Стена.

Ненавидеть её было проще, пока мы не виделись с ней. Наш последний разговор состоял из ссор и упреков. Каждый тянул одеяло на себя, в конечном итоге мы разошлись, так и не поняв друг друга. От любви до ненависти...

***

Телефон лежал на краю кухонного стола. Вибрация заставила шатенка вздрогнуть и отвлечься от своих мыслей. Отставив кружку с кофе, она взяла телефон в руки, пришло новое сообщение. Романова: Меня пригласили в битву. Виктория: Поздравляю. Телефон с грохотом ложится на то же самое место экраном вниз. Ладони сжимаются в кулак, а сердце начинает бешено колотиться в груди. Их первая встреча один на один шла хорошо до определённого момента. Ладонь зарывается в копну рыжих волос, сжимая их на затылке. Вика слышит шипение своей бывшей соперницы. Марьяна выгибается в спине, чувствуя, что близка к долгожданной разрядке. Пару сильных толчков внутри горячей и влажной плоти, и девушка выкрикивает имя той, которую желала на протяжении года. – Вика… Райдос прикусила нижнюю губу и опустила голову. – Это неправильно! Черт, у меня семья, зачем ты вообще меня сюда привела! – Виктория ходила по номеру туда-сюда. – Признай, тебе самой этого хотелось, – спокойно отвечает Марьяна, болтая ногами. – Глупо винить кого-то в своих тайных желаниях, – улыбается. – Заткнись! – Виктория за считанные секунды сокращает расстояние между ними и хватает рыжую нахалку за шею. Марьяна молчит. Марьяне нравится. Вика тяжело дышит, сжимает сильнее пальцы на тонкой шее бывшей соперницы. Внутренний голос подсказывает задушить ее, но вместо этого она отпускает её, грубо отталкивая назад. Романова смеется, запрокидывая голову вверх. – Ох, Вика, Вика, всегда ты так, – Марьяна тянется за халатом. – Всегда кто-то виноват, только не ты. Может, тебе стоит пересмотреть своё отношение к другим людям и хоть раз взять ответственность на себя? – Ты не выносима, Романова! – Виктория подходит к креслу и рывком берёт свою кожанку. – Не я тебя затащила в постель. – И я тебя тоже не тащила, я помогла твоим внутренним демонам вырваться наружу. Я дала им то, чего они давно так хотели. Накормила их сполна, – наглая улыбка. – А ты и не сопротивлялась. – Знаешь, нам лучше больше не встречаться. – А я так не думаю, – Марьяна встает с кровати и подходит к шатенке. Она становится неприлично близко, нарушая её личные границы, разглаживая ворот кожанки. – Знаешь, мне было очень хорошо с тобой. Чертовски хорошо. Подобного я еще не испытывала, и за это я хочу тебя поблагодарить. – после чего Марьяна целует Викторию в щеку и отходит. – Признай, тебе же тоже понравилось. Можешь не отвечать, я знаю, я чувствовала. Райдос пару минут молчит, обдумывая каждое своё слово, что так рвались наружу. – Позвони мне, если захочешь повторить. – Марьяна молча уходит в ванную комнату, оставляя Викторию совсем одну. Телефон снова вибрирует на столе, и шатенка на автомате его берёт. Романова: Я в Питере, может быть, встретимся? Нам многое нужно обсудить. Виктория: Мы уже давно всё обсудили. Романова: Ты ему рассказала? Рассказала своему мужу, как ты на протяжении нескольких месяцев выкрикивала мое имя подо мной? Ты ему рассказала, как грубо брала меня в вашей машине? Внутри всё опустилось. Руки задрожали, и телефон с грохотом упал на пол. – Всё в порядке? – Василий снял наушники и подошёл к жене. Он нагнулся, поднял телефон и протянул его Вике. – Да, всё хорошо. У нас есть планы на вечер? – Да вроде бы нет, а что? – Марьяна приехала в Питер, хочет встретиться. – Конечно, сходи. – Василий обошёл жену и поцеловал её в макушку. – Если хочешь, то можешь позвать её к нам, я приготовлю что-нибудь на ужин. – Нет! – сама того не замечая, резко выкрикивает Виктория. Муж удивлённо смотрит. – Хорошо, – кивает ей. – У тебя точно всё в порядке? – Да, просто подскочило давление. – Тогда тебе лучше сегодня за руль не садиться. – Да, ты прав. Виктория: В 19:00 у тебя. Романова: Хорошо, я чуть позже скину тебе адрес. День тянется мучительно долго. За что бы ни взялась Виктория, всё падало из рук. Ожидание убивает. Солнце медленно заходит за горизонт, время близится к финалу. К их финалу. Нужно поставить точку в этих отношениях раз и навсегда. И вот на телефон приходит очередное смс-сообщение от Романовой с адресом гостиницы, в которой она остановилась. Волнительно, слишком волнительно. Трясущимися руками Виктория открывает их диалог. Зрачки расширяются. Та же гостиница, тот же этаж, тот же номер. «Блять, да она издевается». Муж незаметно подходит со спины, обвивает талию жены, целует её в макушку. – Дети хотят сходить завтра в парк. – Хорошо, – отвечает она, выдавливая из себя улыбку. – Ты надолго? – Не знаю, – отвечает Виктория, вырываясь из крепких объятий любящего мужа. – Мне пора собираться, – она молча уходит, оставляя на лице мужа выражение недоумения. Сборы длятся слишком долго. Брюки, рубашка, пиджак, нет, это всё не то. Юбка, водолазка, опять не то. Перерыв свой гардероб, она останавливается на первом варианте: чёрный брючный костюм и такого же цвета рубашка, расстёгнутая на три верхних пуговицы. Волосы уложены в лёгкие локоны, на губах красная помада, парфюм выбран терпкий, богатый, Романовой должно понравиться. Такси ждёт у ворот дома. Попрощавшись с семьёй, она спешит к машине, которая уже слишком долго ждёт её. – Добрый вечер! – приветствует таксиста пожилых лет. – Здравствуйте. Едем? – Да, – «как-будто у меня есть выбор». Дорога проходит в тишине, даже радио не играет. Виктория смотрит на свои руки, крутит обручальное кольцо на безымянном пальце, вспоминая их последнюю встречу. – Это было в последний раз! – Виктория надевает футболку на голое тело. – Я это уже слышала и не раз, – Марьяна перекатывается к краю кровати, приподнимается на локтях, тянется к Виктории, целует в плечо. – Мне кажется, между нами больше, чем просто любовницы. – Романова улыбается, просовывая руку под футболку. Она нежно короткими ногтями проводит по смуглой коже Райдос, чувствуя, как её спина напряглась. – Опять тебе что-то кажется, Марьян! – Виктория встает. – Я люблю своего мужа. – Заметно. – Марьян, пожалуйста, прекрати! – Ты хочешь сказать, что если я тебе позвоню, допустим, через неделю и предложу встретиться, ты мне откажешь? Виктория молча смотрела в голубые глаза. – Молчишь? – Романова улыбается, встает и подходит к Вике. – Молчишь, потому что не знаешь точного ответа, – шепчет ей на ухо. – Я знаю, что приедешь и будешь умолять меня снять с тебя одежду. – кусает мочку уха. Виктория закатывает глаза, откидывает голову назад, подставляя свою шею к мучительно приятным ласкам. Рука Марьяны движется от талии вниз, забираясь под футболку. Гладит плоский живот и поднимается выше, обхватывая упругую грудь ведьмы. – Пожалуйста, не надо, – шепчет Виктория, не в силах противостоять натиску шаманки. – Ммм, – чувствует, как правый сосок сжимают длинные проворные пальцы. – Приехали. Виктория осматривается. Да, они на месте. – Спасибо. – А можно фото с вами? Моя жена вас обожает. – Конечно, – Виктория поправляет волосы, пока мужчина настраивает камеру. Снимки сделаны, привет жене передан, автограф оставлен на помятом клочке бумаги. – До свидания, – с улыбкой на лице прощается Виктория. – Всего доброго и победы вам! – Благодарю, – Виктория хлопает дверью авто и не спеша идет к зданию. Чем ближе она подходит к гостинице, тем сильнее бьется её сердце. Шаг за шагом, этаж за этажом. Руки дрожат, щеки горят огнём, хочется плакать. Виктория запрокидывает голову вверх, пытаясь успокоить подступившую истерику. Она на грани. Лифт останавливается, а сердце замирает. Двери открываются, и нужно переступить порог, но ноги не идут. – Вы выходите? – интересуется полный мужчина. – Да, выхожу, – кивает Виктория и делает неуверенный шаг вперед. Ей страшно, как тогда, когда она впервые переступила порог этой чертовой гостиницы. – Соберись же! – говорит себе под нос и встряхивает кистями рук. Выдыхает и начинает уверенно идти в нужном направлении. Нужно убрать свой страх, иначе Марьяна, подобно зверю, может почувствовать его. Три уверенных шага, рука тянется к двери, застывает на пару секунд, не решаясь постучать. Это и не требуется. Дверь перед Викторией распахивается, в нос бьет приятный сладкий медовый аромат. Марьяна стоит в одном полотенце, с волос стекают крупные капли. – Проходи, мне холодно. – Марьяна прижимает полотенце к груди. Виктория переступает порог номера. Назад выхода нет. – Присядь пока, я скоро вернусь. – Марьяна уходит в ванную, оставляя дверь приоткрытой. Виктория осматривает номер. С того раза тут ничего не изменилось. Садится на кресло, замечая на столике бутылку вина и два бокала. Она тянется к бутылке, наливает алую жидкость в стеклянный сосуд, выпивает залпом. Внутри становится тепло, алкоголь на голодный желудок расслабляет, ударяет в голову, щеки краснеют. В ванной становится тихо, из ванной выходит Марьяна. – Решила без меня начать? – Договорились в семь, сейчас уже начало восьмого. Твоё время идет, а ты не торопишься. – Это ты приехала раньше. – Это называется пунктуальность. – Ты голодна? – Марьяна обходит Викторию и садится напротив неё в свободное кресло. – Нет. – А я вот проголодалась. Точно не будешь? Тут отличные стейки. – Сказала же нет! – Виктория ерзает на кресле, перемещает руки с места на место, нервничает. – Успокойся, пожалуйста. – Марьяна берёт телефон и делает заказ. – Как ты, Вика? – Я нормально. По-моему, ты хотела о чем-то со мной поговорить. – Зачем так спешить? Я заказала нам вкусный ужин, на столе стоит прекрасное испанское вино, а ты куда-то торопишься. Муж ждет? – наглая и хитрая улыбка. – Не твое дело! И да, если ты решила меня шантажировать моим мужем, то у тебя это не получится! – Уже получилось! – Марьяна закидывает ногу на ногу и пристально смотрит ей в глаза. – Чего ты хочешь? – Виктория сжимает кулаки. – Я не собиралась шантажировать тебя. Согласись, если бы я не написала тебе про мужа, тебя бы тут не было. – Решила снова втянуть меня в свои игры, Романова? – Я не играла с тобой и не собираюсь. Виктория закатывает глаза, вздыхает. – Так чего ты хочешь? – Поужинать, выпить, поговорить. – Хорошо, мы можем поговорить за ужином, а после я уйду, и ты никогда больше не напишешь мне и не позвонишь! – Раз ты так этого хочешь, – Марьяна тянется к бутылке, – хорошо. Виктория наблюдает за действиями шаманки. Марьяна наполняет бокалы, встает и протягивает один Виктории. – Я хочу, чтобы между нами не было этой стены, которую ты сама построила между нами. – Я ничего не строила, Романова! Все, что было между нами, это было огромной ошибкой! Я была глупа и слепа, когда спала с тобой! – А по-моему, ты была счастлива, возбуждена и желанна! – Марьяна встает, берёт пачку сигарет с комода и идет на балкон. В дверь стучат, Виктория встает и подходит к двери, открывает. – Добрый вечер! Ваш заказ. Виктория молча пропускает парня в номер. Он ставит блюда на столик, прощается с шатенкой и уходит. Виктория молча осматривает ужин, садится на кресло, сложив руки в замок. – О, уже принесли! – Марьяна улыбается, садится напротив Вики. – Я хочу выпить за нас, – Марьяна поднимает свой бокал, – чтобы стена между нами исчезла, а ты, Вика, перестала винить всех вокруг себя! – Что? Да пошла ты, Романова! – Виктория резко встает и молниеносно несется к двери. Дергает её в попытках открыть. Марьяна цокает языком и закатывает глаза. Она молча обходит стол и подходит к ведьме. – Твои эмоции – твой худший враг. – она, не прекращая зрительного контакта с Викторией, открывает дверь. – Или это я так пробуждаю в тебе эмоции? Райдос не выдерживает и впечатывает Марьяну в стену, впиваясь жарким поцелуем. Марьяна на ощупь находит ручку двери и захлопывает ее. Она отдаётся порыву той, которую так сильно желает, любит, восхищается. Руки Виктории пробираются под футболку Марьяны, касаясь тёплой бархатной кожи. Пальцами водит по рёбрам, пересчитывает каждую косточку. Поцелуи переходят на шею, оставляя отпечатки алой помады на бледной молочной коже. – Вика, Вика! – шепчет Марьяна, указывая той на телефон. – Черт! – Райдос злиться, но вот это раз на себя. Злиться за то, что сама поддалась порыву. Она откидывает волосы назад и подходит к столику. Муж. Внутри все опускается вниз, становиться тошно от себя, от того, с какой лёгкостью она предала его в очередной раз. Марьяна молча смотрит, облокотившись плечом об стену. – Ответь. Вика берёт телефон и уходит на балкон. Марьяна качает головой, смеется над сложившейся ситуацией и идет к креслу. Садиться, берёт бокал, выпивает вино. Берёт вилку в левую руку, а нож в правую, отрезает кусок мяса и погружает его в рот, тщательно прожёвывая. Виктории долго нет. За этот время Марьяна успела выпить половину бутылки вина и съесть полностью свой ужин. Время шло, а Виктория все не выходила. Марьяна сдалась, решила проверить, все ли в порядке с ней. Виктория сидела на плетеном кресле. В руках она держала сигарету. – Ты же не куришь. – Ты вроде как тоже. – Я слишком нервничала. – Я тоже, – затянувшись в последний раз, она кинула окурок через перегородку. – А мусорить нехорошо, – Марьяна подошла ближе и села на подлокотник кресла, на котором сидела Райдос. – Нехорошо, – спокойно ответила шатенка и подняла глаза на Марьяну. – У тебя что-то случилось? – Василий уложил детей спать. Спросил, когда вернусь, Гаврюша плачет, хочет к маме. – Иди, если нужно. – Марьяна встала, но Виктория схватила её за руку и потянула на себя. Оказавшись в её тёплых объятьях, Марьяна расплылась в улыбке. – По-моему, стена рухнула. – Я надеюсь.