Слушай, это важно (почти)

      Практика перемещения ей уже не чужда, хоть и все едино непривычна. Тьма, как загрязнённый сажей подол вселенной, и чахлый проблеск, разверзающийся блеклой воронкой, приветствовали едва ли не как старого товарища.       Даже ощутив гладкую поверхность паркета под ногами Алина не стала оглядываться. Вне сомнения, она в Малом Дворце, в комнате, которая совсем недолго принадлежала ей (и где-то в глубине души она эгоистично радовалась этому «совсем недолго»: ей хватило чёрного на всю жизнь). Всё равно пространство вокруг расплывалось, стены — как угольный желатин, который вот-вот расплавится в черничный сок, а единственная причина её прибытия только что нерасторопно встала с до одури неудобного кресла.       — Алина, — Дарклинг поприветствовал её притворно-ласково, и не знай она, какие мотивы он скрывал, чего добивался, то его галантность непременно бы вскружила ей голову.       Но сейчас Алина намеренно игнорировала его приветствие.       — Вижу, тебе таки одиноко, раз ты наведываешься ко мне, — продолжил он, умело смешивая издёвку с грубой нежностью. — Я понимаю, если проблема в следопыте, но что же наш юный принц? Научился обращаться с морем и кораблями, а с женщинами — нет?       — Я пришла не просто так, — сурово отсекла Алина.       — Неоспоримо, — согласно кивнул Дарклинг, прежде чем махнуть рукой на кресло визави. — Не буду заставлять даму стоять весь разговор. Садись. Будем говорить как противовесы или как два врага, которые попытаются вцепиться друг другу в глотку?       Только усевшись, Алина всеми силами попыталась скрыть недовольное пыхтение.       «Святые, он что, не мог поменять кресло за столько лет?» — проворчала она про себя, чувствуя, каким недовольством отзывался на грубую материю ноющий зад.       — Желательно как два старых товарища, — почти бесцветно ответила Алина.       Дарклинг вскинул брови, но даже если он показывал изумление, то оно безбожно напускное.       — Подобное притягивает подобное, — напомнила она. — Кажется, ты говорил мне это всегда, когда тебе было не лень, — а тебе никогда не бывает лень — как и то, что таких, как мы, больше нет. Поэтому я обратилась за этим именно к тебе.       — Что ж, лестно, — недоверчиво хмыкнул Дарклинг. — Что же тебя привело ко мне, маленькая святая? Осознание, что трон рядом со мной должен принадлежать тебе? Что ты могла бы стать той единственной, кто приручит тьму во мне?       Опустив взгляд, Алина неловко потеребила края тёплой туники между крючковатыми пальцами, что за проведённое в Белом Соборе время стали в разы бледнее. И вся она в этот миг — маленькая несчастная девчонка, которая не могла поведать взрослому страшную тайну, а вовсе не живая святая, на которую так хотели возложить корону.       — Мне просто не к кому больше пойти и высказать всё, что накопилось.       Кварцевые глаза Дарклинга холодно блеснули в полумраке комнаты. Алина же для пущей наглядности стиснула ручонки в маленькие белёсые кулачки и выпрямилась, совсем как ребёнок, которого родитель заставлял немедленно рассказать правду.       — Знал бы ты, как на меня всё это давит, — жалостливо прощебетала она, поправляя выбившуюся прядь из ломких белоснежных волос. — Корона, звание Святой, война, этот чёртов любовный треугольник. Меня будто загнали в ловушку! А ведь быть картографом было не так уж и плохо…       — У тебя проблемы. У кого их нет? — пожал плечами Дарклинг.       — И я уже не знаю, к кому обратиться, — продолжила Алина, не обращая внимания на его безразличный тон. — С Малом отношения натянуты. Ведёт себя так, как будто он мне слуга или щит, за которым я должна спрятаться сразу, как почувствую атаку. Николай… ну, ты, наверное, и сам всё понимаешь: у принца на уме одни шутки. С ним о таких вещах не поговоришь, да и не знаю, живой он или съеден полчищем голодных енотов.       — Глупая маленькая святая, — хохотнул тот, чем до ужаса напомнил покойную Багру, с одним лишь отличием, что от него то прозвучало почти мягко. — Сколько я говорил, что ты тратишь время впустую с дезертиром и бастардом Ланцовых, а ты всё прыгаешь в эту ловушку, чтобы потом прийти пожаловаться мне.       — И эти люди! Всё: «Санкта Алина! Санкта! Святая Заклинательница Солнца!» Да не Святая я вовсе!       — Мы все кому-то служим, — прозвучали знакомые слова, — и эти люди выбрали служить тебе.       — А Зоя! — резко поменяла она тему. — Вечно трясёт своей гривой перед всеми. Как будто мало было поцеловаться с парнем, в которого я влюблена почти всю жизнь, так она теперь пытается каждого второго охмурить! У меня ощущение, будто совсем скоро ей надоест гоняться за парнями и она начнёт кидаться на девушек. На меня, к примеру.       Алина едва сдержала мстительную улыбку. Услышь её Зоя, так непременно сморщит свой идеальный носик и гневно воскликнет: «мешки с костями не интересуют!»       Дарклинг же, по всей видимости изрядно устав от её болтовни, забарабанил пальцами по подлокотнику кресла.       — Алина, достаточно. Можешь прекратить этот фарс, — уныло заговорил он. — Было приятно тебя послушать, но у меня очень много неотложных дел. Дослушаю твои стенания, когда добью последнего твоего последователя и утяну тебя за…       — А помнишь, — перебила его Алина, произнеся то так, как если бы вспомнила что-то чрезвычайно важное, — как ещё в Малом Дворце я отправляла Малу письма? Ты сказал Жене сжечь их, и этот гнусный мальчишка не верил, что я ему вообще что-то писала. Наорал на меня ещё и: «Алина, как так, ты меня даже не вспоминала, я пришёл за тобой, а вижу тебя с этим идиотом в чёрном».       — Я сказал, что у меня неотложные дела, — холодно напомнил Дарклинг, и от неё не укрылось, как заиграли желваки на его челюсти при «идиоте в чёрном», но Алина была уверена, что за прожитую вечность Дарклинга называли словами и похуже.       — Да, кстати, про него, — всё не унималась она. — Мал решил поиграть в принцессу!       — Правда, важные дела, — с нажимом процедил её соратник, — но после расширения Каньона я с радостью послушаю про то, кем решил стать твой следопыт.       — Меня и так разрывали со всех сторон, ещё и ты решил пугать меня галлюцинациями, а у него как раз не вовремя начались истерики, что я уже не такая, какой была раньше! Сейчас, конечно, всё хорошо, он обещал всегда меня поддерживать, но, Святые, я как будто со сварливой женой жила.       — Алина…       — А помнишь брата Николая? Старшего и наследного сына Ланцовых, Василия?       — Нет.       — Ну так вот, ещё и он объявился со своим предложением руки и сердца. Конечно, Мала и Николая мне было мало, давайте ещё и принца с малюсеньким подбородком.       — Послушай, — жеманно извергнул Дарклинг, не скрывая того, что её страдальческий монолог порядком утомил его, — это всё, конечно, очень печально, но давай отложим наш разговор. У меня в планах запугать керчийское правительство, поэтому…       Алина же, снова прервав его, выпятила указательный палец.       — Я пришла к тебе, а не наоборот, поэтому я решаю, когда прощаемся, а когда нет, так что слушай дальше. Это очень важно.       — Мои дела тоже очень важ…       — Неудачи преследуют меня ещё с детства в Керамзине… — с не наигранной тоской протянула Алина.       — Я должен быть сейчас в другом месте. Просто прерви связь и разойдёмся, пока не настанет подходящий момент, — бесцветно отрезал приставший с кресла Дарклинг.       — …с того самого дня, как Мал нечаянно испачкал ковёр приюта грязью. Ана Куя выпорола меня, почему-то решив, что это я сделала.       — Ради всех волькр, ты любишь рубины? Кажется, королева Татьяна в спешке оставила тут своё любимое колье с хальмхендскими изумрудами. Я могу подарить его тебе, если ты прекратишь этот спектакль.       — И ведь этот засранец так и не признался, что это он виноват, — продолжала жаловаться Алина, будто и не слышала своего собеседника, — так меня ещё и целую неделю после случившегося звали не по имени, а маленькой мерзавкой. «Маленькая мерзавка, поставь чайник кипятиться. Маленькая мерзавка, почему опять ботинка нет? Где твоя маленькая подруга-мерзавка, Оретцев?». Да и вообще, ковёр тот и без того был уродливый, так что всему приюту и лучше, что его выбросили.       Дарклинг прикрыл лицо руками и, если Алина не ошибалась, то только что она услышала самый настоящий негодующий полурык.       — Всё, прекрати. Я сейчас же уйду.       — Даже ты уходишь от меня, — едва ли не сердито подметила она. — Лжец. Обещал, что можешь стать моим противовесом, но так быстро ушёл на попятную, стоило мне попытаться найти в тебе поддержку. Тебе шестьсот лет, если я не ошибаюсь, должен был к такому привыкнуть.       — Правда-правда, дел очень много, — Дарклинг кивнул в сторону размытых маятниковых часов. — И если ты отложишь свой депрессивный монолог хоть на пять часов позже, я буду очень…       — В семь лет меня чуть не съел терьер князя Керамзина.       — …       — Мне пришлось залезть на дерево и просидеть там до поздней ночи, а утром получить нагоняй от экономки. Святые, даже собака была не так страшна!       — Может, тебя устроит предложение взять на себя корону и оставить дезертира в живых в обмен на то, что ты меня просто отпустишь? Он мог бы служить где-нибудь в войске, пока ты правишь Равкой со мной, только пусть особо не маячит у меня перед глазами.       — А ещё я устала от придирок по поводу моей внешности. Стоило мне объявиться в Малом Дворце, как Женя постоянно пытается меня перекроить. Иногда я чувствую себя живым манекеном.       — Хотя ладно, знаешь, может маячить сколько хочет, только давай уже закончим этот бессмысленный разговор.       — Иногда я думаю: а в чём смысл этого всего? Недавно мне было достаточно зваться картографом, сегодня я хочу править Второй Армией, а завтра мне захочется заполучить трон Равки…       — Трон Равки! — с энтузиазмом подхватил Дарклинг. — Это же чудесно! Я как раз оставил тебе место!       — …а послезавтра я решу, что хочу править одна, и налью мышьяк в твой квас.       От услышанного Дарклинг мигом помрачнел.       — Ещё у меня вызывает грусть завтрак из селёдки, — на вздохе поделилась Алина новой бедой.       — Я запрещу продажу селёдки, запрещу даже упоминать её вслух, только давай пожмём друг другу руки и разойдёмся, как старые добрые неприятели, которые скоро будут править этой страной вдвоём.       — И знаешь, что самое худшее во всём этом?       — То, что ты пришла ко мне?       — Ощущение, будто мне не хватает Николая. Он бы постоянно шутил, я бы закатывала глаза и придумывала какую-нибудь ответную колкость, но он хотя бы мог поднять настроение. А сейчас что?       — Алина Старкова, я тебя очень прошу.       — И будто мало проблем, так ещё и появилась Накошка.       Дарклинг схватился за волосы и воззрился на пол взглядом человека, исподволь теряющего крупицы рассудка.       — Кто. Такая. Накошка? — как можно спокойнее спросил он.       — Кошка Хэршоу, — объяснила Алина, точно не уверенная, помнил ли Дарклинг вообще о таком инферне в своей армии. — Пришла из ниоткуда, поцарапала всем ноги, а теперь ходит себе, как будто так и надо. Так вот, а ещё…       — Нет. Стой. Подожди. Подожди. Просто перестань говорить. Я дам Оретцеву возможность безопасно вступить в войско, найду Ланцова, пошлю эту кошачью бестию хоть в саму Фьерду и, клянусь всеми прожитыми годами, упраздню чёртову селёдку, только отпусти меня.       — Но мне столько всего тебе надо рас…       — Нет! — выпалил Дарклинг, для пущей убедительности вытянув руку в опережающем жесте. — Нет. Всё! Всё! Я оставлю Равку. Сажай на трон кого хочешь. И с Каньоном делай, что хочешь. И… и с записями Морозова можешь делать всё, что пожелаешь. Всё! С дезертиром и принцем разбирайся, как хочешь, хоть сделай их обоих своими мужьями, но просто прекрати это всё!       Алина молчаливо смотрела на него в ответ.       Как вдруг, кивнув себе, снова заговорила:       — Я тебе ещё не рассказала, как меня раздражают волосы Зои: вечно на полу валяются, да ещё и в таком количестве, что если собрать их в кучу, то получится вторая Зоя. Нет, я понимаю, ещё одна Зоя Назяленская звучит как очень страшная история из древних книг, но…       Издав вымученно-страдальческий стон, Дарклинг уронил голову на руки, пока Алина всё тараторила и тараторила.

* * *

      Где-то спустя час Мал, только заснувший после тяжёлых тренировок, вскочил с постели от разнёсшегося по Белому Собору счастливого «Равка спасена!».