутри неё. — Шесть! Она уже почти ничего не соображала. Дрожащая, распущенная, позволяющая любому из мужчин в комнате брать себя просто потому, что она не могла получить того, кто находился прямо под ней. Очередной мужчина вошёл в неё, и Гермиона почувствовала, как к глазам подступают слёзы. — Малфой, пожалуйста, — прошептала она. — Я хочу… тебя. Она почти не расслышала звук, сорвавшийся с её губ, когда его рот опустился ниже, а зубы жёстко впились в её кожу. — Ты хочешь, чтобы я вошёл в тебя, Грейнджер? — резко спросил он. — Хочешь, чтобы я кончил туда, где сегодня уже побывали семеро других мужчин? Почему я должен это делать? — М… Малфой. Гермиона смогла произнести лишь его имя. Её финальный оргазм нарастал, обжигающий и пульсирующий, невыносимый. Тот, кто входил в неё сейчас, не сбавлял темпа, двигался быстро и жёстко, удерживая её ноги широко разведёнными и свободно трахая её. — Нет, — сказал Малфой, на мгновение сжимая руку сильнее. — Если ты хочешь меня, попроси как следует, Грейнджер. Её тело опасно качнулось к грани чего-то совершенно нового. К бездне, к которой она не могла не приближаться. Другая рука Малфоя, до этого лежавшая у неё на бедре, скользнула ниже. Его пальцы добрались до самого её центра, вызвав у неё тихий вскрик, когда они коснулись её ноющего, набухшего клитора. Член внутри неё задвигался ещё быстрее, и с каждым толчком она ощущала, как яйца шлёпаются о её кожу. — Скажи это, Грейнджер. Кого ты хочешь? Она не могла вынести ни секунды больше. Сжав мышцы вокруг мужчины внутри себя, Гермиона позволила этому случиться, позволила жгучей потребности накрыть её и разойтись волнами от его пальцев. Без всякого предупреждения из её сдавленного горла вырвалось имя. — ДРАКО! Ослепляющее удовольствие пронзило всё её тело, разрастаясь и перекатываясь внутри с чем-то, почти похожим на боль. Перед глазами вспыхнули белые пятна, тело дёрнулось. Горячая влага хлынула из неё, заливая член, который всё ещё скользил внутри. Пальцы не останавливались. Гермиона закричала, когда её понесло из одного оргазма прямо в следующий, волны накатывали и отступали без всякого её согласия. Всем этим полностью управлял мужчина, чья рука была крепко сомкнута у неё на горле, подчиняя её себе. Она едва заметила момент, когда тот, кто был внутри, вышел из неё. Единственное, что она ощущала, — руки Малфоя, обхватившие её и прижавшие к его твёрдому телу, пока она окончательно не обмякла. — Может быть, в следующий раз, Грейнджер, — тихо сказал он. — Я не смогу долго тебе сопротивляться.

⊹₊˚‧︵‿₊୨ᰔ୧₊‿︵‧˚₊⊹

Ей понадобилось двенадцать часов, чтобы отоспаться. И хотя на самом деле её не крутили в воздухе и не трахали во всех возможных позах, мышцы внизу тела болезненно ныли от чрезмерных оргазмов. Даже выпив восстанавливающее зелье в тот самый момент, когда у неё хватило сил его призвать, она понимала, что последствия будут ощущаться ещё несколько дней. Когда к ней наконец вернулась ясность мысли (пусть и не полностью), Гермиона точно знала три вещи. Во-первых, с Малфоем из Страны Грёз было что-то не так. Он был слишком живым, слишком непохожим на плод её воображения. Медальон каким-то образом вдохновлялся реальным Малфоем. Во-вторых, ей нужно было во всём этом разобраться. Она не могла позволить медальону и дальше подсовывать ей этого мужчину, не понимая, каким образом он это делает. И, в-третьих, она была по-настоящему, безнадёжно глубоко в гиппогрифьей заднице. Потому что она больше не собиралась держаться подальше от Малфоя из Страны Грёз. Даже если бы она и смогла найти способ не подпускать его к себе, она больше этого не хотела. У неё оставались вопросы. Необходимо собрать всё воедино. И как только она с этим разберётся, она вернётся, чтобы найти его.