Прости

– Ты не посмеешь, – выдохнул я потрясённо. – Проверим? – хмыкнул Гедеон и направил разъярённого хищника на меня. – Нет!!! В защитном жесте я выставил руки перед собой. Лев прыгнул – я понял, что должен либо бежать, либо обуздать его. Гедеон не простит побега и будет до скончания веков травить и запугивать. Огромная когтистая лапа задела моё плечо, и тут я сделал то, чего сам не ожидал. Тело вдруг приняло льва, словно впитало его, как губка. Я почувствовал мощь. Тёмная материя Гедеона была во мне. Раздался пронзительный крик. Моё тело было не способно вместить эту силу. Меня затрясло. Я ничего не видел, перед глазами всё заволокло чёрным дымом, я был окутан им с головы до ног. – Дыши! – крикнул знакомый голос где-то вдалеке. – Вытолкни материю! Я слышал, но не понимал смысла этих слов. Лёгкие разрывало. Я не мог вдохнуть. Что-то тёмное, горячее распространилось по венам. Что-то схожее с кровью, но это «что-то» не давало возможности, парализовав лёгкие. Время тянулось медленно. Я не чувствовал ни ног, ни рук. Как если бы упал в ледяную воду, а надо мной был толстый слой льда. Я бьюсь об него, стучу руками, пытаюсь зацепиться пальцами, стираю ногти под корень, но ничего не выходит. Меня не слышат. Я не видел ничего, кроме тьмы, что окутала меня. Просто плыл по течению, чувствуя, как слабею. В теле больше не теплилась жизнь. Не пошевелиться. Голова чугунная. Хотелось закрыть глаза, заснуть, забыться. Сердце ещё билось, но всё слабее и слабее. – Готье! Я смотрел вперёд и не видел ничего перед собой. Чёрный липкий кокон скрыл меня от внешнего мира. Закрыв глаза, я считал удары своего сердца. Один, два, три, четыре… Счёт начал замедляться. Или сердце останавливалось, или я в бреду уже не мог считать. Уследить за биением было всё сложнее, как будто нужно было прикладывать титанические усилия. Пять… Шесть… Я плыл в чём-то тягучем, липком. Страха больше не было. Ничего не было. Семь. Я больше ничего не слышал. Восемь. – Готье!!! Я слышал его голос, обеспокоенный, злой, испуганный, возможно если бы, мое тело поддавалось моему разуму то я бы ухмыльнулся и открыл глаза что бы увидеть как он выглядит. Но веки, словно слипшиеся чем-то прочным и липким отказывались разкрыватся. Я чувствовал, как будто тело внезапно оторвалось от пола и начало подниматься вверх. Девять. - Готье очинись, что б тебя!! Он тряс мое тело, а я все так же не мог хотя бы попробовать шелохнутся или подать, какой либо, знак что я, все ещё чувствую все. Бушующая темная материя Гидеона, переливалась во мне словно в сфере наполненной водой. Изсякающие силы за которые я отчаянно пытался хвататься но они словно песок, уходили сквозь мои пальцы. Звуки. шумящие, гудящие и давящие на голову, мечтами резкие и внезапные. Но отчётливее всего я слышал его голос. Он кричал, тряс меня снова и снова, прижимал к себе слушая мое сердце и.... Всхлипывал. Да он плакал. Осознал я это точно когда на мою грудь а затем и на шею упало что то могрое и стекало куда то вниз оставляя дорожку, влажную и холодную. Я всё ещё не мог ничего сделать. Десять. Я вдруг перестал что либо чувствовать. Я больше не мог чувствовать. Я падал в тягучую бездну. *** Надгробная плита Готье Хитклиф Киллиан Парис Бёрко 2006-2022 "Я бьюсь не за себя Я бьюсь за Бёрко" *** Гедеон сидел спиной к холодному камню. У него в руках был нож, которым он совсем недавно зечёркивал и выцерапывал на надгробной плите его брата, его настоящее имя, стоп... Нет, не брата. Но года проведённые вместе, хотя это врядли можно было назвать времяпровождением. Скорее их терпеливостью к друг другу. Он жалел. Обо всем что он натворил. Игнорирование, избегание и безразличие к брату. Но ведь это было не так! Он любил и дорожил Готье, но боялся привязанности зная кем является его младший. Но все равно привязался, яростно защищая от общества он и сам навредил самому дорогому что у него было. Соленая слеза скатилась по лицу и упала на грунт. Рука, что легла на плечё едва ли могла отвлечь. Люмьер. Безусловно это он.