Призрак кота летучей мыши с тыквой

Ошарашенные Диро с Мелью ещё минут пять дико рассматривали куски от разбитых тыкв, пока один из кусочков не пошевелился. Они опять оба вздохнули от опять нарастающего ужаса. Не успел Диро схватиться за вторую рыжую рожицу, как показались два крыла и уса бабочки, вылазящие из-под тыквенной корки. Удивлению не было и предела. Ди пару раз проморгался, встряхнул головой и по-глупому уставился на взъерошенного Гаали, который почти вылез из-под кусочков. Гаа странно посмотрел на парней и сразу взлетел к потолку, когда заметил посеревшее лицо Мелью, готовящегося прихлопнуть его. Ладно, не прихлопнуть, а поймать. — Ну вы даёте... Ещё мишуру в задницы напихали... — колебание усов передало неловкие мысли бабочки-омеги. Растерянный и покрасневший Диро отвернулся от Гаали и резким движением вырвал мишуру из-за пояса, и подмял под себя. Мелью будто отошёл от шока на секунд двадцать позже, а затем замахнулся вверх, на бабочку. Повезло, что Гаали был вне зоны удара Мелью, ибо если бы получил, то получил неслабо. — Ты же в спячке! И как ты тыкву, твою налево поднял?! Откуда такие силы?! Мы что-то о тебе не знали?! — Мелью не сдержался и закричал на Гаали, стреляя злыми огоньками из глаз. Его возмущению не было предела. Оставшиеся свечки потухли, и наступила мрачная темнота. Ди задержал дыхание и выдох, вдох-выдох. Казалось, будто наступила минута молчания в честь погибших. Каждая секунда ощущалась как месяц — чего-чего, но от Гаали не ожидали пранков. Что уж говорить, даже его появление не входило в планы! — Ты сказал, что в спячке! Это несмешно! — Да, Га, это несмешно, мы так никогда ещё не пугались, да и мы кота-призрака хотели вызывать, а не... — Взгляд Ди прошёлся по бабочке изучающе. — Да и мне если честно сперва на секунду показалось, что крылья знакомые, но свет и тени всё настолько исказили почти сразу, что и не обратишь сильно внимания от страха... — Я тебя сейчас в этой тыкве закрою за такие шуточки! — злой Мель показал на свою тыкву, которую ранее надевал, угрожающе сверкая глазами. Он даже и забыл, что до сих пор мишура у него как хвост. После злой реплики Ди с сочувствием посмотрел на Мелью и, притянув его к себе, вытянул тихо шуршащую полоску из штанов, и начал игриво: — Ну ты же хотел чего-то, конечно, немного не то, что ожидалось, но всё равно. Зато эмоции получили. Да и вдруг тот кот-призрак-летучая-мышь-с-тыквой-вместо-головы был бы агрессивно настроен?.. Пока ребята приходили в себя, Гаа смотрел на них из-под потолка со смесью неловкости, но в то же время и неподдельным весельем: никто же не ожидал от бабочки чего-то похожего. — Да и остался вопрос: как ты тыкву поднял, еще и ветку какую-то поставил как хвост, ещё умудрился и свои крылья показать как крылья летучей мыши? — более-менее пришедший в себя Мелью задал вопрос. — Э... Это уже другой вопрос... — Гаали вспорхнул и в темноте двинулся в одну из множества щелей. — А и да, вот это вы додумались ободки на тыквы надеть и мишуру использовать как хвосты... Ди заалел, вспоминая, чем вместе с Мелью занимался минут пятнадцать тому назад. Ползанье на четвереньках вокруг пентаграммы... Мяуканье... Такой стыд, а ведь ещё и Гаали это увидел! А обещал ведь, что никто, кроме них не будет знать об этом недоразумении! Белый свет от лунного лучика проскальзывал сквозь давно не мытое окно, оставляя след на чёрном полу. Мрачная атмосфера постепенно рассеивалась так же, как и настоящая темень на холодном чердаке. Мелью приобнял себя руками, ощущая, как слабый мороз залезал под кожу. Заметивший скукожевшегося парня Диро потянулся до наиближайшей свечки и зажёг её и, обняв Мель, поставил свечку после них. Пламя немного осветило пространство рядом, и тепло вскоре согрело молодых людей, уютно устроившихся в обнимку. — И почему ты не спишь-то? Ты же в спячке должен быть, завтра уже ноябрь, — умиротворённый голос Мелью прозвучал теперь более мелодично. — Да не спится, сам не знаю почему. Ну думаю, скоро усну, вот я послушал вас, когда вы сюда поднимались и захотел подшутить. Я думал, вам понравится, а в итоге чуть сам не умер... — говорил Гаали, вспоминая, как его в миг завалило кусочками разбитой тыквы, а затем чуть Мелью не прибил собственными руками. — Окей, мы это запомнили, и теперь каждый раз, когда ты будешь говорить о спячке, мы будем проверять это сразу, ясно? — вынес вердикт Мелью. Диро мягко поцеловал его в щёку, ласково глядя на него из-под ресниц: — Ну теперь всё нормально. Так и сидели, говоря по душам, бабочка и два парниши. Не поняв, что произошло, Диро и Мелью закричали, выронили быстро потухшую свечку, быстро соскакивая с пола и прижимаясь к противоположной стене от двери: закрытый на ключ замок зловеще провернулся с обратной стороны. Дверь в секунду распахнулась и из прохода в сторону мальчишек выбежал чёрный силуэт, размахивая яростно руками и дико, низко вопя, будто этот человек сразу из ада пришёл. Мелью ринулся к выходу с криками и матами, пока силуэт агрессивно бежал за ним. Диро, занемев, забился в угол, пытаясь стать как можно меньше, ибо силуэт через секунды после погони за Мелью устремился к Ди. Напуганный до смерти, он смог только раскрыть глаза, как испуганный олень, увидевший посреди ночи свет от машинных фар. Ди задрожал и приготовился помирать, однако прошло уже секунд пять, но ничего так и не произошло. Он медленно поднял затравленный взгляд и ошалел, увидев отца Мелью, Стефа. Сам Мелью, растерянно моргая, стоял позади него, явно не в курсе происходящего. Стеф смотрел на Ди с весельем и сочувствуем сразу. Вот и смешно, и жалко же в одно время. — Ну вы и ссыкуны. Ещё и беспорядок такой навели. Кто из вас будет полы мыть, а кто тыквы свои убирать? — Стеф спрашивал так, будто не притворялся каким-то нечто всего несколько секунд назад, до жути пугая детей. Он полностью стащил с себя чёрно-коричневую ткань и откинул назад. — Ну и что вы замерли как какие-то напуганные дети? Реально испугались, что ли? Вроде взрослые уже, а такие малыши... С хеллоуином вас! Стеф рассмеялся, а парни пытались переварить произошедшее. Шок. Безумие. Страх. Их во второй раз провели. — И чем вы тут занимались? Зачем вам мишура? Не новый год вроде, и вроде у нас только дождик и игрушки, как мне помнится... — отец подозрительно оглядел полностью весь чердак от и до, не заметив Гаали, зато заметив ободки с кожачьими ушками в добавок и разбитую двадцатилетнюю вазу. — Ну дела вы наделали... Сыночек, ты будешь всё убирать, как я понял... — Да... — подавленно подтвердил Мелью, опуская плечи и голову к полу. Хитрый отец поднял с пола тыкву и без предупреждения надел её Мелью на голову — Мель в шоке и не мог принять того, что происходило. — Ну красавчик вообще, сыночка. Вот каким бы ты благородным альфой был. Мне кажется, теперь эта тыква — твой священный шлем. — Па, не смешно... — в ступоре пискнул Мелью, чувствуя себя опозоренным, — хорошо хоть Диро додумался эту глупую мишуру снять, а то вдвойне бы опозорился... Диро медленно поднялся на ноги, тихо встал в углу, взяв пример с Мелью, опустил забито голову. — Ну это было неожиданно, я думал, что ты в прошлом году отметил хеллоуин только из-за того, что настроение было как раз, но во второй... — Ну... Получилось же неожиданно. Радуйся, что твой папка берёт пример с ребёнка и пытается быть на одной волне. Нервный "хи-хи" Мель безвольно вырвался из горла, пока он переваривал отцовские слова, полные радости и гордости. — Ну, у тебя получилось напугать нас до чёртиков... Гаали наблюдал за всем со стороны, готовый пуститься вон со смеху. Это ведь отец ещё не видел реально то, чем занимались полувзрослые парни. А если бы увидел... Это надо было видеть. Жаль, что он мог только собирать пазл и дорисовывать картину в голове самостоятельно... Ди откашлялся, поднял подбородок и выпрямился. Он наконец осознал то, что его и Мелью снова надурили. Унижение? Нет. Обида? Нет. Осознание, что людей можно так легко напугать. Да, здесь больше роль сыграл эффект неожиданности, однако... Как же было бы хорошо, если можно научиться ожидать и быть готовым абсолютно ко всему. — Извините, мистер, мы всё уберём за собой, только в следующий раз хотя бы за месяц как-ниубдь намекните, что ли, что планируете делать подобное... У меня сердце в пятки ушло, не говорю уже о Мелью... — Какие же вы мягкие, ладно вам. Завтра уберёмся, пошлите отмечать хеллоуин ваш. Мелью, Диро и Стеф вышли с чердака. Мель и Ди напоследок невзначай помахали руками в сторону, где ранее скрылся Гаали, прощаясь. *** Гаали пытался заснуть, искренне хотел наконец впасть в спячку, но всё никак не выходило — слишком тепло ещё было, чтобы тело заснуло. Пока бабочка вздыхал в отчаянии, молясь всем насекомым и даже второму дню рождения, он не заметил, как в середине пентаграммы образовался полупрозрачный сгусток материи. Маленький кошачий силуэт с отчётливыми крыльями, как у летучей мыши, и с тыквой на месте, где должна быть голова, незаметно, мягко и бесшумно махая крыльями, подлетел к Гаали и, сделав круг в воздухе, крыльями вызвал слабенькие вихри, которые на пару секунд обвили его, а потом сразу растворились. Затем, ничего не успевший заметить, бабочка провалился в глубокий сон, который подойдёт к концу только следующей весной...