Глава 24: Кипящая работа
28 октября 2025 г., 14:08
Лаборатория ожила. Закипела работа, странная и хаотичная, как и всё в этом университете.
Иззуриус, наконец получив доступ к университетским запасам, устроил алхимический цех в углу. Склянки и реторты дымились, издавая то сладковатый, то отвратительный запах. Миззи, скрипя зубами, вынужден был ему помогать, но каждый его совет встречал язвительным замечанием.
— Ты перегреваешь тинктуру! — кричал Миззи, увидев, как жидкость в колбе его двойника начинает бурлить чёрным. — Она сейчас взорвётся!
— Я знаю, что делаю, — холодно парировал Иззуриус, не отрывая взгляда от песочных часов на своём посохе. — Взрыв — контролируемая часть процесса. В отличие от твоих жалких попыток создать парфюм из гниющих роз.
В центре зала Дозирк, с помощью щупалец, и Мози, издавая сонное гудение, изучали конструкцию старого телепорта. Эйс и Мейс сидели рядом, их тихая беседа была едва слышна.
— Твои звёзды... они шепчут тебе то же, что и мне? — спросил Эйс, глядя на платок Мейса.
— Они шепчут, что всё взаимосвязано, — ответил Мейс. — И что разлом... он не случайность. Он как шрам.
Ретроспектер и Метроспектр, как два вороватых кота, обходили телепорт с разных сторон.
— Стабилизаторы потока полностью разложились, — констатировал Ретроспектер, проводя когтем по трухлящей обмотке.
— Спасибо, кэп, — проворчал Метроспектр. — А я и не заметил, что эта хуйня вот-вот развалится.
— Твоя ирония не поможет починить конденсатор, — сухо заметил Ретроспектер.
Их вечное противостояние нарушила Макурома. Она осторожно подошла к Сакуроме, которая, сидя на ящике, доедала кусок обоины, небрежно оторванный от стены.
— Тебе... не холодно? — тихо спросила Макурома, смущённо глядя на голую кожу сестры.
Сакурома обернулась, её усики задрожали от веселья.
— Холодно? Милая, когда ты проводишь половину жизни в астральных проекциях, понятие температуры становится очень относительным. — Она прыгкнула с ящика и грациозно обошла Макурому. — А ты... какая скромная. Он тебя так воспитывает? — Она кивнула на Метроспектра.
— Нет! Я просто... — Макурома покраснела.
— Стесняешься? — Сакурома ухмыльнулась. — Напрасно. Такое тело... такой потенциал... нужно показывать, а не прятать. Хочешь, научу паре приёмов?
Тем временем Атрокеан, пользуясь суматохой, попытался подкрасться к Сакуроме сзади, но на его пути внезапно выросла Инсатиан. Её третий глаз был прищурен.
— Ты пахнешь... как старая рыба. Мешаешь аппетиту. Отойди.
— Не твоё дело, козлиное отродье! — прошипел Атрокеан, его плавники засветились угрожающе.
— Всё, что касается еды — моё дело, — ответила Инсатиан, и её пасть наполнилась алым свечением.
Их противостояние прервал громкий скандал у входа в лабораторию. Хайвмайн, размахивая клешнями, пыталась прорваться внутрь, но путь ей преграждала Хайнесс, а Террус стоял между ними, как скала.
— Я требую допуск к работе! — визжала Хайвмайн. — Мои сокровища должны быть первыми, кто вернётся в стабильную реальность! Терри, Лерри, Берри, проложите путь!
— Ваши насекомые останутся снаружи! — кричала Хайнесс. — Это мой университет! Вернее, университет Мокеана! И я не позволю тебе всё испортить!
— Твой университет? — Хайвмайн фыркнула. — Он выглядит как помойка! Я обладаю состоянием, которого хватит, чтобы купить эту развалюху десять раз!
— Деньги не заменят вкуса!
— А у тебя нет ни того, ни другого!
Террус, не меняя выражения, мягко, но неумолимо оттеснил Хайвмайн на шаг назад.
— Госпожа, пожалуйста. Ваши голоса нарушают концентрацию алхимиков. И, кажется, провоцируют нестабильность в реторте.
Все действительно посмотрели на угол Иззуриуса, где жидкость в одной из колб начала пульсировать зловещим фиолетовым светом.
— ВСЕМ ВНИМАНИЕ! — внезапно крикнул Мейс, поднимая фотоаппарат. — Якорь... он активируется!
Платок на его шее внезапно вспыхнул ярко-красным светом, и все энергетические нити на старом телепорте засияли в унисон. Воздух затрепетал. Портал начинал просыпаться.
