Бэйюань снова все проспал

Бэйюань проснулся в постели один, видно, его любимый шаман успел уйти по делам. Впрочем, когда один бездельник, а второй собранный и ответственный глава — такое будет происходить постоянно. Бэйюань успел привыкнуть просыпаться один, однако он просыпался окруженный запахом, запахом любви и заботы. Даже не ощущая его рядом, Бэйюань ощущал его присутствие, чувствовал, что он больше никогда не останется один. Томный вздох, и он хочет лечь обратно спать, несмотря на то, что солнце стояло в зените. Зачем вставать, если можно не вставать? За последние пару лет в столице он вполне потрудился ради того, чтобы сейчас мог спокойно понежиться подольше. Любой бы другой давно устал от такого отдыха, но похоже, что за шесть несчастных жизней, мужчина устал гораздо больше, чем другие. Так что проспать до поры, пока алые цвета окрасят небо, было не проблемой для когда-то второго бездельника столицы. Теплые руки разбудили на закате, а ласковый голос прошептал на ухо: -Как так можно, Бэйюань? Ведь даже не ел. Цзин Бэйюань что-то промурлыкал в ответ и заполз поплотнее в объятия любимого мужа, тот лишь вздыхает, привыкший к подобному поведению. У Си складывает изголовье из подушек, заставляет любимого проснуться и присесть. Бэйюань хмурится, но признает правоту мужа. -Я сейчас принесу тебе кашу с овощами. -И покорми меня. У Си ухмыляется, но сделает так, как просят. Разве можно отказать этому прекрасному мужчине? Шаман приносит еду под очаровательным взглядом, который не предвещает ничего приличного. У Си присаживается на край кровати, берет палочками кусочки овощей и подносит к чувственным губам, которые так приятно целовать. Мысли еще свежи и невинны, однако желание медленно просыпается, как и томные глаза Бэйюаня. Цзин Бэйюань улыбнулся и прикусил палочки, желая немного подразнить мужа, но, когда его с особой нежностью целуют в лоб, слегка просыпается стыд, а потому отпускает. -Больше не могу. У Си откладывает палочки и еду, предлагает облепиховый отвар, который выпивается за мгновение, учитывая, как давно мужчина не пил любой жидкости. Шаман все уносит, затем возвращается, чтобы притянуть красавца в объятиях. -Что-нибудь случилось? – спрашивает Бэйюань. -Нет, а ты весь день проспал? -Мне снилось, как ты пришел домой, чтобы, - вместо того, чтобы договорить мужчина соблазнительно выгибает шею. Крепкие пальцы, натренированные за долгие годы упорного труда, ласково заскользили по изящному изгибу. Кожа, что совершенно не портилась с годами, блестела в гаснущем свете. За окном просыпались звезды, У Си же держал свою звезду в объятиях. Потеревшись носом о шею, чья красота могла разрушать государства, мужчина почувствовал сладкий, любимый аромат. Нежно поцеловав мягкую кожу, он запустил руки под одеяло, чтобы сжать тонкую талию, не толще величайших красавиц поднебесной. Черный шелк волос щекотал шею У Си, и как будто едва ощутимо прикасался к самому сердцу. Аромат этого человека уже впитался в его кости, но все равно каждый раз от одного аромата Бэйюаня, сердце трепетало, как ветвь яшмы на ветру. Губы спустились вниз, а Цзин Бэйюань повернулся лицом к мужу. Руки пролезли к волосам, чтобы их распустить. Ловкие пальцы лезли в завязки шамана, чтобы поскорее добраться до крепких мышц. Сам Бэйюань сидел в одном нижнем халате, а потому быстро оказался без него, когда его повалили на кровать. У Си хотел поглотить этого человека целиком, лишь бы он никогда не покинул его. Даже несмотря на совместно прожитые годы, он, порой, пугался, вспоминая прошлые времена, когда Бэйюань делал все возможное, чтобы Хэлянь И стал императором. Как же У Си боялся проснуться и узнать, что его любимого больше нет. Как больно было видеть, как тот разыгрывает бездельника, поступая вопреки совести. Потому У Си особо хотел избавить мужа от лишних страданий. Лаская тело, он испытывал трепет, схожий с тем, как трогать хрупкую драгоценную вещь. Отогревая холодные руки, У Си не переставал целовать веки, нос, губы и щеки. Разгорались сердца и тела, а вокруг распалялся горячий воздух, наполненный страстью. Сжимая бедра любимого, У Си невольно засмотрелся на то, как расцветает румянец на белоснежной коже. Облизав чужую, красиво изогнутую ключицу, руки спустились к ягодицам, однако мир внезапно перевернулся. С этим старым лисом стоит быть осторожнее, ведь теперь уже с У Си снимались последние остатки одежды, а руки скользили по мышцам, восторгаясь этой красотой. Как можно не любовать таким телом, что почти граничило с искусством? У Си невольно улыбнулся, совершенно не противясь желаниям возлюбленного. Тонкие, но крепкие мужские руки сжали бедро, спустились ниже, чтобы пропустить первый палец внутрь. Неспешно, растягивая и свое, и чужое удовольствие Цзин Бэйюань заскользил внутри. Мужчина вылавливает масло откуда-то рядом, явно заранее зная, что собирается сделать. Щедро полив все масло, он добавляет еще один палец, с особым удовольствием отмечая, что не чувствует никакого сопротивления. Когда Бэйюань, замечает, что теперь его муж готов, он медленно входит в разгоряченное тело, которое уже явно заждалось. Невольный вздох вырывается из уст У Си, от которого Цзин Бэйюаню хочется невольно ускориться, однако он старается сдержаться, чтобы не причинить боль. Постепенно темп нарастает, а Бэйюань перехватывает вздохи и стоны поцелуями. Продолжая гулять по телу Бэйюаня, У Си с трудом сдерживается, чтобы не впиться в чужую спину ногтями. -Я не могу, - слабо шепчет, словно бы говорит все тот же юный и стеснительный шаман. – Помоги. Но Бэйюань напротив замедляется, чтобы резко войти глубже. Чередование заставляет У Си почти что содрогаться в дрожи, он невольно тянет руки вниз, чтобы помочь себе, но его движение перехватывается. Руки прижимают к губам, чтобы поцеловать, но яростная мука ниже не прекращаются. Их любовь раскрывается в совместной жизни, в ласковых словах, непроизвольной заботе друг о друге и страстном переплетении тел. У Си почти в мольбе глядит на мужа, чтобы тот наконец-то прекратил эту восхитительную пытку. Эмоции и ощущения переплетаются, чтобы достичь высшего наслаждения. Годы любви объединились в гармонии и единении двух сердец. Бэйюань склоняется, чтобы украсть очередной, ласковый поцелуй. Ощущается, как они понимают друг друга, однако жажда не утолена. Порой, глубокое молчание говорит больше, чем множество слов. Встречаясь взглядом, У Си расплывается в сияющей улыбке, чтобы почувствовать, как внутри все вновь пришло в движение, даже не пытаясь остановиться надолго. Удовольствие накрывает очередной волной, когда Цзин Бэйюань заканчивает один, чтобы опустить голову вниз и помочь мужу. Нежно обхватывая губами сосредоточение мучений и удовольствий, он гладит его языком, покрывает поцелуями и обсасывает. С улыбкой на лице проглатывает все, что может дать его возлюбленный. У Си, что решал весь день дела народа, а затем предавался чувствам с мужем, ощущает как к наслаждению примешивается усталость. Хочется закрыть глаза и заснуть, но Цзин Бэйюань тащит его к бочке на улице, чтобы обмыть. Хоть немного привести в порядок, хотя по сути просто протирает, еще раз целует, где может дотянуться, чтобы не утомить лишний раз. -Я люблю тебя, - Бэйюань накидывает халат на мужа, а затем укладывает на кровати, чтобы укутать в одеяло. Бэйюань любуется этим умиротворенным спящим, чтобы в очередной раз понять, как тот прекрасен, а в его сердце этот мужчина навсегда останется самым красивым и важным, даже когда это лицо покроется морщинами и волосы окрасятся белым. Цзин Бэйюань засыпает почти сразу, как положил голову на подушку. На утро же оба обнаружат, что проснулись вместе. Ранняя пташка, шаман, даже не заметил, как лучи солнца порывисто ворвались в дом. -То есть тебя нужно мучать, чтобы ты подольше спал? – прыскает Бэйюань. У Си покрывается румянцем, пока его муж ухмыляется, в душе радуясь их спокойному счастью.