Вопрос жизни и смерти

“And our lady friend, she thinks the real world works like a fairy tale”

“Well, it's harmless, isn't it?”

“Yeah, but in fairy tales, when somebody dies... It's just a word”

      Пара ловких штрихов – и до этого холодный взгляд Совиного рыцаря вдруг заискрил горячими огоньками.       – Ну-у, – Зонтик отклонился чуть назад, рассматривая рисунок из-под приподнятых очков, – я вроде как закончил.       Тут же за его спиной послышалась возня. Плеснула вода, бряцнули тарелки, затопали тяжёлые ноги – и через секунду на плечи опустились холодные мокрые руки.       Пик восторженно ахнул.              Острый клинок Совиного рыцаря рассекал надвое толстое тело уродливого демона. Из копыт свинорылого чудища падал на землю тупой топор. Лицо Совиного рыцаря не выражало сожаления – лишь полную решимость, бесстрашие перед кровожадным полчищем тварей, что окружили его, казалось, со всех сторон. Рыцарь храбро отбивался от их атак, как всегда мастерски владея искусно выкованным мечом. Вот в сторону отлетела чья-то пухлая голова со свинячьими глазками. Вот – вспоротое розовое брюхо твари, видимо, не осознавшей до конца, от чего она померла. Вот – падает в грязь широкая глашатайская корона из мёртвых веток и листьев.       А вот – за спиной Совиного рыцаря взлетело острие грузной секиры.              – Ахха-хаха-хаха! – довольно засмеялся Пик, хлопая руками по плечам Зонтика. – Хорошо!       – Это пока черновик, – пояснил Зонтик. – Надо будет поправить пару моментов, я думаю.       – Да, – закивал Пик. – Дальше арка Орлиного замка и Змия, помнишь?       Зонтик вздохнул, снимая очки.       – Помню, – он достал из-под обложки альбома несколько тетрадных листов на скобе. – Я читал твой сценарий. Он... Хороший. У меня есть пара идей для начала следующей главы.       Он машинально пролистал страницы сценария.       Нет, он не надеялся увидеть чего-то нового. Напротив, он наизусть знал выдуманную Пиком историю о бесстрашном Совином рыцаре, чьё имя Пик так и не удосужился раскрыть – или придумать? – так что пришлось довольствоваться лишь кличкой. Приключения Совиного рыцаря были... весьма интригующие, если выразить это очень мягко. Зонтик, к счастью, пожалуй, своему собственному, всегда был очень деликатен в подборе слов. Так, о подозрительной схожести Совиного рыцаря и самого Пика он решил тактично умолчать. Просто совпадение, в самом деле. Да и потом, неужели нельзя Пиковому королю немного помечтать?       А мечтать было о чём. Не будь то глупым спором за пульт от телевизора, Зонтик никогда бы и не подумал, что Пик на самом деле тот ещё фантазёр. Он с таким самозабвенным увлечением рассказывал всё новые детали истории, что было страшно даже думать о чём-то другом – вдруг спугнёшь? В такие моменты Пик терял всю свою напускную грозность, всю суровую строгость и превращался в самого настоящего ребёнка.       Вот только две беды.       Первая – Пик совсем не художник. И уж точно не писатель, раз уж на то пошло.       Вторая...       – Я вот хотел спросить, – начал Зонтик, оборачиваясь на Пика.       – Да? – Пик довольно потёр ладони и принялся дальше мыть посуду.       – В бою за крепость Цинъю Совиный рыцарь победил целое войско свинорылов...       – Да.       – И был ранен только «шальной стрелой в плечо»...       – Да.       – И быстро излечился, потому что... Ну, ты сказал «потому что».       – Верно. Потому что он сильный.       – Да. Когда он освобождал Принцессу Полуночницу из замка Змия...       – Который он потом разрушил!       – ...Который он потом разрушил. Он поцарапался о змеиную чешую.       – Это было очень больно.       – Но у Полуночницы было волшебное зелье, чтобы залечить его рану. А вот когда пришлось бежать из Леса Тасай, его настигла толпа нечисти...       – Они очень жуткие твари. Один укус – и ты один из них.       – ...И поэтому Рыцарь... Не стал одним из них? Хотя его укусили? Несколько раз?       Пик закрыл воду и выпрямился.       – К чему ты это вообще? – он обернулся к Зонтику через плечо.       – И вот сейчас он сражается за Долину Дзюиго, потому что его сводный брат Филин натравил на него армию демонов. И – у тебя это написано, – Зонтик поправил очки и прочитал написанный неровным почерком сценарий, – «В общем, в конце битвы его бьют в спину секирой, но он выживает, потому что его доспехи выкованы в Кузне Пера и их невозможно пробить никаким оружием».       – И?       – В чём тогда смысл всего этого?       Вдруг стало очень тихо.       Трудно было сказать, что вертелось в тот момент в голове Пика. Он смотрел на Зонтика таким смущённо-гневным взглядом, что последнему стало даже неловко. Только пару секунд спустя, когда, по-хорошему, было уже поздно что-либо менять, Зонтик вдруг понял, что, наверное, звучал не очень вежливо.       И тем не менее...       – Ну, то есть... Я имею в виду... – попытался он найти правильные слова для объяснения.       Пик скрестил руки на груди.       Всё-таки спугнул? Зонтик, ну ты и идиот! Меньше всего ему хотелось, чтобы Пик отворачивался от него. Шутка ли – впервые за долгое время он открылся ему – ему! – настолько, чтобы доверить воплотить свои фантазии в реальность. Да, глупые местами и несуразные, но...       Всё же что-то казалось жутко неправильным.       – Извини, я не хотел обидеть.       – Я не обижен, – Пик пожал плечами. – Просто не понимаю, что тебе не так-то? Если не хочешь рисовать дальше – так и скажи.       – Нет! Нет, что ты!       Брови Пика поднялись в недоумении.       – Я просто думал, может, попробуешь как-нибудь разнообразить историю. Понимаешь, Рыцарь хороший, но... Ему всё даётся слишком легко.       – Потому что он тренированный воин, естественно же, – кивнул Пик сам себе.       – Да, но ведь даже у подготовленного воина бывают сложности. Я к чему, – Зонтик приподнялся на стуле, – я думаю, лучше изменить немного сценарий.       – Что ты предлагаешь? – нахмурился Пик.       – Сейчас над Совиным рыцарем навис топор свина. Что если, например, позволить ему ранить Рыцаря? Ну, серьёзно ранить?       – И? Он легко оправится после этого.       – Я предлагаю – нет, – Зонтик, показалось, сам удивился твёрдости своего голоса.       За время работы с Пиком он успел понять одну занимательную вещь о своём товарище. Удивительным образом Пик отлично знал исторические события и факты, обладая, по мнению самого Зонтика, блестящей памятью. Пожалуй, с исторической точки зрения, «Сага о достопочтенном Совином Рыцаре из Бальварии и его достославных подвигах» (чересчур длинное название для не такого уж длинного комикса, на зонтов вкус) довольно точна и правдива. Поначалу Зонтика это даже позабавило: с одной стороны, «Сага» – история о мрачном рыцаре с кучей куч различных исторических деталей, вроде количества флагов на стенах замка – и боже упаси нарисовать меньше! – а с другой, это, очевидно, мечтания Пика, лишённые в своей сути всякой интриги и – главное – чувств.       – Чего? – вздёрнул плечами Пик. – Убить его, что ли?       – Нет, но, знаешь... Не лечить его сразу.       – В чём смысл тогда?       – В том-то и есть! – Зонтик всплеснул руками и тут же себя одёрнул. – Ну, понимаешь... Герой проходит через трудности...       – Так он и так.       – Да, но что если дать ему действительно пройти через трудности? Прочувствовать их, понимаешь?       Пик опёрся на столешницу, скрестив ноги. С глубоким вздохом он поднял глаза к потолку и нахмурился. Про себя Зонтик называл это "Позой размышления". Пик всегда так делал, стоило его чем-нибудь серьёзно озадачить. Думал он обычно долго, тщательно, в тишине, и чёрт знает, что творилось у него в голове в такие моменты. Не хватает только, подумалось Зонтику, закусанной губы. А нет – вот и показались клыки!       Зонтику оставалось только ждать.       – Ладно, – наконец протянул Пик, – как это сделать?       – Ну, как считаешь, что бы чувствовал Совиный рыцарь, если бы его пронзили секирой?       – Боль, – сказал как отрезал Пик.       – Оно ясно, – Зонтик смущённо отвёл взгляд. Он достаточно насмотрелся на похождения Рыцаря, чтобы понимать, что именно Пик имеет в виду под этим словом. – Естественно. Но, подумай, а что насчёт эмоций?       Пик снова посмотрел на потолок, будто там был написан ответ.       – Предположим, – начал он, не отрывая взгляда от люстры, – если бы я был Совиным рыцарем, – Зонтик покривился и усердно закивал, – то я бы был очень злым после этого.       – Почему?       – Потому что меня облапошили, – пожал плечами Пик. – И потому что заставили лежать в госпитале, хотя там, извините, Змий уже десятую деревню сжигает.       Кривая улыбка робко растянулась на лице Зонтика, и он поспешил закрыть её ладонью. Нет, так точно спугнёт. Дело наконец-то сдвинулось с мёртвой точки.       – Да, – подбодрил он.       – Ну вот. Совиный рыцарь злится, потому что его отвлекли от важных дел. Пойдёт?       – Вполне, – кивнул Зонтик, довольно выдыхая, – для первого раза.       – А?       – Я понимаю, что сходу трудно так взять и всё переделать, – Зонтик глянул на часы на стене. – К тому же, уже поздно.       Пик тоже машинально бросил взгляд на часы. Действительно, шёл уже десятый час. Он никогда не замечает, как быстро летит время, когда Зонтик за работой.       – Вот что, знаешь, – Зонт собрал карандаши охапку и встал, зажимая альбом подмышкой, – завтра вечером снова сядем, а ты пока подумай, что хотел бы добавить. Ну, или, наоборот, убрать. И уже завтра продолжим, хорошо?       Он мягко улыбнулся. Так обычно улыбаются из вежливости, когда говорят «Мы вам перезвоним» или «Извините, вы уволены». Но он имел самые чистые намерения и надеялся, что Пик хотя бы частично это понимает.       Пик снова уставился в потолок.       – Спокойной ночи, – сказал Зонтик, выключая свет и устраиваясь поудобнее в спальном мешке.       Пик медленно закивал, не отрывая взгляда от потолка.       – Ты... Ты не обижаешься? – спросил Зонтик тише.       В ответ Пик медленно покачал головой. Глаза, казалось, застыли, как стеклянные.              В целом, Зонтик сам виноват во всех своих проблемах. Беда в том, что он ещё об этом не знал.       Вечер следующего дня он провёл за уборкой. Редко когда квартира оставалась полностью в его распоряжении, так что нужно было пользоваться шансом. Под негромкую музыку и жужжание пылесоса он прохаживался по кухне, слегка пританцовывая и шёпотом подпевая.       Зонтик визгливо вскричал и подпрыгнул, когда его рёбер коснулось что-то плоское и острое сзади. Он обернулся – это был Пик. В руках он держал металлическую линейку, всем видом напоминая сурового воина. Его лицо было холодно и даже пугало.       – Ты что делаешь? – промямлил Зонтик, восстанавливая дыхание. – Я испугался.       – Бойся меня, Змий, – торжественно прокричал Пик, прислоняя линейку к груди, – ибо я – твоя смерть!       – Что!?       – Долой разговоры! Защищайся, дерись! – Пик сделал быстрый выпад вперёд. Линейка сверкнула холодным светом под кухонной лампой.       Зонтик взмахнул хоботом ещё гудящего пылесоса, закрываясь от удара. Линейка звонко лязгнула по насадке, и Зонтик еле сдержал натиск Пика.       – Твоя чешуя ничто против моего меча! – закричал Пик, замахиваясь «мечом» ещё раз.       – Перестань! – взмолил Зонтик. – Что ты делаешь?       Зонтик поднял хобот высоко над головой, блокируя очередной удар.       – Ну ты не понял? – спросил Пик своим обычным голосом, искренне удивлённый несмышлёности друга. – Ты же сам просил эмоции!       – И ты понял это так!?       – И я понял это так, – кивнул Пик, улыбнувшись. – Ты спросил, что бы я делал, будь я на месте Совиного рыцаря? Так вот, – он толкнул хобот от себя, Зонтик чуть пошатнулся, – я бы сражался до потери пульса!       – Я имел в виду эмоции, не действия! – снова удачный блок.       – Равнозначно, – Пик замахнулся снова, в этот раз метя куда-то в бок «Змия».       «Змий» быстро принял правила игры. Ловким движением он застопорил его удар и прежде, чем «Совиный рыцарь» успел что-либо сообразить, дёрнул хоботом-хвостом резко вверх. Линейка-меч отлетела в сторону, звонко ударившись о стол.       – Зря ты пришёл сюда, Совиный рыцарь, – прошипел «Змий». – Теперь ты в моей власти.       – Мечтай! – «Совиный рыцарь» ухватился взглядом за стоящую в углу швабру и тут же бросился к ней.              Змий взмахнул хвостом и сбил противника с ног.       Рыцарь чертыхнулся в воздухе, успев ухватиться за угол каменного стола. Некогда за этим столом бравые воины устраивали славные пиршества – теперь же он стал лишь неудобным препятствием на кровавой арене. Или не препятствием вовсе?...       Рыцарь слаб. Он слабеет с каждой секундой. Зияющая рана в боку никогда не оставляет в покое. С того злополучного дня, когда он пропустил удар, несмотря на все усилия лекарей, он так и не смог излечиться полностью. Он проклинал тот день, ненавидел себя за ту оплошность. За то, что позволил слабости оторвать себя от важных дел. За то, что позволил Змию и дальше разорять земли...       Собрав все силы в кулак, Рыцарь увернулся от очередного удара могучего хвоста и что было мочи пнул его железным сапогом. Змий пошатнулся, зашипел, рассвирепел, путаясь в клубах собственного тела. Рыцарь помчался скорее к спасительному копью, оставленному здесь почившим до него воином. Копьё вонзилось глубоко в тёмный камень замка, и Совиный рыцарь зарычал, выдёргивая его острие. Когда тяжёлое копьё оказалось полностью в его власти, он широко замахнулся им, хлёстким ударом валя Змия на спину. Тот извивался, брыкался, застрявший в узлах собственного хвоста, бросался ядовитыми проклятиями, пока Совиный рыцарь забирался на стол.       Вот-вот всё закончится.       Вот-вот он прикончит гада.       Скоро принесёт домой благую весть.       Скоро увидится, наконец, с Леди.       Совиный рыцарь вознёс копьё над головой и в диком вопле кинулся вниз, метя острием прямиком в проклятый глаз гадины...              Зонтик крепко зажмурился.       Просыпаясь сегодня утром, он никак не ожидал, что умрёт. Вернее, конечно, он не умрёт. Но всё произошедшее за эти пару минут уже достаточно странно.       Черенок швабры застыл где-то у его плеча. Пик, тяжело дыша, навис над ним, как над загнанной в угол добычей, и не шевелился.       – И, в общем, вот так как-то, – неуверенно сказал Пик, отходя в сторону.       – Это было неплохо, – Зонтик открыл глаза. Где-то в ногах лежал ещё жужжащий пылесос. – Даже весело, знаешь. Как ощущения?       – Странно, – бросил Пик. Его грудь тяжело вздымалась. – Очень странно.       Он присел на край стола, смотря куда-то в сторону.       – Расскажешь? – Зонтик, всё так же лёжа, сжал хобот пылесоса в руках.       Пик вздохнул.       – Ты говорил об эмоциях – я долго думал об этом. Ты правда считаешь, что нынешний Совиный рыцарь сухой и безжизненный?       – Я так не говорил, – попытался возразить Зонтик.       – Ты наверняка так подумал. Я тебя знаю – ты до последнего не скажешь.       Он вздохнул ещё раз, вытирая пот со лба, и продолжил:       – Бой вообще был спонтанной идеей. Я подумал, раз никого больше дома нет, мы могли бы, знаешь, «отыграть» сюжет. Я подумал, может, если я действительно на какое-то время стану Совиным рыцарем, то смогу его лучше понять. Это странно?       Зонтик помотал головой.       – Ну конечно, – усмехнулся Пик. – Вот только теперь даже как-то стыдно.       – Почему?       – Потому что я заставил тебя в этом участвовать. Будто это всё было лишним.       – Мне понравилось, – улыбнулся Зонтик. – Страшновато, конечно, но было забавно. Ты так хорошо вжился в роль, что я даже на секунду испугался, что ты и правда меня убьёшь.       Пик округлил глаза.       – А я боялся, что ты не поддержишь. Знаешь, это так странно. Будто камень с плеч, такой адреналин.       – Зато теперь ты понимаешь. Так? Мы, кажется, не закончили, да? – спросил Зонтик, поднимая брови.       – Да, – кивнул Пик. – Я осёкся в конце.       – Значит, вопрос жизни и смерти: убьёт ли Совиный рыцарь Змия?       Каверзный вопрос.       Пик, с секунду подумав в тишине, легко улыбнулся.              Змий истерически заплясал, шипя, под Совиным рыцарем. Его острая чешуя растопырилась ядовитым частоколом, превращая всё его скользкое, мерзкое тело в опаснейшее оружие. Он извивался, кряхтел, бился хвостом о каменные стены, а Совиный рыцарь держался на твари из последних сил, всё сильнее нанизывая глаз на копьё.       «Это за мой народ! Это за нас! Это за меня!» – остервенело вопил он, перекрикивая пронзительный визг Змия.       Его рана открылась с новой силой. Он это чувствовал. Чувствовал, как увядал, вместе с извивающимся под ним телом. Отчего-то, за мгновение перед тем, как Змий обмяк под ним навсегда, замораживая истерзанный болью взгляд на нём, он почувствовал какое-то странное родство с этим уродищем.       Смерть роднит.       «Это был хороший бой,» – прошептал Совиный рыцарь, укладывая Змия на холодный пол и накрывая его тело белой скатертью. «Достойный воин,» – признался себе Рыцарь.       С тяжестью поднявшись на ноги, он поволочил непослушное тело прочь из проклятого замка.       Дойти бы до выхода.       Добраться бы...       А там уж...       А там уж, стоило пересечь бездонный ров, с чудесных полей Си Дзи, доносился столь же чудесный, чарующий, почти призрачный голос Леди.