Полет и поле

      Яркий свет Мехагелиоса освещал Охему и его окрестности, отгоняя малочисленные остатки отпрысков титанов как можно дальше от Вечного города и его жителей. Черное Течение исчезло, не нужно было более быть настороже постоянно. Мир, который так все ждали, наконец настал.       За городской чертой, на пустыре, поросшем мягкой травой и низкорослыми кустиками, царило веселое оживление. — Спаситель, давай! — голос Мидея звучал чуть хрипловато от сдерживаемого смеха, — Крылья у тебя есть, а ты стоишь, как вкопанный. Проиграл пари — изволь выполнять мое требование. Или наш Спаситешь струсил?       Ответом златиусу послужило тихое фыркание. Фаенон в новой, совсем не любимой форме Каосланы нерешительно переступал с ноги на ногу. Сложившаяся ситуация все еще казалась абсурдной: проиграв в споре из-за пробегавших невовремя химер-трудодяг, Спаситель был вынужден все же научиться хоть как-то пользоваться крыльями под надзором принца, который решил для проигравшего именно такое действие. Уж лучше бы они пошли в бани... — Не думаю, что это все же хорошая идея... — протянул Спаситель и сделал несколько неуверенных взмахов крыльями, которых не хватило даже на то чтобы слегка приподнять златиуса. Даже спустя несколько перевоплощений перед Мидеем Спасителю казалось, что это ужасная идея, что это точно теребит фантомные раны на душе принца, который мог все же что-то да вспомнить из прошлых циклов.       Покачав головой Мидей подошел ближе, оглядывая Фаенона с насмешливо-снисходительным видом. В глахах сверкнул веселый огонек, говорящий о том, что в голове златиуса возникла дурацкая, а может, и гениальная мысль. "Что, если его, как птенца, чуть подкинуть? Инстинкты должны сработать, крыльями замашет и..." — Стой смирно, — скомандовал Мидей, подходя к Фаенону сзади и сдерживая рвущиеся хихикание, будто принц задумал очередную подлость. — Мидейчик, — сразу же насторожился Спаситель и попытался повернуть голову, мысленно готовясь к страшному, — ты что задумал? — Просто расслабься и доверься. Не уроню же тебя. Хотя иногда и хочется, — проговорил в чужое плечо златиус. Мидей осторожно обхватил Фаенона за талию, приготовившись поднять в воздух. И тут уверенность принца дала первую трещину. Мужчина ожидал, что эта форма Спасителя лишь внешне отличается от обычного Фаенона. Но на деле златиус оказался на удивление… больше. Намного больше. Словно его высекли из цельной глыбы мрамора. Да и, по правде говоря, мрамор был в сравнении явно легче.        Признаваться в том что Фаенон оказался тяжелее принц не собирался. Как и отступать от своей идеи, приняв поражение. Таких слов принц Кремноса не знал. Поэтому Мидей тихо кряхтнул от натуги, уперся ногами в землю и, напрягая каждую мышцу, приготовился поднимать Фаенона. — Мидей? — обеспокоенно спросил Фаенон, пытаясь оглянуться. — Да, все прекрасно! — просипел Мидей, резким движением выпремляясь и подкидывая Фаенона вверх. С непонятным звуком Спаситель непроизволльно сделал несколько взмахов крыльями, поднявшись выше, — Видишь? Уже… в воздухе! Теперь… крыльями… работай! Быстрее!        Игнорируя капельки пота на лбу и тяжелое дыхание Мидей от усталости издал звук что-то среднее между тихим смехом и предсмертным хрипом.       Несколько секунд Фаенон, подброшенный в воздух, в панике судорожно молотил крыльями, поднимая с земли клубы пыли, цветов и травинок. Движения крыльев напоминали взбесившуюся ветряную мельницу, но факт оставался фактом: Спаситель завис в нескольких метрах от земли, отчаянно и неуклюже работая новыми конечностями и изредко взмахивая еще и руками. — Видишь! Работает! — прокричал снизу Мидей, с облегчением опершись руками о колени и пытаясь перевести дух. Гордый возглас принца больше походил на хриплый выдох уставшего марафонца.        Но триумф был недолгим. Заметив, что творится с его любимым златиусом, Фаенон на мгновение отвлекся, беспокойство пересилило инстинкт самосохранения. Крылья захлопали вразнобой, и он, описав неуклюжую дугу, камнем полетел вниз.        Мидей, увидев летящее на него исполинское тело, просипел: "Ой, все," — и попытался не то отпрыгнуть в сторону, но то поймать златиуса. Но усталость и неожиданная скорость падения сделали свое дело: Фаенон рухнул с глухим звуком прям на принца.       Несколько секунд они лежали в тишине, перемешанной с тяжелым дыханием Мидея и сдавленными вздохами Фаенона. Спаситель боялся пошевелиться так как мог причинить боль тому, на ком лежал. — Ты жив? — наконец выдохнул Фаенон, приподнимаясь на локтях и заглядывая в лицо принца. Ответом ему стал тихий, сдавленный звук, который постепенно нарастал, превращаясь в настоящий, заливистый смех. — Побагровел на секунду от натуги! — сквозь гору негодования выговорил Спаситель, слабо пихнув плечом принца,— Ты так… так кряхтел! Я думал, ты сейчас лопнешь, как перезрелый плод! А сейчас... смеешься! Мидеймос! — А ты… ты молол крыльями, как мельница в шторм! — сквозь хохот выкрикивал Мидей и кое-как вытер стекавшие по щекам слезы, слегка цапапнув кожу металлом перчатки, — Я думал, сейчас всю поляну выкосит!       Фаенон не выдержал и рассмеялся тоже. Смех двух мужчин разливался над поляной, не утихая. Кое-как выбравшись из-под Спасителя, принц поддел его плечом в ответ. Их взгляды встретились — в глазах Мидея все еще плескалась веселая искорка, а в золотистых глазах Каосланы читалось искренность, смешанная с легким испугом. — Ладно. Ты оказался прав. Плохой летун получился из тебя, — выдохнул Мидей, откидываясь на спину в мягкую траву и закидывая руки за голову, — Но за зрелище, достойного Рассветной Вершины, я тебе благодарен.       Фаенон осторожно перевернулся на бок, опираясь на локоть, чтобы смотреть на принца. Второй рукой он осторожно поправил выбившуюся прядь волос принца и убрал за ухо. —А ты — тренер еще тот, — парировал Спаситель, — Подкинуть, как мешок с зерном... У меня до сих пор сердце стучит как после драки с монстрами. — Зато полетал, — неотрывно глядя на него, усмехнулся Мидей. Улыбка стала мягче, насмешка уступила место нежности. Он протянул руку и легонько ткнул пальцем в грудь Фаенона. — Я же говорил что получится.       Фаенон поймал руку принца, не давая убрать. Его собственная ладонь накрыла чужую слегка сжав. Затем Спасител поднес руку Мидея к губам, оставив легкий поцелуй. В ответ принц Каструм Кремноса переплел свои пальцы с пальцами Фаенона. — В следующий раз, — прошептал Мидей, притягивая ближе и заставляя Фаенона положить голову себе на грудь, — может, начнем с малого? Без моих героических подкидываний. — Охотно соглашусь, — Фаенон охотно устроился на плече Мидея и прикрыл глаза. Смех окончательно утих, сменившись тишиной, наполненной лишь шепотом ветра в траве и размеренным дыханием.        Мидей свободной рукой откинул непослушную прядь с лица Фаенона, его пальцы на мгновение задержались на щеке. —Знаешь, а в этой форме... у тебя глаза еще ярче, — проговорил златиус тихо, будто делясь большим секретом.        Фаенон удивился, слегка приподняв брови, а затем улыбнулся, приподнявшись на локте. —Тебе кажется. Или это от смеха, — пробормотал он, — Или от того, что чуть не раздавил тебя. — Наверное, от смеха, — согласился Мидей. Он не отпускал его руку и не отводил взгляда. — Полежим еще немного? — Да, — просто ответил Фаенон и перед тем как снова опуститься на чужое плечо едва ощутимо коснулся горячо любимых губ. Яркий свет Мехагелиоса заливал их теплом, а над поляной, теперь умиротворенной, витала тихая, уютная атмосфера спокойствия, которой временами им так не хватало.