Фотографии убитых людей, напечатанные в газетах.

В одном городе жил был страшный мужик. Он был волком в овечьей шкуре. Он убивал людей, проявляя при этом крайнюю жестокость и нездоровый интерес к чужим страданиям. Уже много лет подряд он убивает людей и умудряется не попадаться в лапы полиции. Но для всех своих знакомых он отец сыночка-ангелочка и хороший друг. Все знакомые, соседи и друзья знают, что у Гери (наш страшный мужик), умерла от отравления любимая жена, оставив ему на попечение маленького сына Эрика. Малец был очень сильно похож на своего отца, внешне он был почти точной его копией. Из-за этого сходства Гэри захотел, чтобы его сын был похож на него не только внешне, но и морально. Сделать из ребёнка настоящую мразь с непреодолимой тягой к убийствам не составляло особого труда, нужно было просто дать ему пример, и доказать, что это правильно. Гэри перепробовал много разных способов, и он не мог знать наверняка, где именно ему удастся донести свою мораль до ребёнка. В один из вечеров Гэри Уэллз возвращался домой с работы и увидел свежие газеты в продаже. Он купил одну, не глядя, просто зная, что в ней описана статья про громкое убийство, которое он совершил недавно. == Две милые девушки, которые сегодня ушли пораньше с работы, только чтобы погулять в парке на набережной и весело пошуршать осенним листьями под ногами. Им двоим было так весело, что они не заметили, что за ними наблюдает посторонний человек. Нет, он не радовался за них, в его взгляде была одна лишь ненависть к этим никчёмным душам, что просто так прожигают свою молодость, они как тараканы, они должны умереть здесь и сейчас. Так совпало, что по близости не было ни души, и поэтому Гэри вместе с любимым ножом пошёл очищать планету от ещё парочки никчёмных жизней. Двойное убийство средь бела дня. Эта новость стала шоком для всех и потрясла целый район. Многие боялись ходить в одиночку, ведь полиция ничего не нашла, кроме тел девушек с множественными ножевыми ранениями, чьи родители уже никогда не увидят живыми своих горячо любимых дочерей. А убийца был на свободе. == За такими приятными мыслями он пришёл домой. В дверях он был встречен своим пятилетним сыночком-ангелочком Эриком. Гэри расцеловал сына и дал в руки газету: — Отнеси, пожалуйста, газету на столик у кресла, вечером почитаем вместе. — Ага! После ужина, не дожидаясь отца, Эрик забрался в кресло, взял газету и решил посмотреть картинки, ведь читать он умел ещё не все буквы. Самая первая статья в газете была посвящена громкому двойному убийству. На пол страницы была пропечатана фотография убитых девушек, без всякой цензуры. Внезапно, в детском мозге всплыло всё, что отец говорил Эрику об убийствах, об ощущениях во время них. И ему неожиданно очень сильно понравилось то, что кто то избавился от двух никчёмных тряпок, очистил планету от этой черни. Гэри вошёл в комнату сына и увидел, что тот сидит с кровожатной улыбкой и не дыша смотрит на главную страницу газеты. Он аккуратно подошёл к Эрику и сказал: — Вот видишь, какую важную работу делает твой папочка, я избавил планету от парочки бестолковых таракашек, что просто бездумно проживали свои никчёмные жизни. – он погладил сына по голове. — Папа, а расскажи, как они умирали? Мужчина улыбнулся и сел в кресло вместе с Эриком: — Знаешь, как было приятно видеть, когда из них медленно и неспеша уходила жизнь,представляешь, это настоящая услада для глаз, ведь она исчезает как роса с листьев на рассвете. Вот эта — он ткнул пальцем на одну из девушек на фотографии — хрипела и фыркалась кровью как забитая лошадь. А вон та — умерла как самая настоящая таракашка, ни разу не вскрикнула, не хрипела даже, просто подрыгалась немного и подохла. Этой ночью, да в прочем теперь каждой ночью, Эрик почти не спал. Едва его голова касалась подушки, как он тут же переставал контролировать свои мысли, он думал о тех двух убитых, раз за разом представлял как он их убивает, каждый раз придумывая новый сюжет убийства, новые подробности смерти девушек, новые выражения их лиц. Он фантазировал и фантазировал, этот процесс приносил ему уйму приятных эмоций и несрасравнимое наслаждение. По итогу, ему удавалось заснуть только ближе к утру. Это продолжалось до тех пор, пока ему не исполнилось семь. Ему стало мало одних только фантазий, он хотел бить, калечить и унижать других людей. Нет, его тянуло убивать не людей, а никчёмных тараканов, что должны умереть. Все люди, что проживали жизнь зря, не имели права жить свои жизни. == Но никакое счастье не длится вечно. В местный отдел полиции для расследования громкого двойного убийства прислали прожженого детектива. Благодаря своему опыту он без труда связал недавнее убийство с несколькими похожими, что были совершены ранее. А убийца прокололся в том самом парке на набережной. На противоположном берегу мужчина в бинокль смотрел за утками на воде, заметив какое-то странное движение на другом берегу он смог рассмотреть убийцу во всех деталях. == Был обыкновенный вечер, Эрик и его отец сидели за кухонным столом. Мальчик делал домашнюю работу, а Гэри штопал свои любимые выходные штаны. В дверь кто-то постучал. Гэри отложил шитьё и пошёл открывать дверь. За дверью стоял сам детектив и пара полицейских при исполнении. — Гери Уэллз? — Да, это я, а что вам, собственно говоря, нужно? — Вы обвиняетесь в серии убийств, вы должны проследовать с нами в отдел полиции для выяснения вашей причастности. — Во первых, это абсурд, а во вторых, я не могу оставить своего сына одного дома на такое долгое время. — Мы позвоним вашим соседям, друзьям или родственникам, они позаботятся о вашем ребёнке. Гэри скрутили и увезли в отдел. Присматривать за Эриком пришёл лучший друг Гери, Марк. Но в душе мальчика что-то надломилось. Он бушевал от ярости, ведь его папу схватили какие-то там полицейские, они ничем не отличались от остальных тараканов, и что же теперь? Они накажут того, кто был рождён их убивать? Абсурд. А если, из-за вот таких слишком честных людей, как тот дядька с биноклем или детектив, он, маленький Эрик, останется совсем один? "Тогда эти жалкие души подпишут себе смертный приговор." ‐ подумал ребёнок. На суде Эрик был чёрные тучи и молчал как рыба, отвечая только там где это требовалось односложными словами: да, нет, не знаю. Факт наличия у подсудимого маленького ребёнка не облегчил участь убийцы ни на одну статью, он всё равно был приговорён судом к пожизненному заключению с принудительным психиатрическим лечением. У Эрика не было матери, поэтому он был на время отдан в детский приют. Он стал совсем нелюдим, перестал разговаривать со взрослыми и другими воспитанниками приюта, внутри он каждый день переживал ураган клокочущего гнева из-за банальной несправедливости и жажды возмездия, снаружи он был безэмоционален. Дети порой бывают злее многих взрослых, и поэтому почти все воспитанники приюта стали ненавидеть и задирать мальчика. На фоне этого его отвращение к людям и непреодолимое желание убить их всех только растёт. Начинаются первые драки между мальчиками, в которых зачастую Эрик был не в выигрыше, ему нередко приходилось несладко, но он не сдавался и не отказывался от той идеологии, которую ему навязал отец. Это можно сравнить с куском металла, который долго и настойчиво царапали, а затем на некоторое время оставили в месте с высокой влажностью, на металле началась коррозия, и этот процесс уже вряд ли можно остановить, лишь выдать за нечто совершенно иное, чтобы дать ему ещё один шанс на нормальную жизнь. Почти сразу же как Эрику исполнилось одиннадцать, на горизонте его жизни забрезжил свет перемен — его впервые кто-то захотел усыновить. На первую встречу и первый разговор пришли муж и жена, что долго были заняты карьерой и деньгами, что совершенно забыли про детей и теперь не могли их иметь. Рэймонд Флорез изначально по профессии был психологом, поэтому сразу понял состояние ребёнка. Эрик сидел напротив них, зажатым, загнанным зверем, но он не метался между двух крайностей, он чётко определил свой путь, просто он сгорал от ненависти ко всем жалким людям вокруг, его трясло от желания убивать и очищать землю от грязи. Мужчина решил начать разговор: — Эрик, расскажи мне, как ты нас обоих себе представляешь? Мы люди, нелюди, животные или кто-то ещё? — Вы жалкие тараканы, вы не достойны жить. — А если я тебе скажу, что я и моя жена не такие, какими ты нас представляешь? — Все людишки одинаковые. — Не все, есть ведь крысы, покорные и послушные, которыми так легко манипулировать нам, тем, кто приносит им одни страдания и наживается на их безропотности. В глазах ребёнка впервые за три года зажглись искры: — Вы и правда такие? Вы тоже убиваете людей? — Нет, но мы приносим им огромные страдания, так сказать, толкаем их ближе к краю, чтобы они сами спрыгнули оттуда. Наше кредо – финансовые аферы, махинации и пирамиды. Молчавшая до этого Донна решила раскрыть их великие планы на Эрика: — У нас много денег и власти, но мы поплатились за всё это очень дорого. Ребёнка, а особенно тебя, не купить за деньги, поэтому у нас к тебе есть деловое предложение. Мы хотим выдать тебя перед всеми за нашего сына, ты должен будешь приумножить наш успех и занять верхушку финансовой пирамиды, которую мы уже много лет строим. Взамен мы дадим тебе знатную фамилию, дело всей нашей жизни, деньги и власть. Тебя устраивает такое предложение? Эрик усмехнулся: — Ха, а вы мне в таком случае дадите убивать людей? Рэймонд ответил за двоих: — Знаешь, пока что тебе придётся создавать образ безупречного со всех сторон богатенького мальчика, а это значит, что и убивать ты пока не сможешь. Придётся держать себя в рамках. Мальчик крепко задумался. Он взвешивал всё за и против. С одной стороны, он сможет убивать и быть безнаказанным, но с другой стороны, до этого момента ещё нужно дожить, учитывая то, что его тяга к убийствам никуда не денется и лишь будет расти. _=_ Можно ли сказать, что каждый человек, каждая вещь имеет шанс на жизнь получше? Определенно да. Кусок металла, покрытый ржавчиной можно наделить особыми свойствами и выставить его напоказ, как пример для других. Эрик получил шанс жить свою лучшую жизнь. Если его новые родители не забрали бы его из приюта, то он бы вышел оттуда без образования, без денег, без будущего. А теперь на его стороне будет самая могущественная вещь на земле – деньги. За некоторое время под покровительством Рэймонда Эрик из забитого жизнью подростка превратился в самого настоящего лакшери подростка, который стильно одевался, достойно держался на публике и прямо светился уверенностью в себе. Он хорошо учился и не давал окружающим даже единого повода для подозрений, но, увы, убеждения, что закапывались в голову с раннего детства так быстро не проходят и проблемы, связанные с ними, тоже. Вокруг Эрика появилось много людей, которые хотели подмазаться к нему ради его денег, или же они действительно хотели подружиться с ним, но он все равно воспринимал их всех в штыки. По мере взросления, все проблемы накапливались и сильно капали на нервы. Но, судьба-злодейка подготовила для парня еще один ощутимый удар под дых – любовь, которая как известно приходит в самый неожиданный момент. Эрику исполняется 18 лет, он скоро выпустится из школы и поедет учиться за границу в престижный университет, и его родители решают дать ему немного самостоятельности, чтобы убедиться, что в одиночку он не натворит много лишнего. Как раз, у Донны умерла тетя и оставила свою маленькую квартирку в уютном районе своей единственной племяннице, а та в свою очередь, отдала жилье своему любимому сыну Эрику. А тот как в детство вернулся, только без отца, без Гарри. Они закончили с переездом, вещи распакованы, мебель расставлена, Донна и Реймонд поехали домой, напоследок дав ему много профессиональных наставлений о том, что делать можно, а чего не стоит. Проводив их, Эрик вздохнул. У него теперь была собственная квартира, пусть небольшая, но все равно, нужно постараться ее не уничтожить и не захламить. Он решил сходить в магазин, чтобы купить домой необходимые продукты, еще нужно будет хоть как-то справить новоселье. Его путь проходил через парк, там в вечернее время было много людей, которые веселились, болтали, отдыхали. Эрик же стиснул кулаки и прошел мимо с мыслью о том, что это ужасное место надо обязательно сжечь к чертям. На входе в магазин полным ходом шла разгрузка товара, два грузчика сновали туда-сюда и весело смеялись. Эрик задумался о том, что и ему не помешало бы потаскать тяжести, тогда бы у него прибавилось в мышцах, как вдруг один из грузчиков, неся товар в руках, врезался в парня. Оба упали. Эрик страшно разозлился, у него и так было настроение не из лучших, а тут он еще и упал из-за какого-то таракана, что не умеет делать свою работу молча и смотреть прямо перед собой, как с шилом заднице. Он подскочил на месте, развернулся и только хотел разнести таракана по фактам, как тот вдруг ляпнул самое неуместное нечто, что только можно было сказать в этой ситуации: - Вау, знаешь, тут сотни вулканов извергаются вокруг или это просто ты такой горячий?-он сидел на асфальте обнимая ногами товар и мечтательно смотря на парня снизу вверх. Эрик так и застыл на полузвуке возмущения, он прямо-таки завис. Наконец он пришел в себя: - Прости, что ты только что сказал? Тяжелый вздох. - Неумелый подкат, да? Ладно, дубль два. Эй, послушай, я уверовал, ведь передо мной стоит настоящий бог.. Второй грузчик начал кататься по земле, пытаясь не заржать. - Чувак, забудь слова пожалуйста и не говори никогда больше. Ты больной вообще? Ты меня сбил, а если бы я нос разбил? - Ну тогда ты бы был еще более красив чем сейчас. Эрик тряхнул хвостом и зашел в магазин: - И правда больной! *** Примитивность этого момента составлял тот факт, что к Эрику подкатывали каким-либо образом буквально никогда, даже такой неумелый подкат перевернул его душу с ног на голову. Его мысли были спутаны, он сам не понимал, чего хочет, он противоречил всему во что был убежден. Вдруг одна шальная мысль выбила его из этого прекрасного урагана: «А вдруг он такой же таракан, как и все вокруг,если да, то как тогда мне оправдать мои чувства к тому, кого я должен презирать?». Тогда он решил не рубить сгоряча и не думать об этом слишком много. Но у судьбы свои планы, поэтому она преподнесла «влюбленным» еще один шанс на встречу. Это случилось, когда Эрик совершенно случайно встретился со своим бывшим другом по пути домой. Они очень давно не ладили, строили друг другу козни, но в глаза обычно ничего не высказывали, но не в этот раз. Слово за слово, и вот они уже стоят и ругаются прямо на улице, невзирая на прохожих. Эрик негодовал: - Да как не понимаешь ты, это можно было решить без такой огласки, но нет ты же решил устроить масштабные разборки прямо здесь, я не виноват в том, что ты тупой параноик! - Это я параноик?! Да ты сам виноват, что вызываешь слишком много подозрений своим чертовым поведением! О тебе ходят слухи, что ты отравил сына директора! - Рот я твой калиткой хлопал, с чего ты взял, что это был именно я!? - Да это же очевидно! Он был симпатичным светленьким твинком, явно красивее тебя, поэтому ты его и убрал с пути. - С какого пути, олень ты тупой?! - С пути к хуям самых богатых парней нашей школы, тебе ведь туда и светит, ведь ты такой весь из себя худенький, манерный, ухоженный, с длинными черными патлами, естественно, что тебе туда и светит. Эрик начал выходить из себя: - Слышь, грязь подбардюрная, ты сам себя хоть слышишь? Да, насчет своей ориентации врать не буду, я действительно по мужикам, но у меня уже есть возлюбленный и мне никто больше не нужен. Но, блин, травить кого-то я точно не стал бы! Из-за спины Эрика раздался весьма грустный голос: - Так ты любишь другого, а мне прошлой ночью говорил обратное… Эрик обернулся и увидел того самого грузчика, в которого он втрескался по самое не хочу. - Какая прошлая ночь, дурак, ты че мелешь?! Мы видимся с тобой второй раз за всю жизнь, да я даже твоего имени не знаю! Грузчик обтер руки об свой свитер и галантно взяв паренька за руку представился: - Боб Клинт к вашим услугам, мадмуазель, можно просто Бобби-чмок в ручку. Бедный Эрик снова выпал в осадок от поведения этого парня, он так и стоял не понимая, что ему теперь делать или говорить. Вдруг бывший друг Эрика протянул у него за спиной: - Ну надо же… а ты только что говорил, что ты только одного любишь, м-да, все с тобой ясно, теперь будет новая красивая сплетня, надо поскорее рассказать всем, кто не в курсе! Эрик вспыхнул ярким румянцем и резко обернулся к своему оппоненту: - Не смей! Я ведь именно его и люблю! Не говори людям всякую дичь!! - Но эта дичь еще лучше!!-пропел парень, ускользая из поля зрения с невероятной скоростью. Эрику только и осталось потерянно стоять и на повторе крутить в голове одну и ту же мысль: «Ты вырыл себе могилу, я тебя убью, мерзкий таракан…» Боб вырвал его из мыслей: - Я дико извиняюсь, это сейчас можно считать за признание в чувствах? *тяжелый вздох* - Считай это чем хочешь, а я пошел домой. -он развернулся и пошел в сторону дома. - Хм. Я с тобой. - Не ходи за мной, займись лучше, чем ни будь полезным. - Я не хочу, я уже все сегодня сделал, вот послушай: я покормил уток на набережной, посчитал голубей возле лавочки, сходил поесть в классный китайский магазинчик, присмотрел себе новые кеды, погладил бездомную кошку и встретил тебя. Знаешь, как мне хотелось тебя увидеть, а ты сейчас идешь и делаешь вид, что меня нет, и это после таких-то слов? Эрик остановился и обернулся на него с огромным разочарованием во взгляде: - Боб, послушай, ты ребенок или взрослый? Пойди поработай, сделай уроки, не знаю, займись серьезным делом, ты просто не можешь проживать свою жизнь так бездумно, так… так глупо. Зачем тебе заниматься всей этой ерундой, если ты способен на нечто большее? - Я просто не хочу. Чтоб ты знал, я бросил школу прямо перед выпуском, переехал сюда из далека и работаю грузчиком сразу в трех магазинах, просто потому что мне так нравится. Неужели у тебя такой взгляд на жизнь потому, что у тебя нет того, чем ты серьезно хотел бы заняться? - Есть, я хочу быть вместе с тобой, но увы, это невозможно, ведь у нас такие разные взгляды и цели в жизни, что едва ли это представляется возможным. Ты просто оболтус и разгильдяй, что подкатил ко мне просто так. - Нет. Это не так. Давай попробуем, может из этого заезженного шаблона что-нибудь и выйдет? - Боб, я хочу сказать «да», но не могу гарантировать, что это хорошо кончится. - Гарантировать ничего и не надо, наш союз обеспечен на успех, потому что я до сих пор не знаю твоего имени… Оба рассмеялись, но Эрик вдруг заплакал, так, как будто ему только что сделали предложение руки и сердца. Сквозь слезы он сказал: - Меня зовут Эрик Флорэз.