за кулисами

——— фест слегка коснулся плеча друга, прошептав: — мне всё ещё плоховато что-то.. моргнув, кхао встревожено проговорил о том, что стоило бы рассказать об этом стаффу. — та ну.. время всё ещё есть до выхода на сцену. может, мне станет лучше. кхао вдохнул, но, ничего не сказав, просто сел рядом, положив голову ему на плечо в знак поддержки. шторка гримёрки слегка приоткрылась, и к ним зашёл джун, слегка хитро улыбнувшись, словно на что-то намекая. — ну как он тут? лучше? кхао лишь отрицательно помахал головой вместо ответа. — кажись-ка, кое-кого не докрасили, — хихикнул мимо проходящий данк, смотря в сторону феста. тот лишь вопросительно вздёрнул бровь, глядя в зеркало напротив, — увидел, как на глазах слегка не хватает теней. при этом тяжело выдохнул после осознания, что ему придётся выйти прямо так, ибо все визажисты уже ушли перед началом. — ладно, вы тут посидите еще чуточку, мы выиграем время, — сказал джун, выходя и зашторивая за собой, после чего в зале послышались громкие возгласы восторженных зрителей. ... кхао повернулся к фесту и правда заметил, как макияжу не достаёт несколько деталей. встав, он подошел к зеркалу и начал искать глазами нужные тени и кисточки. — ты чего там? — фест недоуменно посмотрел на друга, улыбаясь. — помогу тебе исправить это безобразие, — хихикнул кхао и подошёл чуть ближе. вглядываясь в глаза феста, слегка подняв руку, он начал пытаться легонько поправить, но сам не заметил, как приблизился настолько близко, лицо к лицу феста, что их дыхание стало одним целым. и лишь сейчас, заметив это, он ненароком глянул в глаза, а после — на губы. и тут же резко отвёл взгляд, отодвигаясь. фест потянулся к лицу кхао, будто к чему-то дорогому, почти недосягаемому. кончиком большого пальца он нежно провёл по щеке, заправив прядь за ухо. кхао смотрел на него, не отрывая взгляда — в глазах отражалась тёплая растерянность, будто мир внезапно сузился до этого прикосновения. — ты.. я почти закончил, не мешай мне тут! — пробормотал кхао, пряча смущение за возмущением и, будто в наказание, уселся на колени феста, продолжая подрисовывать тени. — друуг, ты тяжёлый! — смеясь, фыркнул фест, но не пошевелился. он просто смотрел на него, ловя каждую черту лица, каждое движение кисти. когда кхао закончил, он отложил кисть и улыбнулся: — вот, так-то лучше! фест было хотел что-то ответить, но вместо слов обнял его, крепко прижав к себе. кхао не сопротивлялся — наоборот, с каким-то трепетом прижался в ответ, вдыхая до боли знакомый, родной запах. фест чуть отстранился, но слишком резко — губы скользнули по щеке кхао. тот вздрогнул, замер, не смея дышать. фест остановился, будто сам испугался близости, но что-то внутри не отпускало. он осторожно наклонился и легко коснулся губами его кожи чуть выше — словно проверяя, границы дозволеного. тишина. никакого сопротивления. только затаённое дыхание, полное чего-то хрупкого и настоящего. тогда, собрав всю свою смелость, фест медленно приблизился и, замирая на полпути, всё же поцеловал его — мягко, осторожно, будто боясь спугнуть. и когда кхао ответил, едва заметным движением губ, напряжение оборвалось. фест углубил поцелуй, дрожащими пальцами зарываясь в его волосы. он не знал, сколько прошло времени — секунды? вечность? тот лишь притягивал его ближе, чувствуя, как наконец разрешает себе то, о чём давно мечтал. прошла будто целая вечность, прежде чем до кхао добрались отголоски криков со сцены, что означало то, что сейчас его очередь выхода на сцену. он всё ещё толком не соображая слегка отстранился, но в глазах его отражалась пелена желания. — мне.. пора. тебе лучше отдохнуть перед выходом, — судорожно, между вздохами, проговорил он, стараясь говорить ровно, но голос всё равно дрожал. фест не знал, что ответить. как назвать то, что только что произошло? он просто кивнул, отпуская. и смотрел ему вслед с комом в горле. пальцы невольно скользнули к губам — туда, где только что было чужое дыхание. фест выдохнул: — пора. это была сложная для него песня, наполненная всей его душой, и каждая строка отзывалась в сердце. он сам и не заметил, как перестал попадать в ноты, стараясь сдержать слёзы. тогда как кхао заметил это, хотя и сам был в таком же состоянии. но в тот момент он пел громче, чем звёзды сияли на небе. он смотрел на него и понимал, что дороже него у него нет никого. он — его семья, его.. впрочем, не важно. он знал лишь то, что любит этого человека. ... возгласы публики, яркие улыбки, щелчки камер. концерт закончился, но по часам феста время будто только вошло в нормальный ритм. за весь вечер они с кхао пересекались сотнями взглядов и улыбок, но поговорить могли только сейчас — в номере. завтра уже рейс, и другого шанса, возможно, не будет. фест всё ещё не знал, с чего начать. что говорить. как вообще подступиться. заселяясь в отель, он не пошёл в свой номер, а сразу направился за кхао. тот не удивился — оба понимали, что это должно было случиться. войдя и закрыв за собой дверь, они разулись, оставили сумки. — хочешь поговорить о том, что случилось, да? фест кивнул. — на самом деле.. — начал он, но замолчал. то, что кхао ответил на поцелуй, ещё не означало, что он чувствует то же. кхао, будто прочитав его мысли, вздохнул, присаживаясь рядышком на кровати. осторожно беря того за руки, слегка поглаживая при этом всё это время, удерживая зрительный контакт. — ты можешь мне рассказать. ты мне важен, знаешь ведь? если не можешь или боишься — не страшно, я начну, хорошо? — отпустив руку, он поднял её вверх, нежно беря за щеку, поглаживая, словно успокаивая. — я просто хочу быть рядом, понимаешь? — сглотнув, наконец обрёл дар речи фест. — ты.. я чувствую нечто большее, чем любовь как к другу или как к семье. возможно, это.. неожиданно. и ты не хотел этого, и я.. кхао прервал его, слегка обняв, поглаживая по спине. — всё в порядке. всё хорошо. ты не один в этих чувствах.. ты не один. я тоже это чувствую. фест и сам не уловил тот момент, когда по его щекам начали скатываться горячие слёзы — то ли от счастья, то ли от облегчения. кхао тоже плакал. они так и просидели в объятиях друг друга. — эй, всё же в порядке, — засмеялся кхао, вытирая тому слёзы, хотя сам заливался ими ещё сильнее. — а сам-то! мне теперь.. тебя другом не называть, да?.. — фест, испугавшись сказанного, попытался что-то ещё сказать, но не смог. — а ты как хочешь? — вполне серьёзно ответил кхао, посмотрев прямо в глаза. из-под ресниц виднелись настолько искренние искорки, что казалось — они могли бы рассказать куда больше, чем любые слова. но такое словами не передать. это было за гранью. — хочешь.. быть вместе? — фест смотрел так, будто отчаянно боялся услышать ответ, будто готов был вот-вот убежать или спрятаться, но всё равно ждал. кхао улыбнулся настолько искренне, что сердце феста пропустило удар. он не ответил — но взгляд сказал за него всё. — я хочу быть рядом, куда бы ты ни направился. давай будем вместе — до конца наших дней. исполним мечты друг друга. создадим новые воспоминания.. — фест говорил, сдерживая слёзы, но понимал: даже эти слова не смогут передать всего, что он так долго носил в себе. кхао закусил губу, пытаясь сдержать слёзы, но тут же провалил эту мини-миссию — заплакал и одновременно счастливо улыбнулся. — я люблю тебя. — я тоже люблю тебя. оба, в объятиях друг друга, плакали — но никогда прежде не были так счастливы, как в этот самый момент. фест, трепетно заправив тёмную прядь за ухо кхао, будто боялся спугнуть, прошептал: — можно я..? он так и не договорил, не в силах отвести взгляд от его губ. но кхао слов не требовалось. он и сам уже знал. наклонившись ближе, приоткрыв губы, он затаил дыхание. и в следующий миг почувствовал, как чужие губы касаются его собственных — мягко, бережно. он не знал, что ему нравится больше — сдаваться или наступать, но знал одно: с этим человеком ему понравится всё. весь мир, казалось, сошёлся в этом поцелуе. всё остановилось — только дыхание, только он, только этот момент. далеко-далеко, словно сквозь толщу воды, отзывалось собственное сердце. фест прикоснулся к его коже под футболкой, лёгким движением задрав ткань. кхао замер, не отстранился, но перехватил его руку. фест тяжело дышал, глядя в глаза, не понимая, что сделал не так. — ты.. подожди, — прошептал кхао, улыбаясь краешками губ. голос звучал непривычно, чуть дрожал. — ты не против? — фест сразу стал серьёзным, взгляд встревоженно ловил каждое его движение. он бы ни за что не сделал ничего против его воли. он был готов на всё, что угодно ради него — подождать было бы сущим пустяком по сравнению с этим. кхао лишь выдохнул, вновь прислонившись собственным дыханием к чужому. руки скользили по всему телу, изучая, словно боясь утратить это драгоценное мгновение. руки скользнули под футболку и в считанные секунды избавились от ненужной на данный момент ткани. наклонившись, фест словно невесомо прошёлся дорожкой поцелуев от нежной кожи шеи к груди. кхао, судорожно дыша, попытался ухватиться хоть за что-нибудь. сжав пальцы на простыни, он резко поднёс руку к шее феста, попытавшись обхватить его — но тот не дал, скрещивая обе руки у кхао над головой, в тот же час целуя его с такой страстью, словно от этого поцелуя зависела его жизнь. кхао не намерен был сдаваться так быстро. обхватив бёдрами того, перекатившись, он добился того, чтобы фест оказался под ним. прерывисто дыша, тот, следуя примеру, также избавился от верхней одежды. в прикосновениях феста проскальзывала толика нежности и страсти одновременно, противореча друг другу. кхао с нежностью посмотрел в глаза, слегка провёл большим пальцем по скуле возлюбленного, после чего наклонился, целуя то в щёки, то в носик, то в лоб, то в подбородок. в этих действиях не было необходимости — но то, что происходило сейчас между ними, это было нечто большее, чем близость. это было сплетение двух обнажённых друг перед другом душ, доверие, будто к собственному сознанию. прошла то ли секунда, то ли целая вечность, прежде чем оба пришли в здравый рассудок. кхао лежал на плече феста, чуть задумчиво поглаживая кончиками пальцев его грудь и плечи. и единственное, что беспрерывно билось в мыслях — это то, что он никогда прежде не был так счастлив. и он ни за что не упустит это счастье. они оба знали, какой нелёгкий путь преодолели вместе. и что впереди их ждёт ещё немало трудностей. но одно лишь было известно: что они не отпустят руки друг друга — несмотря ни на что.