Я твой кошмар

Запах пота и крови ударял в нос. Вороны битый час оттачивали новые приемы, выдуманные их капитаном. Из раза в раз бились телами, готовыми рухнуть на паркет от обезвоживания и изнеможения, но упасть было ни в коем случае нельзя. Ведь падение в Эверморе равно наказание. Жестокое и беспощадное, суровость которого зависела от тяжести ошибки. Каждый ворон подчинялся правилам этого места и поблажек не делали никому, даже свите короля. А те, у кого цифра была отличная от двузначной особенно подвергались наказаниям, постоянно находясь под прицелом у тренера, который мог довести любого до панической атаки одним своим взглядом, за которым прятались отнюдь не доброжелательность и забота по отношению к своим подопечным. Так он кричал Жану, стоя во внутренней части стадиона, что если он сейчас же не соберется и пропустит ещё хоть один мяч на корте, трость тренера окажется у него в глотке. Жан в то время пытался отдышаться, прислоненный плечом к прозрачному ограждению из плексигласа, к которому минуту назад его прижал Джонсон, отбирая мяч. Коленки дрожали, грудная клетка сильно раздувалась, дыхание все никак не хотело выравниваться. Моро снял шлем, откидывая со лба мокрые от пота пряди темных густых волос. — Да, тренер, — прерывисто ответил номер три. Маленькая передышка закончилась быстро, даже не успев толком начаться. Жан поспешил вернуться на свое место на линии первой четверти. На другой стороне поля стоял Рико, десятый раз подряд забивший мяч в их ворота. Команды вновь начали игру, нападающие ринулись вперёд, Жан выжимал из себя всю энергию по максимуму. Наказание ждало его в любом случае, он играл сегодня слишком безобразно, потому, по сути, лезть из кожи вон было необязательно. Но семья Морияма в будущем обязательно припомнят ему его ущербную игру, поэтому попытаться не упасть в грязь лицом сильнее стоило. Жан не мог позволить себе сдаться. Борись или умри — таков его горький девиз жизни. Тайм длился уже около семи минут. Ни одна сторона всё ещё не забила мяч в ворота противника. Моро и Морияма вновь столкнулись возле борта, совсем рядом с воротами. Рико был ловким и быстрым, не дать ему обойди себя, а уж тем более отобрать мяч было довольно проблематично. Особенно, если ты не ворон. И, о чудо, Жану удалось применить недавно отточенный прием. Обманув капитана хитрым маневром, он схватил мяч и передал его во владения своему нападающему. Тот, преодолев расстояние в четверть поля, перебросил его другому игроку их команды и он, в свою очередь, забил их первый гол. На воротах загорелись красные лампочки. Кажется, бог, в которого Жан перестал верить после того, как попал в Воронью команду, решил над ним сжалиться. Защитник перевел взгляд на Рико. Тот еле заметно кивнул ему, затем расплылся в ухмылке. Сердце Жана испустило глухой удар. Он одобрил его игру. Одобрил, несмотря на то, что Моро пропустил десяток мячей, постоянно спотыкался и сталкивался с другими игроками. Через решетку шлема Мориямы младшего Жан увидел искорки, загоревшиеся в его темных бездонных глазах. Они не предвещали ничего хорошего. Француз невольно сжал руки в кулаки. По выражению лица Рико никогда нельзя было угадать его настроение и дальнейшие действия. Неизвестность пугала. *** Жан очнулся на чей-то кровати. Привязанный и... голый. Ему потребовалось ещё пару секунд, чтобы проморгаться и окончательно проснуться. В голове моментально щёлкнул переключатель и Моро вспомнил кто он и где находится. Тусклый свет от лампы, стоящей на тумбе слева, не позволял полностью разглядеть очертания комнаты, но глаза, принадлежащие человеку, что черной тучей склонялся над Жаном, не узнать было невозможно. Рико Морияма, со своей ужасающей, даже безумной ухмылкой, что не удавалось узреть репортёрам и фанатам, туго завязывал узел, привязывая кисти Жана к изголовью кровати, пока сам сидел на животе у Моро. Когда Жан успел отключиться? Неужели тренировка настолько измотала его? Не успел ли Рико что-то сделать с ним, пока Моро был в беззащитном состоянии?..