Тело Колосса(Книга Первая:Кровь Колосса)

Песчаную планету заливало ослепляющим светом местной, ранее незнакомой девушке звезды. Она прикрывала лицо и уши платком и откашливалась от песка, то и дело липнувшего ко рту. Низкие хижины роились от количества здешних обитателей, подставляющих свою сверкающую чешую под лучи испепеляющего Нажмуна – так назывался центр их планетарной системы. Вокруг пахло фруктами и кальянным дымом, а сухой, горячий воздух щипал глаза. Похоже, Войтек высадил ее ближе к южной части галактики – именно тут обитали различные религиозные фанатики и рептилоидные хунты. Здешние планеты славились своими пустынями и бесконечными барханами, так уж вышло. Да и государства, что не свойственно остальной части Млечного пути, не отличались развитыми технологиями и светской культурой. Это было место, куда никто не прилетал просто так, а млекопитающие считались большой редкостью. Местные жители удивленно смотрели на катца, которая с трудом вышагивала через узкие улицы ближе к огромному, усыпанному витражами и фресками храму, на острой крыше которого красовался золотой крест Колосса. Он казался таким неестественным здесь, среди нищеты и разрухи. Ириска спешно проскочила в арку, что вела ко входу в здание. Наконец–то, она смогла вдохнуть свежий, влажный воздух. Удивительно, как среди пустыни, именно на территории храма росли подобия кактусов и деревьев, плоды которых жители аккуратно собирали в тканевые корзины. В этом месте даже было небольшое прозрачное озеро, а тропа к большим, позолоченным воротам, была усеяла зеленой травой. Разноцветные, крохотные птицы перекликались между собой, шурша крыльями между листьев деревьев. Это казалось самым настоящим раем среди безжизненного пустынного ада. Она удивленно подняла голову вверх. Витраж, переливающийся на свету сине–фиолетовыми лучами, изображал сюжет Возрождения – Колосс, похожий на кита, выплывал из газового вихря Юпитера, пожирая человеческие линкоры своей громадной, полной зубов пастью. А за ним, изображения святых, – как считали религиозные гибриды, – военноначальников, начавших Восстание. Главы первых государств, возродившие божество в недрах газового гиганта, стояли стеной против человечества. Катца особенно привлекло изображение Момото Сито – самого первого Фюрера, объединившего под собой планеты Федерации. Именно она была единственной, кто действительно хотел лучшего для народа катцев, в отличии от всего того опухшего от денег и власти жулья, что сидит в кабинете Рейха сейчас. По крайней мере, так искренне считала Ириска. – Вход только пропуск. – с сильным акцентом сказал ящер, незаметно подошедший к катцу, внимательно рассматривающую витраж. Она слегка вздрогнула и посмотрела вниз, на маленького геккона. – Я сказал: вход по пропуск. Вы имеете пропуск? – повторил ящер и недовольно сощурился. – Я к вашему главному. – ответила она, заметив, как геккон резко сменился в лице и медленно отошел назад. Он смотрел совсем не на девушку – скорее за ее спину. Жители, собирающие фрукты с кустов в саду, тут же упали на колени, начиная в унисон шептать что–то на своем языке, похожее на молитву. Тяжелые, размеренные шаги сотрясали землю и пугали птиц, таящихся в ветвях деревьев. Катц испуганно обернулась назад, доставая из кармана пистолет. – Главенство – удел далеких от Матери. – сказал низкий, бархатистый голос, громко разносясь эхом по саду. Большая, черная тень постепенно накрывала собой девушку. – В этом месте нет главных, нет слабых и обделенных. Мы все Ее дети. Именно это и делает нас равными. Таур, покрытый белой шелковой тканью, снял с лица золотую маску, служившую ему защитой от песка, и опустил глаза на Ириску. Огромный, три метра в высоту, чернокожий мужчина внушал настоящее благоговение одним своим видом. Он так мягко и устало смотрел на катца, что она тут же опустила оружие.  – Здравствуй, Ай.