Чтобы мир не стал картой

— Глупо, правда? — Хм? — Ци Жун слегка изогнул бровь в удивлении и повернулся, чтобы посмотреть на Се Ляня, прежде чем проследить за его взглядом. Се Лянь непроизвольно теребил кольцо на пальце, рассматривая электронный билборд, к которому периодически подходили парни и девушки примерно его возраста, фотографировали его и шли дальше. — «Я буду ждать, сколько потребуется»... глупая фраза, — фыркнул Се Лянь, цитируя слова, что однажды услышал и что теперь плотно ассоциировались с человеком, изображение которого светилось на билборде. Он быстро сделал фотографию билборда издалека, прежде чем повернуться обратно и пойти дальше вдоль полного суетящихся людей аэропорта. Ци Жун промолчал, лишь его лицо слегка помрачнело, и он пошёл дальше за Се Лянем. — Было глупо считать, что может быть иначе. Три года... кто в здравом уме потратит три года своей молодости впустую? Люди и без того живут не слишком долго, чтобы так распоряжаться временем, — продолжал свой монолог Се Лянь, в речи которого при некоторых словах появился лёгкий акцент. Три года. Даже немного больше чем три года прошло с того момента, как Се Лянь видел Хуа Чэна в последний раз. Ци Жун решил не лезть в монолог брата, ведь это никогда ничем хорошим не заканчивалось, лишь кивая время от времени, пока к нему внезапно не обратились напрямую. — Ты ещё общаешься с Эмином? — Да. Периодически виделись на каникулах. Я сюда приезжал как-то, он ко мне тоже, — спокойно сказал Ци Жун, постепенно понимая, к чему это спросил Се Лянь, так что тут же продолжил: — Насчёт Хуа Чэна я ничего не знаю. Эмин уже отдельно от него живёт. Они, конечно, общаются, но я в это не лез... Ци Жун тихо вздохнул, продолжая идти вслед за двоюродным братом, в котором за последнее время он слегка разочаровался. Се Лянь наконец окончил учёбу, так что решил вернуться на родину, а Ци Жун, который всё ещё продолжал учиться, решил также поехать с ним, пока ещё были летние каникулы. Тем более когда его подработка не требовала физического присутствия. — Ты серьёзно хочешь продолжать работать с родителями? Ты так уверен, что он... — Да, хочу, — перебил Се Лянь. — Я был глупым, думал, что любовь одна и на всю жизнь. Но... Он стал наконец добиваться успеха в своей сфере, и я решил, что лучше отпустить. Во время учёбы и уже по её окончанию, родителями начали дистанционно привлекать Се Ляня к работе в семейном деле. Не то, чтобы ему это действительно нравилось. Постоянно кучу звонков, цифр. Но ведь лучше, чем ничего. — Но он же продолжал тебе писать, — перебил Ци Жун, прищурив глаза. — Да, но дело не в этом. Я просто... не хотел, чтобы он зацикливался на мне. Серьёзно, у него теперь достаточно внимания, а я должен был заставить его ждать несколько лет из-за того, что пообещал родителям, что буду с ним только после окончания учёбы. Это было бы неправильно с моей стороны. И вообще, мы оба были очень молоды...— выдохнул Се Лянь и достал телефон, чтобы проверить уведомления. — Так что... я отпустил. Наверное, у него уже давно своя жизнь. Как и у меня. А родители уже успокоились, я извинился перед ними. Так что теперь смогу полценно работать вместе с ними. — М-м, ладно, твоё дело, — Ци Жун, кажется, был не слишком доволен этим разговором, но решил не спорить с Се Лянем, ведь тот явно был не в духе, и уже давно. Некоторое время они шли молча, пока не оказались в зале ожидания, в котором множество людей стояло с табличками или бумагами с именами, явно с нетерпением ожидая чьего-то приезда. В стороне стояли счастливые семьи или пары, которые так же воссоединились после долгой разлуки. Некоторое время Се Лянь понаблюдал за атмосферой этого места. На сердце отчего-то стало тяжко, однако он решил не зацикливать на этом внимания, так что повернулся к Ци Жуну. — Ты сейчас в отель? Хотя Се Лянь и родители предлагали Ци Жуну остаться у них на время пребывания тут, он предпочёл отель, оправдав свой выбор тем, что там ему будет лучше работать. — Ага. Но... хотел с Эмином и Жое встретиться, так что они сказали, что встретят меня в аэропорту, и я с ними уеду, — Ци Жун покачал головой, выискивая их в толпе и параллельно ведя диалог. — А ты? Сразу к родителям? — Нет. Ши Цинсюань сказал, что тоже хочет встретиться со мной сразу, так что он с Хэ Сюанем тоже должны меня ждать. Ци Жун понимающе кивнул и уже через минуту, видимо, наконец найдя в толпе знакомые лица, попрощался с Се Лянем и ушёл в сторону. А вот Се Ляню ещё через несколько минут пришло сообщение о том, чтобы тот вышел из аэропорта, ведь они ждут там. На выходе действительно стояли Ши Цинсюань с Хэ Сюанем, и первый, увидев Се Ляня, сразу набросился на него с объятиями, а Хэ Сюань позже лишь кратко поздоровался, пожав руку, очевидно, параллельно ведя с кем-то переписку и не мог позволить себе сильно отвлекаться. — Господи, столько лет не виделись! — восторженно говорил Ши Цинсюань, который за эти три года, кажется, просто расцвёл. Особенно на фоне Се Ляня, который, очевидно, устал от перелёта. — Угу... вы сами как? — улыбнулся Се Лянь, смотря на обоих. — Да много нового! Давай об этом позже, ты же после перелёта точно голодный. Поехали, в ресторане посидим, там всё и обсудим, — улыбнулся Ши Цинсюань, после чего потянул Се Ляня в сторону машины, очевидно не принимая никаких отговорок и не давая возможности отказаться вовсе. А Хэ Сюань, не прекращая переписку, молча последовал за ними, только захватив с собой и чемодан Се Ляня, о котором эти двое едва не забыли. Хотя Се Ляню было интересно, чем так занят Хэ Сюань, он решил не влезать, ведь, кажется, Ши Цинсюаня это никак не волновало, или же он попросту того не замечал. В любом случае, Се Лянь посчитал неправильным в это лезть. За разговором двоих так и проходила поездка. Даже почти что монологом, ведь Се Лянь редко вставлял какие-то фразы. Он так отвык от темпа речи Ши Цинсюаня в реальной жизни, что требовалось немного времени, чтобы привыкнуть. Хэ Сюань же с переписки уже перешёл на разговор по телефону, ведь был за рулём и руки были заняты. Впрочем, удовлетворить любопытство Се Ляню это не помогло, ведь сидящий рядом Ши Цинсюань не позволял нормально прислушаться, а Хэ Сюань назло разговаривал довольно тихо, потому действительно пришлось сдаться. Что ж, подслушивать во всяком случае плохо. За время поездки Ши Цинсюань успел рассказать и обо всём новом, и пересказать то, что уже рассказывал ранее во время созвонов. И о том, что он успел устроиться работать в барбершоп, и о том, что уговорил Хэ Сюаня набить ему татуировку, и о планах на будущее... в общем, не упустил ни одной темы для разговора. Почти ни одной. Только одну тему он не затронул. И все знали почему. Уже прибыв к ресторану, в котором, как оказалось, был зарезервирован столик, все трое прошли в отделённую от остальных посетителей зону и сели там. Тут Се Лянь предположил, что всё время до прибытия Хэ Сюань был в телефоне потому, что разбирался с резервацией. Хоть это и не в его духе, исключать это нельзя, тем более что теперь Хэ Сюань телефон не доставал. Ши Цинсюань с Хэ Сюанем присели на диван напротив Се Ляня, а он сидел за своей половиной стола один. Краем глаза он заметил, что на пустующем месте тоже всё было сервировано, хотя столик должен был быть заказан на троих. Но в итоге он просто списал всё на то, что официанты могли забыться и накрыть на четверых, ведь столик был четырёхместный. В конце концов, это не играло особой роли, хотя что-то всё равно не давало ему покоя. Быстро выбрав что-то из меню, Се Лянь, забрав с собой свою сумку, удалился в уборную, чтобы немного привести себя в порядок. К счастью, в уборной никого не было, так что он мог впервые за долгое время побыть наедине. Он неспешно расчесал лишь слегка небрежные волосы, а после собирал их в пучок. Помыл руки, параллельно рассматривая своё отражение в зеркале, чтобы проверить, всё ли в порядке. И сделал это он не зря, ведь обнаружил, что одна из стрелок на его глазах слегка стёрлась. Тихо выругавшись, он потянулся к сумке, что висела через плечо.Около минуты он копался в ней, стараясь отыскать подводку. — Блин... Не мог же забыть? — недовольно буркнул Се Лянь, всё не сдаваясь в поисках. Пока происходили его отчаянные попытки отыскать поводку, которую он уже успел обматерить, краем уха Се Лянь слышал, что кто-то заходил, так же подходил к раковине, чтобы помыть руки, а после вышел из уборной. Внимания на это Се Лянь не обращал, не сдаваясь ещё некоторое время. И всё же, когда он пять раз проверил сумку, вывернул её наизнанку, но так и не нашёл подводки, он наконец психанул и отстал от несчастной сумки. Стоило ему поднять голову, взгляд неизбежно зацепился за одну вещицу на краю раковины — подводку. Хотя он не мог вспомнить, когда успел её выложить из сумки, решил лишь скинуть всё это на свою невнимательность. Да и к тому же думать об этом сейчас смысла не имеет, его и без того, скорее всего, заждались. Так что, подправив всё на скорую руку, Се Лянь наконец отстал от себя и вышел обратно в зал, чтобы вернуться к друзьям. Медленно ступая в сторону зоны, где их посадили, он начал отдалённо слышать разговор. Он мысленно выдохнул, уже готовясь вернуться в дружескую обстановку и вести непринуждённые беседы о всякой бессмыслице. — Я ве... — начал Се Лянь, но тут же лишился дара речи, стоило ему заметить, что теперь за столом сидели трое человек. Ши Цинсюань, Хэ Сюань и... того, кого нельзя было не узнать, сколько бы лет ни прошло. Се Лянь не продолжил говорить, не сел рядом, просто встал столбом, совершенно потерянный.— Ты вернулся, — коротко подтвердил Хуа Чэн, в чьих глазах на секунду мелькнули удивление и уязвимость, но на губах играла хитрая полуухмылка, которая не была знакома Се Ляню. В голосе появилась та уверенность, которой ранее не хватало. — Рад снова встретить тебя. Се Лянь был готов провалиться под землю, но, к его огромному сожалению, не обладая такой возможностью, он с очень растерянной улыбкой протараторил в ответ короткое приветствие, прежде чем устремить взгляд на Ши Цинсюаня, явно ожидая пояснений. На протяжении минуты за столом была довольно напряжённая тишина, однако диалог на каком-то уровне явно происходил — Се Лянь хмурился на друга, а тот в ответ так же выражал что-то мимикой и лёгкой жестикуляцией рук, а вишенкой на торте оказалось, когда Се Лянь, ко всему прочему, каким-то образом понял его и недовольно закатил глаза. Хэ Сюань немного понаблюдал за этим, покрутил у виска, переглядываясь с Хуа Чэном. Вот только.Этот жест, в отличие от гляделок Се Ляня и Ши Цинсюаня, сразу стал ясен всем за столом, так что двоим пришлось прекратить свой немой спор, и за столом снова воцарилась неловкая тишина. Благо, с ними был Ши Цинсюань, и он довольно быстро нашёл какие-то нейтральные темы, чтобы атмосфера стала менее напряжённой, что со временем и произошло — блюда принесли, шёл лёгкий диалог, в который каждый периодически вносил свои пять копеек в дополнение к остальным восьмидесяти пяти от Ши Цинсюаня. А Се Лянь периодически бросал взгляд на человека, сидящего сбоку от него. Хотя он старался прерывать себя каждый раз, когда хотел снова посмотреть в его сторону, это не помогало. Хотя оба слегка выросли за эти несколько лет, Се Лянь всё равно заметил, что Хуа Чэн, который и до того был высоким юношей, слегка прибавил в росте. Волосы остались такими же длинными, очевидно, Хуа Чэн лишь слегка подравнивал их эти годы, но не убирал длину. Может, даже наоборот, немного отрастил.Так же и тело, очевидно, изменилось, что говорило о том, что эти несколько лет явно не прошли без тренировок и работы над собой. Се Лянь запомнил его как довольно худого юношу, но теперь... Мысль резко прервалась, когда Се Лянь понял, что несколько секунд просто смотрел на Хуа Чэна, а тот, заметив это, посмотрел в ответ. Это, разумеется, не могло уйти и от взгляда Ши Цинсюаня. Слегка ухмыльнувшись, он наклонился к Хэ Сюаню. — Сходи покури, а? — прошептал он, на что получил явно полный непонимания взгляд. — Я уже три года как бросил... — Да блин. А раньше работало, — тихо фыркнул Ши Цинсюань, но всё же не оставалось ничего, кроме как смириться. Конечно, был ещё вариант поискать кого-нибудь, у кого можно было бы одолжить сигареты и любезно впихнуть их Хэ Сюаню, но Ши Цинсюань решил, что это слишком много мороки. — ..У меня что-то на лице? — с легким смешком спросил Хуа Чэн, и тут Се Лянь наконец резко пришёл в себя, отворачиваясь с коротким "нет".Се Лянь мысленно поругал себя, прежде чем молча подлил себе вина в бокал. Дурак. Не думай. Ты уже всё решил — вернёшься к родителям и будешь себе нормально жить. Никаких больше приключений и глупостей. Ты уже не подросток. У него явно хватает дел, поклонников. Очевидно — просто пришёл сюда из уважения. На деле, наверное, на дух меня не переносит. Я ведь просто взял, испарился из его жизни и ничего не сказал. Что ж, если так — это даже к лучшему. Если он злится на меня, то мне не придётся объясняться. Просто разойдёмся сегодня, каждый — в свою жизнь. К концу вечера Се Лянь уже просто сидел, оперевшись на руку, фоново слушая разговор остальных. Пьян он почти не был — просто переутомился за день, отчего сил уже не оставалось, потому все решили закругляться. И тут к Се Ляню обратились уже напрямую, что он не мог проигнорировать. — Се Лянь, нам с Цинсюанем кое-куда заехать нужно по делам. Тебя отвезти не сможем, — вдруг сказал Хэ Сюань, параллельно с этим всем привычным жестом проверяя карманы, не забыл ли он чего. — М? Ладно, я такси тогда... — Я подвезу, — вдруг вступил в разговор Хуа Чэн, поправляя куртку. — Я всё равно свободен. А вот это предложение Се Лянь мало того, что не ожидал, так теперь ещё и не знал, как отказаться. — Не стоит, я могу и такси вызвать... — нервно улыбнулся Се Лянь, явно опасаясь любой возможности остаться с Хуа Чэном наедине. Если разговор в компании он мог пережить, то личный диалог с ним — точно нет. — Такси сейчас трудно вызвать, и на дорогах пробки в сторону твоего дома. Неужто желаешь в тянучке несколько часов стоять? А вот это был сильный аргумент. Не то чтобы Се Лянь хотел стоять в пробке — уж слишком он устал. И отказаться в этот раз было бы уже очевидным проявлением слабости, а не вежливости, чего он допустить не мог. Потому, скрипя сердцем, согласился...Вечерний ветер был довольно прохладным, отчего Се Лянь, одетый для более жаркой погоды, чувствовал себя слегка неуютно. Хэ Сюань и Ши Цинсюань быстро уехали, предупредив, что вещи Се Ляня завезут сразу, как освободятся. А вот Се Лянь с Хуа Чэном позднее так же пришли на парковку у ресторана, где стоял мотоцикл. Очевидно, уже не тот, что был раньше, но догадаться, что он принадлежит Хуа Чэну, трудностей не составило. — ...Ты не изменяешь своей любви к мотоциклам, — вдруг подметил Се Лянь, а после отвёл взгляд, потирая оголённые руки. Он услышал тихое шуршание, но, не успев обернуться, почувствовал, как ему на плечи набросили куртку. — Таков уж я, — усмехнулся Хуа Чэн, который, теперь оставшись лишь в рубашке, неспешно подошёл к мотоциклу. — Что люблю, то не отпускаю, что бы ни произошло.