Лифт

      Обычный вечер. Никаких намёков на то, что пойдёт что-то не так. Она привыкла доверять своему чутью. Прежде оно не обманывало. Так и стояла перед многоэтажкой, словно завороженная, смотрела наверх. Этажи подсвечивались неприятным жёлтым светом, кое-где в окнах мелькали силуеты суетящися людей. Обычный вечер. Только почему же ей настолько не хотелось сегодня идти домой? Погулять ещё, ведь погода посто замечательная, выпить кофе после тяжёлого рабочего дня. Просто задержаться где-то вне этого здания, где провела последние пять лет, переехав из Невады. Она нахмурилась, убрала руки в карманы и проводила взглядом одного из своих соседей. Он привычно бормотал что-то себе под нос, не поздоровался, возможно и не заметив её.       Спустя пять минут уже стояла перед закрывающимися дверьми лифта. Не успела, да и чёрт с ним. Только кто-то решил побыть вежливым, истерично нажимал внутри на кнопку, двери открылись, впустили её внутрь и вновь закрылись. Кабина медленно проехала наверх.       Лифт дрогнул, будто живое существо, решившее передумать. Металлические стены скрипнули, свет мигнул — и пятеро соседей застыли в неловком молчании.       — Чёрт, — пробормотал Бен, высокий мужчина лет сорока, в рабочей форме электрика. — Только не сейчас. У меня дежурство через полчаса.       — Ну, бывает, — сказала Мэри, пожилая женщина с вечно дрожащими руками. — Главное — не паниковать.       Рядом с ней стояла Харпер — молодая темноволосая девушка, лет двадцати семи, в бледном пальто. Она держала в руках сумку и нервно теребила ремешок. Ей не нравились лифты. Никогда не нравились.       Позади стоял Лукас — студент, с наушниками, теперь бессильно свисающими на шею. И ещё одна — Линда, ухоженная, уверенная в себе блондинка, с запахом дорогих духов, раздражённо щёлкала по экрану телефона.       — Связи нет, — бросила она. — Класс. Просто класс.       — Может, просто свет моргнул, — сказал Бен, глядя на панель кнопок. — Сейчас включится.       Но лифт не включился. Вместо этого лампочки дрожали, будто в них кто-то дышал. Лицо Лукаса исказилось — отражение в хромированной стене казалось чужим.       — Вы… это видите? — прошептал он.       Все обернулись. На секунду показалось, что в зеркальной стене — не они. Что там — другие. Бледнее, искажённые, будто гниющие копии. Потом отражения снова стали обычными.       Мэри выдохнула:       — Господи, это нервы.       Но лифт дернулся, и вдруг пошёл вверх. Рывками, неровно, с металлическим воем.       — Мы… ведь не нажимали ничего? — спросила Харпер.       Никто не ответил. На панели мигала странная цифра — 13, хотя в доме, как знали все, между 12 и 14 этажами не было ничего.       Когда двери открылись, они увидели коридор.       Но это был не их этаж.       Свет там был тусклый, стены — обшарпанные, а где-то далеко шёлестел ветер, словно дом дышал. Воздух был влажный, густой. Линда сделала шаг вперёд.       — Это, наверное, ремонтный уровень. — Она усмехнулась, хотя её голос дрогнул. — Просто чёртов сервисный этаж.       — Не выходи, — тихо сказала Мэри. — Нельзя выходить.       Но Линда уже ступила за порог.       Двери сомкнулись.       Бен рванулся — поздно. Кнопки не реагировали.       Харпер вскрикнула:       — Открой! Линда!       Ответом был глухой стук. Потом — тишина.       Медленно, как будто кто-то невидимый нажал кнопку, лифт снова пошёл вверх.       — Это не лифт, — бормотал Лукас, сжимая кулаки. — Это не лифт, я вам говорю. Что-то… что-то не так.       — Держи себя в руках, парень, — рявкнул Бен, но голос его дрожал.       — Может, это сон? — прошептала Мэри. — Я просто сплю. Я старая, и сердце шалит… это всё сон.       Харпер закрыла глаза. Она чувствовала — воздух стал другим. Холоднее. Давящим.       Запах гари и сырости заполнял лёгкие.       Лифт остановился. Цифра 15.       Двери открылись.       Коридор — тот же, но теперь стены словно пульсировали, и из потолка капала чёрная жидкость.       Бен шагнул вперёд — проверить. Но едва подошёл к двери, из темноты донёсся низкий звук. Как вздох. Или рычание.       Он отпрянул.       — Кто там?! — крикнул он.       Ответа не было. Только шаги.       Медленные, волочащиеся, приближающиеся.       Мэри вскрикнула, и вдруг двери сомкнулись сами.       Лифт рухнул вниз на несколько секунд, прежде чем снова остановиться.       Свет погас.       — Чёрт… — выдохнул Бен. — Все целы?       — Да… — Харпер ощупью нашла стену. — Лукас?       Молчание.       Она потянулась в темноту — и почувствовала что-то влажное.       Когда свет снова мигнул, Лукас стоял, прислонившись к стене. Его лицо было белым, глаза — пустыми. Кровь тонкой струйкой текла из носа.       — Он… — Мэри не договорила. — Он не дышит.       Бен проверил пульс.       — Нет…       Они молчали. Лифт снова тронулся.       Теперь стены казались ближе. Воздух — тяжелее.       Харпер слышала что-то за стенами — как будто кто-то шептал её имя.       Харпер…       Она резко обернулась, но Бен и Мэри стояли поодаль.       Они ничего не слышали.       — Что, если мы уже умерли? — прошептала она. — А лифт просто везёт нас… туда.       Бен сжал кулаки:       — Не неси чушь. Это просто замыкание, авария. Нас спасут.       Но Мэри медленно покачала головой:       — Нет, милок. Никто не спасёт.       Двери снова открылись.       На этот раз — мрак. Сплошной, вязкий. Из него тянуло холодом.       Бен, не выдержав, шагнул вперёд, пытаясь проверить.       — Эй! Есть кто?..       Из темноты вынырнула рука — иссохшая, сероватая. Она схватила его за запястье.       Он крикнул, ударил, но лифт вздрогнул — и двери сомкнулись, оставив Бена по ту сторону.       Харпер вскрикнула, Мэри упала на колени.       Снаружи что-то хрустнуло. Потом тишина.       Остались двое.       Лифт поднимался выше, хотя стрелка на панели теперь показывала бессмысленные символы — @, #, *.       Металл гудел. Мэри молилась шёпотом. Харпер молчала.       Потом старушка вдруг выпрямилась, глядя в потолок.       — Он зовёт меня, — сказала она тихо. — Мой сын… я слышу его.       — Мэри, не надо! — крикнула Харпер, но та уже шагала к дверям, которые вдруг сами распахнулись.       Там стоял мальчик. Маленький, в старомодной пижаме, с пустыми глазами.       Мэри улыбнулась и шагнула к нему.       Лифт сомкнул двери.       Харпер осталась одна.       Она дрожала, держась за поручень, глядя на стены.       В отражении — себя.       Но отражение вдруг улыбнулось.       Она отпрянула.       — Это не я… — прошептала она.       Отражение продолжало смотреть — и шептать что-то беззвучно.       Потом лифт снова дернулся.       На панели не было цифр. Только черный экран.       Под ногами скрежет, словно тросы рвались по одному.       Харпер закричала, вжимаясь в стену.       — Пожалуйста! Кто угодно! Выпустите меня!       Ответа не было.       Лишь гул, похожий на дыхание чего-то огромного.       Лифт пошёл вниз.       Сначала медленно. Потом быстрее.       Металл ревел. Свет моргал.       Харпер вскрикнула, закрыла глаза, но лифт не остановился.       Он летел, и воздух вокруг сжимался, давил.       На секунду показалось — будто она видит сквозь стены: лица — бледные, искажённые, висящие в воздухе, как в воде.       Бен. Мэри. Линда. Лукас.       Они смотрели на неё.       И улыбались.       Последнее, что она услышала, — собственный крик, уходящий в тьму.       Новости, 7:40 утра.       Вчера вечером в жилом комплексе «Лэйквью Резиденс» произошло обрушение лифта. Погибли пять человек — четверо жильцов и один электрик, находившийся внутри во время происшествия. Причины аварии выясняются.       Спасатели заявили, что кабина лифта была сильно деформирована, но двери оказались заперты изнутри. На стенах обнаружены глубокие царапины и следы крови. По словам экспертов, оборудование не имело технических неисправностей. Расследование продолжается.