Лес

«Мы — Дикая Охота. Мы охотимся вечно. Те, кто охотятся с нами, охотятся вечно»

      Лес нависал мрачным капканом, так и норовящим вот-вот захлопнуться, давил пугающей тишиной, которую не нарушало ни единого звука, если не считать еле слышный треск веток под аврорскими сапогами.       Выставив палочку с Люмосом перед собой, Гарри осторожно ступал вслед за Малфоем по узкой, заросшей бурьяном тропинке и прислушивался к тревожному молчанию. Уже минут через пять, после того как они покинули магловскую деревню, ему вновь захотелось услышать хоть что-нибудь — любое напоминание о том, что и они, и мир вокруг ещё живы.       Однако ни ветра, ни иного движения не наблюдалось. Как только часы на запястье пробили полночь, всё на несколько миль вокруг вымерло, словно боялось выдать себя.       В той деревне жители и вовсе закрыли ставни, навесили на двери замки и заперлись, отказавшись разговаривать с незнакомцами; петухи не кричали, собаки скулили и прятались в домах.       Всё началось с того, как несколько дней назад Робардс сообщил отделу о неком Ордене оккультистов, регулярно посещающем Бреморский лес. С членами Ордена не посчастливилось встретиться парочке местных маглов, чьи тела с многочисленными увечьями нашли на окраине деревни.       Жуткие колдографии искажённых криком мёртвых лиц и вытащенных наружу внутренностей до сих пор мелькали у Гарри перед глазами. По оценке авроратских экспертов ритуалы включали в себя те глубины чёрной магии, которой не пользовался даже Волдеморт в периоды своего правления; например, магию крови.       Для подробного изучения этого направления Гарри пришлось окопаться в библиотеке Гермионы в Болгарии и целые сутки штудировать древние книги и пергаменты, так и норовящие рассыпаться прямо в руках.       Ещё со времён школы информация плохо держалась в его голове, но при одном лишь взгляде на обескровленные трупы становилось ясно, насколько опасная сложилась ситуация. Поэтому Робардс попросил Гарри лично заняться этим делом и в кратчайшие сроки найти и передать в руки Аврората преступников.       Малфоя дали ему в напарники взамен накануне угодившего в Мунго с серьёзным отравлением Забини. Робардс полагал, что артефактор с хорошими навыками зельеварения вполне справится с ролью спутника старшего аврора.       Гарри же наоборот почувствовал лишь большую ответственность. Помимо того, что в должность он вступил совсем недавно и ещё не успел обжиться в роли заместителя Робардса, так и с Малфоем у них отношения так и не сложились.       Несмотря на то, что после восьмого курса они уладили все конфликты и принесли взаимные извинения, стать приятелями так и не получилось.       С напарником наладить дружбу оказалось легко. Блейз сам позвал Гарри на встречу с Ноттом и Паркинсон, потом они выпили пару раз в общей компании, а закончили и вовсе тем, что на одной из традиционных выходных встреч Рон как-то подозрительно долго держал Блейза за руку и что-то шептал ему на ухо.       Гермиона после того дня прозвала Гарри сводником, а на безымянном пальце Рона спустя несколько месяцев появилось тонкое серебряное кольцо гоблинской работы.       Малфой присутствовал на всех совместных мероприятиях лишь номинально: молча сидел в углу, потягивая пиво или огневиски, и за вечер не произносил ни слова. В Аврорате он трудился на нижнем этаже, потому и на работе видеться не удавалось; ограничивались быстрым кивком на утренней планёрке.       Гарри напрасно убеждал себя, что ему это общение не нужно. В глубине души каждое мимолётное столкновение взглядов и касание рук отдавалось трепетным восторгом, растекалось по груди сладкой неловкостью.       Его непреодолимо тянуло к Малфою, как в школе, так и после её окончания. — Слышишь? — нервный шёпот раздался у самого уха, заставляя вздрогнуть. — Что? — Гарри дёрнулся и взглянул на бледное Малфоевское лицо, маячащее непозволительно близко. — Там, за деревьями, — голос его звучал на грани слышимости, но всё равно казался слишком громким в мёртвой лесной тишине. — На поляне кто-то есть.       Поправив очки, Гарри посмотрел в сторону просеки. Яркое пятно костра действительно растекалось среди деревьев огненным заревом, рыжие всполохи взлетали к кронам и поблёскивали в полумраке.       Смазанные силуэты скакали по поляне, безмолвно прыгали, как зачарованные, повторяя одни и те же движения.       Сердцебиение участилось, к взмокшей от пота спине неприятно прилипла рубашка, и Гарри передёрнул плечами. Он не понимал, что пугало сильнее: магия крови, которую практиковали оккультисты, или их несуразные прыжки, благодаря которым они напоминали статуэтки, подкидываемые в воздух невидимой рукой.       Рядом с ним замер Малфой, в ужасе переводя взгляд с костра на Гарри и обратно; несмотря на ускоренную двухдневную подготовку ему очевидно было страшно. — Робардс сказал мне, что их будет максимум пятеро, но…к дракклу, Поттер, их же не меньше дюжины! — серые глаза округлились, угольно-чёрный зрачок расплылся и поглотил радужку. — Может стоит вызвать подмогу, пока ещё есть возможность? — Все заняты делом Лондонского похитителя, — Гарри глубоко вдохнул.       Он осознавал, что должен внушать своим видом уверенность в действиях Аврората, чтобы Малфой доверился ему и даже не думал сомневаться в успехе. Проблема заключалась в том, что сам он об успехе и не мечтал.       Больше десятка последователей чёрной магии то ли проводили ритуал, то ли уже находились под действием заклятий. Вдвоём они явно не могли захватить настолько большую группу. — Как свинью на убой, — пробормотал Гарри себе под нос, неосознанно сжимая тонкую кисть Малфоя. — Что ты сказал? — Я говорю, что тебе стоит вернуться в деревню и постараться связаться с Авроратом. Возможно, Робардс всё же сможет отправить пару-тройку ребят, — Гарри натянул на лицо нервную улыбку и покрепче перехватил палочку; усилием воли он заставил свои пальцы не дрожать. — А ты? Ты же не планируешь сражаться с ними в одиночку, да, Поттер? — Малфой сделал шаг вперёд, чуть наклонил голову и прищурился.       Слабый свет луны скользил по его испуганному лицу, кожа казалась голубовато-прозрачной, как у призрака. — Нет, я просто останусь здесь, чтобы в крайнем случае задержать их. Нельзя, чтобы они продолжали убивать маглов, — ложь скользнула по языку ядовитым шипом. — Обещаю, что всё будет хорошо, Драко. — Драко? — Малфой усмехнулся. — Впервые за столько лет… Гарри.       Гарри улыбнулся и кивнул. Невыносимая тоска оплетала грудную клетку, он совершенно не хотел умирать, не хотел вновь жертвовать собой, но понимал, что иного варианта не предоставлено.       Чёрная магия искажает душу, уничтожает сердце и мешает воспринимать реальность сквозь призму сочувствия. После первого ритуала никто из оккультистов уже не станет прежним, им будет абсолютно плевать на всех невинных, которым пришлось и придётся умереть.       Фигуры у костра издали дикий крик и вскинули руки к тёмному небу, вдалеке грохотал гром, и по лесу прокатилось звонкое эхо. — Иди, Драко, а я останусь здесь, — повторил Гарри, скользя пальцами по тонкому запястью с голубой, нервно бьющейся венкой. — Обещаю, всё будет в порядке.       Серые глаза остекленели, что-то надломилось у самого зрачка. Малфой смотрел на него, не мигая, молча изучал каждую чёрточку, так словно никогда не видел, и отчего-то Гарри показалось, что всё повторяется.       Они уже стояли в этом лесу и так же смотрели друг на друга; в последний раз.       От страха сердце защемило и болезненно сжало, словно гигантская рука давила его прямо в грудной клетке, ломала, смешивала с осколками рёбер. Повинуясь внутреннему порыву, Гарри сделал шаг вперёд и осторожно поцеловал уголок тонких губ.       Явное осознание невозвратности момента обдало лицо прохладным разочарованием, но, вопреки сомнениям, Малфой не отшатнулся и ответил. Горячее дыхание с горьковатым привкусом кофе растеклось по языку, мягкие ладони обхватили талию сквозь форму.       На мгновение Гарри даже позволил себе отдаться ощущениям. Крики оккультистов стихли, костёр погас, в ночной тишине боле не существовало никого, кроме них с Малфоем. — Когда мы закончим это дело, то всё обязательно будет иначе, — голос прозвучал глухо, светлые пряди растворялись в руках. — Уверен? — Малфой вскинул брови. — Конечно же, я…да всё будет иначе, Драко, — Гарри уверенно кивнул и спрятал палочку в кобуру. — Ты вызовешь помощь, мы уничтожим Орден и возьмём отпуск. Будем ходить на свидания, съездим в Париж, сделаем… — Я не вернусь, — лицо Малфоя стало ещё бледнее, прозрачные глаза поблёскивали за светлыми ресницами. — Разве ты не помнишь, как всё было? — Что значит, как всё было? — нервный вздох вырвался из груди, внутри всё похолодело от подступающего ужаса.       Они уже стояли в этом лесу, так же смотрели друг на друга и прощались. — Иди за помощью, Малфой, а я останусь здесь, — Гарри вскидывает ладонь в воздух, расправляет плечи. — Нам вдвоём точно не справиться. — Я быстро, ладно? Не вздумай подставиться, Поттер! Я вызову ребят и вернусь, — Малфой наигранно усмехается и шутливо похлопывает Гарри по спине, однако тревога сочится из каждого его движения.       Пару секунд они смотрят друг другу в глаза, а затем светлая макушка исчезает в кустах, Гарри занимает свою позицию. Один подставится, второй не вернётся; авроры не прибудут на помощь. — Нет, — дышать стало куда тяжелее, тошнота застыла в горле противным комом. — Нет, нет, нет, всё было не так! — Ты же знаешь правду, мы уже проживали этот вечер десятки раз, — силуэт Малфоя таял и окончательно терял все цвета. — Неужели не помнишь?       Гарри молчал, будучи не в силах открыть рот и произнести хоть слово. Воспоминания, неупорядоченные и смазанные, всплывали в памяти разрозненными кусками и никак не желали собираться в полноценную картину.       Он будто падал в пропасть, тонул и захлёбывался в водовороте из собственных страхов и разрушенных обещаний. — Я уйду за помощью, ты останешься сидеть в кустах и наблюдать, — Малфой висел над травой, почти не касался её ступнями в аврорских ботинках. — Ты просидишь так чуть меньше получаса, потом увидишь, что они отходят от костра в сторону камня и тоже приблизишься. Знаешь, что они там увидели? — Нет, — Гарри знал.       На самом краю сознания появилось то жуткое нечто, от которого по коже бежала ледяная, мучительно болезненная дрожь. — Постарайся вспомнить, — выражения лица у Малфоя стало расстроенным, голос приобрёл металлические нотки. — Ты должен вспомнить, Гарри, иначе так навсегда и останешься по ту сторону. Что они там увидели?       Он крадётся меж деревьев, вытянув руку с палочкой вперёд, шепчет себе под нос всевозможные заклинания, чтобы успеть среагировать. Пальцы дрожат, поляна шатается перед глазами.       Тощие фигуры в длинных чёрных мантиях и капюшонах стоят вокруг плоского серого камня, покрытого свечными огарками и застарелыми подтёками крови и человеческой плоти. Тени от огня скачут по белоснежным черепам, насаженным на колья, зелёное свечение окружает алтарь.       Вспышка. Обескровленное тело Малфоя.       Вспышка. Оккультисты одновременно поднимают руки к небу, кубок, до краёв наполненный багровой терпкой жидкостью, парит в воздухе.       В глазах рябит, реальность сжимается с такой силой, что голова так и норовит лопнуть. Малфой свернул не на ту тропинку. — Это неправда, — Гарри мотнул головой, по щекам сбежали горячие слезинки. — Это просто мой кошмар, этого никогда не было. — Что они там увидели? — Ничего, — язык опух до невероятных размеров и уже не помещался во рту. — Я не знаю, что они там увидели.       Их поцелуй ничего не стоил, потому что ему не суждено было свершиться; последнее касание отозвалось ожогом на кончиках пальцев. — Ты должен вернуться, Гарри, даже, если не хочется. Всё пройдёт, ты справишься и научишься жить дальше, — Малфой ласково убрал ему волосы от лица, всё его тело окончательно стало прозрачным. — В реальности мы не признались друг другу. Я любил тебя почти десять лет, а мы так и не признались друг другу, — Гарри перебил сам себя и всхлипнул, опускаясь на корточки.       Они продолжали стоять в лесу, которого уже не существовало. — Зато признаёмся в каждом повторе и знаем, что это взаимно. — А что…что случится с тобой, когда я приду в себя? — Гарри вытер мокрые глаза, осторожно взглянул на Малфоя, словно боялся, что он растворится в это же мгновение. — Я останусь призраком, буду продолжать помогать тебе ловить тёмных магов, как и раньше. Только от Робардса я больше не завишу, — с тонких губ сорвался тихий смешок. — Я буду тебя видеть? — Мой облик…мой облик несколько поменяется, но ты будешь меня видеть, — бестелесная ладонь скользнула по лбу, обдав лицо холодом. — Я стану вечным всадником «Дикой охоты» — охотником за нечистью — и больше никогда тебя не оставлю, обещаю.       Гарри моргнул и медленно поднялся. Колени подкашивались, руки сильно дрожали не то от холода, не то от нахлынувших эмоций. Несколько секунд он молчал, раздумывал, стоит ли сказать то, что вертелось на языке, а затем негромко спросил: — А мы можем повторить? В последний раз, пожалуйста.       Малфой лишь печально улыбнулся и кивнул, мир вокруг них погрузился во мрак.

*****

      Лес нависал мрачным капканом, так и норовящим вот-вот захлопнуться, давил пугающей тишиной, которую не нарушало ни единого звука, если не считать еле слышный треск веток под аврорскими сапогами.       Выставив палочку с Люмосом перед собой, Гарри осторожно ступал вслед за Малфоем по узкой, заросшей бурьяном тропинке и прислушивался к тревожному молчанию. Уже минут через пять, после того как они покинули магловскую деревню, ему вновь захотелось услышать хоть что-нибудь, любое напоминание о том, что и они, и мир вокруг ещё живы.       Однако ни ветра, ни иного движения не наблюдалось. Как только часы на запястье пробили полночь, всё на несколько миль вокруг вымерло, словно боялось выдать себя. — Слышишь? — нервный шёпот раздался у самого уха, заставляя вздрогнуть. — Что? — Гарри дёрнулся и взглянул на бледное Малфоевское лицо, маячащее непозволительно близко. — Там, за деревьями, — голос его звучал на грани слышимости, но всё равно казался слишком громким в мёртвой лесной тишине. — На поляне кто-то есть…