Печать

Преобразование человека. Эта идея не давала Орочимару покоя вот уже какой год, и наконец-то он приблизился к её воплощению. Но насколько именно — только предстояло проверить. Печать, что он разработал, должна была высвобождать скрытые силы организма. Деление клеток резко ускорялось, при этом на время преображения подавлялись центры боли. Так, после преображения тело обретало силу иного уровня... Концепция была такова. Ужасный вопль сотряс лес, перекрыв на мгновение шум дождя. Орочимару нахмурился. Он скрывался в густой листве на верхушке деревьев, пока внизу выл и метался первый оклеймённый. Нукенин Облака, которому не посчастливилось столкнуться с Орочимару, как раз когда печать была завершена. К сожалению, её могла активировать только чакра Орочимару, никто другой не мог ставить её на других. Материал был очень сырой. Узоры чёрной вязью тянулись из корня печати, покрывали оклеймённого и, один за другим, смыкались. Центры боли должны были подавляться, но, похоже, эта часть эксперимента провалилась... Оклеймённый в отчаянии бросался из стороны в сторону, ударялся о стволы деревьев и землю, как будто желал умереть. Орочимару предполагал, что боль будет, пока печать не приживётся, но что она будет настолько безумной... Нукенин Облака, ставший первым подопытным, был ранга чунина, не меньше. Почему же его уровня не хватило, чтобы выдержать эту печать? Надо провести ещё один опыт, на этот раз на нескольких сразу. Нескольких чунинах. Не тая раздражения, Орочимару спрыгнул вниз, к корням дерева, пролетел с ветки на ветку так, чтобы не попасть в поле зрения клеймённого. Ещё не хватало, чтобы тот напал. Орочимару не хотел убивать его. Он хотел понаблюдать за ним до конца эксперимента. Но что же делать с недостатком подопытных? Война закончилась, и достать людей больше не получалось так просто. Было досадно, что Орочимару в те годы ещё не раскрыл для себя прелесть познания во всей красе. Ему нужно было много времени и ещё больше ресурсов, но Коноха ограничивала его. Обрезала ему возможности. Третий Хокаге, чёртов старик... Орочимару встрепенулся. Из тела клеймённого вырвалась чакра, столь необузданная, и её было столь много, что по коже пошли мурашки. Густо-фиолетовая, она мрачно сияла в дождевой тьме. Сам же клеймённый стоял, выгнувшись дугой, и кричал. Печать, очевидно, была ему не по силам. Чакра выплёскивалась из него, жгла кожу, выворачивала суставы и рвала сухожилия. Если такую реакцию печать вызывала сама по себе, её следовало усовершенствовать. Значит, надо было понять, в чём ошибка. Почему организм этого человека отторгал её так сильно, что погибал? Клеймённый вдруг согнулся в другую сторону, вперёд, и его вырвало кровью. Фиолетовая чакра взвихрилась вокруг, острыми лентами иссекла воздух, на миг окутала клеймённого полностью — и рассеялась. Тишина была оглушающей. Полный провал. Орочимару с досадой смотрел на труп, который, больше без чакры как опоры, рухнул как подкошенный. Надо было избавиться от него. Оклеив несколькими взрывными печатями, переписанными на поджог, а не взрыв, Орочимару отошёл подальше и активировал их. Пламя было суть его чакра. Ровное голубое огнеподобное сияние вместо недавней фиолетовой бури сияло в дождевой тьме. Когда оно исчезло, от трупа и следа не осталось. Орочимару на всякий случай осмотрел местность ещё раз — за исключением потоптанной травы да коры, содранной местами, лес выглядел обычно. Сойдёт за следы тренировки или боя, или даже звериного буйства. Раздосадованный, Орочимару устремился обратно в Коноху. Он должен был записать результаты наблюдений, пока не смазались воспоминания, и решить другую проблему — где взять ещё несколько подопытных? На миссиях, на которые посылали Орочимару? Такие, что давали довольно материала, было, увы, немного. Что же предпринять? Не убивать же шиноби самой Конохи. Это точно обеспокоит Третьего, тогда проблем будет не избежать. Не то чтобы Орочимару не думал над этим вариантом, конечно... — Орочимару-сенсей! — ворвался в его мысли счастливый детский голос. Анко. — Да? — Орочимару остановился посреди улицы. Он был уже в Конохе рядом с собственным домом. — Что ты здесь делаешь на ночь глядя да в такую погоду? — Вас ждала, Орочимару-сенсей, — слегка надулась Анко. Очаровательный ребёнок. Сидела под дождём всё это время... — Я поняла, как выполнить технику рук-змей! Смотрите! Анко приняла начальную стойку и с боевым криком выбросила вперёд правую руку, и туда же, вперёд, рванулись четыре змеи. Орочимару улыбнулся и прокомментировал: — Я знал, что у тебя быстро получится, Анко. Значит, на следующей тренировке будем отрабатывать эту технику уже с реальным ударом. Анко от его слов прямо-таки расцвела: — Да! Я готова! Орочимару нравилось такое обожание. Усмехнувшись, он развернулся и пошёл наконец домой. — Хорошая работа. Тренировка завтра в девять утра, не забудь.