Чунечка.

Вечерело. Ленька и Сашка уже давно убежали домой под встревоженные крики матерей. Наверняка их ждало невыполненное домашнее задание и какие-то очень важные мальчишеские дела. Слава понимал их. Он и сам хотел поскорее попасть домой. Но его квартира находилась в нескольких дворах отсюда. Детская площадка возле их дома давно поросла травой, а единственные качели сломали пьяные подростки. Жильцов не слишком и волновала потеря. В старом доме жили в основном старенькие бабушки да дедушки, и угрюмые люди. У таких угрюмых людей детей не бывает. От них всегда пахло чем-то неприятным. Папа говорил, что это спиртоглоты. Слава не до конца понимал значение этого слова, однако догадывался, что эти угрюмые люди пьют алкоголь. Одноклассники жили в относительной близости и Слава часто бегал к ним для игр. И не только одноклассники собирались в этом дворе. По вечерам здесь было много детей, а летом так вообще на большой площадке всегда кто-нибудь да был. Весна вышла знойная. Мальчик не спешил. Мама никогда не ругала его за поздние прогулки, а папа возвращался с работы в то время, когда Слава видел десятый сон. Он и сам считал, что был уже достаточно взрослым. Мама тоже так говорила. Взрослые делают домашнее задание самостоятельно. Слава делал все сам. И в школу собирался сам. Это Ленька и Сашка ничего не смыслят, они еще маленькие. Не то что Слава! Обычно он не заглядывал в чужие окна. Но сегодня что-то заставило поднять взгляд на окно двадцать третьего дома. Третий этаж, кажется. Свет там не горел. Слава замедлил шаг и всмотрелся в окно повнимательнее, сам не ведая истоков своего любопытства. Поначалу окно казалось пустым. Окна были идеально белыми, ровными. Такие часто стоят в новостройках. Но не рама и ее белизна привлекали мальчика. Нет, что-то там, внутри, не давало отвести взгляд. Вдруг раздалось громкое мяуканье уличной кошки Мурки. — Мяу-у! Слава вздрогнул. И чего он тут разглядывает? Дома ждала тетрадь по окружающему миру с недоделанным заданием. Наверняка мама снова ничего не приготовила на ужин, поэтому придется что-нибудь сварганить из оставшихся продуктов. Он продолжил свой путь. *** На следующий день после напряженной игры в догонялки Слава снова задержался у двадцать третьего дома. Поначалу он, как и вчера, ничего не смог разглядеть в кромешной тьме квартиры. Разочарование от отсутствия тайны в окне захлестнуло мальчика. Только собравшись продолжить идти, он краем глаза заметил что-то. Какое-то движение. Будто темнота уплотнилась и дернулась в сторону. Желание отыскать секрет и его разгадку тут же испарились. Слава со всех ног побежал в сторону своего дома. Ему стало страшно. Вдруг в окне стоял кто-то злой и все время наблюдал за ним? А если он теперь придет к нему домой? Мама будет злиться. Спустя несколько метров Слава резко остановился. Почему он начал убегать? Вполне возможно, что жилец квартиры просто прошел внутри или приблизился к окну. Вдруг незнакомца смутил взгляд мальчика, который вот уже второй день подряд пялится в его окно? Слава отругал себя за трусость и побежал обратно к двадцати третьему дому, заглянул в окно третьего этажа. Ничего. По-прежнему кромешная темнота и только белая рама сверкает как зубы. Тьфу ты! Надумал себе всякого. Успокоенный своими доводами, Слава направился домой. *** Игры затянулись дотемна. Обычно тьма лишь легонько касалась их. Сегодня ночь сгустилась в немом предупреждении. Все дело в том, что мама Сашки вышла на улицу с младенцем в коляске и наблюдала за веселыми играми. Правда она все норовила отправить Славу домой, а он ни в какую. — Славик, точно все хорошо? Тебя не проводить? — ласковый голос тети Светы (она же мама Саши) в очередной раз задал все тот же вопрос. — Не, я сам дойду. До свидания! Ребят, пока! Возвращался мальчик домой с чувством полного удовлетворения. Мол, самостоятельный я. И без всяких нянек могу допоздна задерживаться и гулять где хочется. Привычное окно двадцать третьего дома встретило ласковым мраком, который стал уже привычным. Однако то ли из-за внешней темноты, то ли еще из-за чего-то, Слава ощущал нечто странное при взгляде на окно. Казалось бы, вот же: знакомая рама улыбается белесой улыбкой, стекло безмолвно открывает тайны, а темнота скрывает все под свой полог. « — Еще мал, чтобы в чужие секреты лезть!» Но что-то было иначе. Слава шагнул на два шага назад, наклонил голову в бок и смешно прищурился. Да только не до смеха было. В окне стояла фигура. Рассмотреть что-то мальчику было не под силу, но кое-что он понял наверняка: этот кто-то смотрит прямо на него. Знакомый страх застрекотал в груди с новой силой. Слава замер. А фигура не шевелилась, как неживая. Он все смотрел и смотрел, но человек оставался неподвижен. Может, не человек вовсе?... Мальчик пулей рванул к своему дому. Ему все казалось, что таинственная фигура преследует его. Как только входная дверь хлестко хлопнула, обозначая своя закрытие, Слава вбежал в комнату к маме. Та болтала с подругой по телефону, попутно крася ногти в яркий красный цвет. Услышав возню за спиной, она обернулась. — Тц, Славка, бегом спать! Не мешайся мне тут. Слава попытался что-то сказать, но язык не слушался. Мама вновь шикнула на него, окончательно отрезая возможность высказаться. Мальчик поплелся в свою комнату. Меньше всего ему хотелось оставаться в комнату одному. Как назло из его окна виднелся злосчастный двадцать третий дом. Нет, он не трус. Свет включил на всякий случай. Мало ли. И спиной к окну повернулся тоже так, для безопасности. Нечего нервы себе трепать и беспокоиться лишний раз. Этому его папа учил. *** Слава старался избегать того дома. И в окна заглядывал с предельной осторожностью. Однажды он шел с Ленькой из школы. Страх заглянуть в знакомую пасть мешал мальчику нормально поддерживать беседу. — Ты чего такой тихий? А Слава не мог ответить. Там, у подъезда, стояла высокая фигура. Солнце светило ярко, позволяя рассмотреть незнакомца. Он прислонился к стене и мелко подрагивал, периодически совершая нервные движения как в припадке. Тело было неестественно вытянутым и худым, облаченное в какие-то старые тряпки. Но не это напугало Славу. Лицо. На месте носа, вернее, чуточку ниже, находился свиной пятачок. Совсем близко к рту. Глаза пристально смотрели на мальчика. И глаза эти неправильные. Слишком маленькие и глубоко посаженные, словно вырезанные из фотографии в журнале. Голова казалась неестественно вытянутой и приплюснутой, совершенно лысая и белая. Как маска. В голове сразу всплыло: Чунечка. Слава не знал, почему именно Чунечка, но это имя казалось самым подходящим. — Ленька... Там, у подъезда. Ты видишь?... Одноклассник посмотрел в ту сторону, его взгляд скользнул ровно по тому месту, где стояло Чунечка. — Опять шутки свои шутишь! Нет там ничего. Слава сглотнул. Почему он его не видел? Может, Ленька специально обманывал? Сам боялся признаться? Почему тогда лицо друга оставалось невозмутимым? — Да... Шучу просто. Пойдем скорее. *** — Куда пошел? Недели тянулись мучительно медленно. Слава все реже выходил из дома. Чунечка с каждым днем становилось все ближе и ближе. Теперь, чтобы увидеть существо, достаточно выглянуть в окно. Дерганый силуэт смотрел прямо на мальчика. При этом оно никогда ничего не делало. Только наблюдало. Слава опустил голову. Сегодня ему захотелось сбежать из душной комнаты и поиграть с мальчишками у них дома. — К друзьям... — Какие друзья? Ты свои оценки видел? Мне сегодня классная звонила. Сказала, что ты на всех уроках в облаках витаешь. В окно смотришь и ворон считаешь. Никуда ты не пойдешь пока все не вызубришь. Я еще отцу позвоню. Он-то тебе покажет как учиться нужно. При упоминании отца сердце сжалось. Может, хотя бы он выслушает Славу? В комнату возвращаться было трудно. Там, где-то под окнами шарилось Чунечка. Пришлось заставить себя сесть за учебники и начать учить стих по литературе. Выходило плохо. Отец, как всегда, вернулся очень поздно. Слава специально не ложился спать, чтобы поговорить с папой. Дверь в его комнату скрипнула. — Мама сказала ты уроки не учишь. — Папа, послушай. Там... Там во дворе... Оно смотрит на меня. — Кто смотрит? — ... Чунечка, — тихо выдавил мальчишка, стыдливо опуская голову еще ниже. — Какой еще к черту Чунечка? Я гляжу ты ремня давно не получал. Звякнула бляха отцовского ремня. *** После воспитательного процесса от папы Слава сидел в комнате и не шевелился. По щекам текли слезы. Мальчик медленно поднялся и подошел к окну. Чунечка стояло вплотную к дому, неестественно запрокинув голову. Оно смотрело прямо на Славу и, кажется, улыбалось. Может все правы и никакого Чунечки нет? Вдруг Слава просто придумал его. И никакой опасности тоже нет. Однако почему тогда он ясно видел этот пронзительный взгляд и белое пятно лица? *** — Совсем не знаю что с ним делать. Отказывается в школу идти. Да чего там школа! Из дома не вытащить. Сразу истерика. Мамин голос доносился из коридора. Она снова болтала со своей подругой. Папа был на работе. Они не знали, что Чунечка стояло возле их подъезда. Вернее, сначала оно стоял там. Потом перебралось внутрь подъезда. Слава не знал, но был уверен — оно приближается. Мальчик взглянул на свои руки. Их покрывали ссадины и синяки. Он не помнил откуда они взялись и, честно говоря, вспоминать не хотел. Каждый раз, когда он смотрел в зеркало, видел не привычное отражение веселого Славы, а бледную тень с измученным лицом. Ему было страшно спать без света и с закрытой наглухо дверью. Далекий голос мамы успокаивал. Славе захотелось пить. Мальчик неуверенно поднялся с кровати и пошел на кухню. Но не дошел. У входной двери стояло оно. Чунечка. Оно впервые стоял так близко и все отвратительные детали жуткого образа стали видны как на ладони. — М... Ма... Мама! Слава закричал и разрыдался. Мама вышла из своей комнаты и, окинув коридор взглядом на наличие проблем, неодобрительно уставилась на сына. — Ты чего орешь? — Та... Т... Там... Дверь... Он захлебывался в слезах. — Опять ты за свои глупости. Мама вздохнула и прошла в конец коридора, совершенно не замечая Чунечку. Прошла совсем близко. Остановилась и взглянула на Славу. — И где? Она нахмурилась. Выключила свет в коридоре, подошла к сыну. — Давай, спать пора. Мальчик начал сопротивляться, но мама была непреклонна. Она завела Славу в комнату. — Большой уже, без света пора спать. А то так и будешь всю жизнь бояться. Спи. Спокойной ночи. Мама выключила свет и плотно закрыла дверь. Послышался щелчок замка. Мальчик вжался в свою постель. Он практически не дышал. То ли от истощения, то ли от страха сознание погрузилось во тьму. *** Слава проснулся среди ночи и сразу же посмотрел в окно. Там никого не было. Он облегченно вздохнул. Значит Чунечка не пришло. Да и бред это все. Напридумывал себе всякого. Мальчик повернулся на другой бок и замер. Белая морда зависла прямо над ним. В этот раз Чунечка точно улыбалось. Внутри рта существа зияла черная пустота. Слава понимал, что теперь ему никто уже не поможет. Раньше еще был шанс. Теперь... Даже если он закричит, Чунечку не остановить. Рука с длинными отростками-пальцами потянулась к лицу Славы. *** Утром, как и всегда, мама зашла в комнату Славы. Кровать смята. Славы нет. « — Вот же паршивец, как-то смог улизнуть» — пронеслось в голове. Но ни звонки друзьям, ни заявление в полицию не дали результатов. Родителей снедало горе. Они так мало времени уделяли своему сыну... Были глухи к его проблемам. Теперь было слишком поздно.